Золото твоих крыльев

      Когда отец был ещё жив, он говорил Бэйдоу: если ты будешь хорошо себя вести, в густой кроне деревьев ты сможешь увидеть, как феникс машет своими огненными крыльями. Тогда до конца своей жизни тебе будет сопутствовать удача. Бэйдоу не знает, что сделала такого особенного, ведь она не только видела феникса, но и разговаривала с ним, играла и даже…       Бэйдоу продирается сквозь чащу леса. Кроны деревьев расположены настолько близко друг к другу, что солнце еле пробирается сквозь сцепленные ветки. В лесу мрачно, сыро и тихо, слишком тихо. Здесь просто нет ничего живого. Бэйдоу неуютно в этой части леса, но выбора нет. Она делает ещё несколько шагов, ныряет в кусты, пригибаясь к земле, попадает ко входу в пещеру и уверенно заходит в неё.       Бэйдоу без страха шагает по темной тропе, и тут вдалеке брезжит свет. Мгла отступает, и Бэйдоу выходит на залитую солнцем поляну. Она улыбается, заливисто смеётся, ускоряет шаг, а затем переходит на бег. Быстрее, ещё быстрее. Кажется, само солнце питает Бэйдоу энергией, которая рвется наружу и толкает вперёд. Она хохочет во всё горло, подставляя лицо ветру и мягкой листве. Как же ей здесь хорошо.       Как только начинают появляться первые постройки, Бэйдоу сбавляет шаг. Это незатейливые домики из природных материалов, которые расположены на деревьях, небольшие, но очень уютные. Чем дальше, тем больше этих домиков попадалось на пути, они расширяются, становятся более красивыми, забираются всё выше, и вот перед взором Бэйдоу предстаёт целая деревня. Деревня фениксов. – Нингуан! Нингуан!!! – Бэйдоу кричит в специальную трубку, которая усиливает её голос. Она стоит перед огромным деревом, наверху которого виднеется дом. – Пожалуйста, не кричите! – на секунду кто-то закрывает солнце, вокруг поднимается ветер, и рядом с Бэйдоу приземляется женщина, складывая алые крылья, – госпожа Нингуан сейчас находится в летней спальне. – А где это? – Дальше, на опушке, идите прямо и найдёте. – Хорошо, спасибо вам!       Бэйдоу кланяется и убегает. Думая о Нингуан, Бэйдоу ощущает лёгкое приятное жжение в груди, а по телу бегают мурашки. Вот бы поскорее её увидеть. Бэйдоу раздвигает ветки и оказывается на лужайке, затянутой огромным тентом. Под ним лежит девушка, которую практически полностью закрывают золотые крылья. – Нингуан! – Бэйдоу с радостным криком подлетает и плюхается на колени, – Нингуан, я скучала. – Бэйдоу, – Нингуан чуть вздрагивает и приподнимает брови, но тут же её губы расплываются в улыбке, – я не думала, что ты придёшь, у тебя же много работы. – Я спешила закончить её раньше, чтобы увидеться с тобой, – Бэйдоу чуть отводит взгляд и чешет затылок, – я не вовремя? – Нет, ты всегда вовремя, – Нингуан поднимается и берёт Бэйдоу за руку.       Бэйдоу чувствует, как её щёки заливает румянец. Они уже давно знакомы, и физический контакт уже давно стал нормой, но для Бэйдоу прикосновения всё равно много значат. Они как будто доказывают, что всё перед ней не сказка, не сон, не глупая фантазия, а самая настоящая реальность.       Они встретились случайно, а потом почему-то не забыли друг о друге, и всё завертелось хаотичным водоворотом, Бэйдоу затянуло в самый эпицентр, а она даже не хотела противиться. Впрочем, только она считала, что это случайность. – Мы видим людей насквозь, – с лукавой улыбкой любит говорить Нингуан, – знаем, кто стремится к созиданию, а кто к разрушению. Фениксы приходят только к хорошим людям. – Ну и о чём я сейчас думаю? – Да это не так работает, – чуть хмурится Нингуан, – мы чувствуем, это интуиция, она ведёт нас и указывает на нужного человека. Фениксы наблюдают за этим миром, просто многие слишком сильно сконцентрированы на себе и совсем не замечают этого. – То есть ты… выбрала меня, – у Бэйдоу дрожит голос. – В каком-то смысле да, – Нингуан отводит глаза.       