Гонка за мечтой

«Захлопни рот и жди своей очереди» —ох, не эти слова ожидал услышать Мин, когда его Mercedes с рыком вкатился в толпу завсегдатаев ночных гонок Сеула. Он прекрасно знал, что здесь собираются только лучшие, здесь крутятся шальные деньги, и да, именно здесь вьются самые красивые омеги города, готовые помахать своими трусиками перед фарами победителя. Юнги откровенно поебать на всё: на крупных альф с резкими запахами; на ревущие моторы, не затыкающиеся ни на секунду; на лощеных устроителей, что там и тут снуют в толпе, сшибая новые ставки; на длинноногих омег всех видов и расцветок, что в боевом раскрасе гарцуют среди дорогущих тачек. Ему просто поебать. Он приехал сюда сегодня с одной целью: победить и обратить на себя наконец-то внимание. Цепкой хваткой альфа стискивает одного из организаторов, не обращая внимания на его истошное «Какого черта?!», мнëт его слишком с иголочки костюм и с нахальством потряхивает. Глаза — наглые, с прищуром, смотрят пристально. — Я буду участвовать в гонке, — он не спрашивает, а утверждает, на что в ответ получает нервный кивок. — Ваша ставка, сэр? — парень в сером костюме пытается отбиться от нахала и тонкими руками с браслетами отпихивает Мина в сторону. Юнги предельно серьёзен, скулы напряжены, а глаза готовы сжечь напалмом. — Максимальная ставка? — Мин цедит слова, а разум где-то на задворках, орёт: «Остановись, это пустая трата!». Организатор дрожащей рукой вытаскивает телефон и сверяет ставки. — Сегодня это десять тысяч долларов, – еле лопочет и кидает удивлённый взгляд на Мина. — Ух, жаркая ночка будет! — Всего-то, — сплевывает Юнги и отпускает из хватки трясущегося парня. — Я в деле. Счёт гонок пополняется на сумму в десять тысяч долларов, а чёрный Mercedes, чуть порыкивая, въезжает в зону старта. Приглушённый свет фар и лёгкий драйв из колонок, запах палёной резины и восторженный гул толпы — ночной Сеул ждёт нового победителя. Юнги стягивает капюшон и смахивает чёрную чёлку в сторону, нога расслаблена и едва касается педали газа. Наушник чётко качает бит, пальцы плавно оглаживают руль — до гонки считанные минуты. Взгляд альфы становится тёмным, когда от толпы отделяется силуэт. Лёгкая походка уверенным шагом по нагретому асфальту. Линия бёдер на столько идеальна, что даже невообразимо узкие штаны не смеют создать малейшую складку вдоль подтянутых мышц. Мин залипает, приоткрыв рот, жадно следит, как грациозной кошкой мимо капота его чёрной лошадки дефилирует тот самый омега, ради которого он здесь. Узкая талия, подчёркнутая тугим корсетом, привлекает к себе тысячи взоров голодных альф, которые со свистом и улюлюканьем провожают аппетитную задницу к месту отмашки. Юнги, приподняв губу, глухо рычит. Вязкий запах дубовых листьев оседает туманом в салоне его авто, будоражит кровь, заставляя зверя внутри подвывать и когтистой лапой дубасить по рёбрам в желании вырваться и забрать своё. Мин рыкает, утихомирив зверя, пожирает взглядом тёмноволосую бестию, что сверкая зелёными глазами и даря ослепительные улыбки толпе, помахивает миниатюрными пальчиками в воздухе, посылая воздушные поцелуи направо и налево. Впервые они встретились на гонке два года назад. Омега тогда был среди зрителей и просто наблюдал за гонкой, восхищённо хлопал ресницами и премило улыбался от каждого ревущего спорткара, который с визгом проносился мимо. В тот раз Мин с позором улетел в ограждения, как прыщавый подросток, залипнув на розовые щёчки и пухлые губки хрупкого ангелочка. Альфа долго переживал и злился на себя за проигрыш, но мысль, что в городе появился тот, кто смог завладеть его вниманием — грела и пинала найти эту красоту. Пара бессонных ночей, сотни запросов в поисковике, несколько литров бодрящего чая — и вуаля, Мин понял, что встрял. По уши встрял в самого недоступного омегу — вечного победителя и учредителя ночных гонок Сеула, Пак Чимина. Мин Юнги, 34 года, владелец одного из ночных клубов неспящего мегаполиса, в один прекрасный день решил просто, от делать нечего, развлечься на гонках. Его фееричный полёт в бордюр из покрышек ещё долго обсуждали друзья, по совместительству постоянные клиенты его же ночного клуба. Но каково было их удивление, когда этот мега-серьёзный альфа заявил, что теперь будет участвовать в гонках на каждой неделе. Мин горел желанием доказать, что он может, а заодно мечтал хоть одним глазком увидеть нежное создание и, возможно, обратить на себя внимание. Мысли, чтобы просто подойти и познакомиться, как ни странно, не возникало — слишком сильно в душе неугомонного, гордого