Источник. Врата теней

Карие глаза скользили по ярким огням Морьяма. Чувство тревоги никак не отпускало. Более того, Роберту казалось, что демоны ещё в городе, что Аскара где-то рядом. После первого провала, мужчина не верил, что смог избавиться от неё, тем более Эрвин сказал, что саму демонессу найти так и не удалось. Хорошо что с Филиппом все хорошо, да и с остальными детьми тоже. Лёгкое шуршание за спиной заставило Врона обернуться. В дверях стоял оборотень. Уставший и напряжённый вид вождя говорил о том, что собрание оказалось не из лёгких. Перед тем как идти на него, Эрвин предупредил Роберта, что будет решаться дальнейшая их всех судьба. Конечно, самого Врона тоже хотели бы видеть, потому что он единственный участник самой первой битвы с Аскарой, ведь Савиан... В груди больно кольнуло. Мужчина уже знал, что сделал эльф, на какую жертву пошёл ради того, чтобы спасти свой народ. Это был поступок настоящего правителя. По началу лёгкая надежда витала среди жителей Морьяма, что под завалами обнаружится живой Савиан, но все было зря. Удар был такой силы, что ни одно живое существо не пережило бы его. Сам Роберт много слышал про оружие ангелов, но ему не приходилось наблюдать воочию их мощь. Увидев же, что произошло с частью замка, Врон сразу понял, что это была крайняя мера. - Ну что? - нервно сжав кулаки, глянул куратор на Эрвина. Тот провёл ладонью по заросшему рыжей щетиной подбородку и прошёл вглубь палаты, прикрывая за собой дверь. В тишине тяжёлые шаги оборотня отскакивали от стен, опускаясь молотом на пол. Эрвин подошёл к глубокому креслу напротив кровати и сел в него, откидываясь на спинку. Небесно-голубые глаза внимательно смотрели на Роберта, будто изучали его. Мужчина же видел, как внутри вождя борется желание сказать правду или что-то утаить. Это ему не понравилось. Нахмурившись, Врон скрестил руки на груди. - Не смей от меня ничего скрывать. Я имею право знать правду. Эрвин хмыкнул и его губы искривились в ухмылке. Затем он провел указательным пальцем по подлокотнику кресла. - Я-то и не собирался ничего скрывать, в отличии от твоих деток. Роберт приподнял одну бровь, с недоверием смотря на вождя оборотней. - Ты вот знал, например, что они уже два раза связывались с Источником в Междумирье? - Арис сам выходил на связь, - махнул головой мужчина. - Он спас меня и Филиппа от Аскары. - Не-е-ет, то сам, а то шаман, которого они притащили из Норвена, смог выйти с Источником на контакт, - с прищуром глянул на куратора Эрвин. Тот стиснул зубы. Ему не нравилось, с каким тоном оборотень говорит о его учениках. Конечно, те не идеальны и у них могут быть свои секреты, правда такой секрет они не должны были хранить в тайне, потому что от этого многое зависит. Но эти дети через многое прошли, на многое способны и они имеют права на свое мнение. - И что? - расслабленно произнес Врон. Пришла очередь Эрвина хмуриться. В своей стае он всегда придерживался четкой иерархии. Младшие слушались и подчинялись старшим, они не имели права что-то утаивать от них, особенно от вождя, который должен быть в курсе дела. Эрвин считал, что раз Роберт старший среди этих детей, да и среди тех, кто пришел с Альтерьи, то он должен знать все. А тут, такая спокойная реакция. - Источник мог сообщить им ценную информацию. - Если бы сообщил, они бы ею поделились с нами. Эрвин стиснул зубы. Врон видел все это и прекрасно знал, почему оборотень злится. - Послушай, - опустил руки мужчина и сделал пару шагов к креслу. - Я очень благодарен тебе, что вытащил меня из подземелья и за то, что все это время заботился обо мне. Но у нас немного разные взгляды на жизнь. Я доверяю своим ученикам безоговорочно, как и они мне. Если они чего-то не говорят, значит так надо. Они уже давно не дети, это во-первых. А во-вторых, дело касается их брата. Так что Филипп и Галиб вправе сами решать, как им поступить. - Дело касается Источника, сына Аритрута, нашего врага, - тихое урчание расплылось по груди голубоглазого. - Они все не братья. Это уже не их личная война. - Эрвин, - еще шаг. - Твоя стая считает братьями и сестрами всех, даже если нет кровного родства. Так почему же мальчишками не быть братьями? Оборотень впился ногтями в подлокотники, но промолчал. - К тому же, если про это шла речь на собрании, значит мальчишки признались. - Их сдал дриада, - снова кривая ухмылка среди рыжей щетины. Роберт поджал губы. Эрвин тут же пожалел о своей резкости, заметив это. Ему совершенно не хотелось расстраивать того человека, который вызывал в нем самые теплые