Знакомство и ружье

Юнги виновато улыбается и делает медленные шаги назад, пытаясь найти выход отступления. На него огромной скалой и расерженым взглядом, наступает отец Чимина, недовольно ругаясь. — Надо было тебя сразу застрелить, засранец — шипит мужчина, а затем резко дёргается и хватает за ухо, не успевшего убежать от тирана (так называет его сам Мин) Юнги. Тот пищит и снова прочитывает новую молитву, которую ему предоставил добрейший батюшка в церкви, когда тот её посещал. Ну, не сказать, что альфа всегда ходил туда и ставил свечку, произнося шепотом молитву, но начал он это делать с тех пор, как закончился «дружный» ужин, тем «прекрасным» вечером у семьи Пак и с знакомства с «добрейшим» отцом Чимина. Грех не ходить в церковь, чтобы не поставить свечку и не помолиться перед Богом за свою жизнь. Юнги, кстати, там частый гость, что все встречают его с радостью. — Ой! Ой! Г-господин… Пак, — скулит Мин, ощущая, как горит его ухо, от крепко сжимающих пальцев старшего — Б-больно-то как. К-крепкая хватка. Мужчина его отпихивает и зыркает на него недовольно, укладывая руки-в боки. Тот шипит и трет ухо, чуть-ли не хныча, моля по-скорей вернуться Чимина и его прекрасного папу с магазина, пока его тут не четвертовали. — Я тебя прихлопнул, мелкий негодник! — ругается на него господин Пак и показывает кулак. Юнги скромненько улыбается и отходит назад, вставая за диваном, хоть за какой-то преградой от этого тирана. — Жили ведь дружно, чего опять началось, а? Господин Пак, у меня нет живого места уже — возмущается альфа и махает эмоционально руками. — Я ж ничего плохого не сделал. Вам не угодишь. Бедный папа Чимина — цокает жалостливо Юнги, а затем замирает, кусая себя за язык. Смертельно-уничтожающий для жизни взгляд, пронзает польностью парня, от чего по спине появляются мурашки, а на лбу образуется испарина. Ноги начинаю дрожать, как у маленькой девочки от страха. — Ой, то есть я хотел… — АХ, ТЫ! — покрылся краснотой мужчина и подорвался, срываясь за убегающим из гостиной Юнги, от которого выплескивается громкий писк на весь дом — Убью гада! Пристрелю! Закопаю! — Господин Пак, давайте без лишней крови, молю — хнычет альфа, моля все силы господа на спасение — Я вам куплю ваш любимый коньяк, как вам? Давайте обмен? — кричит в догонку Мин, уклоняясь от кидающих в него предметов дома. Мужчина пыхтит и хватает с полочки первый попавшийся маленький предмет. Он прицеливается и кидает со всей душой в спину альфы, что попадает с чёткой прицельностью ему в затылок. — Айщ! — шипит Мин и трет затылок, а затем спотыкается и падает лицом вниз, махая руками. Господин Пак не задумываясь, подбегает к парню, на сколько хватает сил и пыхтя, снимая тапок, начинает дубасить по Альфе. — Получай! — ругаясь, кричит старший и шлёпает тапком по катающемуся по полу Юнги, который пытается увертеться от тапка господина Пака — Я тебе покажу семейную жизнь! Я тебе устрою ад на Земле, сопляк! Получай! — крихтит мужчина, стискивая зубы от злости. — Г-госпо… Айщ! Господин… Пак… Ай! — шипит в муках Юнги, пытаясь удрать от отца Чимина. Мин переворачивается на живот и ползет, как солдат к двери, тянув к ней руки. — Спаси и сохрани меня — хнычет Юнги, жалобно глядя на дверь, пока над ним пыхтит старший, продолжая бить его тапком — Айщ! — Куда ты пополз, альфач! Я с тобой не закончил! — усмехается злорадно господин Пак. Он откидывает уже неинтересный ему тапок, а затем наклонется и хватает руками за ноги младшего, утаскивая его обратно в гостиную. — Нееееет! — пищит Юнги, тянув руку к удаляющей от него двери, пока монстр утягивает его в своё логово. Старший опускает его ноги и те падают с громким