Школа НЕ черной магии: Хитрый, быстрый, пупсик – Поттер

      Беллатриса сидела в мягком кресле в шелковом полупрозрачном халате, за которым скрывалось ее нагое тело. Держа в руках бокал красного вина, она смотрела на танцующие языки пламени. — Черт, и зачем я во все это ввязалась… Точно, вспомнила! Потому что я чокнутая, и у меня шило в заднице! – рассмеялась женщина своей же шутке. Эхо отражалось от стен пустого особняка и возвращалось жутким воем. Она поглубже откинулась, буквально утонув в мягком кресле, поежилась и расплылась в довольной улыбке. Впервые за долгое время ее тело, с немного выступающими силуэтами костей таза и ребер, не чувствовала пронизывающего холода, что сопровождал каждый ее день пребывания в Азкабане. Кожа, болезненно бледная, сухая, словно пергамент, сейчас стала привыкать к более щадящей среде. Женщина активно включилась в социальную жизнь. Ей нравились безделушки и простые женские радости, поэтому частенько она посещала мир магглов, там, где никто не знал о ее мрачном прошлом, там, где своя, мирская суета. Где магглы каждый день ходят на работу, обсуждают банальные вещи, спорят и ругаются, чихвостят своих боссов и подчиненных, а дамы с деловым видом выгуливают маленьких собачек. То, что казалось, давно было потеряно после многочисленных рандеву с дементорами, вновь стало наполнять сердце Беллатрисы, и она наверстывала то, что упустила за годы служения Темному Лорду. Ее кожа, волосы, ногти, зубы все получило должный уход, наладилось питание, и из ссохшейся мумии Триса постепенно трансформировалась в красивую женщину. Но ее странности в поведении никуда не делись, как и некоторые манеры. Впрочем, когда большую часть времени проводишь одна, нужны ли манеры? Нужно ли скрывать ту самую личность, что так рвется наружу? Женщина прикрыла глаза. Мерный треск поленьев, что она подкидывала одним движением пальца, создавали уют и тепло в отдельно взятой комнате. В планах Лестрейндж даже был ремонт дома, обустройство гнездышка, хотя, она понятия не имела, что такое комфорт. Но пока была готова только одна комната, где она и проводила почти все свое время. От раздумий о беззаботном будущем, ее оторвал резкий всполох зеленоватого пламени, что вырвался из другого камина в коридоре. Удивление на несколько секунд застыло на лице Трисы, она даже немного напряглась, а после, расплылась в улыбке. — Так-так-так, мальчик, который выжил... Кажется, теперь это мальчик, который у меня на крючке. Или скажешь, что снова ошибся и нечетко произнес место, в которое хочешь переместиться, прежде чем использовать летучий порох? - рассмеялась сестра Блэка в своей привычной манере. — Нет, в этот раз, я сделал это целенаправленно. — Браво, малыш Гарри, браво! Слышать это приятно. Твою уверенность и... - договорить ей не дали. — Перестань. К тому же, я никакой не малыш. — О-хо-хо, что случилось с тем скромнягой, которого я буквально насильно заставила войти в меня? - этот тон, этот голос Гарри, серьезный взгляд - они будоражил кровь Трис. Нельзя сказать, что она не думала о том вечере, когда соблазнила Поттера. Несколько раз она смаковала эти моменты прямо тут, в спальне, лаская себя. Но все это было не то. И поэтому она была так рада приходу волшебника. — Что же, присаживайся. Не скажу, что я ждала гостей, хотя тебя, пупсик, я готова видеть в любую минуту. Признаюсь честно, я даже мечтала о том, что ты застанешь меня в каком-нибудь непристойном виде. Долго же ты думал - она щелкнула пальцами. Из угла комнаты по полу заскользил стул и остановился возле Гарри. Тот принял предложение. Еще щелчок, и в коридоре что-то загремело. Гарри оглянулся. Через пару секунд, в комнату буквально ворвался столик, на которым стояли вино, сыры, фрукты, и два бокала. — Надеюсь, без фокусов? - спросил Гарри, смотря исподлобья, пока на столе творилась магия. — Только если ты этого не захочешь - Беллатриса на правах хозяйки сделала жест, чтобы ее собеседник угощался, сама, подцепив тонкими пальцами бокал, она пригубила вино. - Ты какой-то напряженный, как будто мы на твоем первые свидании, ха-ха - вновь закатилась Триса смехом, и откинулась на спинку, закинув ногу на ногу. Она все также оставалась в том, полупрозрачном халатике, совершенно не смущаясь парня напротив. — Не знаю даже, с чего начать... задумался Поттер, выпил немного вина, и многозначительно замолчал, смотря на огонь. — Можешь начать с того, что