Мина полыхал огонь обиды. Обиды от позорного поражения на глазах этого прекрасного принца, который тогда хихикал и заливался звонким смехом, разглядывая альфу рядом с разбитой машиной с дымящимся капотом. Юнги в тот момент твёрдо для себя решил, во что бы то ни стало победить, а если Мин решил — это железно. Неделя за неделей летели ярким калейдоскопом дни. Машина Юнги превращалась в мощного зверя, переживая очередной апгрейт после каждой неудачной гонки. Сам он уже походил на безумца, одержимого идеей заполучить победу. Цена была велика. Мин знал, что именно сам владелец гонок награждал победителя и вручал почётную награду. Сколько раз альфа мучительно созерцал эту картину, когда миниатюрные пальцы Чимина поправляли заветную ленту на груди свежеиспеченного призёра и нет, это в очередной раз был не Мин Юнги. Это не его чмокали в щёку и искренне желали новых побед. Это не ему смотрели в глаза и дарили сладкую улыбку персиковых губ. Мин кипел от ревности и злился на себя лишь за то, что ему не хватило смелости просто подойти, он считал, что сначала должен доказать своё превосходство, и не важно, сколько на это уйдёт времени и денег. Альфа молча уходил и продолжал совершенствовать себя и свою любимую машину, считая дни и ночи до новой встречи и попытки проявить себя. Тёплая летняя тьма качается в воздухе, колеблется дымкой в неоновых огнях огромного города. Чимин прекрасно знает, на сколько он красив и чертовски залипателен для публики. Он любит находиться здесь, в центре вопящей толпы, среди звуков ревущих моторов и дыма сигнальных шашек. Кожаные ботинки на высоком каблуке чётко рассекают разметку магистрали в очередной субботний вечер. Все потоки света направлены на него, Чимин знает, что он выглядит неотразимо и с лихвой пользуется этим, собирая овации толпы. Взгляд зелёных глаз горит азартом, а тонкие пальцы в колечках отщёлкивают ритм, который басами ухает на фоне. Омега замечает знакомое авто и сладко улыбается, сердце стучит рвано, как неисправный движок, а по телу летит волна мурашек. «Опять он здесь. Да что же ещё мне надо сделать, чтобы этот несносный и заносчивый альфа меня заметил? Неужели я так некрасив?» Чимин гордо поднимает голову и в упор смотрит через тонированное стекло, точно зная, что там смотрят в ответ. Его руки с платками взмывают в воздух и резко опускаются вниз, бросая на старт десяток заряженных авто. Визг шин мешается с ревом мощных движков, срывающихся с места. Потоки воздуха бьют в лицо и уносят с собой разгорячëнные моторы стальных лошадок. Чимин резко разворачивается и смотрит вслед полыхающим кострами стоп-сигналам, сжимая в руках шёлковые платки. Он любит этот момент, всегда любил, с самого детства, с того времени, когда отец впервые взял его посмотреть на машинки. С тех пор прошло уже двадцать два года, и Чимин из пухлощёкого семилетки превратился в завидного жениха, за сердце которого готовы биться лучшие альфы города. Да только омега своё трепетное сердечко готов принести на блюдечке лишь одному, тому, который, взрывая шлейфом разогретый асфальт, летит к финишу на чёрном Mercedes и ему точно нет дела до какого-то там омеги с флажками на старте. Чимин трясёт головой, прогоняя грустные мысли. Блестящие серьги Тиффани легко звенят в такт быстрым шагам. Омега знает, что ему пора к финишу. Сегодня гонка, закрывающая летний сезон, а это значит, тот, кто выиграет, будет королём дорог и заберёт это звание до следующего года. Его бирюзовая ласточка покорно ждёт на почётном месте владельца гонок. Jaguar, который подарил отец, как память, ценен и непомерно любим Чимином. Омега шустро прыгает за руль и сразу заводит массивную малышку, которая глухим рокотом приветственно отзывается хозяину. Он прекрасно знает, что именно в этой габаритной машине он смотрится хрупким созданием. Но стоит ему выехать на трассу и прибавить газа, выжимая из авто неистовые рыки, то в ответ замечает лишь восхищённые взгляды зевак и завсегдатаев ночных гонок Сеула. 