Что насчет свидания?

«Я хочу пройти с тобой по всему свету, держась за руки.

Я хочу сказать каждому, кто посмотрит на нас о том, что ты — мой.

Чтобы посторонние не заметили ничего, я прячу свои глаза.

Я понимаю, что люблю тебя сильнее после произнесенных тобой слов.

Моя тайна — твои нежные слова.

Моя тайна — твои горящие глаза.

Моя тайна — это твоя невиданная красота.

Моя тайна — это следы на губах, оставленные после поцелуя.»

— Марат Яруллин. Моя тайна.

      — Ну так может ты уже, наконец, ответишь на мой вопрос? — попивая кружку горячего кофе и поедая шоколадный торт брауни, Чимин спросил то, о чем думал очень много, но так и не смог найти ответа в своей голове.       Ровно в 10 часов утра парни уже сидели в «Джуниор» и, не думая ни о чем, поедали сладости и запивали все это кофе или чаем и разговаривали на отвлеченные темы, пока Пак не вспомнил вчерашний разговор на скамейке за школой. Они действительно ушли с уроков, отсидев лишь два из восьми положенных. Чимин не боялся, что его заметят. С этим альфой ему ничего не страшно.       — М? Какой? — сглотнув отпитого чая, Юнги посмотрел на младшего и облизнул свои мокрые губы, на которых остался сладкий горячий напиток. Ему нравится эта идиллия. С Чимином слишком спокойно на душе становится.       — Ты вчера сказал, — прокручивая пальцами маленькую ложку, — Что я всегда делаю не то, что хочу. Я хочу выслушать объяснений этому твоему заявлению.       Юнги усмехнулся и, поставив чашку на стол с краю, положил свои руки на твердую поверхность, тем самым всем корпусом немного приближаясь к любимому омеге.       — Чего ты хочешь на самом деле? — альфа прищурился, будто пытаясь прочитать все мысли Чимина. — Я не уверен, что все вот это, чем ты занимаешься — твоя инициатива. Нравится в четырех стенах сидеть?       Пак опустил свою голову, незаметно улыбаясь, затем аккуратно небольшим кидком закинул ложку в чашку с недопитым кофе и стал помешивать.       — Для меня самое главное сейчас — учёба, как и для тебя должна быть, раз ты решился пойти в 11 класс.       — Правда? Тогда давай раз уж ты согласился провести сегодня время со мной, то ты будешь со мной до ночи. Я тебя провожу до дома, не беспокойся. — Юнги была интересна реакция младшего, именно поэтому он и сделал это заявление. И альфа оказался прав. Глаза Пака начали бегать по полу. Он заволновался.       — Я… — омега замешкался, выбирая правильные слова, — Я не могу.       — Почему? — недолго думая выдал Юнги, выглядя расстроенным.       — У меня репетитор.       — Чимин. — Мин положил свою ладонь поверх руки любимого, замечая, как тот поднимает на него свой взгляд. — Хорош притворяться уже. Ты из дома не выходишь вообще. Чонгуку в прогулках отказываешь. Я тебя на свидание еле уломал. Ты думаешь это просто из-за того, что у тебя репетитор?       — Слушай. — не на шутку завёлся младший и прищурился свои глаза, вытаскивая свою ладонь из-под плена и таким образом стараясь скрыть все свои настоящие эмоции и чувства. — У меня действительно есть важные дела. И какое тебе вообще есть дело до того, чем я занимаюсь дома?       — Я хочу показать тебе мир, — неожиданно для самого Чимина выдал Юнги, не сводя своего кошачьего взгляда с глаз-щелочек напротив. — Хочу тебе показать тот мир, где я живу, а не тот, где ты вечно запираешься.       Окей, Юнги, возможно, это действительно немножко не твое дело. Но все же, альфа хочет, чтобы его любимый в полной мере был счастлив, а не сидел и тухнул в четырех стенах, пока подростки его возраста гуляют и наслаждаются жизнью. Этот год — последний, когда ты можешь почувствовать свободу. Это Мин несчадно сейчас пытается доказать предмету своего обожания, который настаивает на своем о том, что нужно сейчас тратить все свое время только на учебу, чтобы обеспечить себе хорошее будущее в достатке и изобилии.       — Да ты не понимаешь! — выплеснул злобно омега, немного ударив ладонью об твердый стол. Присутствующие в кафе сразу же обратили на странную парочку своей заинтересованный взгляд и тогда Чимин немного сбавил свой тон, не желая привлекать лишнего внимания. — Нужно учится сейчас, только это должно быть на уме, чтобы в будущем стать успешными и с деньгами не для того, чтобы выживать, а жить. Жить в достатке и с нормальной работой, а не как… — Пак остановился. Резко ему в голову ударило то, что он хотел сказать. Он жалобно посмотрел на альфу. — Прости.       Юнги немного опустил свою голову, прекрасно понимая, что хотел сказать собеседник. Он что-то отметил у себя в голове, кивнул, не глядя на горячо любимого человека и встал со стула, намереваясь уходить. Желание провести весь сегодняшний день с этим омегой отбилось напрочь.       — Я как раз таки все понимаю, — безразлично холодным голосом произнес тихо альфа и от этого голоса и выражения лица, у Чимина невольно сжалось сердце. Обидел. Не уследил за своим языком. — Это ты ничего не понимаешь и дальше книжек Стивена Кинга ничего не видишь. Я ничего не говорю, это не плохо, нет. Но как ты можешь что-то судить о моей жизни, совершенно ничего о ней не зная? — все еще стоя около стола и ловя на себя взгляды сжавшегося парня, Юнги продолжает свою речь.       Повисло недолгое молчание, которое прервал первым альфа, наклонившись и приблизившись к лицу омеги:       — Невозможно описать ничьи переживания, страдания и чью-то жизнь, когда у тебя в своей ничего не происходит. — это была последняя фраза, которую произнес Юнги прежде, чем развернутся и уйти.