любишь меня… — Исключено! Я тебя не люблю! - резко оборвал женщину Гарри, нервно поигрывая скулами. Именно такой реакции ожидала Лестрейндж, от чего она вновь засмеялась, в этот раз прикрывая рот рукой. — Ну, тогда, как сильно меня вожделеешь и хочешь трахнуть! - со страстью произнесла она, чуть подалась вперед и клацнула зубами, расплывшись в хищной улыбке. Ее явно забавляла некое смущение великого волшебника, нравилось подстегивать его, задевать за живое. Конечно, он уже был более уверенным, и она знала, что за этой завесой из правильности, что сдерживала чувства, скрывается настоящая, манящая злость. От одного воспоминания того, как в прошлый раз Гарри перехватил инициативу - Триса текла. Вот и сейчас, она стала как-то заметно сильнее ерзать в его присутствии. — Возможно, но… — Что значит “но”? Если ты думаешь, что я не получу в этот раз того, что хочу, и ты просто так переместился ко мне, то ты сильно ошибаешься! — Да нет же, я не поэтому… - Гарри явно что-то тяготило. Беллатриса пыталась его просканировать, но до конца не понимала, что терзает ее собеседника. — Давай так, ты делаешь мне массаж, а я оказываю тебе психологическую помощь – она поманила его пальцем. После того, как она спустила шелковый халат с плеч, он еще несколько секунд цеплялся за кожу женщины, но вскоре сполз еще ниже, оголив небольшую грудь с торчащими сосками, которые так выделялись на ее бледной коже, на которой танцевали отблески пламени из камина. — Кажется, это предложение, от которого я не могу отказаться? – посмотрел поверх очков Поттер. — Делаешь успехи, Гарри! – сплеснула руками Лестрейндж, улыбнувшись. Парень немного помешкал, все еще пребывая в раздумьях, потом обошел сзади женщину, которая уже приготовилась к массажу. – М-м-м – руки парня легли на хрупкие плечи пожирательницы смерти, и она протяжно, с благоговением выдохнула. — Эх… - многозначительно вздохнул Гарри, все также прибывая где-то не здесь. — Перестань уже вздыхать! Выкладывай! И на огонь пялиться перестань! На меня пялься! – рыкнула женщина, явно раздраженная. — В общем… В личной жизни у меня как-то не очень… — Так, это я люблю! Неужели эта рыжая из рода Уиззли тому виной? — Не эта, а Джинни, вообще-то! — Ой, посмотрите какие мы злые. Ладно. Не уж то она тебя не радует своим юным телом? — Не уверен, что это нужно обсуждать… - тут рука Лестрейндж резко легла на его пах и слегка сжала достоинство — Сказал «А», говори и «Б»! - и она угрожающе чуть сжала свою ладонь, после чего, как ни в чем не бывало, рассмеялась. Гарри в этот момент явно напрягся, только сейчас он вспомнил, с кем находится в одной комнате, и секунду назад волшебница и правда могла лишить его достоинства, если бы захотела или тараканы в ее голове проголосовали бы «за». — Редко… И скучно… — Скучно? Это как? Пока все готовились к занятиям, малыш Гарри тренировал свою волшебную палочку под одеялом, в окружении движущихся картинок из журнала «Годрикова Впадина»? – девушка повернулась и повела бровью, расплывшись в ехидной улыбке Гарри мешкал. Он чувствовал, что это неправильно, вот так, выносить сор из избы. Но с другой стороны – какого черта он вообще тогда сидит тут, прикасается к чужой женщине, которую еще совсем недавно ненавидел всеми фибрами души?! Нет, он и сейчас ее ненавидит, но что-то в ней манит волшебника. После их первой встречи, Гарри варил антидот, опасаясь, что мог стать жертвой чар или любовного напитка, но состояние не менялось, значит, это было что-то другое, то, чему не учат в Хогвартсе. — У нас есть секс. В темноте. Под одеялом. В одной позе – в голосе Гарри было недовольство. Уже больше года – добавил он, поджав губы. — Оу, бедняжка – сделала жалобное лицо его собеседница. Кажется, в этот раз она даже прониклась к нему сочувствием. — А мне то хочется всего лишь разнообразия! Видеть ее тело, ее эмоции! – всплеснул руками Поттер, переходя на гнев. — Понимаю тебя. Знаешь, я тоже была обделена вниманием. Ну, всякие эти Азкабаны, дементоры, высшие цели. Я совершенно забыла о простых радостях. Но если тебе будет легче – на мое тело ты можешь смотреть сколь угодно долго. И ты можешь не только трогать его. И приходить в любое время – мягко улыбнулась Триса. Сейчас ее блядский огонек внутри немного потух. Она искренне хотела помочь. — Спасибо… Но я не могу вечно бегать к тебе от нее – разговор перешел в какое-то умиротворенное и житейское русло. — Не