Не обещай мне ничего

Юнги еле разлепил глаза. Его взгляд упёрся в незнакомый потолок. Мин почувствовал чьё-то присутствие рядом. «Чёрт, только не это.» Воспоминания начали всплывать в голове. Туалет. Такси. Жаркий секс в ванной, на полу в коридоре номера отеля, в спальне. «Хорошо, хоть на окне не трахались.» Он медленно повернул голову. Намджун мирно спал, слегка приоткрыв рот. Мин тихонько выполз из огромной кровати. Стараясь не шуметь, он начал собирать свою одежду, разбросанную по номеру. «И угораздило же меня.»       — Что? Даже на завтрак не останешься? — раздался хриплый ото сна голос. Юнги напялил на себя джинсы и обернулся. Намджун лежал, подперев голову рукой, и улыбался.       — Вот, давай сейчас в благородного парня не будешь играть, — серьёзно сказал Юнги, натягивая свитшот.       — При чём тут благородство? — удивился Намджун. — Я просто хочу тебя накормить.       — Спасибо, не надо, — Юнги направился к выходу.       — Юнги, постой! — Джун сел на постели. — И вот так вот просто уйдёшь? Как будто не было ничего? Мин злобно повернулся.       — Намджун, я очень хорошо знаю, к какой породе парней ты принадлежишь, — Юнги уставился в упор на Кима своими лисьими глазами. — Для вас одноразовый перепих — обычное дело. А я не такой. И сейчас себя чувствую дешёвой подстилкой. Так что давай ты не будешь делать вид, что для тебя эта ночь хоть что-то значила. Ты уедешь в свой Сеул, а затем в Париж или ещё куда. А я здесь останусь жить своей жизнью. Мне уже всадил нож в сердце такой же, как ты. И с меня достаточно. Что произошло, того не изменить. Спасибо за качественный секс, но на этом всё. Юнги быстро вышел из номера, не давая сказать Джуну и слова.       — Но, Юнги, эта ночь для меня очень много значила, — пробормотал Ким. Он голышом подошёл к окну. На душе было паршиво. У него было чувство, что его только что бросили. Бросили, даже не начав встречаться. Поначалу он действительно хотел просто развлечься. Но этот парень был таким особенным, непохожим на остальных. Сегодня ночью он решил предложить Юнги переехать к нему в Сеул. Мин был дерзким, с острым язычком. В постели ему подходил идеально. Будто он создан специально для Намджуна. Смешной, хорошенький, любимый. «Стоп! Что? Любимый?»       — Похоже, ты влип, Намджун. И, как говорит сам Юнги, по самые помидоры, — прошептал сам себе Джун. Его взгляд наткнулся на блестящую длинную серьгу, одиноко лежащую на ковре. Джун поднял украшение.       — Надеюсь, я тебя смогу переубедить, моя Фея.

***

Чимин с Джином проснулись в обнимку.       — Мы что переспали? — тёмно-синие глаза смотрели на Чимина с испугом.       — Не похоже. Я в трусах, — протянул Чимин.       — Я тоже, — выдохнул Джин. — А чего тогда обнимаемся?       — Не знаю, — ответил Чимин, всё ещё лежа в объятиях Сокджина.       — Встаём? — спросил Джин, не разжимая рук.       — Давай ещё чуть-чуть полежим, — пробормотал Чимин, закрывая глаза.       — Давай, — вздохнул Джин.

