Вильяна
13 октября 2023 г., 15:00
Если у меня когда-нибудь родится дочь, я назову её Вильяной в честь истории города, где я родилась и выросла. Потому что это особое место: пока мужчины здесь шьют и вяжут, женщины защищают их и город. Защищают своими слезами.
****
Последние несколько недель я не могу спать, я постоянно раздражена и могу расплакаться даже из-за мелочи. Кошмары съедают бесконечные зимние ночи, и мне кажется, что я не сплю, а лишь только прикрываю глаза на секундочку. Что-то не то. Что-то не так. Сессия позорным образом провалена из-за этого моего состояния, но это уже и не важно. Всё равно мне никогда не хотелось становиться врачом. Я выбрала медицинский университет только из-за своего желания помогать людям, быть героем и купаться в благодарности и осознании собственной благородности. Но, очевидно, медицина – это не мой инструмент для спасения людей и ублажения собственного Эго. Учитывая, как тяжко давались мне все эти замудренные бороздки и ямки черепа, которые нужно было выучить к экзамену по анатомии, или то, что у меня уже дважды горела парта в лаборатории из-за разлитой спиртовки, я правильно делаю, что бросаю медицину. Кажется, что, если я и возьму её в качестве главного инструмента своей судьбы, люди будут им уничтожены, а не спасены. Чтобы не провалиться в очередной потный и липкий бесконечный кошмар, всю дорогу из Минска в мой родной город, Вилейку, пришлось изо всех сил отвлекать себя ото сна. Я развивала в воображении историю, которую придумала ещё в детстве, и к сюжету которой возвращалась бессонными ночами или на скучных лекциях. Сюжет этой истории мог бы стать сценарием сериала или полноценным романом, если бы я только перенесла его на бумагу. Разве таблетки и порошки могут стать оружием, которым я изменю мир и спасу тысячи душ? Не в моём случае. Мой лук – перо, чернила – мои стрелы. А я стрелец, счастливо отпраздновавший восемнадцатилетие в декабре, а сейчас, в январе, абсолютно несчастна и измотана, внешне похожая на зомби, возвращаюсь домой, поджав хвост. К чёрту Минск! К чёрту скучные лекции и злых профессоров, к чёрту лицемерных и безликих одногруппников! К чёрту даже красивые старинные дома и супермаркеты, где можно найти вообще всё. Маленький городок, из которого в детстве хотелось сбежать в столицу, теперь кажется мне вполне привлекательным и приятным местом. Может быть, на родной земле и в родных стенах я смогу избавиться от бессонницы и непонятной тревожной хвори. Наверное, это всё от учёбы. Наверное, я просто устала. Наверное, мне помогут прогулки по заснеженным полям, встреча с друзьями детства (ведь у них тоже каникулы, значит, мы обязательно встретимся) и, конечно, мне поможет торт из местного хлебозавода. Можете мне не верить, но если съесть целый торт прямо руками за один вечер, то настроение обязательно станет лучше, а уж тем более если сделать это в компании своих лучших друзей. Границу Вилейки полупустой автобус пересёк поздно вечером. На вершине стелы с названием города мрачно нависало пустующее аистиное гнездо. Летом там всегда сидит аист и встречает гостей города своим ободряющим видом. Сейчас же гостей города встречала только злая метель, да лиса, выбравшаяся из соседнего леса прямо на территорию вокзала. Даже для нашего маленького провинциального городка это что-то выходящее за рамки разумного и приличного. Но разве же лисе это объяснишь? Родительская машина забрала меня прямо с вокзала, чтобы уже через пару часов, после долгих крепких объятий и разговора за горячим чаем, я лежала в своей старой кровати и сжимала мокрую от холодного пота простынь. Нет, поездка не помогла. Кошмары голодными собаками бежали за автобусом, вынюхивали мой дом и продолжили обгладывать меня даже в родных стенах. Не помогло. В кошмарах я всегда вижу одно