можешь, но, есть у меня одна идея… расскажу тебе в конце дня, если будешь хорошо себя вести. — Что ты имеешь в виду? – поднял бровь Гарри. — Узнаешь, если будешь паинькой – Лестрейндж показала язык, дразня парня, после чего вновь повернулась к нему спиной, кашлянула, чтобы тот обратил на нее внимание, и показала на свои плечи. Руки Гарри вновь легли на них. — Ладно, но говорю сразу, если ты задумала какую-то грязь – лучше я буду до конца своих дней заниматься этим под одеялом и в темноте. — Ой, да не бубни ты уже, весь кайф портишь. Не собиралась я ничего такого предлагать. Ты вроде отличник и кубок трех волшебников выиграл, а то, что мне от тебя нужен только секс, что ты меня заводишь, черт тебя подери, Гарри, ты так и не понял! – она всплеснула руками и вдруг резко вскочила с кресла. На ее лице читалось недовольство, она явно была обижена. — Прости, просто… Я правда переживаю – потупил взгляд волшебник, после чего стыдливо поднял глаза. Как только произошел зрительный контакт, Лестрейндж демонстративно отвернулась, сложив руки на груди. – Ну правда… - протянул он, но женщина была непреклонна. Мысли начали быстро бегать в его голове Гарри Надо что-то делать, он чувствовал, что виноват. Он подошел к пожирательнице смерти, секунда размышлений, и волшебник медленно опустился на колени перед ней, осматривая бледное, уже стройное тело. Оно изменилось с их последней встречи, женщина явно занялась своим питанием, и на ее бедрах и ягодицах появились приятные округлости, за которые можно было подержаться. Его глаза были прямо на уровне киски женщины, которая блестела каплями возбуждения в танце каминного огня. Волшебник выдохнул, будто собирался в очередной раз сражаться с драконом, а после – прильнул губами к половым губам Трисы. Та замерла на месте, будто бы Поттер применил на ней заклинание. Она не верила до конца, что он сам сделал это. Лестрейндж затаила дыхание, боясь пошевелиться и нарушить этот момент. Удивление спало, ее тело немного обмякло от приятных движений языком внутри нее. Но когда Поттер поднял глаза, на него уже смотрела невозмутимая пожирательница смерти. Немного надменно и с упреком, сверху вниз. — Ты все-таки слушаешь меня… Даже несмотря на свое нытье. Что же, я поражена… Продолжай – холодным голосом произнесла она, хотя внутри все трепетало. «Он что, правда это делает? Черт, мне отлизывает сам Гарри Поттер. Черт, этот мальчишка! Почему он так манит меня?!» - проносились мысли в голове одна за другой. Возможно, все это время она охотилась за Гарри, не потому что хотела убить. Возможно, мужавший у нее на глазах волшебник с каждым годом все больше привлекал одинокую женщину в другом ключе – как мужчина, а не как жертва. И вот, сейчас, уже окончательно сформировавшийся, красивый, в форме, он стоит перед ней на коленях, прося прощения ровно так, как снилось в эротических снах Трисы. — Тебе нравится? – женщина мягко взяла Гарри за волосы и немного отстранила от себя. Он тихо кивнул. – Тогда займем более удобное место – улыбнулась она, снова возвращаясь в игривой настроение. Она продефилировала назад, в кресло, и медленно раздвинув свои худые ножки, поманила пальцем парня. Тот с легкой ухмылкой пополз к ней на четвереньках. Триса могла заметить, что Гарри уже тесновато в одежде из-за возбуждения. Это не могло ее не радовать. Парень вновь прильнул к ее киске, теперь она видела, как он усердно старается доставить ей удовольствие. Сказывалось отсутствие опыта. Но желание компенсировало недостаток, и Беллатриса наградила своего партнера стонами, что сначала были едва слышны, но постепенно уже отчетливо разносились по дому. – Да, Гарри, да, еще немного, прошу – она откинулась на спинку кресла, закрыла глаза. Ее голова была немного наклонена в сторону, ротик приоткрыт, легкие стоны продолжали вырываться из груди. А потом, она резко оттолкнула парня, запищав. Ее тело затряслось в конвульсиях, она резко сжала ножки, будто пытаясь что-то удержать. С кресла потекла ниточка соков, а сама обивка была вся мокрая. — Черт, это было просто великолепно. Наконец-то! - выдохнула девушка, приходя в себя. Голова кружилась, на все тело накинулась такая приятная, мышечная слабость. Так и хотелось пребывать в таком состоянии подольше, испытать это чувство еще раз. Но вот, биение сердце вернулось в обычный ритм, Триса открыла глаза и обомлела. Перед ней, ухмыляясь, стоял Поттер. Он был голым, по