чувства. - Ты слишком мягок с ними, - покачал головой оборотень. - Я понимаю, что все пятеро стали для тебя родными, но и родных надо уметь воспитывать. - То есть, ты сомневаешься в моем профессионализме, как преподавателя? - невесело усмехнулся Врон. Эрвин виновато улыбнулся и поднялся с кресла. - Я тебя ни в чем не виню. Просто если есть пряник, должен быть и кнут, иначе они будут творить что хотят, а этого нельзя делать в нашей ситуации. - Он был, - опустил голову Роберт. - Что? - не понял рыжеволосый. - Кнут был... Зак... Яркой вспышкой перед Эрвином мелькнул образ полукровки, явившемся в его дом с того света. До сих пор Врон не знает, что его любимый жив. По идее, вождь должен был ему рассказать, но язык не поворачивался сделать это. Если мужчина узнает, он тут же захочет встретиться с Хеббертом, а тот собирался в Алид. Противный червячок шевельнулся в голове Эрвина. А что если Зак погибнет там, что если не надо будет говорить Роберту о нем? Мёртвые должны оставаться мёртвыми. В одно мгновение голубоглазый оказался рядом с Робертом. Обхватив его голову большими ладонями, Эрвин впился жадным поцелуем в губы мужчины. Тот замер, напрягаясь всем телом, ощущая жар от тела оборотня, запах, исходящий от него. В голове тут же всплыла та ночь, перед их отправлением в Эльён. Нет, это надо был прекратить, немедленно. Роберт упёрся ладонями в плечи вождя и с силой оттолкнул того от себя. Тот отшатнулся и уставился тёмными от расширившихся зрачков глазами на Врона. Тяжело дыхание билось в груди, досада и непонятная злость застыли во взгляде Эрвина. - Я тебе противен? - снова урчание разлилось в хриплом низком голосе. - Не в этом дело, - опустил голову Роберт, делая шаг назад, упираясь бедром в кровать. - А что тогда? Почему ты отталкиваешь меня? Все же было хорошо тогда. - Я не хочу, чтобы ты пострадал. - В смысле? - ошарашенно уставился на мужчину Эрвин. Тот поднял на него взгляд, полный боли. - Зак, Савиан, они оба погибли. Я не хочу, чтобы тебя настигла та же участь. - При чем здесь они? - злость начинала выливаться рыком. Как же надоел образ Хебберта, вечно мелькавший, вечно разделявший их. - Мы с Заком были близки, теперь он мёртв. Савиан тоже хотел моего внимания и, перед тем как попасть в лапы Аскары, я дал ему понять, что все может быть. В итоге он тоже мёртв. Я не хочу, чтобы ты был следующим. Эрвин ошарашенно уставился на Врона. С одной стороны это заключение бесило, но, с другой, значит этому мужчине не все равно на него, он переживает, беспокоится. - Роберт, это война, - тяжело вздохнул оборотень. - Мы все можем умереть в любой момент. Это не значит, что ты в этом виноват. Наоборот, мы должны ловить каждый момент, чтобы провести время вместе, зная, на сколько короткой может быть наша жизнь. - Нет, - мотнул головой куратор. - Мы должны держаться подальше друг от друга. Я не хочу, чтобы в один прекрасный миг ты погиб. Ты нужен своей стае, ты должен вернуться в Шедан, в тот мир, который ещё существует, который нужно за... Но договорить мужчине не удалось. Эрвину надоело слушать этот бред. Он не верил ни в какие приметы, а только в свою силу и силу стаи. К тому же, зная, что Зак может вернуться в любой момент, оборотень не хотел терять время из-за глупых сомнений. Он твердо решил, что заберёт Роберта с собой в Шедан и сделает частью стаи. Не известно, сколько ещё будет восстанавливаться Альтерья после того, что с ней сделал Аритрут, сколько ещё последователей этого полукровки будут ходить по мирам, уничтожать тех, кто был против их повелителя. Вождь не хотел подвергать Врона опасности. А лучшая защита, это держать его при себе. Крепкие объятия. Роберт не успел и глазом моргнуть, как оказался на кровати, придавленный горячим телом оборотня. Задыхаясь от такого же обжигающего поцелуя, мужчина цеплялся за ворот рубашки Эрвина, оттягивая её, пытаясь отпихнуть того, но все тщетно. Влажный язык настойчиво проник в рот Роберта, лаская, не давая возможности возразить. Силы уходили, а может просто Врон больше не хотел сопротивляться. Он ощущал, как щиплет глаза, как по щекам стекают солёные капли. Он должен оттолкнуть, но... Губы Эрвина скользнули к шее, прикусывая кожу, оставляя лёгкие следы. Роберт что-то невнятно бормотал, боясь открыть глаза, боясь, что оборотень увидит его слезы. Но тот продолжал целовать, забираясь ладонями под просторную бежевую футболку с длинными рукавами, касаясь дрожащей кожи, чувствуя бешеный стук сердца под ней. Вождь всегда добивается того, чего хочет, и этот мужчина не станет исключением.