Возможно ли вернуть время вспять?

Разозлившаяся Вики не собиралась мириться с поражением. Добровольно отдать все в руки монстру, готовому унижать каждого - означало ошибку. Стоя перед ней, Уокер чувствовала прилив энергии, которая, казалось бы, готова разорвать любого, только обуздай ее. Пытаясь сконцентрироваться, Вики непроизвольно старалась вызвать мощный поток собственных сил. В этом и заключалась главная проблема - как бы не изворачивалась девушка, призвать собственную мощь, кажется, совершенно не выходило. Каждое действие было абсолютно напрасным, поток стараний уходил в никуда, а неудача лишь усиливала гнетущее рваное чувство в сердце. До тех пор такое ощущение не беспокоило девушку, но сейчас, чем дальше прогрессировало, тем больше ухудшалось состояние. Вики, чувствуя острую, словно миллионы иголок вонзились, боль в ладонях, непроизвольно вытянула руки. На запястьях красовался свежий шрам, а другая рука явно пострадала от неподходящего размера браслета. Браслета. Так предполагала Вики бы и дальше, если бы в один миг на сознание не обрушился поток заблокированных ранее мгновений в памяти. Голову пронзила молния, задевая и освещая затуманенные воспоминания. Перед глазами резкая вспышка, за которой последовало миллион образов, хаотично перемешанных, но до боли знакомых. Словно лавина на побледнелую девушку упало осознание. Война, которая беспощадно и кроваво забрала жизни многих родных людей, не забыв и про Вики: вся полученная ранее власть оказалась беспомощна перед глазами разрушения, она, храня в себе страшную силу, не удержала ее. А сейчас в голову ударил резкий звон, после которого эхом заполнилась пустота: Уокер стояла рядом с теми, кто давно канул в небытие. Она снова оказалась в темном сыром помещении, укутанная в порванное тряпье, а руки даже тепла убогой одежды не ощущали. Пронизывающий холод кандалов напоминал ей, что тело всё ещё живо, не смотря на плачевное состояние. Торчащие ребра болезненно реагировали на касания к ледяному полу, а постепенно опухающий живот давно не подавал признаков: еду последний раз доводилось чувствовать за стенами убогой вонючей конуры, ставшей вечным пленом. Время шло, нахождение здесь полностью сбивало с ритма жизни, день не сменялся ночью, потерянная девушка перестала воспринимать его. Невозможно было понять, прошла секунда, или может года пролетели одним мигом, да и в этом не было необходимости. Давящая темнота вселяла чувство обречённости, казалось, что пребывание в собственном аду придется разделять с бегущими по стенам пауками целую вечность. Мурашки в плечах окутали ее сознание ещё до того, как это сделали резко стекающие слезы. Давно потеряв остроту зрения, Вики пришлось столкнуться с резким освещением собственных покоев. Не отличая ничего, кроме белых, ядовитых стен, она ощутила облегчение: кажется, это конец. Свет вдали туннеля, который ей придется пройти, указывал на завершение страданий. Небытие словно протягивало свои руки для объятий. — Это была она, — резко выпалила девушка. Тихо, почти не привлекая внимания. Никто не услышал. Дино незаметно для всех подошёл прям к спине, на которой все ещё рваными движениями махали крылья, пожалуй единственное, что осталось от старой жизни. Ангел не отличался особой многослойностью, что и сейчас не было исключением: — Вики, ты в порядке? — тихо спросив такой банальный вопрос, парень терпеливо стал ждать ответ. Он не торопил Уокер, лишь добавил: — Я все понимаю, ты не обязана мне отвечать. — Да, все хорошо, — было бы сказано, не чувствуя она всепоглощающего страха, пожирающего изнутри. Дино аккуратно положил руки на плечи, ожидая ее реакции. Девушка неспешно отстранилась, а он в ответ лишь понимающе кивнул. — Прошу, разреши мне тебя проводить. — Проводить, — в грудь давило ощущение одиночества. Дом