его накаченному прессу, мускулистым рукам, упругим и подтянутым ягодицам, разливался теплый свет камина. Не без улыбки Беллатриса наблюдала за сменой эмоций на лице Гарри, пока острый кончик языка ласкал головку, а потом медленно заскользил в сторону уретры, и тут Гарри издал протяжный стон, его таз резко подался назад, слишком острыми были ощущения. Но женщина была готова к этому, она шлепнула его по подкаченным ягодицам и вернула назад. — Куда это ты убегаешь, Гарри? – с улыбкой произнесла она, и потом добавила – Черт. Что за сочные булки – и несколько раз шлепнула Поттера. Тот был в небольшом замешательстве. Но туман похоти постепенно застилал его глаза и разум, отсекая все остальное, крики совести и здравого смысла о том, что это неправильно и опасно, вести такую игру, но одно движение губ, красивый узор оставленный языком Лестрейндж на его половом органе, и Поттер снова забывался в наслаждении. Его руки судорожно искали голову женщины. Он схватил ее двумя руками, дав лишь секунду, чтобы она подготовилась. Таз юноши быстро задвигался вперед-назад, проникая в узкое горлышко Трисы, желая получить оргазм как можно быстрее. На ее шее то и дело становились заметны очертания члена, Гарри насаживал свою партнершу все быстрее, и вот, кульминация – пожирательница смерти уперлась носиком в пах парня, тяжело дыша. Ее бледное личико наконец-то окрасилось здоровым румянцем. — Ах, да. Надеюсь, что ты ничего не упустишь – Гарри широко улыбался от удовольствия и некоего превосходства, которое сейчас чувствовал, видя, как покорно одна из самых страшных преступниц в мире магов, стоит перед ним на коленях. Это чувство власти вскружило ему голову. Он медленно вытащил член, который Триса не хотела выпускать до последнего. Но разочарование дамы было недолгим. Медвежья шкура лежавшая у камина, оказалась у их ног. Волшебник не поднимая спутницу с колен, лишь повернул ее. Та встала на четвереньки на мягкую шкуру и обернулась. Они смотрели друг на друга и улыбались. Женщина начала покручивать бедрами, по ним стекали капельки смазки, настолько сильно она была возбуждена. Гарри подошел ближе и провел пальцами вдоль ее половых губ, от чего женщину забила мелкая дрожь. Она прикрыла глаза и тяжело вздохнула. — Гарри, войди в меня – простонала она после того, как пальцы вновь дотронулись самого сокровенного и чувствительного места. Парень молча обошел девушку сзади, она смотрела на камин, сгорая от предвкушения, поигрывая бедрами, чтобы побыстрее завлечь своего партнера. Но тот явно не торопился, он любовался тем, на что раньше бы даже не посмотрел, сейчас к Беллатрисе Лейстрейндж у него другие чувства, и даже то, что казалось ранее непривлекательным, сейчас заставляло член наливаться кровью. – Ну же, пупсик, где твой член – заскулила женщина и подалась тазом назад, ища член. Звонкий шлепок немного отрезвил ее. Это было неожиданно. Пожирательница смерти обернулась. — Ты правда хочешь мой член? – самодовольно ухмыляясь, спросил Гарри. — Очень – томно выдохнула та. — Тогда тебе стоит хорошенько попросить, чтобы я сделал это – сердце в груди Гарри стучало все быстрее от собственной смелости. Здравый смысл шел за руку с безумством, которое перекрывало страх и нелепость всего того разговора, не позволяя парню отступить назад. – Ну же, я жду – последовал еще один звонкий шлепок, а потом еще. Удивление пропало с личика Трис, появилась хищная улыбка. Она пошло облизнулась: — Пожалуйста, мистер Поттер! Умоляю вас, наденьте меня на свой член, эта киска так жаждет толстого, мощного хуя и густой спермы, прошу, умоляю вас – девушка еще сильнее прогнулась в пояснице, от чего все ее дырочки были, как напоказ. — Хорошо. Но если ты собираешься кричать, чтобы я остановился – забудь.  