звуком на паркет. Мучающий альфа шипит, а затём оборачивается и смотрит через плечо на господина Пака, что злорадно ехиднечает и трет ладошки друг с другом. — Боже, за что мне все эти муки — скулит Мин, а затем резко поднимается и убегает от него на кухню, как следом за ним бежит мужчина — Господин Пак, молю! Я так молод! Моя жизнь только начинается! Я ничего не сделал плохого в жизни! — НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ?! — возмущается старший, глядя с гневом на него. Он снимает один тапок на своей ноге — Сделал! — запрокидывает руку, целясь на младшего — ПОЯВИЛСЯ В ЖИЗНИ МОЕГО СЫНА, ГЕНЕРАТОР ХРЕНОВ! Юнги уклоняется и миленько улыбается мужчине, пытаясь его смягчить. — Зачем же так грубо, господин Пак? — тянет руки в примерительном жесте Альфа — Я же так люблю вашего сына! Вы должны быть счастливым за него. — Я очень счастлив… ОЧЕНЬ! — Улыбается широко он, но от этой улыбки страшно младшему. — Вижу, как ты любишь его! Вижу! — рычит Господин Пак и хватает за шкирку снова не успевающего убежать Мина — На столько любишь, что успел ему заделать ребёнка, сорванец! — тресет его за плечи мужчина, а затем валит его на пол — Убью! Мужчина садится на Юнги и начинает душить альфу, на что тот пытается его спихнуть. — Что здесь происходит! — раздаётся голос Чимина, что входит на кухню с широко распахнутыми глазами. — Пак Чихвон, прекрати немедленно! — из-за спины омеги, выходит папа, злобно рыча на мужа. Чихвон опускает Юнги и встаёт на ноги, громко крихтя, ощущая как тело всё хрустит и болит. Лежащий на полу полуживой альфа, из-за всех сил ползёт к ногам своего любимого, обхватывает из руками и прижимаясь к ним щекой. — Мой Чиминушка… — расплывается счастливо и облегчено Юнги, кидая короткий взгляд на отца своего жениха, что испепеляет его взглядом — Я буду жить… — хнычет Мин, кукся лицо. — Размозня — хмыкает старший и гордо отворачивается, скрещивая руки на груди. — Чихвон, вы что здесь устроили? — пыхтит от злости папа Чимина, ставя с громким звуком пакеты на стол. Старший омега сужает глаза и сжимает губы, глядя на мужа недовольно. — Повздорили немного — отмахивается, как от мухи господин Пак. Лежащий и измученый в ногах Чимина альфа, отрывает резко голову и смотрит с широко распахнутыми глазами на мужчину. — Повздорили?! Немного?! — ошеломлено вскрикивает Юнги. — Закройся! — рявкает на него старший, на что Мин скулит и сжимается. — Чихвон! — уже рычит омега и хватает за ухо, ничего не понимающего мужчину, что начинает шипеть от боли, пока его муж утягивает из кухни. Юнги глядит на это и кидает смешок, как ему тут же успевает прилететь пинок от Господина Пака, что второпях скребеться за мужем, пытаясь увертеться от крепкой хватки. — Вот блин! — трет по руке Мин, провожая взглядом старших, а затем поднимает глаза и смотрит на родное лицо, что смотрит на него с верху вниз. — Мое солнышко, — лыбиться довольно альфа, а потом встает и тянет руки к Чимину — Чимин~а, я тебя ооооочень люблю и люблю твоих родителей, но молю тебя — хнычет опять альфа, хватая омегу за руку — ЗАБЕРИ МЕНЯ ОТСЮДА! Чимин смеётся и тянет руку к лицу альфы, поглаживая по щеке. — Боже, он опять тебя мучил — хихикает Пак и обнимает Юнги за шею — Он узнал, да? Мин кивает головой, как болванчик и чмокает его в щеку. — Изчадие ада! Он меня ненавидит! И Никогда не примет! — возмущается альфа и дует губы. — Ты ошибаешься, Юнги — улыбается ему так нежно Чимин и подправляет ему взъерошенные волосы на голове — Он тебя давно принял. Просто, он не хочет это показывать тебе. Поверь мне, милый — шепчет омега и приближается к жениху, укладывая свои руки на его шею — Он тобой таааак