Мимолетные прикосновения любви

Жарко было. Пекло. Вегас сказал - надо купаться, уговаривал. Так Ким его к черту послал и Буддой заполировал, черт полосатый. А почему полосатый - так новые плавки демонстрировал. В полосочку. Вегас чуть от смеха не задохнулся и категорически отказался с ним на пляж идти. Опозорюсь с тобой, говорит, как пить дать. Так Ким ему чуть в лоб не дал с досады. Я, говорит, выбирал! Час! Чтобы полосочки красивые! Все подчеркивали! А ты! А Вегас и заливается дальше. Что тебе там подчеркивать, а? Перед кем выпендриваться будешь? Так что Ким его и послал. И все, бесполезно теперь уговаривать. Дурак ты, говорит Вегас. Лучше ж вообще без плавок. И ночью. Что ты краснеешь, Ким. Не купался по ночам? Судя по цвету румянца, действительно не купался. Ой, говорит Вегас. Всё. Дай руку, бери свои плавки дебильные поехали. И не пищи! Я не пищу, возмущается Ким. У меня голос сорвался! Сам ты дебил! Они едут и переругиваются, добираются до пляжа, где горят лишь одинокие фонари, и Ким замирает, как мышь под прицельным взглядом кота. Только вместо кота - ехидная морда кузена. Я тебя уебу, пытается Ким. Вегас не верит. Не этот испуганный парень, такой суровый и грозный обычно, когда пытается строить из себя что-то серьезнее семнадцатилетнего недоросля, младшего, блин, принца мафии и многомиллионной корпорации. Наследничек. В плавках полосатых. Отпусти, орет Ким. Но Вегасу жизненно необходимо еще раз эти плавки увидеть. Потому что смешно и нелепо. А Ким редко бывает смешным и нелепым, он скорее горло себе перегрызет. Парень пытается в богему, но до Танкхуна ему, как до Килиманджаро раком. Плавки он все-таки увидел. Уже из моря, куда его Ким запихнул с воплем. Прямо в одежде, мать его... Короче, конец пришел плавкам. Вегас их ликвидировал как класс. Ким, правда, уже не возмущался. Сложно что-то сказать, когда тебе рот запечатали, а потом до плавок добрались. Кстати, сам Вегас носит чёрное.