Я буду делать то, что хочу! – рыкнул Поттер. Звучало угрожающе, даже Триса на секунду испугалась, но было уже поздно что-то менять. Две мощных ладони легли на ее ребра, где-то под грудью, а один мощный толчок заставил девушку извиваться от боли и такого ожидаемого наслаждения, чувства заполненности. Из груди девушки вырвался крик, она выгнулась и замерла. Поттер тоже остановился, чувствуя, как все внутри женщины сжалось и пульсирует, а к его паху стекает смазка. После нескольких секунд, Гарри вновь стал двигать тазом, на этот раз более плавно, и жалобные стоны вскоре сменились на горячие вскрики, протяжные, томные. — Обхвати меня за горло Гарри, давай! Ты же так хотел разнообразия, разные позы – рычала Триса, и в следующую секунду его ладонь сжала горло волшебницы. Та буквально растаяла, с трудом удерживаясь на четвереньках, пока Гарри сзади громко и шумно дышал. – Да-да-да! – все более хрипло кричала Беллатриса, и тогда рука Гарри вновь разрезала воздух, заставляя женщину визжать от обжигающих шлепков, которые были сейчас именно тем, что нужно им обоим. Поттер выпускал пар за все неудовлетворенные моменты с Джинни в постели, за обиду на Беллатрису, а пожирательница смерти получала внимание мужчины, настоящего, можно сказать, своего кумира, который вожделел и желал ее. Они оба получали удовольствие на разном уровне – Триса больше на чувственном, а Гарри – физическом. В один момент Лестрейндж просто не выдержала и медленно легла на животик. Гарри оказался сверху, так проникновение казалось еще глубже. Волшебница уперлась личиком в шкуру, заглушая свои громкие стоны, ее ножки подергивались от уже наступившего оргазма, а Гарри все продолжал погружать в нее свой член, постепенно опускаясь на хрупкое тело, буквально придавливая Трису к полу. Толчки становились рваными, хаотичными, амплитуды было все меньше и меньше, пока член снова полностью не вошел в лоно Трис, и не стал заполнять его спермой. — Да, получай, вот так! - стиснув зубы, зло прошептал Гарри, сделав несколько поступательных движений внутри, после чего со стоном вышел из киски Лестрейндж. Та еще пыталась удержать член в себе. Гарри сидел на теплой меховой шкуре, что нагрелась у огня, и смотрел лежащую на животе Трису, которая лишь тихо постанывала. Меж ее половых губ появилась сперма, которая пульсирующими движениями, медленно стекала вниз, пачкая шкуру под ней. Это было поистине завораживающее зрелище, которое тут же заставила Поттера возбудиться вновь. Он смотрел на бледную кожу, аккуратную попку и растянутую его же членом киску женщины. Он получил то, чего больше всего желал - страстного партнера, который был готов к чему-то больше, чем просто миссионерская поза. — Это было великолепно! - прошептала пожирательница, смерти и потянулась к Гарри. Они слились в поцелуе. Так Триса благодарила Гарри за то, что она получила мужское внимание, а Поттер за разнообразие в интимной жизни. Возбуждение еще не прошло, возможно потом он будет себя корить и жалеть о том, что выбрал ее, а не Джинни, но не сейчас. — Тогда, если это было великолепно, я заслужил награду? — улыбнулся волшебник, немного смущаясь. Они сели друг напротив друга. Беллатриса, буквально просканировала взглядом своего партнера. — И что же хочет великий волшебник? - в язвительном тоне спросила женщина, прищурившись. — Я тут заметил, что меня возбуждает, когда ты кричишь. А еще шлепки... Что скажешь, если мы устроим небольшой сеанс порки? - эти слова Поттер произносил уже не так уверенно, а в конце вообще опустил глаза. — Хо-хо, малыш Гарри, ты попал в один из моих фетишей! Что же, я обещала тебе разнообразие, поэтому, думаю, она получала явное удовольствие от того, как постепенно раскрепощается тот, за кем она гонялась все эти годы. - Там в комоде есть игрушки. Как предпочитаешь: стоя, сидя, лежа? — Я не знаю... — Подумай, Гарри, как было в твоих самых смелых и грязных фантазиях? Как бы ты хотел выпороть Джинни, по ее пухлой попке? Триса, обвила парня, словно змея, шепча ему на ухо, от чего стояк парня становился каменным, иногда напрягаясь настолько, что становилось невыносимо, и даже немного больно. — Лежа... У меня на коленях - закрыв глаза, парень и правда на секунду представил то, что ему хотелось. Тогда Триса решительно потащила его на небольшой диванчик, что стоял в дальнем углу комнаты. Она взмахнула рукой, зажегся приглушенный свет, который освещал только это зону. Волшебник сел, а после Триса с довольной улыбкой расположилась у него на коленях. Он стал медленно гладить ее бледную, гладкую кожу, которая пропиталась каким-то эфирным маслом с приятным запахом, слегка поблескивая на свету. Взмах - шлепок, несильный, но звонкий, и вот, Лестрейндж уже закусывает губу, пребывая в экстазе. Еще один уже по другой ягодице, и так несколько раз, после чего, на разогретую и слегка порозовевшую попку легла уверенная, мужская ладонь, от чего Триса уже сейчас готова была взорваться и кончить, настолько прикосновения сильных мужских рук вводило ее в возбуждения. Руки медленно скользили по ягодицам, к которым