Ночь гнолла

      Шаман продолжал насиловать Латисс, где-то ещё три раза, прежде чем он был удовлетворён. Его огромные яйца шлëпали по её заднице, а узел растягивал её киску, когда он выпускал своё семя в её глубины. Спермы было так много, что она вытекала вокруг его члена и капала на землю, пачкая земляной пол и шкуры. Всё это сводило Латисс с ума, а её тело дрожать от боли и наслаждения. Отпустив изможденное тело эльфийки, он тут же засовывает свой толстый член ей в рот и приказывает очистить его. Латисс повиновалась, высасывая их объединенные соки с его члена, пока он не вернулся в ножны.       Валяясь на полу хижины, Латисс прибывала в блаженном беспамятстве, но даже так отголоски заклинания похоти посылали ей виденья от которых её киска изнывала от нужды, а тело покалывало от удовольствия. Она очнулась только, когда шаман вернулся в хижину, весь в крови. Крови её родичей, тех кого она должна была защищать и кого она подвела. Гнолл тихо рычал, в его глазах были видны голод и похоть, а его член был налит кровью и непристойно торчал, словно тотем плодородия. Очевидно, он и его племя совершили набег и теперь его кровь, разгоряченная битвой, требовала разрядки, и Латисс не сопротивлялась, принимая это, как своё наказание. На этот раз жестокий шаман дважды насиловал эльфийку, проникая и растягивая её влагалище до придела. Один раз, он трахал её по-собачьи, прижимаясь своим мохнатым телом к её мягкой коже, терзал её полные груди своими когтистыми руками, пока его бёдра бились об её упругую попку, а его тяжёлые яйца стучали по её чувствительному клитору. В другой раз, он поставил её в позу наездницы заставив подпрыгивать на его члене и ещё раз использовал заклинание похоти, заставляя Латисс визжать от восторга, пока гнолл в красках и в подробностях описывал эльфийке сегодняшний набег, как он и его племя грабило поселение и сжигало дома, как они убивали эльфийских мужчин и насиловали их женщин. Всё это шаман делал, дабы полностью сломить дух эльфийки, и сделать из неё послушного раба. — Кому ты принадлежишь, эльфийская сука?! — Тебе! Я принадлежу только тебе, хозяин! — кричала Латисс от боли, стыда и… экстаза.       Следующие несколько недель Латисс не покидала хижину шамана, и каждый день напоминал предыдущий. Она служила гноллу своим телом, после чего он уходил в набег. Когда он возвращается, то снова трахал эльфийку до потери сознания. Конечно, в какой-то степени он всё таки заботился о ней, выдав ей какое-то тряпье вместо одежды, и если она слушалась его, даже оставлял ей самые большие объедки.       Вскоре племя полностью опустошило округу, оставив после себя разорённую землю и тлеющие руины. Следуя своей натуре кочевников всё племя отправилось в путь на поиски более богатых угодий. Уже в пути Латисс начала плохо себя чувствовать, её часто тошнило, а так же её беспокоили боли в животе и бёдрах. Все эти признаки говорили о том, что Латисс беременна. Странно, осознавая это эльфийка не ощущала апатии или отвращения, нет, она нашла в этом утешение. Ей уже было всё равно, что её дети будут гноллами, или то, что их отец был чудовищем убивавший её соплеменников. Это были её дети и она сделает для них всё.       Конечно, шаман часто и много раз трахал её во время путешествия, иногда просто на обочине дороги согнув эльфийску в грязи, и чаще всего на виду у всего племени под их похотливые взгляды и вульгарные комментарии.       Однажды племя решило напасть на деревню, чтобы отдохнуть и пополнить запасы. Не проходило и дня без того, чтобы Латисс не принимала как минимум три порции спермы себе в вагину или в горло, или задницу, а иногда всё вместе. К счастью, ее тело начало приспосабливаться, и секс стал не таким болезненным, как раньше, а шаман стал менее жестоким. Ей даже стало... хорошо с ним.       В конце концов, племя обосновалось на более постоянном месте. Не видя для себя больше выхода, Латисс начала наслаждаться своей новой жизнью. Она с нежностью смотрели на свой растущий живот, игнорируя знание того, что многие женщины не переживают беременность от монстров. Дети были слишком большие. Всё это было неважно. Это были её дети. И она сделает всё для них. И её самца и хозяина.       Срок родов наступает через несколько месяцев. Племя праздновало появление на свет двух новых щенков гноллов. Роды для Латисс были невероятно болезненными, от чего она чуть не умерла, но в конце концов справилась. Малыши были крупными и так похожи на своего отца. Они жадно сосали распухшую грудь эльфийски, которая за время беременности стала даже больше чем раньше, что делало её фигуру ещё более соблазнительнее. Ей потребовалось несколько недель, чтобы восстановиться, всё это время её любимый хозяин использовал только её рот или задницу, проявляя свою безграничную доброту. Довольно скоро она восстанавливается достаточно, чтобы выносить еще один его помет, и шаман не стал терять время. Через несколько недель Латисс снова была беременна.       Теперь её жизнь — это жизнь с её идеальным, красивым и сильным хозяином, которого она обожает всем сердцем. Её любимая часть его тела — это его огромные яйца, которые она часами лижет, сосёт и чистит своим языком. Она всегда следит за тем, чтобы эти толстые, низко висящие шары были в порядке каждый божий день. Секс такой же постоянный, как и раньше, но теперь Латисс с нетерпением ждёт его.       Быть со своим хозяином — это всё, чего она теперь желает, и она полностью принимает свою новую жизнь в качестве суки-трофея шамана гноллов. Латисс проводит остаток своих дней, счастливо спариваясь с гноллом в грязи и даря ему множество сильных, умных и способных детей.