Темнота без памяти

Обычный серый Питерский вечер. За окном льёт угрюмый дождь. Николай Васильевич лежал под одеялом, из-за прогулки под ливнем, он слишком замёрз. Вдруг в коридоре усадьбы послышались крики и топот. — К барину нельзя! Нельзя! Он заболел! — кричал слуга Яким. — Мне нужно к Гоголю! — доносился довольно знакомый, и любимый голос Николая. Голос — Якова Гуро. Дверь распахнулась. В тёмную комнату, освещёной одной лишь свечкой, влетел до боли известный силуэт в красном пальто. Яков, ринулся к постели Николая, остановился лишь на мгновение, убеждаясь в том, что он не спит. В тот-же момент, Николай Васильевич приподнялся на руках, ясно давая понять, что он даже и не собирался погружаться в мир Морфея. - Боже мой! Николай Васильевич! С Вами всё в порядке? - опустился на колени перед лежбишем Гоголя, Гуро. От его пальто веяло лёгкой прохладой и сыростью, - Мне сказали Вы больны.. - Всё.. Всё хорошо, не пережевайте так сильно. Вы мне ещё нужны, - пробормотал Гоголь, тут-же заливаясь краской. К счастью Николая, свет был тусклым, и вряд-ли можно было-бы что-то заметить, - Правда.. Есть один мой страх, который может воплотиться имено сейчас.. - Про что Вы, Николай? - встревоженно посмотрел на Гоголя, Яков. - Мне кажется.. Он здесь.. - прошептав последние робкие слова "Доброго Гоголя", сказал Николай, перед тем, как его захлестнёт тёмная, неизведаная сущность. - Николай?.. - сущность врезала ему в челюсть. Гуро чуть наклонился назад от удара. Подскочив с кровати, сущность, в виде Гоголя, так любимого Гуро, подняла Якова, и поволокла к стене. Подняв Якова Петровича, и прижав к стене, сущность с немного растрёпанными, чёрными волосами, начала жадно целовать губы и шею Гуро, параллельно растёгивая верх рубашки, и уже нацелеваясь на ключицы. Резко проснувшись, как ото сна, Николай резко замер, ожидая сильного "леща" от Якова. Но его не последовало, ведь он чуть не упал в обморок вспоминая, что Он натворил.. Перетащив Гоголя на постель, Гуро уложил его, в ожидании вернувшегося к Николаю сознания. Через минут пять, Николай Васильевич открыл глаза. Гуро, наклонившись к лицу Гоголя, кротко поцеловал его, нежно произнеся еле слышное - Коля... Вы что-нибудь помните? - Нет, Яша, нечего.. - солгал Коля, проворачивая в голове нежное прозвище Якова : "Коля"...