Март

      Утром никакие звуки не раздражают слух, и Скарамучче впервые за неделю кажется, что оно и вправду доброе. Приоткрыв глаза, первое на что смотрит парень - это белый потолок, уже позже приходит понимание, что он лежит на спине, а на его груди бесцеремонно лежит тонкая рука Каэдахары, а чуть ниже нога. Райден опускает взгляд, наблюдая спящего хозяина квартиры, который лежит на его плече, тихо сопя и прижимаясь к боку всем телом. — Видимо ночью замерз, бедняга, — проносится в голове темноволосого. После чего, еще немного полежав вот так с Кадзухой, студент-IT все же решается встать и пойти поесть. Вот только стоит Скарамучче попытаться встать, как тут же слышится тихое: — Нет, не уходи, — просыпаясь, останавливает пепельноволосый и, уложив гостя обратно на кровать, обхватывает его ногой и рукой сильнее, как бы наваливаясь на бок. — Мне так хорошо лежится с тобой, — продолжает шептать фотограф, и Райден останавливается, наблюдя за довольной улыбкой, появляющейся на лице Каэдахары. Темноволосый хочет спросить причину такой близости к нему, но устроившись поудобнее ответ не заставляет себя ждать, будто отдыхающий читает его мысли, — Ты теплый. А еще.. Мне так одиноко здесь. — будто во сне тихо произносит фотограф, после замолкая, видимо погружаясь снова в мир Морфея.       Студент повинуется и больше не пытается подняться. В голове зарождается, как Райдену кажется, гениальная идея, слегка поглаживая парня рядом по спине одной рукой, он поднимает с пола телефон. То что он собирается сделать не есть правильным по отношению к спящему, но когда Скарамучча делал что-то правильно в последний раз? К тому же он не собирается использовать это против самого Кадзухи, поэтому отключив звук, чтобы было не слышно щелчка, парень открывает камеру, переворачивает на лицевую и, подняв руку почти перпендикулярно груди, фотографирует. Он обязательно покажет эту фотку Чаилду однажды, чтобы похвастаться, каких успехов он добился, но сейчас просто оставит для себя, продолжая лежать и пряча телефон, пока Каэдахара ничего не заподозрил. — Не правильный ракурс подбираешь, Райден, — тихо звучит замечание от, как казалось ранее, спящего парня, но теперь темноволосый в этом точно не уверен. — Надо было ниже брать. — Для себя можно как угодно фоткать, — бурчит студент на замечание, ощущая как начинают гореть щеки от смущения. Вот это он, конечно, сильно оплошал. Пепельноволосый не спал и отлично видел, что он творил. Теперь Скарамучче впервые за долгое время немного стыдно. — Включи камеру и дай мне, — немного ерзая щекой по груди, сонно просит Кадзуха, а после рукой, что до этого лежала на груди, немного поправляет свои распущенные волосы и подползает ближе к шее. Темноволосый не сопротивляется, включает камеру на телефоне, пододвигая дисплей ближе к опытному. Каэдахара с пару секунд тыкает что-то в настройках, а после возвращает руку на грудь. — Хорошо, теперь подними руку, так же как тогда, — гость молча выполняет. — Ниже не много, и еще ниже. Переверни телефон горизонтально. Вот, да, вот так, — продолжает наставлять пепельноволосый, опуская немного ногу на бедра снимающего. — Молодец, а теперь улыбнись слегка и прижми меня к себе крепче, — возвращается к шепоту фотограф, немного смущаясь собственных слов.       Райден прижимает мальчика крепче к себе, немного погладив по талии, после чего его голову посещает еще более бредовая мысль, чем ранее. Парень носом утыкается в белую макушку, целуя ее осторожно. Подобные действия удивляют, отчего Кадзуха привстаёт немного на руке, что бы посмотреть в глаза горе-фотографу, ища объяснений. Но вместо них Скарамучча, смотря ответно в красные омуты, нажимает на кнопку, делая снимок. — Вот так, теперь эмоции на ней самые настоящие, — ухмыляется темноволосый, а Каэдахара остается в небольшом шоке. — И ракурс подобран верно и параметры. — Ты, блин, — все что может он выдавить из себя, прежде чем хихикнуть и лечь обратно на грудь, кутаясь в одеяло. — Все, не мешай спать, у меня законный выходной.       Скарамучча тихо смеется, а после открывает фотографию, рассматривая снимок и вполне довольствуясь результатом.