🎼 Grandson - Dirty Время испытания летит, вместе с мелким гравием и визгом шин. Мин сосредоточен на трассе, лишь изредка прищуренный взгляд лисьих глаз падает в боковое зеркало, чтобы оценить величину отрыва от его соперников. Сегодня он уверен в себе, как никогда. Знает, что его тачка прошита по последнему слову техники и движок работает, как швейцарские часы. Сердце бушует, адреналин в крови кипит, срываясь по венам, как закись озота. Тонкие пальцы бережно сжимают руль, вычерчивая плавные повороты по до боли знакомой трассе. Впереди уже виднеется финишная прямая, к которой альфа кидается последним мощным рывком. В ушах колотит бит, а в голове мысль: «Я сделал это!» Шины эффектно шлифуют асфальт, пересекая финишную черту. Юнги смотрит через лобовое стекло, где, как в замедленной съемке неистовствует криками толпа, и в небо летят пестрые бумажные ленты. Он на ватных ногах покидает салон, понимая, что сейчас произойдёт. Вспышки камер мобильников взрываются бушующим морем, бросая блики на чересчур серьёзное лицо победителя. Где-то на заднем фоне слышны ожесточённые вскрики проигравших и глухие удары кулаков об авто, которые не вывезли гонку. Организаторы суетятся и тащат Мина прямо на подиум, попутно объясняя, что он должен сделать и как встать, чтобы фото были эффектнее, а пафос мероприятия — на высоте. Юнги не любит такую суету в жизни, но сейчас здесь он именно за ней. С вызовом смотрит вперёд и шагает на пьедестал, разукрашенный лейблами автопрома и рекламой известных брендов. Мин зависает и молча, приоткрыв пересохшие губы, тупо пялится перед собой, не совсем понимая, как на самом деле нелепо сейчас выглядит. — Дамы и господа, Пак Чимин! Наш уважаемый владелец гонок и король дорог, — альфе эти слова доносятся, как из-под толщи воды, глухо и с отголоском глубинного эха. Чимин вышагивает ровно, покачивая бёдрами, смотрит в упор и улыбается своей ослепительной улыбкой. Перед ним победитель, тот самый альфа, широкоплечий, с длинными чёрными волосами и такими красивыми глазами, в которых можно утонуть и никогда не выныривать обратно. Ему так идёт эта кожанка, которая распахнулась и небрежно свисла с одного плеча. Чимин старается держать себя в руках, в прямом и переносном смысле, сжимая до белых костяшек букет, когда его взгляд скользит по ногам обтянутым чёрными, до одури рваными джинсами. Омега уговаривает себя не краснеть, чтобы достойно вручить главный приз этому дьявольски сексуальному парню, который с ухмылкой сейчас пожирает его глазами и, кажется, уже мысленно раздел догола. Мин полыхает внутри и почти сажает на цепь внутреннего зверя, который от радости подвывает и колотит хвостом из стороны в сторону, как мелкий щенок, выпрашивающий кость. Чимин так близко. Лёгкий шлейф аромата горных ландышей заставляет зрачки альфы потемнеть до чёрных омутов и с силой сжать кулаки. Миниатюрные пальцы, чуть подрагивая, касаются шеи и почётная лента победителя окольцовывает грудь альфы, который, не моргая, смотрит в зелёные океаны напротив. Взгляд тёмных глаз сверху вниз спускается к пухлым губам, что в этот момент горячо шепчут: «Поздравляю, Мин Юнги, ты достойный победитель». Внутренний зверь альфы в обмороке, валяется от переизбытка чувств и царапает изнутри, просясь на волю к этому сладкому омеге, которого так хочется обнюхать и лизнуть хотя бы руку. А Юнги мысленно в голове орёт: «Аааа! Он знает моё имя!» То, что произошло дальше, ещё долго обсуждали все, кому не лень. Победитель спрыгнул с подиума и отшвырнул в сторону букет, сильные руки легли на узкую талию омеги, а губы впились жарким поцелуем прямо в розовые влажные напротив. Широко распахнутые глаза Чимина и его тихий стон, снесли последние тормоза этого, казалось бы, непробиваемого альфы, который одной рукой перекинул ошарашенного парня на плечо и со скоростью звука скрылся в стороне, где оставил свою тачку. Громкий гул толпы, свист и тысячи вспышек камер заглушили рев сорвавшейся с места машины, увозящей в закат эту странную пару. Намного позже, когда губы Чимина распухли от настойчивых поцелуев, а руки Юнги горели от разгорячённого тела омеги, они, наконец-то, дали друг другу отдышаться и посмотреть в глаза. Нежный омега внутри Пака ласково урчал и милым котёнком помуркивал, чувствуя рядом сильного и притягательного альфу. Не спрашивая хозяина, он заблаговременно отдался в сильные лапы зверя Мина и тихо попискивал, купаясь в аромате дубовых листьев. Мин Юнги в голове лихорадочно прокрутил все события пиздеца, который сам и натворил и не нашёл ничего другого, как только сказать: — Спасибо за поздравления, — в ответ он получил лёгкую затрещину и шипящий голосок омеги, сверкающего зелёными глазами. — Ты что, не мог раньше сказать, что я тебе нравлюсь? Мин заграбастал хрупкое тело в свои крепкие объятия и поцеловал тёмную макушку, вдыхая нежный аромат ландышей. — Прости, я иногда туплю. Чимин звонко засмеялся и уткнулся лицом в широкую грудь, понимая, что больше не позволит так долго себя мурыжить и возьмёт всё в свои изящные ручки. Порой за мечтой не стоит гнаться, нужен лишь один шаг, и заветная награда окажется в твоих руках.