***

Тэхён открыл глаза. На него внимательно смотрели тёмные глаза Чонгука.       — Привет. Давно проснулся?       — Не очень, — соврал Гук. Он проснулся с первыми лучами солнца. И пристально сканировал лицо спящего Тэхёна. Он запоминал каждую чёрточку, каждую родинку, изгиб бровей, трепетание ресничек. Всё это он бережно отпечатывал в памяти. Ведь после того, что он скажет Тэхёну, Гук больше не увидит это лицо. Не глянцевый лоск, а именно это. Сонное, немного помятое и такое родное.       — Хочешь кофе? — спросил Тэ, собираясь встать.       — Нет. Тэхён, нам надо поговорить. Незачем оттягивать неизбежное.       — Да. Надо, — Тэ откинулся назад на подушки. — Гук, я…       — Подожди. Я скажу, — Гук поднялся и начал одеваться. — Всё, что произошло ночью, было большой ошибкой.       — Большой ошибкой? — прошептал Тэхён, закрывая глаза.       — Тэ, а как ты хотел? Что после этого мы поклянёмся в вечной любви и сделаем вид, что не было этих пяти лет? Что ты никогда не бросал меня? Это смешно! Ты опять соберёшь чемодан и уедешь в свою сказочную жизнь, оставив меня. Как когда-то в тёмном дворе под дождём. Знаешь ли ты, что я теперь ненавижу дождь?       — Гук, я тогда считал, что поступаю правильно.       — Правильно для кого, Тэхён?! — начал повышать голос Чонгук.       — Я не хотел, чтобы ты меня ждал. Я не мог тебе пообещать, что вернусь, — обречённо произнёс Тэ. — Ты только заканчивал школу. Я не мог тебя заставить ждать меня.       — А не надо было ничего обещать! Но ведь ты всё решил за меня! Я бы поступил в университет в Сеуле после школы. И мы могли хотя бы попытаться! Но ты предпочёл бросить меня!       — Чонгук, мне тоже было очень тяжело! Я был не прав, лишив нас возможности быть вместе. Но первый год я по ночам выл в подушку от боли! Тэ сел на кровати, уставившись на Чонгука.       — Я был там!       — Что? Ты о чём? Тэхён большими глазами непонимающе смотрел на Чона.       — В тот день в сеульском аэропорту. Когда ты в первый раз улетал во Францию. Узнав от тёти Соён, что ты улетаешь, я потратил последние деньги на билет до Сеула. И если бы не Юнги, обратно я шёл бы пешком. Я был там, Тэхён. Я хотел тебя если не остановить, то хотя бы попросить дать нам шанс. Мне было плевать на гордость. Но ты улыбался, стоя у стойки регистрации со своим другом. Я медленно умирал, а ты улыбался! Ты был счастлив! Я смотрел, как взлетает железяка с крыльями, увозя тебя в твою волшебную страну, и рассыпался на куски. Теперь самолёты я ненавижу тоже!       — Чонгук, я не знал, — прошептал Тэ.       — А если бы и знал то, что бы это изменило?!       — Гук, послушай! Но ведь сейчас мы можем попытаться всё исправить. Я до сих пор люблю тебя!       — Ты помнишь свои последние слова, которые ты мне тогда сказал? «У меня уже другая жизнь, Гук. И ты мне в ней не нужен», — пронеслось в голове у Тэхёна. Но он так сказал не потому, что Чонгук ему был не нужен. А потому, что искренне считал, что не привязывать к себе Гука будет правильным.       — Возвращаю тебе твои слова! У меня уже другая жизнь, Тэхён. И ты мне в ней не нужен! Чон последний раз посмотрел на Тэхёна. Сердце заходилось от боли. Так будет лучше. Они из разных миров. Тэхён живёт в мире, где Чонгуку нет места.       — Прощай, Тэхён. Надеюсь, мы больше не увидимся. Чонгук быстро вышел из квартиры Тэ, громко хлопнув дверью. Сбежав по лестнице на пару этажей вниз, он остановился. И дал волю чувствам. Слёзы хлынули потоком из глаз.       — Прости меня за жестокие слова, любимый, — шептал он, вытирая солёную влагу. Гук с силой ударил в стену кулаком, разбивая руку в кровь.       — Сука! Как же я себя сейчас ненавижу!       — Я это заслужил. Я очень виноват перед тобой, Гуки, — говорил Тэхён тишине пустой квартиры. Он действительно готов был бросить всё ради Чона. Но Гуку он не нужен.       — Но теперь мы с тобой в расчёте, Чонгук. Я когда-то безжалостно разбил твоё сердце, а ты сейчас моё. Тэхён зажал рот одеялом и протяжно завыл, давая выход боли, скопившейся в груди.

