Эффект Киры

Из колонки играет новогодняя музыка, гирлянды на ёлке мигают, а с кухни по всей квартире разлетается запах только что приготовленной курочки. Стол украшает скатерть красно-белых цветов и глубокие миски с салатами. Елизавета завершает сервировку салфетками со снеговиками и тарелками с канапе. Маленькая тарелка, средняя и большая. Из них получается что-то вроде "этажерки", которую им на прошлый новый год подарила Виолетта. К слову, она своего счастья в этой реальности так и не поведала. Зато продвижение в карьере музыкальной исполнительницы заметное, наверное, здешняя Вилка предпочитает любви работу. — Милая, ты дома? — кричит Андрющенко и выбегает в прихожую. — Ага, постарались быстрее, как только могли, — снимает с пса ошейник Кира, взъерошивая его рыжеватую гриву. — Мы сейчас лапки помоем и поможем тебе. Медведева сажает колли в ванну и настраивает воду, направляет лейку на грязные подушечки животного, тщательно проводя пальцем между ними. — Да я уже почти всё закончила! Но ты можешь сбегать за шампанским, одной бутылки маловато! — кричит брюнетка, гремя бокалами, ровно четыре штуки, как раз столько, сколько нужно. Живут девушки вместе с того самого дня, как встретились у дома Киры. Документы получилось восстановить, квартира, как оказалось, съёмная, терять нечего. Довольно быстро они переехали из Лизкиной студии в двушку, где наконец-то пребывает спокойствие и комфорт. Довольно сложно забыть прошлые двадцать лет жизни, но за два года выходит. Люди те же, характер у них почти не поменялся, только сны не дают покоя. Сны, в которых Медведева ещё там. Здесь не будет никакой мистики, просто подсознание Киры шутки шутит, не даёт похоронить воспоминания. И блондинка навещает их, но навещает без доли грусти, с улыбкой на лице. Иногда... Иногда ей кажется, что она сошла с ума. Сильно ударилась головой на фан-встрече в январе и лежит третий год в коме, счастливая и беззаботная. Почему? Потому что довольно легко всё пошло-поехало после того, как они с Елизаветой в статусе "снова вместе". Так не бывает. А как там сейчас прошлая она? Чем занимаются её друзья из прошлого-настоящего? Не произошла ли ошибка, когда Кира нарушила ход времени? — Эй, ты чего застыла? — стучит костяшками пальцев по дверному косяку Андрющенко. — Всё хорошо? Передумала встречать Новый год вчетвером? Перестав смотреть в зеркало, а если точнее, то прожигать его взглядом, блондинка разворачивается к Лизе. Вытирает мокрое лицо полотенцем и мягко улыбается, чмокая свою любовь в лоб. — Нет, конечно нет. Сейчас позвоню Кристине, попрошу её по дороге ещё бутылочку игристого захватить, — обходит девушку та, заходит в гардероб и переодевается в красную тканевую рубашку с короткими рукавами, чёрные брюки и белый свитер с молнией, вдруг похолодает в квартире.