***

      Уже через 2 часа Кадзуха все же просыпается, отпуская гостя. Скарамучча встает и почти сразу чуть не падает, из-за того что ноги, да и все тело, затекли в одной позе. Хозяин с этого тихо смеется, ему то вполне комфортно было: он вертелся рядом с Райденом, вытягивал ноги на нем и иногда переворачивался к нему спиной, обнимая сильную руку. После чего оба студента направляются на кухню, дабы наконец-то позавтракать.       Темноволосый голодный, поэтому парой Кацу-сандо не наедается и, без угрызений совести, доедает еще и вчерашний ужин. Каэдахара все еще немного удивляется тому, с какой охотой его гость ест, но не говорит ни слова позволяя тому наесться, улыбнувшись, а затем встает мыть посуду. — Что будет на обед? — допивая свой немного остывший кофе, интересуется гость. — Не знаю, что-нибудь буду думать. А ты планируешь у меня на обед остаться? — Я планирую у тебя и поужинать, — признается, не стесняясь, Скар. — Ах, даже так, — усмехается Кадзуха и прикрывает рот мокрой рукой. Ситуация сама по себе не смешная, но парню почему-то так нравится с какой охотой гость всегда ест. Возможно, на нем так сказывается долгое одиночество, а может и что-то другое: такое теплое чувство в сердце, когда важный тебе человек с удовольствием проводит с тобой время, кушает твою еду, обнимает тебя - об этом знает только сам Каэдахара. — Ну хорошо, раз до ужина, то будет тебе ужин, но сначала мне нужно все же разобраться с физикой. — Без проблем, домывай посуду и приходи, я пойду пока покурю, — оповещает Райден и встает со своего места. — Подожди, я с тобой пойду, — тут же отзывается пепельноволосый, останавливая гостя. — Ладно, — соглашается парень, опираясь на стену спиной.       Каэдахара не заставляет себя долго ждать: ставит последнюю тарелку в сушилку и, вытирая руки об полотенце, подходит. Студенты отправляются обратно в комнату, устраивая на окне, как и вчера вечером, включая устройства и делая затяжки. — А что тебе непонятно в термодинамике? Это же фактически повторение 10 и 11 класса, — выдыхая горьковатый дым, спрашивает Скарамучча и открывает окно. — А, я в 10 классе физику вообще не понимал, остановился еще где-то на ускорении, а потом там стало все еще не понятнее, в итоге запутался, — отвечает Кадзуха и встает со стола, подходя к гостю. Поджимается немного к боку, как бы прячась от холодного ветра. — Все с тобой ясно, гуманитарий, — приобняв фотографа, усмехается темноволосый и немного прикрывает раму, чтобы не морозить хозяина квартиры. Затем и вовсе убирает сигарету, так и не докурив полностью, — все, погнали за физику, тебе еще обед и ужин мне готовить.       Райден важно слезает с окна, отпуская парня и придвинув стул садится за стол. Его примеру следует и Каэдахара, доставая учебник из органайзера и открывая на нужной теме.

***

      Незаметно за объяснениями проходит почти 3 часа. Кадзуха намного лучше понимает в физике, нежели Скарамучча в культурологии, но темноволосый никогда не имел, даже небольшого, опыта что-то объяснять, отчего выходит у него это отнюдь не очень. Он старается разжевать все, привести максимально легкие и доступные примеры изотермических процессов и употреблений в повседневной жизни молекулярно-кинетической физики, но этим лишь сильнее путает фотографа. Тем ни менее со временем Каэдахара все равно понимает, что до него пытается донести студент-IT. Конечно, ему стоит и самому еще раз пройтись по всем лекциям и конспектам, что давал Рагнвиндр, чтобы закрепить материал, но Кадзуха уже лучше стал ориентироваться в термодинамике, что радует. Он даже, по некоторым "лайфхакам" Райдена, запомнил несколько формул и их получение. — Фуух, это было сильно, конечно, — потягиваясь на стуле устало проговаривает Скарамучча. — Ты хоть точно все понял? — Да, спасибо большое, я еще раз завтра перед уроком пройдусь по конспекту, и, думаю, я хорошо запомню эту тему, — улыбаясь, отвечает на вопрос пепельноволосый. — Что ж, тогда раз мы полностью разобрались с предметами, пошли я тебя покормлю.       У темноволосого аж глаза загорелись, что смешит немного пепельноволосого. Парни поднимаются с мест и отправляются на кухню: Кадзуха — готовить, а Скарамучча — моральная поддержка, ибо не умеет. В целом, хозяин не имеет ничего против, ему даже это нравится.       С появлением Райдена в доме, фотограф, вправду, чувствует себя.. счастливо? Ему есть о ком заботить, кто с удовольствием ест его стряпню, кто просто может сидеть вот так и разговаривать на совершенно разные темы. Каэдахара не чувствует того одиночества, что съедает его изнутри уже очень давно. А осознание того, что сам Скарамучча обратил на него внимание, заставляет сердце трепетать.       От диалога парней отрывает сообщение, пришедшее на телефон темноволосого. Студент-IT недовольно высказывается в сторону техники, а после берет в руки, чтобы посмотреть на того несчастного, решившего ему написать. Как ни странно - это Чаилд, больше некому. @gidrochaild Привет, как ночевка?

@scaraaaaa. Смотря зачем тебе эта информация.

@gidrochaild Интересно, друг ночует у человека, по которому вчера словил гей-панику, как мне не поинтересоваться?

@scaraaaaa. Все ахуенно. Для меня готовят обед.

@gidrochaild Пхах, все с тобой ясно, разоряешь бедного парня на продукты

@scaraaaaa. Выкуси, для тебя то Чжун Ли не готовит.

@gidrochaild Это удар ниже пояса, хотя с твоим ростом.. выше ты не достанешь, прощен

@scaraaaaa. Ты че, ахуел? Ну, сука, бойся нашей встречи.

@gidrochaild Конечно, уже трясусь. Я собственно зачем пишу, Еимия пригласила в клуб потусить с ее друзьями в 16:00, а твой Казик вроде как ее друг, вот мне и интересно, вы вместе идете? Если нет, го со мной, малыш

@scaraaaaa. Еще раз так его назовешь, получишь не только в печень, но и в морду.