***

Гук вошёл в мастерскую и увидел Юнги апатично лежавшего на диванчике.       — Ты чего? Чон рассматривал кислую мину друга.       — Думаю, что такого пиздатого придумать, чтобы всем вокруг стало хуёво, — выдал Мин, продолжая пялиться в потолок.       — Всем вокруг и так хуёво. Гук сел за стол и обхватил голову руками.       — По крайне мере, мне точно.       — Что произошло? — обеспокоенно спросил Юнги, принимая вертикальное положение.       — Я переспал с Тэхёном и после этого бросил его, — Гук закрыл лицо руками. — Какая же я сука. Юнги присвистнул.       — Ну, я от тебя недалеко ушёл.       — Ты о чём? — глухо пробормотал Чонгук, не отрывая рук от лица.       — Я переспал с Намджуном, — выпалил Мин. — И, похоже, тоже бросил его. Хотя мы даже не встречались. Но у меня стойкое чувство, что я его бросил.       — Охуеть, — протянул Чон. — Может, ты в него влюбился?       — Я его знаю от силы пару дней. Какое нахуй влюбился? — возмутился Юнги.       — Влюбиться можно и за пару секунд, — философски произнёс Гук, поднимаясь из-за стола. — Надо работать. Кстати, где Джин?       — Хрен его знает, — пожал плечами Юнги. — Он ещё не показывался. Да, надо работать. Сегодня доделаю машину Босса, и пускай валит в свой Сеул. С глаз подальше.

***

      — Мне кажется, что у меня в груди одна сплошная рана. Мне не хватает воздуха. Ещё чуть-чуть и я задохнусь, — бормотал Тэхён, растирая слёзы по прекрасному лицу. Он лежал головой на коленях Намджуна. За окном уже было темно. Джун гладил по голове друга, ласково перебирая шёлковые пряди.       — Тише, Тэ. Не плачь, — нежно произнёс Намджун. — Понимаю. Сейчас я тебя понимаю.       — Сейчас понимаешь? Тэхён сел и вытер лицо. Глаза припухли от бесконечных слёз. Он проплакал целый день. Тэ лежал в кровати и рыдал, горюя о потерянной любви. Он бы так и продолжал страдать в гордом одиночестве, если бы не пришёл Намджун. Ким выволок из постели Тэхёна. Заставил принять душ и отпоил горячим чаем. Накормить страдальца не получилось. Тэ категорически отказался от еды.       — Судя по всему, я влюбился в Юнги, — вздохнул Намджун.       — Ничего себе! Обалдеть!       — Он первый человек за мои двадцать девять лет, которому я предложил остаться на завтрак после ночи любви. Когда он рядом, моё сердце стучит, как мотор моего Мерседеса. Он единственный, кто может сломать его так же, как и починить. Мой личный механик. Механик моего сердца.       — Не знал, что ты такой романтик, — грустно усмехнулся Тэхён.       — Он ушёл утром из номера, не дав мне объясниться. Я сегодня был в гараже. Хотел поговорить, но Юнги меня выпер и слова не дал сказать.       — Что ты планируешь делать?       — Не знаю, Тэ. Но что-нибудь придумаю.       — Джун, я хочу уехать. Меня здесь больше ничего не держит. Тэхён уткнулся в крепкое плечо друга.       — Уедем, Тэ. Завтра уедем. Скрипнула входная дверь.       — Тэ, почему у тебя не заперто? — раздался голос Чимина. Пак недоуменно уставился на друзей, сидящих в обнимку.       — Что происходит?       — Страдаем мы, — хмыкнул Намджун. — Нас бросили. Чимин плюхнулся в кресло напротив кровати и усмехнулся.       — Ну, этого понятно кто, — он ткнул пальцем в Тэхёна. — А тебя, папочка Ким?       — Юнги.       — Как он мог тебя бросить, если вы не встречались? — удивился Чим.       — Он умудрился это сделать. Даже не встречаясь со мной, — Намджун потрепал свои тёмные волосы. — Фея, блять! Волшебник, мать его!       — А ты где был целый день? — поинтересовался Тэ у Чимина, шмыгая носом.       — У Джина, — просто ответил Пак.       — Чимин, а как же девушки? Джун выпустил из объятий Тэхёна и с усмешкой посмотрел на Чимина.       — Эй, это не то, что вы подумали! — воскликнул Чим. — После того как вы нас бросили в клубе, мы напились до синих соплей и просто вырубились у него дома.       — И ты хочешь сказать, что ты просто дрых у него целый день? — ехидненько прищурился Тэ.       — Нет. Мы гуляли по городу. Джин показывал мне асанские достопримечательности. Потом мы поужинали у него дома. Он замечательно готовит. У нас очень много общего. Мы подружились.       — То есть вы просто друзья?       — Да!       — Не пизди, Чимин! Я видел, как ты вчера залипал на глаза Джина! — Тэхён впервые за сегодня искренне улыбнулся.       — Да ну вас! — надул соблазнительные губы Пак.       — Так, мои крошки! Завтра я забираю машину, и мы уезжаем! — сказал Джун, поднимаясь. — Пойдём, Чимин, Тэхёну надо выспаться.       — Спасибо тебе за всё, Джун, — на глазах Тэ вновь показались слёзы. Намджун крепко обнял Тэхёна.       — Тэ, не за что. И прекращай это мокрое дело. Хорошенько выспись. Тебе понадобятся силы, чтобы прийти в себя. В тёмном окне напротив Чонгук сжал кулаки до белых костяшек, глядя на то, как Намджун обнимает Тэхёна.

