Любовь из лоскутков ткани

За неделю в больницы они очень сдружились и в один из вечеров, когда Эдуард спросил ее о том, почему она довела себя до такого состояния, девушка все же поделилась с ним подробностями своей жизни. Она рассказала ему о том, что родители хотят ее видеть архитектором, а она мечтает о дизайне одежды. О том, как она тайно поступила на дизайнерский факультет и осваивала сразу две специальности, как она ночами писала дипломную по архитектуре. Как тоже ночами шила пиджак для него и как последние два месяца ей было практически нечего есть из—за того, что она все потратила на создание пиджака, так как она не хотела зависеть от родителей. Поделилась тем, что родители сейчас вообще работают в США и что они больше переживают о своих проектах, чем о том, как живет их дочь. Нет, они исправно присылали ей деньги, но девушка предпочитала не пользоваться ими, чтобы доказать родителям, что она уже взрослая девушка и способна самостоятельно обеспечить себя. У нее с родителями были натянутые отношения, а вот ее младшего брата, который действительно «горел» архитекторными решениями и чертежами они практически боготворили. Эдуард спокойно выслушал всю эту историю, покивал чему-то в своих не озвученных девушке мыслях и после того как Анну выписали из больницы привез ее в свой дом в Подмосковье. Когда они приехали в его дом, Эдуард познакомил ее с обитателями его дома: садовником Семеном, он был мужчиной в возрасте и такой же женщиной в возрасте Аллой, которая оказалась экономкой. Бизнесмен сразу для всех обозначил положение Анны в его доме, жителям дома и самой Анне было объявлено, что девушка находится здесь на правах младшей сестры Эдуарда и хозяйки дома. Сказать, что Аня была шоке, означает не сказать ничего. Она попыталась возмутиться, но Эдуард так на нее посмотрел, что все мысли разом прикрылись туманом в дальнем уголке сознания девушки. Семен и Алла с этого только посмеялись, они тепло приняли Анну и, позднее, девушка узнала, что Эдуард в первый же вечер, как Анна попала в больницу, рассказал о ней жителям дома. Те были не против и с воодушевлением согласились, что эта девушка возможно станет тем самым спасением для самого Эдуарда, после того как десять лет назад погибли его родители и трехлетний сын. О себе Эдуард рассказал девушке в один из вечеров, когда навещал ее в больнице. Она узнала, что жена его была охотницей за деньгами и когда забеременела, то захотела избавиться от ребенка, но мужчина не позволил. Когда сын родился, женщина написала от ребенка отказ и укатила с каким-то миллиардером то ли в Эмираты, то ли куда-то еще, мужчине после того как его юристы организовали развод это было не интересно. В жизни Эдуарда и его сына она более не появлялась. Когда ребенку было три с половиной года, его забрали родители Эдуарда и полетели отдохнуть на Бали, увы, обратно вернуться ни родители, ни его сын не смогли, самолет потерпел крушение, и никто не выжил. Эдуард был безутешен в своем горе, и чтобы не спиться от горя окунулся с головой в унаследованную компанию и ее дела. За полгода строительная фирма превратилась в конгломерат не только на российском рынке, но и в СНГ. Через пять лет уже корпорация заняла пока шаткую нишу на международной арене, а сейчас спустя десять устойчиво стояла в международных кругах и сотрудничала со многими американскими, европейскими и корейскими компаниями. Анна все два месяца прожила в доме у Эдуарда под неусыпным контролем самого мужчины, Аллы и Семена. Алла кормила ее пять раз в день, Эдуард неустанно укладывал ее спать не позднее десяти вечера, а с Семеном, она и сама проводила много времени на свежем воздухе. В один из вечеров, когда Аня уже как две недели жила у Эдуарда, бизнесмен пришел в беседку, что стояла в небольшом саду за домом, и присел за стол, напротив девушки, перед собой положив конверт-папку. — Привет, Нюта, ну как твой день? — улыбаясь, спросил он. — Привет, все хорошо. Питаюсь как слон, еще немного и придется искать спортивный зал, чтобы избежать лишних килограммов. Вот рисую очередной чертеж для сдачи в универ, — сказала, поцеловав его в щеку девушка. — Потом покажешь, я поверю, — улыбнулся мужчина. — Я хотел с тобой поговорить, прости, если отвлекаю. — Я тебя внимательно слушаю, — отложив циркуль, сказала Анна. — Я тут подумал на досуге, и кое-что тебе принес, — пододвигая к ней папку, сказал Эдуард. — Открой, я надеюсь, ты оценишь. Девушка, сняв с уголков папки резинки, раскрыла конверт. Она аккуратно извлекла оттуда стопку бумаг скрепленных большой скрепкой. Углубившись в чтение бумаг, Анна увидела, что Эдуард оформил на нее половину своей недвижимости, двадцать семь процентов акций компании, открыл на ее имя счет в банке и, открыв простой белый конверт, увидела банковскую карту на свое имя. —Э-это что? – запинаясь и смотря в глаза бизнесмена, спросила Анна. – Точнее я знаю, что это, но зачем? — Ань, я надеюсь, ты не обиделась, что я сам принял это решение. Позволь я поясню, видишь ли, я очень богатый человек и девать это богатство мне некуда девать, а ты стала для меня очень дорогим человеком