доволен, что я уверен, он радостно пищит внутри себя, что станет дедушкой, пока его отчитывает сейчас папа — хмыкнул Пак и чмокнул в губы, хмурого альфу. — Что-то не очень верится. Он меня булил, если ты не заметил. — снова возмущается Мин, размахивая руками — А, наверное, это он так любовь свою показывает. — махнул рукой парень, закатывая глаза. Чимин хихикает и обхватывает ладонями щеки альфы, притягивая к себе и крепко целуя, пытаясь успокоить своего мужчину. — Именно так — кивает головой омега и счастливо улыбается — Вот увидишь. Мои слова ещё вспомнишь, Мин Юнги. Юнги вышел из дома и закрыл дверь, сразу вдыхая свежий воздух. Он спускается на одну лесенку и садится, тяжело вздыхая. Как же хорошо. Мин запрокидывает голову и жмурится от яркого солнца, улыбаясь чему-то своему. Так хорошо на душе. Почему-то именно сейчас, осознания приходит глубже, от того, что он станет отцом. Его любимая омега подарит ему кровинушку их любви. Это плод их любви. — Юнги, я хочу…то есть… — нервничает омега, кусая свои пухлые губы, а глаза бегают от волнения. — Зайка, что такое? — взволновано произносит альфа, притягивая за плечи Чимина. — Нууу… — тянет коротко Пак и поднимает свои глаза — я немножко беременый? — хлопает глазами он, ожидая реакцию парня. Юнги замер, не моргая. Весь воздух сперло с груди и он хватает ртом воздух, пытаясь глотнуть больше. Язык словно заклинило, не давая сказать и слово. Когда до его сознания доходит суть слов, глаза расширяются и с губ слетает лёгкий выдох. — Солнце… — наконец подаёт голос альфа, начиная часто моргать, — мы…беременые…то есть… — Мин хмурится, а потом слегка улыбается, тормоша головой, чтобы прийти в себя — ты беременый…чëрт… Мини, — с выдохом, еле как подбирает слова Юнги и резко обнимает своего омегу, утыкаясь носом в его шею. — Боже…я не верю — отстраняется брюнет и смеётся, мотая головой. Он смотрит на омегу, что глядит на него искрящимися глазами. Рукой касается щеки Пака и на глазах появляются слезы, на что Чимин кидает смешок. — Милый, ты что? Ты плачешь? — смеётся Пак и обхватывает ладонями щеки брюнета, пытаясь поднять его опущеную голову. Тот мотает головой, сопротивляется смотреть на своего омегу. Он — альфа. Пустил слëзы, а его омега стоит и успокаивает его. А должно быть наоборот. — Чëрт! Прости, любимый — кидает смешок альфа, протирая пальцем остаток слез — Я безумно счастлив услышать это из твоих уст, Чимин. — заглядывает в два омута и улыбаясь сквозь слезы. — Спасибо. Я самый счастливый. Черт! — смеётся Юнги и целует ярко улыбающегося омегу в губы — Я стану отцом. Боже. Я стану отцом. Я не верю! На губах альфы появляется счастливая улыбка, стоит только вспомнить этот прекрасный день, что изменила их жизнь. Зародилась новая жизнь. Рядом слышится копошение и альфа отрывается от своих мыслей, поварачиваясь на звук, замечая выходящего из дома господина Пака. Тот подходит к нему и на ровне с ним, садится рядом. Он выдыхает и тоже чему-то улыбается, глядя на солнце. — Измучали меня и довольны днëм, да? — хмыкает с весельем Юнги, глядя на отца Чимина. Господин Пак отводит глаза от солнца и ничего не говорит, уходя глубоко в свои мысли. Между ними залегла тишина и лишь звук пение птиц успокаивает эту напряженую тишину. — Знаешь, Юнги — подал спокойно голос мужчина, снова слегка улыбаясь — я всегда почему-то боялся, что Чимин полюбит кого-то — Мин нахмурился, вслушиваясь в слова господина Пака, а затем поднял на него глаза. — Почему вы боялись? — в недоумевание Мин. — Потому-что, любовь это сильное чувство, которое приносит нам не только красоту и удовольствие, но и причиняет тяжёлую боль, с которой порой сложно справиться — произнёс старший, хмурясь своим словам. — Вы…боялись и боитесь, что это участь упадёт и на него, да? — спрашивает Юнги, складывая руки в замок. Мужчина хмыкает и кивает головой. — Любой родитель боится за своего ребёнка, сынок. — он замолкает и трет ладонями по ногам, пытаясь подобрать слова — Я…испугался, когда он сказал что встретил альфу, которого сильно любит. Для меня это был самый страшный день, который я всегда хотел избежать. Я боялся того, что он сильно полюбит, а потом окажется, что всë это было неправдой, которая причинит ему неизличимую боль. — Вы боялись за своего сына, потому-что заботились о нём и о его чувствах, господин Пак. Ваш страх аргументирован. Отцы, как известно, относятся к своим детям иначе, чем папы или мамы. — Но, я не хочу этим оправдываться каждый раз — мотает головой мужчина и громко выдыхает — Ты хороший альфа, сынок. Я уверен, что отдаю его в надежные руки. Я это понял сразу, как только ты перешёл порог этого дома — хмыкает господин Пак, когда видит шокированые и одновремно возмущеные глаза. — Вы…а почему…почему вы постоянно пытались меня либо пристрелить, задушить, кострировать, либо закопать? Вы веселись, да? Издевались над мной — возмущается альфа, на что господин Пак цокает и закатывает глаза. — Считай, проверял на прочность, но — пригрозил пальцем старший, хмуря брови — я буду всё равно следить и проверять. Понял, солдат? Юнги надул губы и отвернулся, поворачиваясь к мужчине спиной. — Цыц, ты посмотри на него, говнюк мелкий — возмутился он и залепил подзатыльник младшему. — Айщ! За что? — ошарашено повернулся к нему альфа, потирая удареное место. — Ещё раз ко мне спиной повернешься, я тебя с окна спущу верх тормашками, понял? — шипит господин Пак на Юнги, на что тот дует губами, бурча что-то под нос. — Понял-понял! — произносит младший и отводит глаза. Мужчина довольно хмыкает и достает из-за спины две бутылочки пива, которые успел стащить с холодильника, пока Чимин с мужем не увидели. Он протягивает одну Юнги, пихая того в плечо. — Давай выпьем за прекрасное — улыбается господин Пак. Мин слегка улыбается тоже и смотрит на отца Чимина. — Прекрасное? — переспрашивает он, сжимая бутылку пива. — Да, сынок — кивает счастливо головой старший и чокается с Юнги — Порадовали старичков детишками. Дедом стать это счастье. Хоть где-то ты не накосячил — кинул смешок господин Пак и сделал одновремно с Юнги глоток. — Вы правда рады стать дедушкой? — Я счастлив, Юнги — жмурится довольно мужчина и улыбается парню — Надеюсь, он не будет такой тугодум, как ты. Боже упаси! — Господин Пак! — Ну-ка, цыц, солдат! — Он родится самым умным. И красивым. — деловито заявил Юнги, чуть ли не гордо выпячивая грудь вперед. — Главное твои гены ему не брать, а то вообще беда будет в семье. — Ну, че вы в самом деле-то? Нормально общались — дуется Юнги на старшего, на что тот смеётся, похлопывая его по плечу — Главное, что бы у него не было таких садиских наклоностей, как у его дедушки. Упаси боже! — на плече сжалась мёртвая хватка, от чего альфа съежился и захныкал от боли. — Шучу-шучу! — Моë ружьё всë ещё пылится! — шипит сквозь зубы мужчина, давя на плечо младшего. — Лучше застрелите меня уже, потому-что я не выживу после всех мук, которые меня ожидают. — А ты не такой уж и говнюк, знаешь? — хмыкает господин Пак и отпускает альфу, чокаясь с ним. — Поздравляю, папаша. Юнги расплывается в счастливой улыбке с гордостью на глазах. — Спасибо. И вас поздравляю с званием — Дедушка. — Звучит, даже красиво — кивает головой сам себе господин Пак и довольно запивает пивом. — Звучит, страшно, а не… — замолкает Мин и кусает себя за язык — Забыли! — Засранец!