***

      — Юнги!       — Что ты хочешь? — прошипел Мин, сжимая в руке большой разводной ключ.       — На данный момент опорочить твой гараж, — Джун с силой прижал Юнги к своему Мерседесу, водя носом по шее Мина. Они были одни в мастерской. Намджун приехал за машиной. Он хотел просто поговорить с Юнги. Объяснить всё. Но что-то пошло не по плану. И вот он его зажимает у тачки, еле сдерживая себя.       — Большой Босс, у меня в руках разводной ключ, — зло процедил Юнги. — И мне бы очень не хотелось проломить им твою черепушку и сесть в тюрьму. Но если ты сейчас не уберёшь свои лапы, это произойдёт. Джун нехотя отпустил Мина.       — Юнги, давай попробуем сыграть в большую любовь? У меня к тебе чувства. Нет смысла отрицать. Я бы очень хотел, чтобы ты был рядом.       — В качестве кого, Намджун? В большую любовь не играют. Ею живут. И мне очень жаль, что ты этого не понимаешь. Поэтому забирай свой Мерседес и просто уезжай. Юнги бросил ключ на пол и скрылся в подсобке, оставляя Джуна одного. Ким, тяжело вздохнув, сел в машину и плавно выехал из гаража.

***

Он ехал к дому Тэ и думал над словами Юнги. В любовь не играют. Он сдуру это ляпнул. Он не может просто так отпустить эту злюку. Джун был прав, когда назвал Юнги репейником. Он пробрался в сердце Кима и уцепился там своими колючками, прочно засев. Намджун принял решение завоевать сердце Мина. Любыми способами. Он решит дела в агентстве и приступит к осуществлению своего плана. Он всегда добивается, чего хочет. А Юнги он хотел. В свою постель. В свою жизнь. Желательно навсегда. Если понадобится, он украдёт Мина. И запрёт, как принцессу в своём доме. Хотя Юнги больше злобный дракончик, чем прекрасная принцесса. Но именно за это Намджун его полюбил. С улыбкой он подъехал к подъезду Тэхёна. Тэ и Чимин уже ждали его.       — Чего лыбишься? — спросил Пак, влезая в машину. — Папочка Ким, у тебя удивительно глупая рожа. Удалось украсть поцелуй у неприступного Мина?       — Нет. Он грозился мне проломить башку, — ответил Джун, всё ещё улыбаясь.       — Любовь творит чудеса, — пробурчал Чимин. — Тэ, садись в машину! Чего застыл? Тэхён положил в багажник чемодан и в последний раз посмотрел на окна. Прямо напротив окон его квартиры, которая станет скоро чужой. Он принял решение продать квартиру и больше никогда сюда не возвращаться.

