Пьяная ночка.

За окном уже стемнело. Где-то вдали завывает ветер. Всë больше огней тухнет. Большинство в эту ночь выходного дня скорей всего отсыпается, ну или не совсем. Может кто-нибудь ещë работает, другой решил провести время за просмотром чего-либо, а третьего просто мучает бессонница. Но не будем загонять людей в рамки. Вот к примеру в одной из квартир валяются пьяные туши, гудит телевизор, служа чуть-ли не единственным источником света, если уйти на кухню, то там будет жужжать холодильник… Наверное только пьяные туши вызывают настороженность. Дело в том, что компания друзей решила встретиться и немного выпить. Хозяин квартиры перебрал и лежал в отключке уже который час, ещë один лëг из-за того, что уже слишком поздно, парочка друзей уехали на машине, ведь среди них был трезвый водитель. А вот И Краткий прямо сейчас пытается понять, как привести в чувства Ëшку. Было очень непривычно смотреть на спившегося Ë, всегда такой прилежный, милый мальчик, Божий одуванчик, как только руки до алкоголя дотянулись? Сейчас же он несëт бред и кажется одно неловкое движение — рухнет куда-то и больше никогда не встанет. — Давай заберëм его… — бормотал Ë, сложив руки на стол, на них голова, а мутный взгляд прямо на собеседника. Они решили не мешать и временно расположиться на кухне, включив свет. Настрой после весëлой посиделки пропал и было как-то тоскливо, но при этом они ещë были здесь и не ложились спать. Стоит наверное просто вызвать такси, но для начала Й предстоит уговорить младшего, ведь тот был против, не говоря внятной причины. — Кого его? Слушай, нам действительно уже пора, сейчас бы разъехались, ты бы дома протрезвел. — Краткий устало выдохнул, смотря на растëкшуюся, печальную, сиреневую лужицу. — Я не пьян… Ну его, хорошенький такой, маленький, пушистый, мне жаль его. Пошли! Я покажу, — Ëшка встал со стула и шатаясь, почти упал к подоконнику. Выпрямившись, он вытянул руку указывая куда-то в окно. — Прямо там, я точно помню. Пойдëм скорей! — Я уверен, что там уже никого нет. Кто бы там маленьким и пушистым ни был, скорей всего он бы не сидел на одном месте сутками, может ему уже помогли. — Краткий также встал и подошëл ближе. Внезапно Ë обернулся, падая на чужой торс, обнимая руками и что-то невнятно говоря в футболку. Старший как-то смирился и просто поглаживал чужие пушистые волосы. — Ты такой милый… — внезапно растянул обладатель фиолетовых волос, скользя руками уже на плечи и поднимая голову, направляя взгляд на чужое лицо, так что слова даже не были заглушены одеждой. И Краткий усмехнулся. Неожиданная речь. — Ничего не попутал? — это не прозвучало с издëвкой, просто добродушная усмешка, без двойного дна. — Нет, ты о-очень милый! — по лицу Ë поплыла лучезарная улыбка, просто солнечная. Краткий лишь вновь тихо посмеялся про себя и хотел было снова напомнить о том, что сейчас желательно разойтись. Однако руки младшего с плеч переползли на шею, притягивая Й ближе и медленно целуя, тем самым шокируя здравомыслящего. Но кажется тот всë-таки решил ответить, ненавязчиво углубляя поцелуй и, для удобства подбрасывая Ëшку на подоконник. Сладко и одновременно с этим немного отдаëт спиртным. Стало намного теплей. Возможно с утра звëздный мальчик ничего не вспомнит, но если внезапно его сознание решит об этом напомнить будет очень весело. Вскоре оба отстранились. — Не стыдно тебе? — поглаживая ногу через ткань шортов, спросил Краткий. — Ни капли! — посмеялся Ë, болтая свисающими ногами и шутливо вертя головой из стороны в сторону. — Бесстыдник… Надеюсь, что ты понимаешь, что я об этом не забуду. — парень с малиновыми волосами повëл носом по шее мальчишки вверх, легонько целуя. В ответ продолжается добрый смешок. — Ну и что? — действительно, что плохого? Подумаешь, мелочь какая-то, может так даже лучше будет. — Или ты сам хотел бы не помнить? — Я не против, но вот насчëт трезвого тебя сомневаюсь. — глаза по-кошачьи хитро сощурились, с укором смотря перед собой. — Я же уже говорил, что не пьян! — Ëшка попытался сделать обиженный вид, скрестил руки на груди, но долго не продержался и вскоре вновь полез с какой-то чушью. Удалось уговорить его хотя бы на то, чтобы они дошли пешком. Непонятно зачем, но чëрт с ним, завтра воскресенье, успеют выспаться.

***

— А если когда-то на Землю будет падать звезда и нас всех не станет? Что бы ты делал в последний день своей жизни перед этим, если бы допустим о таком сообщили по новостям. — Ë крепко сжимал чужую руку, облакачиваясь на Краткого, будто просто идти рядом недостаточно. Ну может ему просто идти тяжело, кто знает. — Одну звезду мне уже приходится вести по потëмкам. Без второй обойдусь. — Ха-ха-ха, нет! Это другое и я — не звезда. — Ну значит, просто такого неопознанного не совсем летального объекта хватит. — Ты совсем не воспринимаешь меня всерьёз. Такие бессмысленные разговоры в дороге — бытовая мелочь, но уже могут прибавить нотку спокойствия и тепла. Наконец они добрались до квартиры. — Может останешься? Тебе же снова придëтся идти, только уже одному… — стоя в дверном проëме Ëшка продолжал держаться за руку друга. Ну или может уже и не совсем друга. — Ну нет, тем более это займëт не так уж и много времени. — Тогда позволишь ещë кое-что на прощание?.. Кивок. Ë снова легко притянул к себе Краткого. Их губы сегодня соприкоснулись в последний раз, но зато какой приятный. Обыкновенная ночь, которая может запомнится ещë надолго.