***

9 месяцев спустя.

По всему родильному отделению слышаться громкие крики Чимина, что пытается родить в этот мир новую жизнь, которую так всё его ждут. Юнги мереет ногами коридор и погрызывает ногти, ощущая большую волнительность в груди. — Тужься! — кричит врач, выглядывая из разведеных бёдер Чимина. — Дыши! Дыши, Чимин! Вдох и выдох. Вот так. Молодец. — поддерживает его врач, помогая справиться с трудностями. — Тужься! Тужься! Тужься! Вооот так. Умница. — Не могу…я передумал…передумал рожать… — кричит Пак, пытаясь вытолкать из себя малыша. — Уже поздно думать, Чимин. Тужься! — ААААААА! Я УБЬЮ ТЕБЯ, МИН ЮНГИ! БОЖЕ МОЙ! КАК ЖЕ Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! Я КАСТРИРУЮ ТЕБЯ! Я САМ ТЕБЯ ЗАСТРЕЛЮ С РУЖЬЯ ОТЦА! Я ХОЧУ РАЗВОДААААААААААА По всему помещению раздаётся громкий и заливистый плач малыша, а все вокруг замолкают. Мир словно замер. Да, здравствуй, дите. Добро пожаловать в этот мир! Юнги сглатывает и переводит расширеные глаза на отца Чимина, что усмехается словам сына. — А я предлагал, между прочем — щёлкает пальцем господин Пак, довольно улыбаясь — Я ведь так и хотел. А вы меня остановили. Говорил же. Рядом цокает папа Чимина и закатывает глаза, махнув на него рукой. По всему коридору снова слышится детский и надрывистый плач, давая понять этому миру, что появилась на свет новая жизнь. Юнги облегчено выдыхает и трет пальцами переносицу. К нему подходит господин Пак и хлопает по плечу, а старший омега обнимает его и смачно целует в щеку. — Поздравляем, Юнги! Ты стал отцом! — радостно пищит папа мужа.

***

— Я уже хочу домой, — хнычет Чимин, дуя губы и скрещивая руки на груди. — Уже всë хорошо. Прошло три дня, можно ведь отпускать меня. Что они меня держат, Юнги? Альфа усмехается и чистит тщательно любимые мандарины мужа. — Значит, скоро отпустят. Не переживай, никто тебя здесь вечность держать не будет, солнце — улыбается нежно он и тянет дольку цитруса, на что омега надуто смотрит на протянутую мандаринку, а потом хватает губами, вкусно жуя. — Эх, поскорей бы уже нам с Юджином домой, — шепчет омега, тяжело вздохнув и взглянув на люльку с сыном, который спит сладким сном. — Прошло три дня, а я до сих пор не верю, что он теперь с нами. — улыбается ласково Чимин, не отрывая взгляда от сына. — Согласен, — кивает головой альфа и обхватывает ладонь мужа, обращая на себя внимания — Ты большой молодец, милый. Спасибо, что подарил на свет наше чудо. Чимин сжимает руку мужа и дарит ему счастливую улыбку. — И тебе спасибо, что появился в моей жизни и терпешь моего отца — хихикает Чимин, замечая как закатил глаза альфа.