***

      — Вот смотрю я на ваши кислые рожи и жить не хочется, — заявил Джин, втаскивая старый карбюратор в гараж. Он уставился на друзей, которые ничего не делали. Чонгук с несчастным видом пялился на свой почти готовый мотоцикл. А Юнги, как всегда, лежал на диване, болтая ногой в воздухе, и грустно вздыхал. Прошло две недели с тех пор, как Асан покинули представители агентства «Розовый Бриллиант».       — Вы работать собираетесь? — хмыкнул Джин, доставая телефон, чтобы ответить на пришедшее сообщение. — Клуб одиноко одиноких одиночек.       — А у тебя морда чё такая довольная? — без особого интереса спросил Юнги. — Кому ты там в телефон лыбишься? Подружку, что ли, завёл?       — Нет. Я переписываюсь с другом, — Джин нахмурился, читая сообщение.       — Друга, случайно, не Пак Чимин зовут? Гук молчал, погружённый в свои мысли, старательно залипая в одну точку. Джин ничего не ответил. Он быстрым шагом подошёл к Юнги и дал прочесть сообщение. У Мина широко расширились глаза от прочитанного, и он подорвался с дивана.       — Гук! Поехали! — заорал Юнги, хватая ключи от вишнёвого Ниссана, который они уже починили.       — Куда? — меланхолично протянул Чонгук.       — Там привезли недостающую запчасть для твоего байка! Срочно надо забрать, иначе её продадут другому! Быстрее! Юнги залез в машину и завёл двигатель.       — А почему мне не позвонили? — спросил Гук и сел в машину.       — Какая разница, кому сказали? Главное — успеть! Ниссан, оставив облако выхлопных газов, исчез. Джин покачал головой.       — А взять мою машину слабо было? Два влюблённых идиота!