У Бэйдоу очень мало опыта во взаимоотношениях с людьми, но она при любой возможности бежит к Нингуан, ей нравится просто находиться с ней рядом. наблюдать, как она читает, поправляет локоны, когда она падают ей на лицо, как приподнимаются брови, сжимаются губы или, наоборот, лицо становится расслабленнее и спокойнее. Когда Нингуан улыбается Бэйдоу, у той учащается сердцебиение, взгляд мечется и хочется куда-то бежать. С ней можно говорить обо всем на свете, а можно просто молчать, наслаждаясь пением птиц и её нежным прикосновением. Бэйдоу на самом деле хотела бы остаться рядом с Нингуан навсегда.       Наверное, более взрослые и зрелые люди называют это любовью. Бэйдоу не разбирается. Нингуан говорит, что любит её, но понятие любви у фениксов более обширное. Впрочем, Бэйдоу всё равно чувствует себя особенной. – Что это за место? – спрашивает Бэйдоу. – Это летняя спальня, в тёплое время года я люблю находиться снаружи. Здесь я отдыхаю и сплю. – Тебе удобно? – Да, здесь замечательно. Это территория моей семьи, поэтому меня никто не беспокоит, здесь есть всё необходимое, а ночью можно смотреть на звёзды.       Бэйдоу осматривает место под тентом. Здесь лежат мягкая подстилка с одеялом и подушками, книги, бумага, перья для письма, все нужные уходовые принадлежности и зеркало. Фениксы не любят роскоши, и для них намного важнее гармония с природой. – У тебя грязь на перьях. – Правда? – Нингуан поднимает одно крыло, – ты…можешь убрать? – Я-я никогда этого не делала, я могу что-то повредить. – Не повредишь, перья не хрустальные, – улыбается Нингуан и достаёт щётку, – просто не делай резких движений. Я подскажу, если что.       Бэйдоу неуверенно берёт щётку. осторожно, лишь слегка касаясь перьев, проводит ею, понимает, что всё в порядке, проводит ещё раз более уверенно. И так до тех пор, пока грязи не остаётся. – Вот, порядок! – Бэйдоу, а ты можешь… почистить все крылья? – неуверенно просит Нингуан. – Я думаю, что могу. Я же всё правильно делаю? – Да, всё хорошо.       Бэйдоу нравятся крылья Нингуан. Золотые перья с небольшими вставками белого и красного цвета выглядят как дорогое украшение искусного ювелира. А когда Нингуан поднимается в небо, она похожа на ещё одно солнце, только оно совсем не слепит, наоборот, оно притягивает взгляд и завораживает.       Нингуан чуть дёргает крыльями, расправляя их, у Бэйдоу перехватывает дыхание. Ей хочется рассмотреть каждое пёрышко, понаблюдать, как золотой переходит в красный или белый, сравнить узоры на разных перьях. Они как будто светятся изнутри, а Бэйдоу чувствует себя мотыльком, которого чарует и манит этот свет.       Прикоснуться к такому чуду – счастье для Бэйдоу, она даже и думать об этом не могла. Но Нингуан сама просит, а Бэйдоу не может подвести её доверие. Она аккуратно проводит по маховым крыльям, наблюдая за реакцией. Нингуан выглядит спокойной. – Всё в порядке? Тебе не больно? – Нет, продолжай.       Бэйдоу теряет связь с реальностью и практически машинально водит щёткой по крыльям. Блеск крыльев и монотонные движения вводят её в транс, становится спокойно и умиротворённо. – Я закончила, – Бэйдоу нехотя убирает щётку. – А я могу тебя попросить? – О чём? – Можно… я прикоснусь к твоим крыльям… руками. – А… хорошо, – Нингуан немного осекается, но разрешает.       Бэйдоу сглатывает и аккуратно проводит пальцами по большим маховым перьям. Они жёсткие, совсем как у птиц. Удивительно, что у сказочных созданий перья видимо совсем не отличаются от перьев голубей или соек. Бэйдоу касается маленьких перьев у самого основания костей. Они похожи на пух, и Бэйдоу слегка тормошит их пальцами, а потом проводит рукой по кости крыла. Нингуан слегка вздрагивает. – Я сделала тебе больно? – Нет, просто это на удивление приятно. – Можно ещё? – Можно.       