Лучшее предложение, ХРАЗ!

Очередная поставленная перед майором задача — попасть в парк Выставки — изначально показалась очень простой. Чего может быть сложного в том, чтобы пройти через ворота, прогуляться по парку и спуститься по длинной лестнице? Ничего, за исключением «любимых» кодовых замков. — Заперто! Как всегда… ХРАЗ! Открывай! — требовательно прокричал Нечаев, отстреливаясь от сбежавшихся на вой «Ромашки» роботов. — К сожалению… — «…у меня нет функции отпирания дверей»… Понятно, можешь не продолжать! Будем искать способ. Сергей даже не почувствовал разочарования, ведь такое происходит совсем не первый раз. Интересно, у ХРАЗа в программном обеспечении заложена склонность избегания лёгких путей решения проблем? — Мне очень жаль, товарищ майор. — Как тебе может быть жаль, перчатка? — Нечаев усмехнулся, совсем не заметив ядовитого сарказма, с которой произнёс эту фразу. — Не стоит недооценивать чувств других… ХРАЗ явно сдержался, чтобы не добавить слово «людей», но Сергей не обратил на это внимания, увлечённо забираясь к будке, похожей на телефонную. — Кнопка технического обслуживания «Грифа»! Что она даёт? — «Гриф» приземлится для взаимодействия с техником, — отстранённо ответил ХРАЗ, безуспешно пытаясь показать, что обиделся. — И долго он будет стоять? — Без контакта с инженером-ремонтником — очень недолго. — Тогда стоит поторапливаться! — Нечаев, всё ещё ослеплённый своей жаждой преодоления закрытых дверей, в упор не замечал сменившегося тона своего… напарника, если так можно выразиться. — Что вы задумали? — ХРАЗ не смог сдержать ноток волнения в своём обычно безэмоциональном голосе. — Взлечу на «Грифе» и осмотрю местность сверху. Может, увижу что-нибудь, — ответил Сергей, потянув за рубильник и вмиг выбежав из технической рубки. Хлюпая берцами, он упорно шёл к стремительно приземляющемуся «Грифу», чувствуя, как вода постепенно обволакивает его ноги. Хорошо, что аптечки не только помогают залатать раны, но и явно поднимают иммунитет. Иначе он бы уже давно умер от какой-то болячки. Остановившись у шумящего робота-транспортёра, Нечаев недоумённо почесал затылок и напряжённо выдохнул. — За трубу цепляться что ли? — предположил он, тут же хватаясь за железный выступ, ведь каждая секунда промедления могла стоить ему возможности попасть к пункту своего назначения. — Держитесь крепче. Взлёт на «Грифе» конструкцией не предусмотрен! — обеспокоенно воскликнул ХРАЗ. — Ну-ну, тише ты, справимся. Эта попытка Нечаева успокоить его — самое милое, что произошло за последние сутки их совместных приключений. Если бы ХРАЗ имел тело, как другие роботы, то его светодиодные глаза тут же бесконтрольно замигали бы розовыми сердечками. Ну, а что такого? В конце концов, он ведь когда-то был человеком! Это значит, что его эмоции — в том числе способность чувствовать привязанность и кое-что посильнее — никуда не делись. Пока ХРАЗ размышлял о недоступных в его текущем существовании вещах, «Гриф» поднялся до определённой точки и зафиксировал своё положение, скрепляясь канатами с землёй. — Это ещё что за канат?! Раньше их не было! — Нечаев на несколько секунд растерялся, поэтому последнюю надежду на решение проблемы видел в своём верном и преданном друге. — Канаты служат для стабилизации «Грифа» в непогоду. — Хм, вот как. Несколько секунд молчания со стороны майора запустили целый ряд циклов тревоги и беспокойства у ХРАЗа. Конечно, он давно понял причины своего волнения за Сергея, но разве же он имел право надеяться на что-то? Не говоря уж о том, чтобы поделиться этими мыслями с предметом своего воздыхания. В конце концов, он даже роботом не был. Так, кусок нейрополимера. — Может, спуститься по канату… Эта идея Нечаева почти сбила с толку программное обеспечение ХРАЗа. Да как ему в голову вообще приходят эти сумасшедшие идеи! Не дожидаясь ответа своего полимерного друга, Сергей схватился за канат и, сильно оттолкнувшись, стремительно направился в сторону парка Выставки. На самом деле, Нечаев внутренностями чувствовал, что не нужно давать ему даже возможность успеть осмыслить это предложение. Едва ноги коснулись земли, ХРАЗ тут же затараторил: — Интересный факт: с высоты птичьего полёта можно увидеть, что трава в парке высажена в форме мирного атома! — Это ты так стресс от полёта снимаешь? Ха, высоты боишься, что ли? — Товарищ майор, ваши подколы негативно сказываются на моей стабильной системе оценивания вашего физиологического состояния, — парировал ХРАЗ, всеми силами пытаясь сделать голос как можно более отстранённым. — Да, я уже заметил, что ты много болтаешь, когда нервничаешь. — Вообще-то роботы не склонны испытывать никакие человеческие эмоции, товарищ майор. — А ты и не робот. ХРАЗ уже намеревался продолжить этот абсолютно бесполезный спор, но от неминуемого провала его спасла внезапно появившаяся в парке «Ежиха». — Твою мать, вот это сюрприз! Опять она! — закричал