***

      — Юнги! Куда мы едем?! — спросил Чонгук, увидев указательный знак на Сеул.       — В Сеул. Юнги старательно обгонял машины.       — Зачем? Не говори мне, что там запчасть!       — Нет, — спокойно сказал Юнги. — Мы едем в аэропорт.       — Юнги, у тебя крыша поехала?! — воскликнул Гук. — Разворачивайся обратно!       — Если ты суицидник, можешь выпрыгнуть на ходу! Я не буду поворачивать назад и не буду останавливать машину.       — Да что происходит?!       — Гук, Тэхён сегодня улетает в Париж навсегда.       — Ну и пусть себе улетает!       — Блять! Ты понимаешь, что он улетает навсегда?! — заорал Юнги. — Ты любишь его! Ты подыхаешь без него!       — Я выживу, — пробормотал Чонгук. — В прошлый раз выжил и сейчас выживу.       — Послушай меня, — сбавил тон Юнги. — Ты должен попытаться его остановить. Иначе ты будешь всю жизнь жалеть, что не сделал этого. Сколько бы лет ни прошло, это будет тебя грызть изнутри. Ты не сможешь нормально жить. И если он откажется, то…       — То это опять мне разобьёт сердце.       — Там разбивать уже нечего! Оно у тебя и так в хлам! И если он откажется, то ты с чистой совестью набухаешься сегодня в баре. Может быть, дашь кому-нибудь по роже и начнёшь жизнь с чистого листа, вычеркнув Тэхёна. Если захочешь, мы сможем уехать из Асана в другой город или вообще из страны. Например, в Лос-Анджелес. Будем чинить байки и полоскать жопы в Тихом океане. Но ты должен попытаться, чтобы спокойно жить с осознанием того, что ты сделал всё возможное.       — Откуда мы деньжата возьмём на Лос-Анджелес? — хмыкнул Гук, смирившись со своей судьбой.       — Ну, я вообще-то не самый бедный человек в Корее.       — Чего?       — Мне досталось довольно большое наследство от деда, — как ни в чём не бывало сказал Юнги. — Я как бы вообще могу не работать до конца своей жизни.       — Хён, я сейчас ничего не понимаю, — рассеянно произнёс Гук. — Хотя, если подумать, ты мне никогда не рассказывал о своей жизни в Сеуле и почему уехал. Юнги вздохнул.       — Когда я тебя встретил на автовокзале всего зарёванного, я сам был не в лучшем состоянии. Меня тоже предали. Дед оставил мне в наследство довольно крупную компанию по производству косметики. Я всеми силами старался управлять ей. Образование позволяло, да и опыт был. Дедушка готовил меня в свои преемники. В то время я встретил парня и влюбился, как мальчишка. А он меня использовал. Он был со мной только ради денег. Он трахал всех подряд в роскошных номерах дорогих отелей, снятых на мои же деньги. Я, когда узнал обо всём, решил сбежать из Сеула. Я продал компанию, квартиру, машину и, взяв с собой один только рюкзак, отправился на автовокзал. Я даже не знал, куда поеду. И там я встретил тебя. Это всё решило. Мне нравится моя жизнь в Асане. Нравится чинить с тобой машины. Нравится, что со мной дружат не из-за денег.       — То есть ты, богатая задница, раскручивал меня на халявное пиво? — усмехнулся Чонгук.       — Халявное пиво — святое дело, — подмигнул Юнги другу.       — Хён, а ты в курсе, что мы, грубо говоря, спиздили машину клиента?       — Это называется не спиздили, а тест-драйв.

***

      — Так, сейчас сдадим багаж и на регистрацию. Скоро объявят рейс. — Намджун посмотрел на Тэхёна. — Тэ, ты как?       — Нормально, — буркнул Тэхён. Чимин с кем-то переписывался в телефоне, мило улыбаясь.       — Чимин, прекрати втыкать в телефон! — рявкнул Джун. Чимин поднял глаза и уставился куда-то за спины Тэ и Намджуна.       — Тэхён, это, похоже, к тебе. Тэ обернулся и увидел перепачканного в мазуте Чонгука.       — Гук, — выдохнул Тэхён. Он словно во сне направился к Чонгуку, боясь, что это только ему кажется.       — Тэ, — проговорил Чонгук. — Я пойму, если ты меня пошлёшь. После того, что я тебе наговорил. Это неправда, что ты мне не нужен. Нужен! Я тебя прошу! Останься! Здесь, со мной. Я не могу дать тебе роскошную жизнь, но я могу предложить тебе свою любовь. Это всё, что у меня есть. Я…       — Я останусь, — перебил Тэхён Чонгука. — Здесь, с тобой. Навсегда. Я тебе обещаю, что… Гук прикоснулся пальцами к губам Тэ, заставляя замолчать.       — Не обещай мне ничего. Просто делай. Он наклонился и нежно поцеловал Тэхёна.       — Твоих рук дело? — спросил Намджун, подходя к довольному Юнги.       — Ага! Я же Фея-крёстная, ёпт, — ответил Юнги.       — Ты понимаешь, что лишил меня одной из самых прибыльных моделей? — прищурился Джун.       — Найдёшь новую! — фыркнул Мин. — И вообще, я приехал сюда не только ради Дивы и Гука. Намджун с подозрением уставился на чумазое лицо Юнги.       — Я не хочу, чтобы ты улетал, — серьёзно сказал Мин. — Я хочу попробовать сыграть в большую любовь. Джун молчал, переваривая услышанное. Молчание затянулось.       — Я тебе всё сказал. Твой выбор, большой Босс?       — Я выбираю опорочить твой гараж. Сегодня, — наконец ответил Ким, притягивая к себе Юнги. — Вообще-то я собирался это сделать, когда вернусь.       — Так ты не навсегда собирался улететь? Намджун покачал головой.       — Тэхён да. Я нет.       — Ну, Чимин! Жопа с лапками! Он же написал Джину, что вы оба навсегда улетаете!       — Значит, ему нужно сказать спасибо. Иначе ты бы не сорвался меня останавливать. К ним подошёл Чимин, вертя телефон в руках.       — Джун, время. Что делать будешь? Намджун нахмурился, но из объятий Юнги не выпустил.       — Чим, хотя бы ты должен полететь. Тэхёна заменит Лиён. Я сейчас это организую. Он прилетит попозже. А насчёт меня скажи, что я не смог приехать по с/о.       — Что такое с/о? — не понял Пак.       — По состоянию охуения, — ляпнул Юнги.       — По семейным обстоятельствам, глупыш, — Намджун ласково поцеловал светлую макушку Мина.       — Я твоя семья? — Юнги рассеянно захлопал глазками.       — Очень на это надеюсь.