***

      Юнги не разговаривал после первого свидания с Чимином мучительные семь дней. Всю неделю. И эти дни прошли, словно на иголках для обоих. Правда, Мин пытался делать вид, что все хорошо и ничего не случилось. И в эти школьные дни глазел уже Пак на него со своей парты, а не наоборот, как это было раньше. Омеге было стыдно перед старшим. И он думал над тем, как бы правильно извинится и не сделать тем самым еще хуже. Единственное, что происходит между этими двумя — это нескончаемые разногласия во мнениях и ссоры. А может, Юнги прав? Пак ведь действительно не видел настоящей жизни в пределах своего дома.

От: Пак Чимин.

Кому: Мин Юнги.

«Юнги, привет! Не хотел бы ты сегодня сходить со мной погулять в 7 вечера? Я слышал, что в Октагоне будет фестиваль красок.»

      Отправив это сообщение во время урока литературы, пока учительница рассказывала вновь какую-то увлекательную историю из жизни некого известного на весь мир писателя, Чимин посматривал на альфу, ожидая, когда тот увидит сообщение. А увидел и прочитал он его сию же секунду, не задумываясь. Омега краем глаза заметил, как Юнги нахмурился и отложил свой телефон, явно не собираясь отвечать или как-то особо задумываться над предложением. Его ответ, очевидно, «нет».       Пак тоже убрал свой телефон, не зная, что еще можно сказать и что можно предложить. Ему одиноко, и это одиночество даже не скрашивает присутствие Чонгука, который что-то лепечет ему про какой-то игровой автомат из нового торгового центра.       На следующем и еще следующем уроках Юнги не было. Ни его, ни его вещей ни в классе, ни в раздевалке Чимин не обнаружил. В этот момент парень испугался. Единственный человек, который попытался открыть ему глаза, показать красоту и свободу, о которой омега даже не задумывался, куда-то испарился. И Чимин надеялся на то, что Мин ушел не навсегда.

От: Пак Чимин.

Кому: Мин Юнги.

«Прости меня. Я знаю, что ты на меня обижен. Но я очень хочу все исправить. Пожалуйста, давай встретимся. Я очень скучаю…»

      Омега долго думал над отправкой этого слишком откровенного, показывающего его чувства и переживания, сообщения. Но в итоге сдался и нажал кнопку «Отправить», в следующие секунды ожидая хотя бы «Прочитано». Когда и через три минуты ни ответа, ни заветной зеленой лампочки не было замечено, Пак расстроился окончательно и медленным шагом пошел к себе домой, хотя сейчас туда идти хотелось меньше всего на свете. Знал бы омега адрес Юнги, пошел бы без раздумий к нему.       По приходе домой, Пак разулся и, не снимая с себя накидки, прошел во второй этаж — к своей комнате, чтобы вновь полежать и подумать над всем, что произошло за последние месяцы. Когда все успело так круто поменяться. Месяц назад Чимин даже не был заинтересован в истории о том, что он кому-то нравится, а сегодня этот кто-то значит для него слишком многое. И это многое он не готов потерять в один миг. Возможно, слишком быстро, но Пак уверен. Уверен, что этот альфа ему нужен сейчас как никогда раньше.       Омега громко и мучительно выдохнул, ложась лицом в свою подушку и стараясь уже который раз за неделю не заплакать. Это слишком мучительно для него.       В тот момент, когда парень вытащил из кармана ветровки свой телефон, желая написать еще одно сообщение своему невольному мучителю, он увидел уведомление о сообщении:

От: Мин Юнги.

Кому: Пак Чимин.

«Встречаемся в 7 около входа в «Джуниор». Дорогу помнишь, надеюсь.»