@scaraaaaa. Вообще он ничего не говорил, но сейчас спрошу.

— Кадзуха, а у тебя сегодня какие планы на вечер вообще? — оторвавшись от телефона, спрашивает Скарамучча. — Тебя кормить и все, — немного отшучивается Каэдахара, а после оборачивается к гостю. — А что такое? — Чаилд тут зовет в клуб, погулять, говорит его позвала твоя подруга. Еимия ее, вроде. Ты как? Приглашен? Идешь? — стараясь выглядеть максимально непринужденно, темноволосый отводит взгляд в окно. — А, я не знаю, подожди, — в недоумении немного фотограф берет телефон, недолго копошась в нем. — О, она и вправду приглашает всех в клуб. Думаю, да, я пойду. — В таком случае, я тоже схожу, — кивает Скарамучча, набирая другу сообщение в мессенджере.

@scaraaaaa. Встречаемся в 15:30 у нашей кофейни. Не дай бог твоя рыжая жопа опоздает.

@gidrochaild Отлично, договорились

***

      В итоге Райден успел только пообедать у пепельноволосого, после чего ему нужно было в скором темпе бежать на остановку, чтобы успеть домой. Благо, все сложилось в его пользу, и уже в начале 14 парень был на пороге дома. Не то чтобы Скарамучча сильно хотел на эту вечеринку, но там будет Кадзуха. С недавних пор, это стало довольно обоснованным поводом, для того чтобы напрячься и идти приводить себя в порядок. Поэтому сейчас темноволосый спешит принимать душ, а после ускоренно сушит волосы под феном и укладывает их с помощью гребешка и плойки, дабы не торчали. Выбор одежды проходит намного дольше, чем водные процедуры, потому что требования сложнее: надо и Каэдахаре понравиться, и смотреться, будто ему совершенно все равно на место, куда он пришел. Так сказать: "соответствовать горячему, холостому бруталу".       Конечно, если вспоминать диалог студентов прошлым вечером, можно сделать вывод, что фотограф уже влюблен в кого-то и видит в Райдене лишь друга. Тогда зачем все старания, если они не обвенчаются успехом? Все просто, Скарамучча не из тех людей, которые оставляют свою цель, не достигнув ее. Так всегда было, и ситуация сейчас совершенно ничем не отличается от прошлых. Если парень захотел, чтобы Кадзуха был его - он этого добьется, не важно как и какими жертвами. Темноволосый получит любовь фотографа и не уступит какому-то дебилу, что его даже не замечает его.        И так, определившись с одеждой, студент подходит к зеркалу дабы посмотреть на результат "со стороны". Основным выбором стала черная водолазка без рукавов, что хорошо облегала его тело, и черные штаны, больше походящие на классические с мягким ремнем и круглой бляшкой. Поверх всего, парень надел белую рубашку с длинными рукавами, застегнул пару последних пуговиц и заправил ее в брюки. Из аксессуаров: на шее была золотая цепочка с подвеской в виде 2 тонких прямоугольников разной длины и три кольца, два из которых надел на средние пальцы, а 3-е на большой. Покрутившись немного и убедившись, что все отлично смотрится на нем, Райден взял свой телефон, небольшой гребешок, пачку презервативов и ключи от дома, обулся в черные кеды с белыми шнурками и покинул дом.       Не то чтобы Студент на что-то надеялся сегодня. Но клуб это место такое, никогда не знаешь, что от него ожидать. К назначенной точке темноволосый пришел вовремя. А вот Чаилд снова задерживался. Прождав его еще минут 15, Скарамучча не выдержал, доставая телефон и набирая сообщение.

@scaraaaaa. Ты где, кретин?.

@gidrochaild За поворотом, не психуй

@scaraaaaa. Ты должен быть уже здесь у моих ног, падаль.

@gidrochaild Я уже спешу, Скарик

@scaraaaaa. Ты щас опиздюлишься.

       Больше Чаилд не заставляет себя ждать. Его силуэт, спешащий к Райдену, показывается из-за угла и вскоре друзья отправляются вместе к клубу.