прилила кровь, опускаясь ниже, проходя в опасной близости от дырочки поуже, после чего спускалась к клитору и дразнила женщину. Та буквально выла и извивалась от желания, но после, рука отстранялась. — Тихо! Я не давал разрешения двигаться! - скомандовал Гарри и прижав к своим бедрам Трис посильнее, несколько раз несильно шлепнул по киске. Пожирательница смерти застонала. Да, звучало и выглядело немного нелепо, да и опыта у юного волшебника было не так много. Но все это было неважно, Беллатриса просто текла от приказного тона, от того, как все развивается. А шлепки по киске, надо сказать, и для нее были в новинку. — Простите... Господин - последнее слово она из себя выдавила с трудом, что-то с ним было не так. — Так-то лучше! - по особняку начали раздаваться все более громкие шлепки и постепенно нарастающие крики и стоны Беллатрисы. В момент, когда боль казалось, достигла пика, который можно терпеть, парень убрал руку и вновь опустил ее к киске. Он уже давно ощущал, как влажно его ногам, что его партнерша бесстыдно течет от порки. Тогда, он бесцеремонно, грубо, вошел в Трису двумя пальцами та вновь выгнулась дугой, дыхание сперло. Это было неожиданно. Через секунду, она жалобно заскулила, ее вновь затрясло, из глаз потекли слезы. Одним движением парень довел ее еще до одного оргазма, который скорее был эмоциональным, нежели физическим. — Где же ты был раньше, Гарри! - надрывисто прокричала женщина, сотрясаясь от оргазма. - Ты не могла меня поймать, но я всегда был рядом - усмехнулся он, после чего его пальцы вновь погрузились в киску, дразня сестрицу Блака, после чего, он положил испачканные в смазке и соках пальцы на губы женщине. Та с азартом обвила их языком, словно змея, посасывая и причмокивая. — Хорошая девочка, ну что, продолжим порку, а после посмотрим, на что способна твоя попка — Что? Ты хочешь... Анал? Ты же понимаешь, что тебе придется хорошо постараться, чтобы Я разрешила? — А я разве плохо стараюсь? Ты кончила за сегодня сколько? Два раза? Три? А сколько раз ты кончила за последний месяц? К тому же, ты сказала, что готова на разнообразие. Разве это не так? - улыбнулся Гарри, чувствуя превосходство. Триса чувствовала, как медленно ситуация ускользает из ее рук, но она и правда обещала волшебнику. Она буквально заманила его этим. К тому же, бывшая узница Азкабана давно не испытывала такие оргазмы. — Ну, вот и отлично - заключил Гарри, смотря на озадаченное лицо партнёрши, и вывел ее из ступора звонким шлепком, после чего, они стали чередоваться: ягодицы, ступни, киска, потом снова ягодицы, которые уже горели. Кажется, завтра Лестрейндж это аукнется, но наверняка она будет с теплотой вспоминать сегодняшний вечер. Гарри продолжал шлепать партнершу, та протяжно стонала и мычала, ее попка выделялось цветом: ярко-красная, можно даже сказать пунцовая попка, окруженная светлой кожей. Постепенно руки Поттера легли на горящие ягодицы, легко сжимая их, от чего Лестрейндж подергивала ножками. Ее тело наконец расслабилось , после порки. Они потеряли счет времени, неизвестно, сколько прошло, но им было плевать. — Как ты? – произнес Гарри с некой заботой в голосе. — Черт, кажется, Джинни действительно сильно провинилась, если ты представлял ее — Ты же сказала, что это твой фетиш — Так и есть, и ни о чем не жалею — Где у тебя смазка? Твоя попка меня так и манит… - выдохнул парень. Триса постанывая, медленно перевернулась на спину. Она посмотрела на Гарри, потом на его стояк, и аккуратно пальчиками ног коснулась его: — У-у-уф… - простонал он, его член напрягся еще больше. — Вижу-вижу. Что же, я давно этим не занималась, но не могу же я отказать великому волшебнику – и женщина указала на прикроватный комод. Открыв его, Поттер увидел, как одиноко бывает Трис, и какие фантазии ее посещают: кляпы, наручники, корсеты и портупеи, вибраторы и дилдо разных форм и размеров, презервативы, несколько видов смазок. – Чего застыл? Хочешь попробовать что-то еще? – ухмыльнулась пожирательница смерти, видя, как глаза Гарри зажглись огнем. — В следующий раз – сдержанно ответил он и прикрыл глаза на секунду. Вытащив тюбик со смазкой, он вернулся к своей пассии — Сначала на палец, а потом на член, не думаешь же ты, что все будет вот так сразу. — Я хочу видеть, как ты ласкаешь себя. Покажи, что ты действительно хочешь меня – улыбнулся парень. Возможно, Гарри просто боялся. Но ловко вышел из этой