Бэйдоу нежно гладит крылья, замечая, что Нингуан немного ёрзает, а сами крылья подрагивают. Бэйдоу саму пробирает дрожь, ей всё ещё не верится, что она может прикоснуться к крыльям феникса. Её бы старик никогда ей не поверил.       Фениксы удивительные. А Нингуан среди этого сундука с драгоценностями самый благородный и уникальный камень, который больше нигде не найдёшь. Она обучает детей в их деревне, помогает взрослым, много читает и поэтому знает, казалось бы, всё на свете. И к Бэйдоу она относится внимательно, постоянно угощает её домашними сладостями и замечает малейшие ссадины. Нингуан хмурится, когда Бэйдоу отмахивается, а потом заставляет её сидеть ровно и обрабатывает все раны. От её ярких, как закатное солнце, глаз, кажется, не скроется ничего. Возможно, она действительно смотрит в самую душу, ведь понимает, когда Бэйдоу что-то тревожит. И Нингуан умеет подобрать нужные слова, успокоить, ободрить. Она даже сумела убедить всю деревню, что Бэйдоу им не враг, и они принимают её как родную. Нингуан все верят. Она умная, добрая, внимательная, с ней хочется говорить обо всём, а её игра на флейте завораживает и уносит в другой мир. По возрасту они примерно ровесники, но Нингуан кажется старше и опытнее. Рядом с Нингуан Бэйдоу успокаивается, печали и горести отходят на второй план, а все трудности кажутся посильными. Это какая-то магия, словно частички сложной головоломки сами встают на нужные места, и тебе больше не нужно ломать голову. – Бэйдоу, а как люди делают друг другу приятное? – Ну, они дарят друг другу подарки, говорят комплименты, помогают. – Я не про это. Я имею в виду, как они делают друг другу приятно… физически, – Нингуан поворачивает голову, её глаза влажно блестят. – Я-я не сильна в этом, – Бэйдоу пронзает озарение, но вдруг она всё-таки что-то не то поняла, – но слышала, что поглаживание кожи и опредлённых… мест очень приятно. – А ты можешь показать? – На себе? – Нет, на мне.       Бэйдоу дёргается и надеется, что понимает всё правильно. Она аккуратно обнимает Нингуан со спины одной рукой, не задевая крыльев, пальцами гладит живот, проводит ладонью по талии. Второй проводит по плечу, предплечью, запястью, слегка касается бедра. Нингуан, кажется, совсем не дышит, но и не вырывается. – Тебе приятно? – Приятно, но через ткань я почти ничего не чувствую. – А мне можно? – Можно.       Хоть Нингуан и даёт согласие, Бэйдоу чувствует себя скованно, её руки дрожат и не слушаются. Она задирает подол платья и оглаживает бедро с внутренней стороны, поднимается до живота, касаясь осторожно и нежно. Бэйдоу слышит, как шумно выдыхает Нингуан, чувствует, как она чуть подаётся вперёд к руке, будто хочет усилить прикосновения. – Я ещё слышала, что девушкам приятно, когда прикасаются к груди, – осторожно начинает Бэйдоу. – Давай проверим.       Бэйдоу кладёт руку на грудь, она уже волнуется меньше, поэтому без стеснения слегка сжимает ладонь. Слышится тихий стон. Бэйдоу двигает рукой, потом чуть отстраняет, очерчиваем пальцем окружность ареолы, а потом снова сжимает грудь. Бэйдоу захватывает небольшой азарт, в порыве она целует Нингуан в шею, губами спускается к плечу и случайно замечает зеркало. Они сидят прямо напротив него, и Бэйдоу отчётливо видит лицо Нингуан. Щёки заливает пурпурный румянец, губы чуть приоткрыты, а янтарные глаза блестят. У Бэйдоу скручивает внизу живота, перехватывает дыхание, она неосознанно чуть сжимает руки. Нингуан, кажется, тоже замечает зеркало, из-за чего стыдливо отворачивается. – Я странно выгляжу? – Нет, что ты, ты прекрасна, как и всегда, даже слишком я… хочу смотреть на тебя такой. Если ты не против, конечно. И если тебе приятно. – Мне приятно, очень, – Нингуан разворачивается и смотрит прямо в глаза Бэйдоу. Кажется, для этого ей понадобилась некоторая решимость.       