***

      В клубе людей много, даже очень, но Аякс довольно быстро находит нужный столик, махая девушке в оранжевом топике и белой юбке. По пышному хвосту и огненным глазам Скарамучча узнает в ней ту самую Еимию, которая пригласила их всех сюда. Парни плюхаются на диван где-то на краю, здороваясь со всеми присутствующими, а девушка уже знакомит тех, кто виделся здесь впервые друг с другом. Райден к удивлению, даже не грубит никому, пожимая ребятам в кругу руки. Вот только из всех кто собрался за объединёнными столами, он не видит Кадзуху, что сильно удручает темноволосого, но может он немного опоздает. Нужно терпение.       За время ожидания одного единственного человека, студент -IT успевает познакомиться с некоторыми его друзьями: Аякой, Томой и Хейдзо. Темноволосый уверен, уже завтра он не вспомнит ни имена этих людей, ни даже как те выглядят, но на один вечер, он все же должен их запомнить. Вскоре подходит Каэдахара, здороваясь со всеми, а Скарамучча млеет на месте. Или уже выпитый стакан коньяка "за знакомство" так действует на мозг, или Кадзуха настолько неотразим, но Райден на пару минут забывает как говорить, а может и дышать.       Фотограф был с распущенными волосами и подведенными, как на стримах, глазами. Сверху красовалась белая рубашка с короткими рукавами и принтом кленовых красных листов, расположенных будто взлетающими с середины до бока. А внизу черные шорты до колена с бантовыми складками, колени и голени скрыты красной тканью, и парню остается только гадать: колготки ли это или излюбленные им чулки. На руках пепельноволосого висят пару фенечек и браслетов, которых ранее не было, но они отлично вписываются в образ. Вроде бы в одежде Кадзухи не было чего-то прямо "вау"-привлекательного, но Райден действительно был впечатлен и очарован этим парнем.       Когда приятное удивление все же сошло, темноволосый вдохнул немного воздуха и пихнул друга, чтобы тот пододвинулся, и сам отодвинулся от края, уступая место для только пришедшего парня. Каэдахара улыбнулся подобному поступку и присел рядом. — Отлично, раз все в сборе, — поднимаясь со своего места, организаторша взяла бокал, наливая в него вино и передавая его Кадзухе. — Я предлагаю теперь тост за успешное знакомство и совместный отдых, который, надеюсь, пройдет незабываемо. — Еимия поднимает свой бокал, и все следуют ее примеру, взяв спиртные напитки и чокаясь друг с другом, после чего активно залпом выпивают, закусывают. — Что ж, первый бокал пошел хорошо, а второй уж принято пить за здоровье сразу, так что, господа, наливайте-ка еще, — поднимаясь с места, улыбчиво проговаривает Чаилд, взяв бутылку вина и любезно разливая всем желающим. — Все поняли, ему больше не наливаем, а то сопьемся к чертям на здоровье, — подкалывает друга Райден, взяв из-под стола сосуд с коньяком и наливая в свой стакан со льдом. Ребята тихо смеются, смотря как скривился в лице рыжий после подобного, а темноволосый с усмешкой все же наливает алкоголь и в стакан друга. — Кадзуха, ты что будешь? — обращается к рядом сидящему студент-IT. — Вино, я уже начал с него, — весело отвечает парень, и Скарамучча берет у друга бутылку, разливая в бокал красную жидкость.       Компания дружно поднимает спиртные напитки, снова чокаясь и все вместе залпом выпивая.