ситуации, к тому же, такое зрелище для него тоже будет в новинку. И вновь тень смущения и сметения пробежалась по лицу Трис. Она немного замешкалась, обдумывая предложение. Будто она уже сама была неуверенна, что хочет этого. Но посмотрев на голого, мускулистого парня, что сидел с лицом полным надежд, а потом опустив взгляд на его член, огонь вспыхнул внизу ее живота с новой силой. — Только если ты будешь дрочить, пока я это делаю. Баш на баш — Я больше не могу терпеть, я правда собирался онанировать, пока ты ласкаешь себя – придя к согласию, Триса выдавила большое количество смазки, пальчик оказался в ее попке, от чего она застонала. Постепенно, удовольствие от процесса захлестнуло ее настолько, что она и забыла о Гарри. Она прикрыла глаза, палец входил в нее до конца, потом, она со стоном, выгнувшись, свободной рукой схватившись за грудь, ввела второй. И о Гарри она вспоминала только тогда, когда открывала на секунду глаза. Женщина погрузилась в процесс с головой, приятная боль, это чувство, когда тебя что-то растягивает, заполняет целиком, вновь пробудило в ней дикое желание, и теперь она не сомневалась, что хочет почувствовать Поттера внутри себя. Волшебник же с удовольствием наблюдал за танцем пошлости в исполнении Трисы. Ее изгибы тела, стоны, позы – это действительно было сравнимо с искусством, красивым и пошлым. Его рука обхватила крепкий член, двигаясь вверх-вниз, оголяя головку, а затем полностью пряча ее, и так вновь и вновь, все быстрее и быстрее. Иногда он делал перерывы, ему не хотелось кончить раньше партнерши. Триса уже пропускала в себя два пальца, и, казалось, что скоро она дойдет до кульминации, но женщина остановилось, тяжело дыша. В ее глазах пылал похотливый огонек. Видя, что парню нужна помощь, она поманила его к себе. Ее руки перепачканные в смазке отлично скользили на члене Гарри. Она старалась обеими руками, а потом подключила и рот. Такого «заклинания» Гарри было не пережить, и буквально через считанные минуты гортанный рев разнесся по дому. Мышцы парня напряглись, а Трис пыталась запечатлеть в памяти этот момент. Улыбаясь, Лестрейндж буквально без остатка проглотила всю сперму, после чего, потягивала член губками, будто через соломинку пытаясь высосать из Гарри как можно больше. — Странно, давно я не видела, чтобы после минета он все еще стоял. Что, так сильно хочешь меня, малыш Гарри? — Ты даже не представляешь, как! – выдохнул Поттер. Его буквально трясло от желания. — Хорошо, пупсик, я думаю, моя попка готова. Но учти – ты должен вести себя, как джентльмен – аккуратно и нежно. Иначе это будет последний анал, который ты от меня получишь. — Я вас понял, мэм… — Мэм? Звучит приятно… Что же, командуй, гриффиндорец! – парень аккуратно уложил партнершу на спину, заставив задрать ножки. Он волновался, как в первый раз. Головка члена коснулась ягодиц, проскользила по ним, оставив влажный след, после чего уперлась в тугое колечко. Гарри посмотрел на Трис, та – на него, закусив губу, в предвкушении. – Мф, нежнее, малыш Гарри! – простонала она, одновременно предупреждая и дразня его, строя из себя беспомощную девушку. — О-о-ох – Гарри сделал небольшой толчок, и его член вошел внутрь, тут же охваченный тугим колечком, что как будто пыталось его остановить. Никогда Гарри не испытывал ничего подобного, там было тепло и очень узко. Он опустил голову вниз, наслаждаясь видом. Еще розовая попка, которая растягивается под напором его члена, медленно скользившим внутрь. Триса смотрела куда-то вверх, полностью отдавшись своим ощущениям. Удовольствие смешанное с легкими нотками боли – то что было нужно мазохистке Лестрейндж. Ее умиляло выражение лица Гарри, его робкие и осторожные попытки. Галантность волшебника заводила ее ничуть не меньше тех игр, которые у них сегодня были. Никто и никогда так не обращался с пожирательницей смерти, с самого детства она слышала лишь гадости и упреки, а Гарри. Гарри в силу своего воспитания даже со своими врагами часто общался уважительно. И эта особенность попадало прямо в сердечко Трис. — Какой он большой – схватилась за голову Лестрейндж и протяжно застонала. — А ты такая узкая и сексуальная – прошептал Поттер, опускаясь к ее телу. Поцелуи от шеи быстро достигли ее небольшой груди, на которой и остановился юный волшебник, облизывая ее, покрывая сотнями поцелуев, обвивая соски языком, пока его таз медленно двигался взад-вперед, постепенно