был разрушен, ей некуда возвращаться и провожать, — если бы было куда. И было бы кому. Мой дом уничтожили, а тех, кто мне подарил его - мразотно убили. — Все вновь живы. Ты потрясена настолько, что столкнулась с похожей проблемой? К счастью, у тебя, в отличии от зазнавшегося Люци потеря памяти не пермаментна. Твои друзья, мы живы, представляешь! Вновь. У каждого есть свое пристанище, выделенное Чумой. — Так спокойно говоришь. Неужели она не вызывает неприязнь? И все случившееся? — Совершенно нет, — неосознанно помахал головой он, — рано или поздно каждому придется смириться, а я не буду испытывать себя на прочность, лучше покорюсь сейчас. — Покорюсь? Согласен быть ее рабом? И какое дело чистокровному, видите ли, ангелу, до непризнанной гадкой букашки? Ангел мягко улыбнулся и подал ей руку, — делить людей на сорта - явно не прерогатива ангела. Уокер хоть и согласилась идти рядом, но галантный жест не оценила: Дино всегда пытался завоевать ее сердце, и никогда не претерпевал успех. Идя по мрачным, словно заброшенным коридорам, девушка добровольно не проронила ни слова. Ангел завязывал разговор разными темами, но она лишь неоднозначно кивала, витая в своих мыслях. Оказавшись у порога, попрощались и Дино направился в другую сторону. Лишь на прощание добавил: —Ты вся бледная. Мы постараемся привести тебя в чувства, милая, без болезненных ощущений. Вики, никак не отреагировав, отворила мрачную дверь, направляясь к своей будущей комнате. Никакой роскоши, привычной ей, там не было. Девушка насиделась в темной сырой конуре, так что обрадовалась и простой кровати, на которую падали лучики света из довольно большого окна. — Отлично, есть куда выпрыгнуть в случае чего. М-м-м, человеческая натура возвращается. Может, лучше бы я потеряла память, а не вынашивала сейчас горькие воспоминания. Жаль, кровать одна, — ее перебил звук стукающих по полу каблуков, — Ага, а то бы прям с порога попрыгала на Люцифере, — Чума уже расхаживала от угла в угол, рассматривая то, что и так прекрасно знала. — Ты привыкай, — вновь заговорила она, — соседушки-Мими здесь не будет. Правила чуть обновились, — ядовитая улыбка, — закон неприкосновения отменили, ведь отныне тут не будет никакой пары. А ты, — подойдя в притык, она продолжила, — грязная шлюха, спавшая с ним ради славы и вершины, свое получишь. Растерянная Уокер еле сдерживалась, чтобы не накинуться: силы не хватит, лучше не провоцировать, — Спала ради славы? Ради вершины, — каждое слово произносилось все громче, — и как же твой поганый голосок выдерживает говорить такое? Чума, рассмеявшись, прихлопнула ползущего рядом насекомого, — Вот так я буду щёлкать вас, мои непослушные игрушки. С тебя, непризнанная, придется начать куда раньше, чем планировалось. С того момента всадница делала все, дабы ухудшить и так бедственное положение Уокер. И началось все с показаний Люцифера. Ворвавшись без стука, Чума столкнулась с недовольным вздохом, — Стучаться, идиоты, не научились? — Постучусь об крышку твоего гроба, — с нескрываемой иронией выпалила та, — ты не поддался чарам такой нехорошей особы, за что следует награда. Близко подойдя к нему, Чума положила свою руку на лоб демона. — Ты заслужил знать, в чем кроется ложь с ее стороны, — с этими словами она восстановила в памяти часть воспоминаний, искривлённых. В голове Люцифера воспроизводились интимные сцены с ней, но никаких приятных чувств это не вызывало: Вики вновь одержала победу, забрав свое с помощью манипуляций. Вот он, голый и беспомощный перед ее ногами. Скача на нем, вместо стонов имени издавала лишь одно слово, колющее каждый раз его в бок: — Трон! Трон, мой. Погрузив верящего любому ее слову Люцифера в ложные воспоминания, довольная всадница поспешила выполнять главную задачу: закапывать репутацию вновь непризнанной.