Сергей, перезаряжая свой верный дробовик. — Берегитесь! Робот «ЕЖХ-7» очень опасен! — О, да ладно? Это чертовски мило, что ты переживаешь за меня. Однозначно, если бы ХРАЗ был роботом, его глаза сияли бы сердечками. Но пока что ему остаётся только напряжённо следить за ходом боя и помогать майору снижать энергоёмкость опасного робота. К счастью, смекалка Сергея и его умение стрелять, помноженные на особенности ХРАЗа, привели к уверенной победе над взбесившейся «Ежихой». Кажется, даже без особого вреда для хрупкого человеческого тела. — И это был мирный робот? Серьёзно? Это вот эта штука — мирный робот? — возмущался Нечаев, пытаясь привести своё дыхание в норму. — Вам виднее, товарищ майор! У вас богатый опыт взаимодействия с боевыми роботами, — отшутился ХРАЗ, с трудом не выдавая своего беспокойства. Даже жгутики втянул, чтобы лишними движениями не привлекать ненужное внимание. — У меня? Черт… ну… да… только я не помню нихрена… они другие вроде. Блядь, голова как-то разболелась. ХРАЗ тут же молчаливо принялся исследовать состояние здоровья майора в попытке найти причину головной боли, ведь в нормальном физиологическом состоянии её быть не должно. — Как торжественно! Впечатляет! Сразу чувствуется, что стоишь на пороге чего-то величайшего и знаменательного… Если бы только не трупы, — почти восхищённо произнёс Сергей, спускаясь по лестнице и наблюдая за тем, как работают конфетти-машины. — Торжества подготовлены по случаю всесоюзной полимеризации и запуска сети «Коллектив 2.0». В понедельник сюда прибудет всё высшее партийное руководство, — на автомате ответил ХРАЗ, продолжая сканирование тела Нечаева. — Надо же, какое красивое конфетти! — неожиданно восхитился Сергей, ловя ладонью несколько блестящих бумажек. В этот момент ХРАЗ понял, что что-то не так. — Какое конфетти? Торжества будут запущены в понедельник. — Слыш, перчатка, ты меня за идиота не держи! Это всё вокруг в таком случае что? Тупые у тебя шутки, — фыркнул Нечаев, продолжая любоваться окружающими его конфетти, которых на самом деле не было. Стало окончательно понятно, что бой с «Ежихой» привёл не к одним только мелким царапинам. Пока ХРАЗ продолжал тщательное сканирование, Сергей в своём галлюцинаторном бреду увидел девушку, танцующую прямо посреди струящихся разноцветных кусочков конфетти. Её движения были настолько точными и плавными, что Нечаев невольно загляделся, приоткрыв рот. — Кто эта девушка? ХРАЗ тут же подключился к его мозгу, копошась в бесконечном информационном поле и выискивая нужную зону в коре, которая и провоцирует все зрительные галлюцинации. Это было нелегко, учитывая полимеризацию майора, но всё же задача эта решаема. — Никто, — почти агрессивно ответил ХРАЗ, наконец, тоже увидев эту танцующую девушку. Балерину, если быть точнее. — Ты чего такой нервный? Мне кажется, будто я её знаю, — заворожённый, Нечаев сделал несколько шагов вперёд. — Она вам совершенно не знакома, товарищ майор! — ревниво запротестовал ХРАЗ, отчётливо понимая, что воображение воссоздало образ погибшей в Болгарии жены Сергея. — Не думаю, вон как танцует… Будто меня зовёт. Нечаев медленными шагами приближался к девушке, которая в своём танце всё стремительнее отдалялась от него. ХРАЗ напряжённо пытался вмешаться в работу мозга майора, но это удавалось ему со значительным трудом. — Сейчас я всё починю, товарищ майор. Но Сергей уже не откликался, неотрывно следя за плавными движениями девушки и направляясь в её сторону. В берцы снова проникла вода, но галлюцинация отключила восприятие от всех органов чувств, поэтому Нечаев даже не замечал, как всё глубже заходит в воду. — Товарищ майор! — пытался докричаться до него ХРАЗ. Но он не слышал его. — Майор Нечаев, вы слышите меня?! — отчаянно кричал ХРАЗ, практически добравшись до нужной ему зоны мозга майора. — Ебучие пироги… Сергей! Сергей, очнись же!!! В момент, когда вода достигла шеи Нечаева, ХРАЗу всё-таки удалось справиться с нестандартной активностью в коре головного мозга майора. — Твою мать, что мы делаем в воде?! — воскликнул Сергей, не понимая, что происходит вокруг него. — Чуть не сдохли, Сергей, — сообщил ХРАЗ, активно размахивая своими чувствительными жгутиками. — И знаете, что, Нечаев? За какой бы галлюцинацией вы ни пошли бы… Я всегда буду рядом, потому что люблю вас, товарищ майор. — Ебучие пироги… И я люблю тебя, ХРАЗ. А теперь верни мне возможность ходить, ладно? — Нечаев безуспешно пытался пошевелить ногами. — Прошу прощения, Сергей. Мне пришлось отключить ваши двигательные функции, чтобы мы оба не погибли. — О, это было бы крайне романтично. — Может, вместо этого пойдём херачить роботов? С вашего позволения, товарищ майор, — игривость в голосе была заметна даже Сергею, и после минуты промедления его двигательные зоны снова были запущены, что позволило сделать уверенные шаги в сторону Выставки. — Лучшее предложение, ХРАЗ!