разрабатывая узкую дырочку партнёрши. Они сплелись в объятиях, движения постепенно становились быстрее и длительнее, Беллатриса уже сама стала двигаться навстречу Поттеру, и через пару минут нежное соитие превратилось в бурный, на высоких скоростях, с тонной грязных, слюнявых поцелуев, животных звуков, рыков, словами благодарности, матом и восхищениями. — Да, выеби меня Гарри, да!!! – кричала в порыве страсти Беллатриса, царапая спину Поттера. Тот обвил ее своими руками, и приподняв немного над диваном, буквально уже насаживал тонкую, хрупкую Трис на свой член, скалясь. — Да, ты получишь сполна, пошлая сучка! – рыкнул он, после чего все слилось в единое месиво: звуки чавкающей дырочки, стоны и крики обоих партнеров, скрип кожаного дивана, на котором они занимались этим, возможно просьбы и даже мольбы Трис, но гриффиндорец не слышал ничего, лишь собственное дыхание, будто загнанный зверь после длительной погони, до привкуса крови во рту. Искры из глаз, тело сотрясает одна огромная судорога. — О-о-о – тихо застонала Беллатриса, чувствуя кульминацию. Ее попка стала быстро заполняться спермой, пока ее прижимали к мощному, слегка вспотевшему телу, руки Гарри. Она слушала его дыхание, что было прямо под ее ухом, и казалось бы, что это все. Но юный волшебник как будто почувствовал, что его партнерше не хватило совсем немного. Его рука легла на клитор девушки. Та попыталась вырваться, как-то увернуться от руки, но в такой позе это было невозможно. Мучительное, даже насильственное наслаждение, надрывистый крик, на который уже не хватало сил, и пожирательница смерти получает еще один оргазм, бесстыдно окропив своими соками диван. После парочка без сил повалилась прямо на пол. Не был сил чтобы разговаривать, хотя слова были излишни, а любое прикосновение к телам вызывало некую болезненность. Кажется, сегодня эта парочка насытилась сексом, и сейчас любое контакт, скорее вызывал раздражение, как торт, который уже не кажется таким вкусным после горы съеденных сладостей до него. — Потрясно! – через какое-то время выдавил из себя Поттер. — Да-а-а – многозначительно ответила Триса, смотря в потолок. Парочка постепенно пришла в себя. Немного наведя порядок, они сели на диван. Лестрейндж накинула на голое тело халат, нашелся и для Гарри. Она сидела, положив голову на его плечо, смотря, как огонь догорает в камине. — Как думаешь, сколько мы тут? – спросил у нее Гарри. — Без понятия, но я не хочу, чтобы это кончалось — Но это закончится — Я знаю, так что заткнись, и дай мне насладиться моментом, прежде, чем мы будем думать над твоими отношениями с Джинни. Хотя, знаешь что? После сегодняшнего, мог бы уже и мне предложить руку и сердце – с ноткой ревности произнесла Беллатриса, хотя прекрасно понимала, что между ней и Гарри нет ничего общего и быть не может. Мимолетные интрижки, щекочащие нервы – это одно, а вот делить быт и крышу над головой каждый день – это процесс требующий усилий. Еще немного посидев, вдыхая аромат, который исходил от тела Гарри, такой мужественный и страстный, Лестрейндж поднялась с дивана и встала напротив Гарри. — Ну-ка, Поттер, изобрази страдальческое лицо – голос пожирательницы смерти стал холодным, будто они снова враги. Гарри попытался что-то сделать, но получалось плохо. – М-да, Джинни никогда в это не поверит. Она скорее спалит, что ты пришел сюда сам и дел наворотил. Ладно, садись на стул, свяжем тебя и что-нибудь придумаем. Гриффиндорец повиновался, хотя безусловно, небольшие сомнения относительно затеи витали в его голове, но он не видел другого выхода, как привести к Беллатрисе свою любимую, чтобы изменить их отношения. — Ладно, надеюсь, ты знаешь, что делаешь. И я бы на твоем месте куда-нибудь спрятался, Джинни будет явно зла. — О-о-о, мило что ты переживаешь обо мне, но поверь, я защищалась от волшебников и посильнее, чем хорошистка из Гриффиндора – усмехнулась Триса. Одно заклинание, второе – и вот. Поттер уже довольно сильно привязан к стулу. — Остолбенеть! Молния! – раздался громогласный голос пожирательницы смерти. Тело Гарри парализовало, а через секунду по нему прошелся разряд тока, несильный, но ощутимый, что приносил боль.- Ладно, сойдет и такое лицо. Если что, еще пару раз перед уходом тебя ударю – улыбнулась Беллатриса, смотря на испуганные глаза Поттера. – Не бойся, это для твоего блага. Если бы я хотела убить тебя, то давно бы сделала это. Верь мне!