***

      Вечер был в самом разгаре и многие из компании ушли потанцевать, не исключением был и Чаилд, забрав с собой и всех остальных, оставляя друга вместе с уже плохо соображающим Каэдахарой. Если бы Скарамучча знал, что беловолосый так быстро пьянеет, он бы точно наливал ему в разы меньше. Но что больше поражало студента, это что Кадзуха ни разу не сказал о подобной реакции своего организма и пил вместе с ним залпом до дна. Во всяком случае, сейчас уже поздно как-то оправдываться незнанием или чем-то еще. Фотограф уже крепко обнимает руку Райдена, прижимаясь к нему всем телом, и зажимает его ладонь мягкими ляжками. Темноволосый краснеет от такого внимания к своей конечности, делая затяжку IQOS, но все равно сжимает мягкую кожу беловолосого пальцами, проводя по внутренней стороне бедер. Глупо, конечно, оправдывать свой поступок воздействием алкоголя на мозг, несмотря на то что в студенте его сейчас неплохое количество, однако Скарамучча может открыто признаться сам себе, что сейчас бесцеремонно лапает Каэдахару и ему до жути это нравится. Он вполне всем доволен.       Ему нравится, как аккуратно к нему прижимается беловолосый, как тот ищет и получает от его руки желанное тепло, как парень тихо в дреме зовет Райдена по имени и потирается щекой о плечо на котором лежит. Темноволосый получает эстетическое удовольствие, смотря на такой невинный и совершенно беззащитный вид фотографа, и он им пользуется. Закусывает пересохшую после длительного курения не одного стика губу и мягко ведет пальцами вверх, подцепив край тонких шортиков и задирая их. Оголяет себе вид на, как оказалось, резинку красных чулок, что так хорошо охватываю стройную ляжку, и пробирается фалангами пальцев под нее. Сейчас рядом с ними никого, и Скарамучча ощущает, как фотограф сводит его понемногу с ума. — Какой ты наглый, — звучит тихо от Кадзухи, и эта фраза заставляет остановиться. Вспомнить, что они не животные, и парень рядом с ним сейчас действительно нуждается в защите, а не пошлых касаниях со стороны друга. Пепельноволосый в пьяном бреду, он не может здраво мыслить, по-хорошему его сейчас будет отвезти домой и уложить спать с парочкой таблеток обезболивающего. — Прости, — виновато шепчет почти на ухо темноволосый и убирает руку, собираясь поправить одежду, но тонкая изящная рука ложится на его поверх, останавливая. — Нет, продолжай.. я хочу этого — Каэдахара приподнимается с плеча, перемещая свободную руку на прохладную щеку Скарамуччи, тянется к нему и мягко целует в губы, немного жмурясь от горького привкуса табака. Закидывает ноги, поверх немного раздвинутых бедер Райдена, оголяя для взора студента-IT и второй чулок, а после отстраняется. — Пожалуйста, не останавливайся, я так давно этого ждал, — продолжает мягко постанывать фотограф, удивляя своим поведением все больше.       Здравый рассудок, говорит о том, что нельзя поддаваться махинациям пьяного человека. Но темноволосый и сам не трезв. Совесть не может заставить его теперь остановиться, хотя небольшой страх испортить все отношения с другом все же присутствует. Сейчас Скарамучча, вправду, считает себя просто животным — он не может остановиться, особенно после такого хоть и легкого, но чувственного поцелуя. Сделав последнюю затяжку сигареты, парень откидывается расслабленно на спинку мягкого дивана. Умело достает стик одной рукой, кинув его в пепельницу на столе, и убирает держатель, а после и само устройство в карман. Рукой, к которой так прижимается пепельноволосый, приобнимает его за талию, а вторую, освободившуюся от сигареты, запускает к ногам, проводя по оголенным местам. Взглядом пробегает по покрасневшим щекам Каэдахары, после чего наклоняется для нового поцелуя. — Поехали ко мне, я приготовил для тебя ужин, — отстранившись, шепчет на ухо Кадзуха и чувствует, как в клубе становится крайне душно. Темноволосый поддевает резинку красной ткани, оттягивая на себя и отпускает, слушая такой идеальный шлепок, что эхом остается в ушах пьяного студента. — Поехали, — соглашается Райден и улыбается подобным словам.       Парень берет телефон, набирая номер такси и оплачивая его сразу. Должна приехать через 10 минут. До этого времени студент оставляет несколько тысяч под тарелкой Чаилда, чтобы тот заплатил за него. После чего поднимает на руки Каэдахару, подхватывая под спину и колени, и уносит на выход из клуба, подальше от шумной музыки и лишних людей. Беловолосый в ответ немного лениво обвивает его шею руками, устраиваясь на груди головой.       Такси подъезжает минуту в минуту, и Райден садится на задние сиденья. Дорога оказывается почти незаметна, потому что Кадзуха все время требовал поцелуев, наслаждаясь ими, и совсем не стеснялся. Зато водитель так не думал. Стоило Скарамучче пару раз открыть глаза во время легких соприкосновений губ, как он замечал в зеркале лобового вида удивленный и недовольный взгляд. К счастью, шофер так ничего и не сказал, а после того как студент-IT спалил его за наблюдением 3 раз и опасно, зло посмотрел в ответ, вообще будто перестал их замечать.       Когда же машина доехала до нужного подъезда, парни покинули салон, направляясь в квартиру. Студенты вместе поднимаются и заходят в коридор, продолжая беспрерывно оставлять поцелуи друг на друге, отчего губы начинают немного покалывать. Однако им это совсем неважно. Каэдахара нетерпеливо стягивает кроссовки, оставляя их так валяться по коридору и помогая партнеру. Берет крепко за руку и ведет послушного Райдена в комнату, роняя на свою кровать. Фотограф устраивается верхом на чужом торсе, вновь жарко целует в губы, руками проводя по шее и груди вниз. В алкогольном опьянении Кадзуха намного тактильные и смелее, чем обычно. Он не боится трогать, гладить, не спрашивает разрешения на поцелуи, он хочет темноволосого и получает.       