Про 9 мая, баню и яйца

Девятое мая, на улице праздник. После парада решил в баню сходить. Баня стоит у нас мировая, На улице кирова, дом 33. Взял с собой шапку и шлёки и ткань, Как называют его полотенце. Зашел я в парную, душа расцвела, И кожа стала как у младенца. Банщик поднял над камнями ковшик Налил на них грамм так 303. И пот покатился по телу как дождик, Долой пыль и грязь, вперед веники. И вот я в мятном пылу и томлении Мечтаю о будущем любимой страны. И вижу, сидит паганый буржуй С яйцами аж до земли. И его ничего не смущает, Прикрыл бы, сука, свои муды. Хуй там, расселся завернувшись шёлком, Жирный и потный, как зад у свиньи. Так разве ж за них деды воевали? За них в сорок пятом народ погибал? Нет! Им бы ноги расставить пошире. И проветрить бы сучьи свои бубенцы. Их что ли плечи Родину держат? Их что ли сердце плавит чугун? Страна стоит на ногах пионеров! А не на шарах безкультурных дур. Баня - место, где каждый друг другу равен, Где каждый найдёт очищенье себе. Но нет же! Пошире надо рассесться, С таким важным видом, как царь во дворце. Не в силах терпеть, я вдруг воскликнул: "Товарищ, имей уважение концов в конце, Прикрой полотенцем, блядь, свои бубны, Хозяйство пристало хранить при себе" А он мне ответил:"Ну что ж ты, товарищ, Если есть дело до чужого греха, Изволь посмотреть на себя для начала" И правда, стою в чем мать родила. Ох стыдоба, друзья, стыдоба. Гражданина взглядом насквозь прожигая, Забыл проверить свои купола, И что полотенце лежит в раздевалке, Как то совсем запамятовал я. Простите великие Ленин и Жуков, Сжальтесь Дзержинский, Зиновьев и Маркс. Простите же глупый вы мой проступок, Не поступил бы я так никогда. И Сталина бюст, что стоит здесь в парилке, Обязательно в юго-восточном углу, Взглянул на меня с ускорительным тоном, Но все же простил мне, все как на духу. Такова правда жизни, что мы зачастую Видим соринку в чужом глазу, Тогда как не чувствуем, прямо под веком Чурку большую, огромную.