***

— А это ва-ам! — Мишель протягивает Лизе два зелёных пакета, снимая шубу. — Надеюсь, вам с Кирюшей понравится, мы неделю выбирали! — О боже, вы туда кирпичи что ли наложили? — её дама с голубыми глазами держит в руках красную коробку, осматривая. — Кира, ты по магазинам шаталась, да? — Вот и обменялись подарками... — по-доброму закатывает глаза Андрющенко и помогает гостям повесить верхнюю одежду. — Проходите в ванну, мойте руки, потом за стол конечно же, не стесняйтесь! Девушки идут смывать бактерии, а хозяюшки бегут включать телевизор и раскладывать вилки с ложками. Медведева настраивает канал, Лиза подсчитывает столовые приборы. Время почти двенадцать ночи, совсем скоро президент скажет свою новогоднюю речь, все загадают желания и будут счастливы, ведь с кем встретишь — с тем и проведёшь. Пока время есть, Кира выходит в лоджию покурить. Чиркает зажигалкой и смотрит в распахнутое окошко, на улице сугробов больше, чем людей. Первые дни было ужасно тяжело, несмотря на наличие Андрющенко рядом. Лиза это понимала, старалась помогать в адаптации, но для путешественницы во времени по-прежнему всё казалось каким-то чужим, незнакомым. И как бороться с муками совести за испорченные жизни тех людей, которым не повезло здесь, Кира не знала. Она ощущала ношу ответственности за каждое своё действие. Да, кто-то наоборот счастлив, но ведь... Ценой лжи. Ценой фальшивой реальности. А может, там всё-таки лучше? Время лучше знает, как надо. Не какая-то там молодая особа с бутылкой вина в руке, а время. Мысли поначалу убивали Медведеву, в частности фото из прошлого и сны. Но в последние полгода всё поменялось в лучшую сторону; спать стало спокойнее, тревога больше не мучала, адаптация к окружению прошла успешно. Кажется, всё шло хорошо. Бросая бычок вниз, в снег, Кира закрывает окно и возвращается ко всем остальным, сходу приобнимая Лизу за плечи. — Ну что, давайте отмечать? — смотрит на часы блондинка — 23:47. — Давайте, накладывайте себе, чего душа желает, — гостеприимная Андрющенко берёт свою даму за руку, потом щурится и поправляет воротник её рубашки. — Кстати, ты на какое число билеты взяла? Мама нас ждёт уже через месяц, туда-сюда и время пролетит. — К твоей маме? Билеты? — старается вспомнить какой-то их разговор Кира. — Извини, я... Я так замоталась, совсем забыла купить. Давай завтра за завтраком обсудим? — Кир, билетов потом просто не останется, как ты могла забыть? Я же просила сделать это заранее... — расстроенно опускает руки вниз Индиго и мотает головой, смотрит в сторону, ей не хочется сейчас ругаться. — Ладно, я сама возьму, только паспорт свой дай. — Лиз... — дотрагивается до чужого локтя Медведева, стараясь исправить ситуацию. — Мы обязательно съездим с тобою, просто потом... В данный момент я не... — В данный момент ты что? Снова занята? В последнее время только и делаешь, что в облаках витаешь, — отходит Андрющенко от партнёрши, но только для того, чтобы наложить горячее. Миша с Крис сидят спокойно, обсуждают что-то своё, пускай и слышат недовольный тон в разговоре двух девушек. Лучше не вмешиваться. — Ты знала, как для меня важно приехать к маме именно в январе, но даже не удосужилась записать это к себе в календарик, — со стуком кладёт ложку на противень Елизавета. — Если я стала тебе безразлична, могла бы сразу сказать. А может, это новая стадия отношений под названием "всё, что говорит супруга – пустой звук"? — Да ты мне даже не супруга! — ударяет по столу кулаком Кира. Гости замолкают, смотрят на парочку и затаивают дух, вот-вот начнётся поздравление, а у них семейная ссора в самом разгаре. — А... извини, — кивает Индиго, вскидывает руки и приударяет ими себе по груди, наигранно ахая. — В таком случае, что ты здесь делаешь, раз я тебе даже не супруга? В сожительницу, наверное, играешь, да? На экране телевизора появляется президент, но в сто пятой квартире страсти поинтереснее. — Может быть и играю, супруга хотя бы поинтересовалась переживаниями партнёра, а не переводила стрелки, — агрессивно открывает шампанское Медведева, пробка отлетает в настенные часы, от чего они покачиваются пару секунд и падают вниз, что называется, с дребезгом