за эти три недели. Я привел тебя к себе домой, как свою названную сестру и хочу хоть что-то сделать для тебя, хочу, правда, быть твоим старшим братом, поддержкой и опорой, — произнес Эдуард, взяв ее за руку. — Но ты и так много сделал для меня. Я живу у тебя дома, ты заботишься обо мне, сказала Анна. — Я прошу тебя, не отказывайся сразу, обдумай все и если решишь отказаться, то просто пусти эти документы, не подписывая в шредер, который стоит в коридоре, — улыбнулся мужчина. —Хорошо, я все обдумаю, — девушка собрала документы и поцеловала Эдуарда в щеку. — Я пойду к себе в комнату. — Конечно. Доброй ночи, — смотрел ей вслед мужчина. Через два дня, за завтраком, Анна Владимировна Реут передала Эдуарду папку, в которой были документы, подписанные с ее стороны. Эдуард только что от счастья не прыгал. Аня попыталась поспорить с ним по поводу того, что сумма рублей, которую она обязательно должна была тратить ежедневно, необоснованно высока, но Эдуард был непреклонен. Анне оставалось только вздохнуть и согласиться. Выздоровев, Анна вернулась в общежитие, чтобы забрать вещи на лето. Она пока не определилась нужно ли продлевать общежитие, ведь жила у Эдуарда. Через месяц после окончательного восстановления, Аня успешно защитила архитектурный диплом и также с отличием окончила первый курс дизайнерского факультета. Кроме того, она реализовывала свои дизайнерские фантазии и не только на бумаге, но и в пошиве. Эдуард стал обладателем еще пяти пиджаков и был совершенно не против, Алле девушка тоже пошила несколько новых платьев. Родители прилетели в июле на несколько дней, пытались уговорить девушку уехать с ними в США, чтобы работать там архитектором, но девушка показательно отдала диплом в руки матери и торжественно объявила, что съезжает из родительского дома, чтобы, наконец, реализовать свою мечту. Родители не стали ее останавливать, отец лишь грустно улыбнулся, а мать демонстративно повернулась к дочери спиной. На тумбе у выхода из квартиры она оставила родительскую банковскую карту и ключи от квартиры. С чемоданом она приехала туда, где ее искренне ждали и любили, в дом Эдуарда. Запершись в своей комнате, она проплакала до самого вечера, пока Эдуард не открыл дверь ее комнаты запасным ключом. Они проговорили с мужчиной до самого утра обо всем, что тревожило девушку, а утром в столовую явилась новая, смелая и уверенная Анна Реут, которая смогла перевернуть очередную страницу своей жизни и наконец, открыть себя настоящую. В августе они отпраздновали двадцати двухлетие Анны в тесном семейном кругу. Эдуард сделал Анне незабываемый подарок — мастерскую-студию в сто восемьдесят квадратов, которые были оснащены всем необходимым швейным оборудованием. Аня, увидев фото студии, чуть не задушила Эдуарда в объятиях. — Это самый-самый лучший подарок, — обнимая бизнесмена всеми конечностями, пищала от восторга Анна. — Эдди, я тебя люблю, ты самый-самый лучший старший брат. — А ты самая—самая любимая младшая сестренка. Я тоже очень люблю тебя, Нюта, — смеясь, говорил Эдуард. Конец воспоминаний Вот уже год Анна Реут кайфовала от своей работы в студии и уже два года училась н дизайнерском факультете. За год она собрала свою команду, они принимали участие в конкурсах, участвовали в показах, творили красоту, фонтанировали идеями, Анна готовилась представить свою первую коллекцию костюма для деловых мужчин. Девушка подкалывала плечо пиджака для Эдуарда, когда к ней подошел Микаэль. — Аня, мы все ждем только тебя, ты должна была получить письмо на почту о результатах конкурса. Мы уже все ждем тебя в кабинете, а ты, похоже, вновь слишком увлеклась работой, — хихикнул в кулак Микаэль. — Мика, я тебя сейчас ударю чем-нибудь, если ты продолжишь смеяться надо мной, — усмехнулась Аня и отложила игольницу. — Пошли уже, хохотун. — Ладно, я больше так не буду, — рассмеялся в голос Микаэль, смотря на подругу и начальницу в одном лице. Посмеиваясь, они зашли в кабинет, где уже сидели остальные участники их швейной команды. Заняв кресло во главе стола, и открыв почту на компьютере, Анна увидела сообщение с темой «Результаты конкурса». Щелкнув по нему мышкой, Анна начала читать вслух: — «Уважаемая Анна Реут и ее швейная команда! Сообщаем Вам о том, что Вы стали победителями нашего конкурса. Уведомляем, что Вы приглашены в Южную Корею, город Сеул, район Каннам-гу, компания Биг Хит Интертеймент для эксклюзивного сотрудничества по пошиву сценического костюма для одной из наших айдол-групп. Ждем Вас не позднее 20 июня сего года. В ответном письме просим сообщить дату и время Вашего прибытия. Все Ваши расходы будут компенсированы компанией. С уважением, директор компании Бан Ши Хёк», — закончила читать сообщение Анна. В кабинете стояла полная тишина, которую можно было резать ножом. — Это что, значит, мы победили? — в тишине раздался голос Алексея. — Да-а-а, ура-а-а! Мы это сделали! — разносились возгласы по всему кабинету. — Значит, я готовлю документы на вылет в Корею. У нас есть пять дней на все это, — сказала молчавшая до сих пор Анна и заплакала от счастья, на что все принялись ее обнимать.