Скарамучча принимает эту игру и активно ей подыгрывает. По всему телу будто полыхает огонь, который сейчас потушить просто невозможно. Студент облизывает нижнюю губу беловолосого, утягивая его в неспешный французский поцелуй. Поглаживающими жестами проходится по волосам, зарываясь в них ненадолго, спускается ниже к плечам и лопаткам, плавно спуская руки ниже по ребрам и талии к ногам, залезая пальцами под легкие шорты снова, и сжимает до покраснения кожу, после чего так же неспешно поднимается обратно, повторяя путь.       Кадзуха непроизвольно стонет в результате таких действий и чувствует, как ему становится тяжело дышать от грубоватых чужих фаланг по телу. По спине бегут приятные мурашки, что сопровождают за собой не сильное вздрагивание телом от переизбытка касаний и возбуждения. Собственные руки тянутся к рубашке, снимая ее с плеч Райдена, и откидывая куда-то в неизведанном направлении. Впрочем, сейчас это совсем не важно, ведь искать они ее будут только на утро, не раньше. — Скар, — на выдохе зовет Каэдахара. Цели окликать партнера у него нет, но есть непреодолимое желание сейчас услышать его, чтобы быть уверенным в правдивости происходящего. — Кадзу, — так же нежно отвечает Скарамучча, расстегивая надоедливые пуговицы верхней одежды, и тут же припадает к открывшимся участкам светлой кожи губами. Студент оставляет на шее своеобразные красноватые пятна — засосы, которые должны будут довольно быстро пройти. Однако стоит ему спуститься ниже к ключицам, как в ход допускаются и укусы, заставляющие фотографа вскрикивать. — Будь громче.       Пепельноволосый пересиливает себя и, несмотря на активные болезненные действия на его груди, подцепляет пальцами край водолазки и забирается ладонями под нее, прислоняя их к телу и обводя каждый его изгиб. Райдену приходится ненадолго оторваться и отпустить партнера, позволяя стянуть с себя ненужное, но перед тем как продолжить, сам заканчивает испытание пуговиц Каэдахары и откидывает следом белую рубашку. Ведет руками по мягкой спине массажными движениями, надавливая на позвоночник, и заставляет Кадзуху изогнутся. Опускается ниже к затвердевшим соскам, проводит по одному из них размашисто языком, а после прикусывая, пуская по слабому телу словно заряд электричества, заставляя дрожать на себе.       Фотограф не находит себе места. Постоянно ерзает на паху темноволосого, подставляясь весь под приказания жестов Райдена: задирает голову, убирает руки, открывает плечи, выгибается в спине и многое другое. Парень старается не отставать, но все, что он может сейчас — это крепко вцепиться в сильные плечи и тихо стонать, второй рукой зарываясь в уложенные волосы. Кадзуха не знает насколько опытен студент-IT, но уверен в том, что не разочаруется этой ночью ни в чем. Скарамучча берет всю инициативу себе и доводит своего партнера до пика возбуждения, как и себя.       Райдена также все устраивает. Ощущать ком внизу живота, следствием которого уже давно является стоящий и побаливающий член, не совсем приятно. Но ему до безумия нравится наблюдать частые вздрагивания тела на нем, слышать негромкие стоны, почти прямо на ухо, водить руками по оголенным участкам, попутно с терзанием одного соска во рту, массировать и потирать в пальцах второй, вызывая табун мурашек. Он будто одержим Каэдахарой. Парень сейчас буквально не представляет вздоха без него — является ли это последствия алкоголя или такой редкой влюбленности студента, нам не узнать.       Спустившись свободной рукой, темноволосый сжимает, сквозь ткань шорт ягодицу и с силой шлепает. Получившийся звук отдается в ушах слишком идеально. Скарамучча выманивает из Кадзухи все больше вздохов и стонов, заставляя того сгорать подобно фитилю, пускает электрические заряды нежданными укусами в любую часть тела, погружает беловолосого в перегрузку. Плохо соображающий мозг парней совсем отключается без возможности на восстановление.       Райден впервые за жизнь жалеет, что надел брюки с ремнем, потому что те крайне тесные и от давления на возбуждение хочется жалобно скулить. Руки Каэдахары неловко тянуться вниз, прикасаясь к бляшке, подрагивая в попытках напрячься и развязать пояс. Зато уже изрядно намучившийся владелец расправляется с ним в пару движений, но вот откладывать не спешит. В голове загорается очередная нелепая мысль, которой Скарамучча довольно улыбается. Студент берет руки партнера и целует поочередно каждое запястье, после чего заводит их за спину и связывает надежным узлом. Кадзуха не возражает, но ему очень натерпится приступить к самому процессу, а темноволосый хочет помучить, максимально как это возможно. — Будь послушным мальчиком, — приказом шепчет Райден и отстраняется, чтобы осмотреть результат, которым более чем доволен.       Разгоряченный Каэдахра, это отдельный вид наслаждения для глаз Скарамуччи: растрепанные распущенные волосы, и покрасневшее до ушек личико, красные рубиновые глаза, что в ночи кажется светятся от желания и с охотой это показывают, желая интима, искусанное, помеченное самим Райденом худое тело со связанными за спиной руками. Он только его, он будет подчиняться только Скарамучче. Парень не позволит никому прикасаться к нему и забрать у себя. Кадзуха слишком правильно смотрит на нем, слишком идеально стонет от одних пока еще рук и губ, слишком хорошо дополняет собой жизнь темноволосого. Студент уверен, они обязаны быть вместе и все эти "слишком" не случайны. В последнюю неделю они стали так часто пересекаться и видеться, кажется парень поверил в существование судьбы в этом мире.       