всё, что было между нами, ты это убил.

лицо кисы трескается по швам от таких слов. ему хочется куда-то убежать, чтобы никто его не видел и больше никогда не трогал. сам прекрасно осознаёт, что не сможет это сделать, перебороть себя, но предать друга. - ты сейчас серьёзно? - капилляры скоро лопнут. боря сглатывает и пытается найти оправдания или просто выдавить из себя хоть что-то. сам не понимает почему так сказал, откуда у него эти мысли. желание иметь чистого друга всегда было, но чтобы прямо в лоб это говорить. – да, кис, слушай пора давно завязывать с этой хуйней, если что я рядом, помогу с ломкой и прочей хуетой - ком в горле, глаза в пол. начинается время тишины, когда мысли спутываются в один комок и никак не могут собраться, слова тем более. обоим хочется провалиться сквозь землю. ваня думает, очень много думает, что не в его стиле, но он пытается взвезить шансы, возможности и так далее. – хорошо..да, хорошо, я постараюсь - наконец выпаливает темноволосый, будто сердце из груди вырывает – только ты это, ну, будь со мной, когда ломка будет, просто рядом хотя бы. громкие фразы меняются на шёпот, сам голос начинает подрагивать. такое страшно даже вслух произносить. кислов никогда не задумывался, когда он прекратит торчать и при каких обстоятельствах, почему это будет. такого варианта в голове не возникало. – спасибо тебе - в ответ шепчет хэнк и обнимает парня. обнимает так, будто, если друг зайдёт в квартиру, то он больше никогда его не увидит. будто последний раз он видит вечно горящие глаза. прижимает к сердцу, чтобы кислов прочувствовал каждой клеточкой своего тела сердцебиения и все эмоции, что рвутся наружу. наконец проводив друга, хэнк перебирает ноги и пытается ровно идти, эмоции берут верх. на лице играет ухмылка, такая глупая, что аж самому парню становится смешно. он счастлив, сделал то, что давно должен был сделать, даже подобрал, тот самый момент. всё должно пройти идеально. в ваню он верит искренне и всей свой необъятной душой. бросить наркотики тяжело, но ваня сможет, он сильный или пытается казаться таким. в это время самого кислова трясёт, как стиральную машину. он моментально становится трезвым и пытается переварить всю информацию. что же он, блять, натворил. он много раз обещал ментам, матери, да кому угодно, что бросит и каждый раз в пустоту, но с хэнком то так нельзя. если его кинуть, не знаешь, какие последствия будут. мать то не откажется, а менты максимум накроют, но хэнк то что сделает? значит надо делать, собрать волю в кулак и не притрагиваться к этой дряни. в первую очередь выкинуть заначки, но рука не поднимается. чувство будто без наркотиков он потеряет часть себя, хотя именно они и стёрли часть личности, воспоминаний и мыслей. будто он теряет с каждой дозой маленькую крупинку своей души, но этих крупинок накопилось слишком много. ваня не слабак, он сильный. он смотрит в зеркало и видит слабого человека, которого можно уже только жалеть, а он таким стать не хочет. так что в тот же миг летит по квартире и ищет все заначки, приговаривая шёпотом все маты, которые возникают в голове. в конечном итоге всё улетает за пределы балкона. – вот и всё, сука, привет новая жизнь - киса надрывает горло и орёт, что есть мощи. он горд собой. своей храбростью и решимостью, а также неумению задумываться о последствиях. сам еще не понимает, что его будет ожидать после.