и то же. Мама или папа, близкий друг или любимая собака, а иногда даже я сама лежу окаменевшая. И уже ничего не поделать, уже никого никак не спасти. Я навеки лишена того, что люблю больше всего на свете. Чувство беспомощности и почему-то вины по ватным ногам холодными щупальцами поднимается выше, бежит по позвоночнику, сжимает судорогой желудок, застывает колючим комом в горле — и здесь кульминация всего! Бах! Я даю волю слезам, я плачу, а в глазах темнеет, слёзы капают сразу мне на щёки, а потом на грудь, а потом мокрым становится всё, абсолютно всё вокруг. И я просыпаюсь в слезах и поте. Может, это депрессия? Но откуда? Никто в моей семье таким не страдал. И со мной ничего плохого не происходило, чтобы чувствовать себя таким образом. Чтобы плакать настолько горько, наверное, всё-таки нужна причина. Во сне мои слёзы затапливают всё вокруг бурной разгневанной рекой. И всё, что ещё уцелело из того, что мне дорого, разрушается в итоге моими же слезами. Это напоминает мне о Вильяне из легенды о том, как появилась Вилейка. Её муж был чудесными портным, добрым и красивым мужчиной, который души не чаял в своей жене. Каждый день приходили к нему с разными заказами, и он работал даже по выходным. За это Бог превратил его наполовину в камень, но даже так он продолжал шить одежду всем людям, богатым и бедным, кто бы ни пришёл к нему с заказом. Он делал всё, лишь бы Вильяна жила в достатке. Это закончилось, когда один весельчак заказал портному "то, не знаю что". От отчаяния и горя, что у него не получается исполнить заказ, портной полностью превратился в камень. Когда Вильяна нашла своего любимого мужа полностью окаменевшим, она села на камень и горько заплакала. Слёз хватило на целую реку – Вилию. На берегу этой реки, в Вилейке, я и выросла. На берегу этой реки я и мучаюсь от своих кошмаров. Спать больше не было возможным, поэтому я потянулась за телефоном. Надо узнать, в городе ли Рыбка. Может, мы встретимся завтра? Мы не виделись и почти не общались с тех пор, как разъехались по разным уголкам страны. Пока я училась в столице на врача, Рыбка училась в соседней области на ветеринара. Но что написать человеку, с которым вы не общались последние полгода? Наверное, "привет" подойдёт. И я почти сразу же получила "привет, чего не спишь так поздно?" в ответ. Снова говорить с другом, с которым вы давно не общались, это как пробираться на ощупь по тёмному дому. Но ты жил в этом доме так много лет, что знаешь его наизусть. Поэтому наш короткий разговор оказался лёгким и естественным. Мы договорились встретиться завтра (или сегодня, если учитывать, что на часах давно уже за полночь) у меня дома, чтобы прикончить целый торт за сплетнями, новостями и бесконечными вопросами друг другу. Точно так, как это бывало на каждой нашей ночёвке ещё в школьные времена. Когда только-только начало смеркаться мы с Рыбкой уже сидели на полу и нас разделяла не неловкость долгой разлуки, а всего лишь поставленный между нами йогуртный торт, украшенный фруктами и ягодами под слоем желе. — И вот тогда я поставила соседок по комнате на место! — сказала Рыбка и звонко рассмеялась. — Я взяла, да и попросила их закрыть окно, потому что мне дует! И они закрыли! Разговоры, да, разговоры решают всё! Плеяда новостей, важных и не очень, сверкала нашим смехом и блеском глаз. Когда мы обсудили все личные новости (о своих проблемах я решила умолчать, не хотелось портить первый за долгое время хороший вечер), все новости наших общих знакомых и наших семей, речь зашла о новостях города. – И давно у нас по городу бегают лисы? – спросила я. –Представляешь, вчера на вокзале, когда меня забирали домой, я увидела лису! Прямо в центре города! – Не удивила, – пожала плечами Рыбка. – Последние несколько недель все только и рассказывают о лисах