.......
16 марта 2023 г., 19:22
Примечания:
И крылами не взмахнул он, и пером не шевельнул он, -
Я шепнул: "Друзья сокрылись вот уж многие года,
Завтра он меня покинет, как надежды, навсегда".
Ворон молвил: "Никогда".
Здравствуй, почтмейстер, который это читает, а может и журналист или, того хуже, мимо проходящий человек, сгорающий от любопытства и желания услышать историю. Поведаю я тебе о случае, случившемся со мной на выезде в гимназию. Честно, не помню точно, зачем мы туда выезжали, да и лучше бы мы в принципе проигнорировали это заявление!
Ладно, читатель, без введения в контекст ты не поймëшь, почему я так плохо отзываюсь об этом вызове... Но раз узнать хочешь, то читай внимательно!
Была тогда осень, всюду лужи, грязь и редкие листья, так всегда бывает в городах, но в тот день мы выехали рано утром за город. Проезжали мы сквозь пустующие, туманные деревни, уже давно заброшенные. Меня всегда это удивляло, люди добровольно бросили свои дома, что заставило их покинуть свои жилища.
Гимназия уже виднелась за пригорком. Я выглянул в окно кареты и краем глаза заметил горящую свечу. Сказав об этом офицеру, он звонко рассмеялся, ведь эта деревня была уже как двадцать лет заброшенна, а жить в домах попросту было опасно!
Я, по совету офицера, решил не заострять на этом внимания и отдохнуть, до приезда в гимназию, ведь дело было там сложное.
В гимназии пропадали люди, по большей части учителя, работники и изредка особо буйные дети. Вдобавок к этому купцы всë время говорили, что эта гимназия проклята, ведь каждый, кто у неё останавливается с товаром уже не уезжает. Да и родители тех детей, что жили в гимназии числились в мертвецах из-за несчастных случаев, в общем, дел у нас было по горло.
Проехав через поле, покрытое, словно одеялом, борщевиком, кучер остановился у ворот гимназии. Здание еë было больше похоже на старое, обшарпанное поместье родовых дворян, внутри забора маленькие избы, в которых сиял огонь, а во дворе играли маленькие дети.
Офицер вышел из кузова кареты, закурил трубку и приказал мне опросить мелочь, ведь офицер знал, дети слышат больше, чем взрослые, а разговорить ребëнка гораздо легче, чем, сварливых тëток, что работали в этой гимназии со времён правления Тоца Великого.
Начал я со старших, которые жили в довольно старых избах. Выигрывая их в карты, я получал всё больше информации, к примеру об отношении учителей к ним. Эти старики... Жестокие люди! Если от тебя пахнет табаком по любой из причин - тебя подвергают розгам, если хотя бы увидят поведение, как у пьянчуги или невнятную речь - розги, если грубишь учителям - розги и посыл в подвал, к некой Фердинанд... А если устроил драку - розги до кровавых полос, Фердинанд и минимум два дня ты не питаешься, хотя, со слов тех же детей, Фердинанд добра и может поделиться едой... Жареными крысами, на удивление вкусными! На вопрос: "Почему Фердинанд живёт в подвале?", мне ответили так: "О, господин Мордоворот, у этой гимназии есть интересная традиция! После каждого выпускного приезжают новые постояльцы, а из-за этого мест в избах не хватает, но по неизвестной причине, только одного места, и из-за этого кого-то из новоприбывших селят в подвал, но это не всё! Жителю подвала запрещается выходить из него, ему приносят питание и учат прямо там и это сделано для... "Удобства", ещё жителю подвала запрещено общаться с другими детьми, а детям в свою очередь с жителями подвалов. Говорят, что житель подвала - колдун или ведьма, а поэтому и не отпускают из подвала!"
Услышав это я крайне удивился и сказал, что мне бы встретиться с этой... Фердинанд. Самые бунтарские персоны предложили мне сделку: Они незаметно проводят меня к Фердинанд, а я им даю табак. Сделка была мне выгодна, и поэтому я согласился.