Осмотрев с ног до головы манящие изгибы своего парня, Райден тянет вниз его шорты вместе с бельем. Каэдахара старается помочь, отсаживаясь задницей подальше, сводит ноги вместе, поднимая их, и старается опереться руками о чужие колени, чтобы не упасть, но его надежно придерживают за бедро. Кадзуха почти полностью оголяется, за исключением красных чулок, которые партнер не трогает, и сильно смущается когда на его возбужденный член смотрят так внимательно. Темноволосый немного нервно сглатывает, после чего неловко касается пальцами возбуждения, обхватывая его и мягкими движениями открывая головку. Некоторое время водит рукой вверх-вниз — стимулирует, облегчая немного мучения фотографа. Однако собственный орган тоже требует к себе внимание, и парень убирает плавно руку, вымазывая ляжки сидящего, раздвигает шире ноги на себе и наклоняется к уху смущающегося все больше Кадзухи. — У тебя есть смазка? — тихо спрашивает студент-IT, прислонившись лбом ко лбу пепельноволосого, заглядывая в опьяненные красные омуты. — Да.. в тумбочке последней, тут у кровати, — будто бредит Каэдахара и продолжает активно потираться оголенными ягодицами о грубую ткань штанов, требуя внимания.       Скарамучча немного отстраняется от парня, дотягиваясь до ящика и открывая его, находит нужную баночку, выдавливая на пальцы обильное количество смазки, растирает между пальцев. Заводит руку за спину плохо соображающего Кадзухи, мягко проходится между ягодицами, нанося смазку и касаясь колечка мышц пальцами, но тут натыкается на неровную прохладную поверхность. Понимание, что это такое приходит не сразу. Однако стоит фалангам полностью обойти диаметр инородного объекта, как осознание заставляет ухмыльнуться и осознать, что парень на нем не так прост. — Какая ты извращенная сучка, — ухмыляется Райден и надавливет на основание анальной пробки, заставляя тело на себе прогнуться в спине. — Ты с самого начала планировал меня соблазнить? — Я-я.. да, я так хотел что бы ты обратил на меня внимание.. Я надеялся, — признается мальчик и жмется к шее студента-IT, оставляя на ней свои поцелуи.       Комнату наполняет звук сильного шлепка руки о ягодицу и неожиданного вскрика Каэдахары. На коже беловолосого после всего обязательно останется целуя куча красных пятен, а может и синяков. Но сейчас это совсем не имеет значение, ведь именно подобная грубость так нравится фотографу. Кажется, он признается сам себе, что имеет скрытую черту мазохизма в своем характере, но позволять подобные унижения будет только парню под ним. Хотя у Кадзухи не было так много половых партнерш и партнеров, чтобы он мог так уверенно это утверждать.       Скарамучча оглаживает места, в которых был особенно жесток, и возвращает пальцы к игрушке. Поддевая основание, начинает плавно вытаскивать не сильно большой и длинный наконечник из пепельноволосого, мимолетно наблюдая, как легко расширяются стенки ануса. Темноволосый спускает руки к штанам, наконец-то избавляясь от них и высвобождая возбужденный орган, достает заранее подготовленный презерватив, открывая и раскатывая его по всей длине члена. Обильно и хорошо смазывает резинку по всему периметру, чтобы во время процесса им ничего не мешало и не было дискомфорта.       Райден переводит внимание на партнера, ухмыльнувшись с такого расслабленного состояния Кадзухи, просящего наконец-то перейти черту и заняться горячим сексом. Все ведь готово, им ничего не мешает. Каэдахара сам приподнимается, подставляя головку к своему входу и протяжно мычит, стараясь насадиться и удержаться за крепкие плечи. Дрожащие от нетерпения ноги и слабость от сладостных мук дают о себе знать: фотограф не может долго опираться на колени, ему тяжело без поддержки темноволосого.       Все же на помощь приходят руки Скарамуччи, что удерживая под ляжки, начинают аккуратно и медленно насаживать до основания. На самом деле член входит довольно легко и спокойно, беловолосый хорошо постарался для этого над своим телом, но наполненность настоящим органом заставляет забыться в приятных ощущениях. Каэдахара старается лишний раз не двигаться, чтобы привыкнуть к тем электрическим импульсам, что так приятно расходятся по всему телу, от давления головкой на заветную точку - простату.       Райден позволяет, но недолго. Почувствовав, как Кадзуха начинает постепенно расслабляться, парень поднимает слабое тело и начинает самостоятельно насаживать на себя. Каэдахара правда старается не отставать, прижимается к сильной груди и подмахивает бедрами как может, постанывая от каждого глубокого толчка и откидывая голову. — В тебе так узко и жарко, малыш, — звучит прямо на ухо низкий шепот темноволосого. Парень активно помогает фотографу на нем, но после пары очередных толчков внезапно шлепает по обеим ягодицам, заставляя партнера вскрикнуть и замедлиться, впиваясь короткими ноготками в собственные ладони. — Тебе нравится, как мой член проникает в твое тело, заставляя громко стонать? Давай-ка теперь сам,- издевается дальше студент-IT и спускает руки.       Кадзуха готов рыдать. Он не сможет сам осилить тот темп, который парни подобрали вместе. Это очень тяжело для его состояния сейчас, но выхода у него нет. Фотограф старается пересилить себя и, жалобно скуля, продолжает скакать, но медленнее и намного осторожнее. Райден ухмыляется такой картине и блуждает руками по телу пепельноволосого: Перебирает волосы, давит на позвоночник, шлепает и сжимает бедра, водит по бокам ребрам, лодыжкам. С каждым касанием Каэдахаре будто пускают заряд электричества - он вскрикивает от удовольствия, сжимая бедра Скарамуччи.       Пошлые шлепки тел, громкие стоны и шумное дыхание обоих наполняют помещение. Фотограф уверен, все соседи уже проснулись и явно недовольные происходящим, но ему совершенно все равно. Сейчас Кадзухе очень хорошо: его грубо заставляют скакать на себе, целуют и кусают суховатые жестковатые губы по всему телу, он ощущает себя нужным и необходимым, самым лучшим. Райден с этим полностью согласен - Каэдахара молодец: послушный, смиренный, добрый, нежный, тянется каждые минут 5 за поцелуями и довольный отстраняется ускоряясь.       