***

В доме играет лёгкая музыка, а за круглым столом сидит дружная семья, празднуют выписку Чимина и рождения Юджина. Ведь на этот свет родился прелестный мальчик по имени — Юджин. Чимин сидит рядом с Юнги, у которого на руках лежит сыночек, кушая смесь. Чимин переговаривается с папой, громко о чем-то хихикая. Господин Пак перекидывается пару фраз с Юнги, не забывая над ним поиздеваться и подколоть, а затем сюсюкается с внуком. — Пойду принесу десерт, — улыбается Чимин мужу и сыну, чмокая его в лобик. Господин Пак провожает сына задумчевым взглядом, а затем встаёт, целуя мужа в щеку и следом идёт за ним на кухню. Чимин аккуратно перекладывает торт на блюдца, что-то подпевая себе под нос, не замечая присутствие отца, что наблюдает за ним с улыбкой на лице. — Помочь тебе? — подал голос господин Пак, на что Чимин пискнул и дёрнулся от испуга, поворачиваясь к отцу. — Боже, ты меня напугал, отец — дышит тяжело омега, укладывая руку на сердце, прикрывая глаза — Зачем пугать меня. Так не честно с твоей стороны. — хмыкнул Чимин и взглянул на отца. — Прости, подумал помочь тебе, но увидев как ты тут пляшешь, не хотел прерывать тебя. Уж слишком запоминающаяся картина для меня — улыбается по-доброму мужчина и подходит к сыну — Ты так же плясал, когда был маленький. Прибегал на кухню к папе и танцевал перед ним, когда по радио играла песня. Чимин расплывается в улыбке и опускает глаза на торт. — И тот самый торт, который готовил всегда твой папа по выходным — кивает головой мужчина своим словам, улыбаясь воспоминанием — Словно было всë вчера. Омега переводит взгляд на отца и укладывает свою ладонь на его плечо. — Эй, отец. Что такое? — спрашивает Чимин, замечая грусть на лице старшего. — Просто, сегодня мы сидим все за столом и празднуем не твой день рождения, а день рождения уже твоего сына — хмыкает господин Пак — И меня привело в чувство осознание, что ты уже вырос и у тебя своя семья. Теперь у тебя самого ребёнок. Омега улыбается и подходит к отцу, прижимаясь к его груди, откуда всегда исходит тепло. — Отец, я тебя очень сильно люблю — произносит Чимин, улыбаясь ярко. — Я тоже люблю тебя, сынок. Больше всех на свете. — Но, теперь у тебя есть любимый внук и всю свою любовь ты должен вложить в него. Тебе есть над кем продолжать заботиться. — отстраняется Чимин и заглядывает в глаза отца. — Ты прав. Теперь у меня есть Юджин. Спасибо тебе за внука, Чимин — шепчет мужчина и целует в лоб сына, — Я рад, что у тебя есть Юнги. Теперь я могу за тебя не бояться — погладил по плечу господин Пак и взглянув на сына, пошел обратно к остальным, сжимая губы. Чимин провожает его взглядом и слегка улыбается, ощущая прилив любви к отцу.

***

Омега садится рядом с Юнги и тот поварачивается к нему, нежно улыбаясь. Чимин протягивает руки и забирает к себе сына, утыкаясь носом в его макушку и вдыхая запах молока, прикрывая блажено глаза. На губах появляется улыбка. Он открывает глаза и смотрит влюбленно на своего мужа, что смотрит на него в ответ с вопросительным взглядом. — Что такое? — шепчет тихо Юнги, слегка наклоняясь к мужу. Омега мотает головой и с губ слетает лёгкий смешок, а в глазах неожидано появляются кристалики слëз. — Всë хорошо. Я просто счастлив — шепчет так, чтобы слышал только альфа. И тот слышит, потому-что улыбается в ответ. «Я люблю тебя» Слетает одновремно с губ.