Подарок

       Кошкодевушка замяукала, пытаясь вернуть этим котёнка, что выбрался из лежанки. Она звала его высоким протяжным мурчанием, но тот ещё был не таким взрослым, чтобы быстро реагировать на голос матери.               Нион оглядела тех котят, что сейчас ютились под ней. Двое из них обеспокоились и пытались поближе продвинуться к маминой груди, толкая при этом более флегматичных братьев. Не хочется их тоже оставлять одних.               Она ещё раз жалобно помяукала в сторону сбегающего котёнка.               Тот всё также продолжал неумело уползать и упал на задние лапки, не выдерживая собственного веса. Сердце матери почти физически заболело. С обеспокоенным урчанием она осторожно встала, чтобы не задеть остальных детей.               Котёнок пискнул и начал хныкать, когда Нион приподняла его над полом, обратно перенося к месту отдыха. Не обращая внимание на эту мимолётную истерику, кошка вновь легла, прикрывая своим тёплым телом потомство, которое постоянно тянулось носиками к её животу и торсу.               Маленький беглец всё продолжал тихо повизгивать. Нион мягко обняла его в надежде успокоить. Он не пытался оттолкнуть её, не обижался, — ещё не в состоянии разобрать такие сложные чувства — а притих, когда мама начала вылизывать светло-рыжую макушку.               Окончив умывать младенца, Нион тихо мяукнула, как бы спрашивая: «всё ли в порядке?». Тот, естественно, ничем не ответил, но теперь она была спокойна. Недавно котята поели; нужно было уложить их спать, поэтому, пытаясь показать что следует делать на собственном примере, кошкодевушка опустила голову на согнутый локоть и прикрыла глаза.               Ей нравилось ухаживать за котятами. Это стало её личным счастьем и смыслом жизни. Но непривыкшую к таким нагрузкам кошечку почти всегда клонило в сон, когда потомство затихало.               Она не заметила, как тот же котёнок снова сбежал, уползая ещё дальше и растерянно мяукая, потеряв маму из виду. Ему было страшно осознавать, что можно вот так просто оказаться в одиночестве; а ведь только что рядом пахло братьями и сёстрами. Нион фыркнула и тут же подскочила, обнимая котосыночка со спины. Она потёрлась щекой о его голову, показывая, что теперь всё в порядке.               Но лучше всего успокаивать малыша в привычном месте, поэтому кошка мягко прикусила беднягу, пытаясь ухватить зубами за одежду. Он совсем кроха, поэтому таскаться с ним было легко. Но только мама обернулась, увидела, что из её гнезда забирают оставшихся там деток.               Лютер Вон Айвори напевал им нежную песню, собирая котят в специальную плетеную корзину с пуховой подстилкой. Нион подхватила беглеца на руки и поползла к лежанке, но Мастер уже встал на ноги, только сейчас замечая переживание в глазах питомицы.               — Ох! Моя милая кошечка, я как раз не досчитал одного. — спокойно сказал мужчина, держа пищащую корзинку в руках.               Нион громко мяукнула ему, прижимая к груди последнего. Лютер понял, что она хочет снова лечь с ними, но сейчас не время.               — Мне нужно их искупать. — объяснился перед встревоженной матерью Хозяин. — Ты можешь пойти с нами и помочь мне. Всё в порядке, не нужно волноваться.               Кошкодевушка доверяла ему даже сильнее, чем себе, но в груди не могло не болеть, когда перепуганные сменой обстановки детки звали на помощь где-то из рук самого добродушного существа. Айвори крепко держал корзинку, не позволяя малышам высовывать лапки или мордочки, а Нион шла следом, заглядывая за плечо Лютера, лишь бы убедиться — точно ли всё хорошо?               Причин для волнения и правда не было, но Хозяин с пониманием относился ко всему, что происходило с питомицей. После родов она полна гормонов, заставляющих включиться материнский инстинкт, который порой диктует странные мысли. Всё её тело напрягалось при малейшем плаче или писклявых звуках со стороны малышей, даже если вокруг не было опасности. Хотелось укрыть их собой и не отпускать ни на сантиметр.               Они дошли до ванной комнаты и Лютер поставил корзинку на ковёр. К ним тут же опустилась Нион, начав вылизывать и тереться мордой, обнюхивая каждого. Мама не отбирала их у своего самого любимого Хозяина, понимая правильность его действий уже сейчас — когда все малыши рядом, у неё на глазах.               Лютер расстелил на дно чугунной ванны полотенце и ненадолго включил воду. Температура была оптимальной для купания детёнышей питомцев. Он точно знал об этом.               — Ну же, мой маленький, сейчас я возьму тебя на руки. — с абсолютно безжизненным выражением лица, но очень нежным тоном сказал Вон Айвори, поднимая одного котёнка.               Малыш даже не дёрнулся, ухватившись лапками за длинные пальцы. Его запах и руки они знали. Это Мастер Лютер — их Хозяин; он же — самое доброе и заботливое существо в их крохотной жизни. Они были сильно привязаны к матери, ни в коем случае не спуская её на ступень ниже, по сравнению с ним. Она и Лютер занимали одинаково значимое положение в их маленьких жизнях.               Так в ванной оказались трое котят, которые невольно начинали запускать маленькие коготки в ткань влажного полотенца из-за боязни незнакомого места. Вода едва ли достигала середины их предплечий. Можно без страха ползать в ней на четвереньках и даже неумело клевать вниз головкой.               Лютер внимательно следил за каждым, пока что намыливая только одному из них на шелковистые волосики специальный шампунь. Тот потерял запах Хозяина среди сильного ромашкового аромата и из глаз невольно потекли слёзы, сопровождаясь мелким попискиванием.               Нион следила за двумя другими детками на полу, но решилась оставить их в безопасной корзинке, чтобы срочно прийти на помощь своему драгоценному комочку в ванне. Она положила руки на бортик и взглянула на то, как Лютер смывал небольшое количество пены с хнычущего котёнка. Тот ухватил Хозяина за пальцы, начав чесать десна о твёрдые кольца. Это почти моментально успокоило, давая напоминание, что рядом не страшный хищник, а родное существо.               — Что такое, Нион? — спросил у питомицы Айвори, не отрываясь от своего занятия.               Та ему тихо муркнула, теперь уже понимая, что всё под контролем. Но на всякий случай она наклонилась над ванной и потрогала воду. Та была в самый раз; и глубина тоже. Снова ничего не случилось, — просто неожиданно проснувшееся волнение от высокого голоска.               — Я справлюсь сам. — успокаивал Лютер. — Пожалуйста, последи пока за остальными. Ты мне в этом очень поможешь.               Кошкодевушке и правда следовало бы вспомнить о детях, которые были, пускай и на мгновение, но оставлены без присмотра. Та не смела ослушаться.               После мытья котята возились на ковре в гостиной с плюшевыми игрушками, пока оба опекающих родителя вытирали каждому волосы и переодевали.               Теперь Нион была по-настоящему спокойна. На фоне работал телевизор, где куклы пытались изобразить подобие детского шоу. Котята сытые, чистые и рядом находился во всех аспектах идеальный Хозяин.               Так замечательно, так хорошо себя ощущала сейчас кошка, что решила поделиться настроением с Мастером. Нион потёрлась головой о родное плечо, когда они закончили с малышами и заурчала, глядя на него своими большими любопытными глазами.               — Ты голодна? — поинтересовался заботливый семьянин и положил ладонь на затылок любимицы, почёсывая.               — Нет, Мастер Лютер. — почти что зашептала Нион и уткнулась лбом в широкую грудь, вдыхая родной запах елового кондиционера для белья вперемешку с шалфеем.               — Ты кормишь столько котят, тебе нужно будет поесть. — он глянул на настенные часы, расположившееся над аркой. — Через час я приготовлю для тебя сытный ужин. Нельзя, чтобы у тебя пропало молоко из-за недоедания.               — Конечно, Мастер Лютер...               Нион выдохнула эти слова, слабо улыбаясь. Она готова выполнить всё, что ей скажет Глава дома, ведь он всегда желает своим питомцам только лучшего.               Совсем размякнув от почёсываний, кошкодевушка ухватилась лапами за его рубашку, чтобы не упасть или не задремать. Лютер повёл ладонь ниже, по привычке пытаясь уложить волосы, что спустились длиной чуть ниже плеч. Он погладил её по спине, а та не отдавала себе отчёт, по первому зову собственной природы игриво пошевелив бёдрами, поднимая лицо на Хозяина.               Лютер, как оказалось, тоже смотрел на неё, поэтому, идя на поводу у проснувшейся наглости, Нион потянулась выше. Она аккуратно чмокнула своего любимого в губы, а он ответил ей тем же. Нежные объятия и мягкий поцелуй — один из лучших подарков в жизни кошки. Но на первом месте всё же стояли котята, не шедшие в сравнение ни с лаской, какую мог оказать только Лютер, ни с игрушками или мягкими лежанкам, которые у неё были. Дети — дороже всего, что подарил Хозяин своей питомице.               Она была счастлива выносить Мастеру потомство, от которого он также в восторге; это были котята, которых Хозяин также желал понянчить.               Лютер стал отцом. Он обожал своих котят и Нион, которая дала ему такую возможность.