***

      — Я вас очень прошу! Не трахайтесь в машине клиента! — выкрикнул Чонгук из такси, уже отъезжающего от автомастерской.       — А это как карта ляжет! — заорал ему вслед Юнги. Намджун обнял за талию Мина и с нежностью заглянул в глаза.       — Чем будем заниматься?       — Ну, сначала я покатаюсь на тебе, а затем тебя покатаю на нём, — Юн показал на рядом стоящий чёрный Джиксер.       — Господи! И на что я подписался? — Джун с опаской покосился на мотоцикл.       — Привыкай! Я тебе не утончённая моделька, — хмыкнул Юнги и, освободившись от объятий Джуна, подошёл к байку.       — Фея, а давай я тебе машину куплю? — с надеждой предложил Намджун.       — Эх, Босс, ты не понимаешь. Четыре колеса возят жопу, а два — душу, — Юнги любовно погладил мотоцикл. — И потом, машину я сам себе могу купить. Денежки имею.       — Так я сорвал джекпот? — усмехнулся Джун, обнимая Юнги сзади.       — Именно!

***

Тэ поставил чемодан в коридоре и снова подумал о том, что надо сменить лампочки. Закрутившись по делам в агентстве, он не успел выставить квартиру на продажу. Ким достал телефон и подошёл к окну. В квартире Гука не было света, хотя он пошёл домой, чтобы переодеться и принять душ.       — Да, — раздался низкий голос в трубке.       — Что ты делаешь? — спросил Тэ, напряжённо глядя в окно.       — На тебя смотрю, — усмехнулся Чонгук, и штора в окне напротив зашевелилась.       — Знал бы ты, что я творил, стоя у своего окна, — рассмеялся Тэхён.       — Примерно то же, что я сейчас?       — Гук?       — Я шучу, Тэ. Я скоро к тебе приду и займусь с тобой настоящей любовью, а не воображаемой.       — Мне принять позу «собака мордой вниз»? — спросил Тэхён, широко улыбаясь.       — Так ты это делал специально?! — воскликнул Чон. — Эта йога твоя? И полуголым расхаживал?       — А ты как думаешь? — хитро прищурился Тэ.       — Я люблю тебя, Ким Тэхён, — прошептал в трубке Гук.       — Приди и скажи мне это в глаза.       — Иду.

***

Джин лежал в кровати и с улыбкой рассматривал фотографии из аэропорта, присланные Чимином. Он был очень рад за друзей. И даже немного им завидовал. Грустно вздохнув, он отложил телефон. Закрыв глаза, Джин подумал, когда же он тоже встретит свою любовь? А может его удел всегда быть одному? Из раздумий его вывел сигнал пришедшего сообщения. «Джин, я не знаю, как ты на это отреагируешь. Но когда я вернусь из Парижа, ты пойдёшь со мной на свидание?» Тёмно-синие глаза ярко заблестели радостью. «Пойду, Чимин» The End.