Бэйдоу в порыве целует Нингуан, обхватывая её нижнюю губу своими, чуть поднимается, чувствуя, как на её поцелуй отвечают. Она гладит щёку, спускается к шее, ключицам, чувствуя, как сжимают и слегка тянут на себя её одежду. Бэйдоу целует в уголок губ, в щёку, за ухом, обнимает Нингуган за талию, прижимая к себе. Она уже не задумывается ни о чём, её ведут эмоции и странное неизвестное ей до этого желание. – Всё хорошо? Я ведь не делаю ничего странного? – Бэйдоу на мгновение приходит в себя. – Я не знала, что люди заботятся друг о друге… так. Но мне нравится, – признаётся Нингуан, утыкаясь в плечо.       Эти слова подстёгивают Бэйдоу. Она проводит пальцами по плечам, талии, низу спины, обхватывает бёдра и ласкает внутреннюю часть. Нингуан подаётся вперёд, сильнее обхватывая плечи Бэйдоу. Она чувствует нежное и изящное тело Нингуан, но Бэйдоу этого оказывается мало. Она снова бросает взгляд на зеркало. Со стороны они выглядят занятно, и Бэйдоу нравится смотреть на Нингуан в своих объятиях. – Бэйдоу, я читала одну вещь, – неуверенно начинает Нингуан, – девушкам очень приятно, когда ласкают между ног. Мы… можем попробовать? – Давай, но я не очень понимаю, покажи на мне. – Хорошо. Я могу прикоснуться к тебе не через одежду?       Бэйдоу кивает, и Нингуан расстёгивает её брюки, оттягивает трусики, забирается туда рукой, проводит пальцами между ног. От этого прикосновения её встряхивает, из груди вырывается тихий стон, бёдра сами подаются вперёд. Она не ожидала, что будет так… приятно. – Я поняла.       Бэйдоу задирает платье, припускает короткие панталончики, кладёт руку на низ живота и медленно спускается, пока её пальцы не ощущают горячее и влажное. Нингуан стонет. Бэйдоу проводит пальцами медленно сверху вниз, потом чуть быстрее и снова медленнее. И смотрит в зеркало. Нингуан подаётся грудью вперёд и выгибается от каждого прикосновения. Это распаляет Бэйдоу, и она неосознанно начинает быстрее двигать рукой. Нингуан замечает взгляд Бэйдоу. – Не смотри туда, – Нингуан распрямляет крылья и закрывает ими Бэйдоу, перегораживая обзор. – Прости, просто ты действительно выглядишь замечательно. – Всё хорошо, но мне надо к этому привыкнуть.       Бэйдоу не замедляет темпа, покрывая поцелуями щёки, подбородок и лоб Нингуан, та тоже не останавливается, ласкает промежность, из-за чего Бэйдоу шумно выдыхает и чуть вскрикивает, когда Нингуан задевает особенно чувствительную точку. – Что-то не так? – Нет, наоборот, здесь ощущается как-то по-особенному приятно.       Бэйдоу пытается найти то же самое место и у Нингуан, касается его, и та стонет громче обычного. Бэйдоу сосредотачивается на этой точке, чувствуя, как подёргивается дымкой разум. Собственное тело дрожит от каждого прикосновения и мечется, ощущения спутываются между собой как клубок ниток, и из этого омута её выдергивает голос Нингуан: – Бэйдоу, давай закончим на этом.       Бэйдоу сразу же убирает руку, чувствуя, что Нингуан делает то же самое. Она вся красная, тяжело дышит, но её глаза лучатся светом, а на губах играет улыбка. Бэйдоу обнимает её и утыкается в макушку, осторожно поглаживая спину. Свет еле-еле пробивается сквозь сомкнутые крылья, и создаётся ощущение, что они одни в целом мире. Бэйдоу не против, ей ведь больше ничего и не нужно. – Нингуан, я люблю тебя. Не покидай меня никогда. – Такого не будет, я же выбрала тебя. Теперь ты никуда от меня не скроешься.       Нингуан смеётся россыпью серебряных колокольчиков, а Бэйдоу тихо млеет. Она уверена: впереди её точно ждут только счастливые моменты.