Вскоре такие махинации доводят обоих парней до разрядки. В животе завязывается приятно тянущий ком, и беловолосого переваливают на кровать лицом вниз. Скарамучча выходит почти полностью и, приподняв задницу, входит вновь по самое основание, заставляя кричать от нахлынувшего удовольствие, измотанного партнера и кончить на свой живот, немного размазав все по чистым простыням. Темноволосый заканчивает не сразу за ним. Студент делает еще пару глубоких сильных толчков внутрь податливого расслабляющегося тела, наполняя оргазм нижнего более яркими красками и изливается следом в контрацептив.       Парни шумно дышат, приходя в себя постепенно. Скарамучча выходит обмякшего тела, которое еще не упало на кровать только за счет чужих рук на талии. От силы, с которой темноволосый ее держал, точно останутся яркие красные следы. Райден переворачивает на спину фотографа, заглядывает в глаза и наклонившись лениво целует, прикусывая слегка его верхнюю губу. — Где я могу взять салфетки? — шепчет темноволосый и спускается ниже, целуя подбородок. Такая перемена от грубости и силы к нежности и обаятельности, вводит сознание Каэдахары в заблуждение, но при этом дарит такое внутреннее тепло — Там же, где и смазку, они там есть, — стараясь отдышаться, так же тихо проговаривает пепельноволосый.       Скарамучча опускается вновь к ящику, доставая салфетки, вытирает свою руку и снимает презерватив, завязывая его на узел, положив на пол на эту же бумажку. Закончив с собой, переходит к обессиленному партнеру рядом, обтирая его живот и ягодицы. — Не против, если я покурю? - укладываясь рядом под одеяло, задает вопрос Райден и накрывает студента. — Нет, — все еще шепчет фотограф и молча поджимается к боку Скарамуччи, утыкаясь носом в его ребра. Темноволосый достает IQOS и приподнимается в полусидячее положение, вставляя стик в держатель, свободной рукой обнимая Каэдахару за плечи. — Скар, я люблю тебя, — тихо шепчет внезапно фотограф, а курящий немного удивленно опускает к нему взгляд, теряя дар речи на пару секунд. — Я так давно бегал за тобой, наконец-то ты заметил, — парень устало прижимается щекой прямо к груди и мило улыбается, довольный всем произошедшим. — В смысле давно бегал за мной? — решается расспросить Райден. Алкоголь развязывает язык любому, это отличный шанс Скарамучче узнать всю правду об этом парне, если таковые секреты есть. — Ну, курса наверное с первого.. — немного хмурится Кадзуха, стараясь вспомнить, и закидывает одну ногу на торс темноволосого. — Я пришел в шортах, с макияжем и меня в туалете зажали какие-то парни, хотели "показать мне, как должны одеваться парни". А ты тогда из кабинки вышел и заступился за меня. Я тогда еще без красной прядки был, ты наверное не помнишь, — немного грустно произносит Каэдахара, а Скарамучча припоминает что-то такое, но у него было столько этих драк, что банально не запоминает их уже давно. — Так это ты из-за меня курить начал? — приходит внезапно осознание, стоит студенту-IT сделать новую затяжку. — Можно и так сказать, — подтверждает пепельноволосый. — У меня все никак не получалось привлечь твое внимание к себе. А когда на 2 курсе узнал, что у тебя еще и девушка есть, я думал вскроюсь и с концами. Так плохо было. Я и заговорить с тобой не мог — у нас буквально не было ни одной общей темы. Да и мне казалось это просто за гранью доступного - вести беседу с такой личностью, как ты. Так что я, можно сказать, сам в этом виноват. Если бы решился раньше сказать, а не просто проходить мимо тебя. Все могло быть в разы проще и быстрее. — Кадзуха тихо всхлипывает, удивляя эти курящего. Темноволосый выдыхает дым в сторону, а после убирая держатель куда-то на полку, поворачивается на бок, крепко обнимая мальчика рядом, стирая второй рукой слезы. — Ну-ну, все хорошо, сейчас я с тобой, я рядом и никуда не уйду, Кадзуха, — мягко шепчет Райден, стараясь поддержать, успокоить, наклоняется к лицу Каэдахары и мягко касается губ. — Я.. — делает паузу, чтобы вздохнуть, — я в этот месяц так отчаялся: просил некоторых твоих знакомых, дать мне хоть какую-то информацию, например, как зовут ту особу, как сам ты, чем увлекаешься.. и все такое. Мне часто в этом помогала и Еимия. - беловолосый поднимает глаза, всматриваясь в нефритовый оттенок соседних. — Мне наверное стоит признаться. Думаю, так будет честно по отношению к тебе. — Кадзуха вновь мнется, обдумывая, а стоит ли и вправду раскрывать все. В итоге мысли сходятся, на ответе "стоит". Студент-IT же не торопит, покорно ждет. — Когда я узнал, что у нас будут совместные уроки, я чуть ли не на коленках молил мисс Гуннхильдр, чтобы она хоть как-то показала тебе на мою персону, хотя бы для дополнительных по Культурологии.       Сказать, что Райден удивился в это момент — "нихуя не сказать", как выражается зачастую сам темноволосый. Этот парень уговорил саму Гуннхильдр помочь ему в подобных делах. На такое способен не каждый студент точно. Он явно имеет большое влияние или огромный потенциал уговаривать педагогов. — А потом.. после наших первых дополнительных.. ты бы знал насколько счастливо я ложился спать, я так надеялся, что наше общение не закончится культурологией. Что мы и дальше будем вместе, — фотограф смущенно улыбается, отводя взгляд, а после возвращает его. — Я прекрасно понимаю, что должен был делать это все сам. Но открыто тебе признаюсь: я очень волновался и боялся при каждой встрече с тобой оплошать, хоть и старался этого не показывать. Мне было страшно, что тебе будет скучно, может надоесть или приесться моя компания. Я не хотел усложнять тебе жизнь еще больше. — Вот как все значит, — ухмыляется парень и мягко гладит по спине беловолосого, притягивая его после и целуя вновь в губы. — А я думал это я всех наебывать мастер. Оказывается есть ты. Не переживай, я не стану плохо к тебе относиться, после того что узнал. Я рад, что все так получилось. — П-правда? — не веря и испугано смотрит на него фотограф, будто боясь, что это лишь сон и через минуту, зазвенит будильник, и он снова останется один. — Правда. И еще.. — Райден немного мнется, а после негромко продолжает: — Я.. тоже тебя люблю.