Расплатившись табаком и дождавшись того, когда его распробуют, меня повели по потайным путям к подвалу. Сначала через кусты со странными ящерицами, больше похожих на крыс, после меня провели через окно к двери подвала, около которой валялись хвосты ящериц. Дальше меня вести отказывались, ссылаясь на страх темноты. Напоследок, дети мне сказали: "Господин, нам следует сказать вам, Фердинанд сейчас крайне расстроенна, еë лишили любимой ящерицы, по имени "Маршал Той", так что лучше вам выбирать слова, иначе... Кто знает, может слухи о том, что в подвале живут колдуны не совсем и слухи... "
Я поблагодарил детей и сказал им быстрее уходить, чтобы их не заметили, а после, собравшись с мыслями, я открыл дверь подвала, которая по чуду открылась. Первое что я почувствовал - взгляд из беспросветной тьмы, а второе - запах ладана. Я осторожно ступил на старые деревянные ступени подвала. Шаг за шагом. Туфли ритмично отстукивали каждый шаг, а вместе с этим усиливалось ощущение слежки и запах ладана, смешанный с чем-то тухлым. Видеть становилось всё труднее и я зажëг зажигалку. Еë сил хватало только на то, чтобы я мог видеть на две ступеньки вперëд. И я всё шëл. Пять минут, или меньше, или больше, этого я не знаю, но по ощущениям я пробыл на этой лестнице несколько изнуряющих, как работа шахтëра, часов. Я пригляделся к стенам.
Стены были испещрены царапинами, а на некоторых были подтëки, будто кровавые. Кое-где были написаны имена, а где-то даже искуссные портреты с подписями. Вскоре, среди имëн и портретов я начал видеть имена почивших или пропавших, они были отмечены выцветвше-красной, как запëкшаяся кровь, полосой. Чем дальше я шёл, тем сильнее я чувствовал запах тухлятины и потаëнный взгляд.
Ещё шаг за шагом. Я начал слышать всхлипы и рычание, но издавали их явно разные существа.
Ещё шаг за шагом. Рычание становится громче и появляется чувство того, что рычит не кто-то один, а целая стая этих существ.
Чем глубже я спускался, тем больше было кровавых пометок и имëн, которых не было в архивах и рычание.... Мерзкое... Такое, будто выбивающее перепонки.... И этот... Взгляд... Они меня видят, они все, и Фердинанд и эти... Эти... Существа... Прямо сейчас я ощущаю их взгляд...
Я наконец слез со ступенек, как рычание прекратилось. Я услышал красивый женский голос, полный печали.
"Зачем вы здесь, Господин Лейтенант?"
Меня это обескуражило. Я, собрав все свои вопросы в кучу, спросил девушку о тех именах. Девушка ответила быстро, что это имена тех, кто был в подвале, по еë голосу было понятно, что этот вопрос ей не нравился. Потом ещё вопрос: Почему она в подвале? Фердинанд ответила: "Мне не было места в их мире, мире людей. Они сказали это мне в день заселения"
Голос еë начинал дрожать. Мне становилось страшно. Я чувствовал тысячи глаз, устремлëнных на мою глотку, но я осмелился продолжить.
"Кто эти существа?"
"Мои друзья, господин, мои единственные друзья"
"Почему ты не уходишь из подвала и не пытаешься сбежать?"
"Потому что после этого кто-то обязан будет следить за моими друзьями, а мои друзья не любят перемены"
"Почему деревни все покинули?"
"Отнюдь, они не покинуты, друзья там живут, но только те, которые выросли, но не волнуйтесь, они меня часто навещают"
"Вы ведьма?"
"Нет, я просто.. Добра"
Она была явно этим раздражена, а я вновь услышал рычание, приближающееся ко мне. Я хотел убежать, но услышал еë голос, от которого меня парализовало. Я не мог двигаться, дышать стало труднее, мой рассудок помутнился.
"Мои милые друзья, научите манерам этого Господина... Разрешаю вам сделать с ним то же, что и с моим Тойем"
Из последних сил я обернулся и увидел их. Еë холодные, всепоглащающие синие глаза. Пламя зажигалки погасло и я... Я.... От меня откусывали куски, я истекал кровью... Я увидел его... Не только увидел... И услышал его, посланника Великого... Чëрный ворон, в глазах которого можно было увидеть мучения грешных душ.... Ворон произнëс:
"Nevermore"
Я закричал от адской боли, вопрошая о пощаде.
"Nevermore"
Я не мог думать ни о чëм, кроме ворона.
"Nevermore"
Я... Я узрел... Владыка Невермор... Владыка Тьмы и Мрака... Пожалуйста, подарите мне смерть!....
"Nevermore"
Да... Да... Да!... Да, мой Владыка... Я пошлю эти строки людям, чтобы они знали о вашей щедрости!....
"Nevermore"
Я... Я чувствую их, я чувствую как моя плоть в них переваривается... Пожалуйста, Владыка... Вручи мне мой дар... Вручи мне упокой!....
"Nevermore"
Я... Я чувствую... Это...
Я чувствую..
N
E
V
E
R
M
O
R
E
Примечания:
И сидит, сидит зловещий Ворон черный, Ворон вещий,
С бюста бледного Паллады не умчится никуда.
Он глядит, уединенный, точно Демон полусонный,
Свет струится, тень ложится, - на полу дрожит всегда.
И душа моя из тени, что волнуется всегда.
Не восстанет - никогда!