разбиваются. Налив себе до краёв с пенкой, блондинка выпивает залпом. — Да чего там интересоваться, и так всё ясно, — трясёт макушкой Индиго и указательным пальцем тычет в любимую. — У тебя на всё и всех есть время, кроме меня и моих хотелок, так ведь? Лучше бы Лиза помалкивала, чем просила невозможного — возвращаться пораньше с работы и покупать билеты! Да? — С Новым две тысячи двадцать пятым годом! — улыбается человек в костюме на экране. — Лучше бы я осталась в своём времени и никогда не узнала, что такое — быть твоей девушкой! — выкрикивает неправду Кира прямо в лицо партнёрше. На всю кухню из динамика телевизора раздаётся бой курантов. Индиго больше ничего не говорит, она молча смотрит на Медведеву, переминает губёшки и не произносит ни слова. В глазёнках появляются первые слёзы, а в сердце первая боль за прошедшие два года вместе. Её любовь понимает, что наговорила лишнего и уходит, прихватив с собой только сигареты и мобильник. Накинув белый свитер, подаренный Лизой на годовщину, Кира надевает кроссовки и вылетает из квартиры, нервно нажимая на кнопку лифта, железный ящик едет особенно долго. Открывая дверь подъезда, блондинка первым делом достаёт зажигалку и затягивается предпоследней сигареткой. Дрожащая ладонь чудом не роняет её, курить-то хочется. — Сука... Ну чё я за мразь такая, — ковыряет кроссовком снег та. — Вот сейчас пойду и извинюсь. И билеты закажу. И вообще, она тоже была не права... Если рассматривать с точки зрения психологии, в ссоре всегда виноваты оба, то есть обе. Но вот, кто сделает первый шаг — это всегда загадка... Которую Кире снова распутывать прямо в канун Нового года. Из-за глупой невзгоды девушка даже не успела загадать желание! Психанув, Медведева выкидывает в снег недокуренную сигаретку и залетает в подъезд, размагниченная дверь помогает сделать это быстро. На этот раз не пользуясь лифтом, Кира перепрыгивает через ступеньки и впопыхах добегает до сто пятой квартиры и тычет в звонок. Ей открывает дверь женщина лет сорока пяти в красном фартуке и бокалом шампанского в руках. — С Новым годом! — улыбается она. — А Вам кого? Я ошиблась этажом? — первая мысль, посетившая Медведеву. Заходя за дверь, смотря на её номер, и снова возвращаясь к незнакомке, девушка пытается выразиться как можно культурнее. — А... Елизавета Андрющенко может подойти? — растерянно спрашивает Кира, тяжело дыша от недавней спешки. — Тут такая не живёт, может, Вам нужен другой адрес? Проверьте, у нас точно таких нет, — ещё раз вежливо улыбается дама и кладёт ладонь на ручку двери. — Всего хорошего, с наступающим! Медведева снова бежит вниз, достаёт телефон и пытается дозвониться до Лизы. — Алло, алло! — орёт в трубку девушка, когда на том конце провода слышится голос любимой. — Ты где? Вы там празднуете, да? — Конечно празднуем, а ты то где? Сказала, что покурить отойдёшь и пропала, — смеётся Андрющенко, чем-то хрустя. — Решила всю пачку за раз приговорить? Возвращайся! Облегчённый выдох. Стоп, нет, нихрена не облегчённый. С одной стороны, Лиза на неё не злится, а с другой... Что-то здесь не чисто. После столь ясной и душераздирающей ссоры нормальный человек вообще к мобильнику не подойдёт, а уж тем более не станет с ярым дружелюбием звать обратно. Киру прошибает леденящий ужас, а сердце, кажется, пропускает свои последние удары. Снова ужасное, тошнотворное чувство сложившегося, но уродливого пазла. Остаётся всего лишь проверить свои доводы. Мерзкие, будто плачешь в себя, внутри щиплет. — Лиз, — спокойно спрашивает Медведева, скаля улыбку не без помощи последней нервной клетки. — А ты не хочешь на выходных в Хельсинки сгонять? — Ты чего, границы же закрыты, — как ни в чём не бывало отвечает Андрющенко, снова что-то пережёвывая и тут же запивая. — Не дури там, иди к нам! — Ага, уже бегу, — отключается блондинка и опускает руку вниз. Она снова всё проебала. — Я снова всё проебала. Не замечая холода, нагнетающего всё сильнее из-за отсутствия куртки, Кира рыскает по социальным сетям и перепискам, пытаясь разобраться в десятках неизвестных чатах. Узнав адрес, Медведева вызывает такси и едет навстречу к своей прошлой-настоящей-будущей любви. Значит, игра начинается снова.