Нужно что-то менять

Вечер. Малиновый закат проникал в комнату, проскальзывая сквозь неплотно зашторенные окна. Она лежала на кровати в полной темноте и напевала мелодию любимой песни. Тушь потекла, платье, брошенное небрежно на стул, свисало до пола, колготки порвались окончательно. Резкий звонок заставил вздрогнуть от неожиданного, посмотрев на экран, на котором отображался входящий от неизвестных номера, она поставила на безвучный и убрала подальше. Ей было не до этого. Ей нужно было разобраться, ведь скоро приедет она. Та, ради которой девушка готова изменить всё, отдать всё, убить всё, она знает, что действительно пойдет на всё, ради этого человека. Вибрация выводила из себя, психуя, она взяла телефон, приняла звонок и только хотела закатить истерику, как услышала короткое: "Выходи". — Ты кто вообще? Но ответа не последовало, ну разве только короткие гудки. Интересно. Ну если нашли номер и приехали под дом, то нужно хотя бы посмотреть на этого сталкера. Все же придерживаются такого мнения? Нет? Ну значит Вероника особенная. Ветер несильный, но прохладный. Ноги покрывались мурашками. Неприятное ощущение всё-таки. — Ну и где ты? Так и заставишь меня тут мёрзнуть? — громко сказала она здесь пустоту. Она искала глазами человека, но всё не то, все не те. — На твоём месте я бы потеплее одевалась, не май месяц уже всё-таки. — А знаете, я даже не удивлена, что это вы. Кто бы ещё мог достать номер, который я никому никогда не оставляю. Ну, разве что, учителю. — она стояла спиной, но знала с кем говорит. — Не смотрите на меня так, я даже спиной чувствую, как вы раздеваете меня взглядом. Я настолько хороша, что вы приехали, чтобы уломать меня на ещё один раз? Или два? Ох, только не говорите, что будете упрашивать меня стать вашей любовницей.— она фальшиво удивилась и закрыла рот ладонью, покачивая головой. — А ты оказывается умеешь разговаривать? Я уж испугалась, что ты немая. Так меня ещё никто не сливал. Скажу честно, это задело мое эго. — злобная улыбка подчеркнула небольшие морщинки в уголках глаз. — Как думаешь, если кто-то узнает, как одиннадцатиклассница проводит выходные, что произойдет? — Шантаж - это плохо. А если кто-то узнает, как учитель физики проводит свои выходные? Боже, да ещё ведь и с малолетками. — А ты мне нравишься, я думала ты глупенькая, а ты ещё глупее. Я поняла твою позицию. Но предупреждаю, я спокойной жизни тебе не дам. Ну, только если ты будешь умолять меня своими глазками, как тогда, когда я водила этими пальчиками прямо вот тут. — она подошла слишком близко, а рука оказалась под платьем, касаясь подушечками пальцев нижнего белья. — А вы храбрая. — Доброй ночи, пупсик. Не опаздывай в школу. Ночь. Кромешная тьма. Мысли путаются. Она ведь недавно думала о той самой, почему в голове сейчас другой человек. Сложно. Очень сложно. Любить и Хотеть. И что выбрать? Хоть бы кто подсказал. Дни летят. В школьном коридоре она пересекается с той, которая слащаво улыбается и провожает взглядом. Как это раздражает. Но нужно терпеть. Ведь маленькая тайна, может стать большим секретом. И не дай бог это узнает та, ради которой можно свернуть горы. А ещё шею одной барышне. — Котёнок, прости за это, я не посоветовалась с тобой. Я думаю, что это хороший вариант. Не сердись, я думаю, тебе понравится. — Я просто не понимаю тебя. Как можно было просто взять и купить мне квартиру? Как мне принимать такие подарки? Я даже не могу описать свои эмоции, но я больше сержусь, чем радуюсь. — она ходила по комнате и не могла понять, чем она заслужила такого отношения к себе. Квартира, потому что она хорошо трахается? Или потому что её любят и такие подарки это нормально? Но разве можно Веронику любить? За что? Ей было не знакомо это чувство до встречи с ней. Она окружила нежностью и заботой, которые даже мама не давала. А она дала. Но что Вероника даёт взамен? Ебётся со всеми подряд и просит свою подругу прикрывать её? Ей стыдно, очень стыдно за свое поведение, но она не может по-другому. В семье всё сложно, нет, ужасно, отвратительно, противно, везде лучше, только не в семье. Клуб - место, где она может отвлечься от всего дерьма, которое происходит в жизни. Но это не оправдывает её. И она это прекрасно понимает. — Я не хочу, чтобы ты страдала. Я хочу, чтобы у тебя было место, где ты сможешь дышать полной грудью. Уходи из дома. Живи. Тебе всего 17. У тебя все только начинается. Я люблю тебя. Прости, что я сейчас не рядом. Всхлипы не дали разобрать следующие слова, но это и не нужно было. Она знала, чувствовала, что говорит её подарок небес. Как же ей было больно. Сердце вырывалось наружу, чтобы побеждать в родные, любимые руки, где оно могло бы почувствовать себя счастливым, кому-то нужным. Но стыдно, безумно стыдно. Поэтому Вероника не выпускает его. А вдруг не вернут. Или повредят.