и даже косулях. Но не это странно! Странно, что они даже не бешеные. Никто не знает, почему они повыходили из лесов. – Кстати о животных, – вспомнила я. – Мама сказала, что наши курицы не несутся уже очень долго! Двадцать куриц и ни одного яйца! Может, они чувствуют близость лис и боятся? – Ого! Тётя недавно тоже жаловалась маме на куриц! – Животные в этом городе посходили с ума, – улыбнулась я и зачерпнула прямо рукой немного торта. – Как я могла забыть! – Рыбка чуть не подпрыгнула. – Про сошедших с ума! Городская сумасшедшая недавно умерла! Торт так и остался в моей руке. После такой новости есть совсем расхотелось. – Смешная дама? Не может быть! – Может! – Я так привыкла, что она всегда бродит по городу… Вилейка без неё не Вилейка! – Да, странно её больше не видеть на остановках и вдоль дорог. Сейчас так стыдно, что мы в детстве её дразнили. Хотя какие ещё у нас могли быть развлечения! И сразу же вспоминаются каникулы, бесконечное лето, разбитый асфальт, скука маленького городка и то, как мы с Рыбкой обзывались на сумасшедшую женщину, пока та не начинала бежать за нами, а мы – убегать от неё с визгом и хохотом. Осудить за такое может только человек, который никогда не был ребёнком, живущим в крошечном скучном городе. – Как она умерла? – спросила я, погодя. – Очень странно, если честно. Она ведь всегда ходила по городу, помнишь? Так вот у неё нашлись родственники, которые забрали её домой. Правда её приходилось запирать, потому что она убегала и продолжала ходить туда-сюда. Так что она умерла от тоски, потому что больше не могла ходить по городу. Я слышала, что она улыбалась, когда её нашли мёртвой. – Смешная дама и улыбалась?! Я так сильно этому удивилась, потому что вопреки прозвищу Смешная Дама была очень несчастной. Она только и делала, что ходила в одной и той же одежде летом и зимой по городу и плакала. Никогда не улыбалась. Никогда не смеялась. Атмосфера в комнате стала совсем печальной, когда без стука к нам ворвалась моя мама. – Божечки! Вы уже слышали новость? Мы с Рыбкой молчали, поэтому мама суетливо продолжила: – Машина сбила двоих детей насмерть. Точнее девочку насмерть, а мальчик сейчас в реанимации, но глаза он навсегда уже лишился так точно. Только тогда я поняла, что приятный вечер превратился в паноптикум страшных новостей и историй. И на этом вечер не закончился. Когда Рыбка ушла, и ко мне снова подкралась ночь, полная кошмаров, я искала убежище на кухне. А нашла старую забытую газету с громким заголовком про то, что во всей Беларуси этой зимой не выпало столько снега, сколько у нас в Вилейке за неделю. Справедливо: огромные, как в детстве, сугробы я заметила сразу же как приехала в город. Но не обратила на них должного внимания, озабоченная другими тревожными мыслями. Той ночью я уснула легко и спала крепко. Мне не снились привычные странные сны. Мне снилась непривычная странная мысль, без картинок, без образов. Только лишь мысль. И мысль эта была о том, что каждый маленький городок охраняется местным городским сумасшедшим. И если сумасшедшего не станет, город окажется в опасности. Как это случилось с Вилейкой. Возможно, Смешная Дама выплакивала благополучие города. Возможно, мы сами обрекли себя на непогоду, голод и несчастья, когда заперли её в четырёх стенах. Меня разбудил испуганный мужской голос. И холод. – Вы в порядке? Всё хорошо? Я стояла на улице. Босиком и в пижаме. Лицо горело ещё сильнее, чем ступни, утонувшие в свежем снегу. Дотронулась до лица — всё в слезах. Похоже, я теперь ещё и во сне хожу. Но вот чудо, бесконечный снегопад, который не останавливался с момента моего приезда, наконец-то прекратился. Это была тихая морозная ночь. – Всё хорошо, – ответила я, а слёзы продолжали катиться по моим щекам. – Теперь у всех нас снова всё будет хорошо.