      Чимин почувствовал этот холодный тон и безразличие в глазах сквозь экран, отчего по телу пробежались противные мурашки. Но в какой-то степени его сердце начало ликовать от того, что на сей раз его не оттолкнули. Осталась только одна проблема — родители. А зная, как они помешаны на учебе их сына, они вряд ли с превеликой радостью отпустят Чимина гулять так поздно, по их меркам.       — Ох, Чимин~ни, дорогой, ты уже дома? — в комнату ворвался отец младшего, стоило младшему лишь подумать о своих родителей. Вспомнишь солнце, как говорится. — Отлично. Почему ты в верхней одежде, солнышко? Снимай скорее, скоро ужин. — мужчина подошел к своему сыну и присел на край кровати, положив свою огромную сильную ладонь на спину Чимина.       В первые настолько сильно Пак стал боятся своей просьбы. Никогда не приходилось еще спрашивать разрешение на какое-либо действие у кого-то. Чимин либо делал то, что говорили, либо не делал ничего. Он всегда был прилежным сыном для своих родителей, всегда всех слушался, всегда учился лучше всех. Он, казалось, был идеальным. Идеальным даже для самого себя, пока не пришел Мин Юнги, который разрушил эту самую иллюзию обмана. Интересно, что еще предстоит ему узнать.       — Отец, — тихо дрожащим голосом прошептал Чимин и сел рядом со своим родителем, не смотря в его глаза. В то время взгляд альфы изучал состояние и поведение омеги.       — Что с тобой, радость моя? Почему такой грустный? — мужчина пальцами поднял голову своего сына за подбородок и заставил посмотреть на себя.       Чимин посмотрел на него. Во взгляде собеседника не было ни капли злобы или чего-то вроде того, лишь любовь и бесконечное волнение. Это немного расслабило парня и он стал по-тихоньку говорить:       — М.можно я сегодня вечером схожу на фестиваль красок? В 7 вечера. Пожалуйста.       — В 7 вечера? Минни, может, с тобой кто-нибудь из друзей еще пойдет? Одного я тебя ни за что не отпущу. — мягко настоял альфа, не сводя пристального взгляда с сына, который слабо улыбнулся с этих слов и немного расслабился.       — Не беспокойся, отец. Один я не пойду, обещаю. И этот человек обязательно проводит меня до дома. — прикусил свою нижнюю губу младший, стараясь сдерживать улыбку, которая лезла слишком рано, ведь отец еще не согласился.       Альфа хитро улыбнулся этим словам и похлопал сына по плечу, улыбаясь. А затем встал и молча поплелся к выходу из комнаты, оставляя задумчивого и немного осчастливленного парня сидеть с глупой сдерживаемой лыбой.       — Так ты разрешаешь? — резко встал с кровати Чимин, смотря глазами полной надежды на спину удаляющегося родителя. Тот остановился, не поворачиваясь к омеге всем телом, повернулся лишь головой кивнул. Разрешил.       Что еще нужно для счастья Чимина? Конечно же сейчас увидеться с альфой, который перевернул всю жизнь с ног на голову. Пак поужинал с родителями в семейном кругу, как всегда в общем-то, рядом постоянно кружилась домработница и спрашивала, не нужно ли чего и после шестого отказа подряд, она смирилась и поспешила уйти в свою комнату отдыхать.       Время уже шесть часов вечера, через час настанет долгожданное время встречи. Омежьи руки начали немного подрагивать от необъяснимого волнения, когда тот сидел перед зеркалом и наводил порядок со своей внешностью. Одежду, по его усмотрению, самую подходящую, он надел перед тем, как сесть и так как Чимин не знает, что такое фестиваль красок (увидел лишь баннер по дороге домой на одном из стен высоток с девушкой, которая брызгала какой-то сухой порошок), он надел белую майку, поверх которой закрылся в теплой вязаной толстовке кофейного цвета, на ноги надел джинсы с ремнем того же цвета, что и кофта и на ноги решил обуть летние туфли на небольших каблуках. Еще при выходе нужно будет надеть бежевое пальто. Все таки к вечеру будет прохладно.       Собравшись с мыслями, Пак прикрыл свои глаза, схватил со стола сумку, а потом проснувшись и взглянув на часы на стене, встал со стула и быстрым шагом побежал по коридору в прихожую, по пути натыкаясь на папу. Он непонятным взглядом посмотрел на сына и приподнял свою бровь.       — Сударь, куда это вы собрались в такой час? — строго спросил омега, ожидающий объяснений. Но Чимин не успел и рта приоткрыть, чтобы начать защищать себя и оправдывать, как сзади папы появился спаситель — отец.       — Хисын, отпусти его. Пусть погуляет с друзьями. — мужчина подошел к мужу сзади, обвивая его талию своими руками и утыкаясь носом в омежью шею, полными легкими вдыхая нежным запах, а Чимину глазами дергая и говоря таким образом «иди».       Старший омега ничего на это не сказал, лишь расслабился в объятиях мужа и смотрел на быстро собирающегося сына. Минуты не прошло, как Чимин уже полностью был собран и, схватив ключи от дома, выбежал из помещения, отправляясь к месту встречи. Дошел, а точнее добежал он до кафе за рекордные 20 минут.       До официально оглашенного времени встречи оставалось еще минут 10 с копейками, тогда Чимин подошел небольшому одноэтажному зданию, у входа в которую уже стоял какой-то парень с довольно знакомым телосложением. Волосы его были растрепаны и одежда не особо красивая: где-то смятая, где-то немного порванная и зашитая. Видно, что человек не особо парился над своим внешним видом а-ля «и так сойдет».       Чимин подошел немного ближе и узнал альфу по запаху — точно Юнги. Улыбнувшись, младший тихонько подкрался и подошел еще ближе, встав практически вплотную к спине Мина.       — Юнги, прости меня. — не снимая с лица улыбки, омега прильнул к альфе сзади, обхватывая его торс своими руками и прижимаясь к нему своей грудью со спины. Со стороны альфы он лишь услышал обреченный вздох, тогда старший повернулся, не вырываясь из кольца рук и посмотрел на любимого мягким взглядом.       Юнги тоже понял, что погорячился. Чимин сказал правду и, какой бы она ни была, это — правда, которую следует принять с гордо поднятой головой. А своими детскими выходками, обидами и молчанкой он усложнил жить не только этому обаятельному парню, но и себе самому.       Альфа обнял Пака в ответ, прижимая голову того к своей груди.       — Пойдем, а то все пакетики краски раскупят. — энергично прошептал в ушко младшего Юнги и, выпутавшись из объятий, потянул омегу за руку за собой в неизвестном для Чимина направлении. Он не знал этих мест, поэтому просто решил доверится старшему и пойти смиренно за ним. Он доверяет Юнги, он ведь просто хочет показать ему мир. Чимин уверен в этом. Ничего плохого Юнги ему не сделает.       Народа в Октагоне было не так уж и много. На весь район играла громкая и веселая музыка какого-то известного музыкального продюсера, которого очень любит слушать Юнги в наушниках. Все мелодии этого человека он знает наизусть.       Подойдя к диджею на небольшой сцене, рядом с которым стоял продавец, на столе которого были огромные горы пачек с порошковой краской разных цветов. Мин не пожалел своих денег и купил четыре пакетика по 50 грамм каждая. Чимин посмотрел на хена со странным выражением лица. В его глазах читался вопрос «зачем это». А вот сейчас тебе, Пак Чимин, это объяснит Юнги сразу на практике.       — Что ты делаешь? — прикрикнул Чимин от испуга, когда альфа резким движением одной руки раскрыл пакетик, высыпал цветной порошок себе на ладонь, а затем и кинул его в омегу, окрасив часть волос, бежевое пальто и открытую часть шеи в ярко розовый цвет.       — Показываю тебе, что такое веселье. — усмехнулся парень и вручил омеге две пачки краски, которые тот принял со взглядом а-ля «окей, принял вызов» и сделал то же самое, что и Юнги до этого, но альфа успел немного убежать от омеги. Чимину пришлось догонять Юнги, чтобы тот получил свою порцию голубой краски.       Со временем оба парня почувствовали вкус этого веселья и начали бегать друг от друга, громко смеясь и расталкивая тех, кто им мешал бежать за партнером. Оба были почти полностью в краске. По крайней мере на одежду смотреть было уже невозможно, так как чистого там ничего не осталось. На лице ничего не было, кроме пары точек яркой краски.       — Юнги? — когда вновь Чимин бежал, смеясь, за альфой, тот вдруг пропал из виду и парень начал немного паниковать, так как он в совершенно незнакомом ему месте и не знает дороги домой. Пак остановился и стал осматриваться, пытаясь разглядеть знакомого альфу, однако, Юнги сам нашел его.       — Попался. — игриво проговорил Мин, сгребая младшего в охапку своих объятий и поворачивая его, чтобы они стояли друг к другу лицом к лицу.       Краска закончилась. Но ни вдоволь наигрались, навеселились и набегались, словно малые дети. Чимин ярко улыбнулся, смотря на старшего и сам придвинулся к его лицу, в следующую секунду прижимаясь к его губам своими. Юнги же понял все сразу, немного ослабил свою хватку и стал отвечать на поцелуй, отдавая всего себя во власть этого мальчишки, который творит черт те что с его душой и сердцем.       Он не знал, сколько будет продолжаться все это и сколько они еще будут гулять. Но одно он знал точно. Он любит Чимина. Причем уже давно. Этого более, чем достаточно.