In search of happiness

Проводить большую часть свободного времени в больнице — не самое приятное занятие, знаете ли. Нет, конечно заботиться о своём здоровье важно, но иногда это так трудно. После того, как Минхо узнал, что анемия является симптомом какой-то другой болезни, ему пришлось проходить ещё одно обследование. Гастроскопия . Отвратительно. Нет, Минхо не нравится, когда в его горло пихают какую-то херню с камерой, чтобы посмотреть что у него внутри. Кому вообще это может нравиться? Хотя, как оказалось, процедура была проведена не зря. Язва желудка — таков был поставлен диагноз Минхо. Но знаете, он и доктор Бан действительно задаются вопросом, почему же это не выявили раньше. Вероятно, некомпетентный врач в другой клинике, в которой до этого лечился Минхо, не смог увидеть язвы и, диагноз не был поставлен правильно. — Хорошо, теперь Вам нужно будет повторно пройти гастроскопию через две недели. "Блять, — подумал Минхо, — еще раз, ещё один ёбанный раз". — Да, конечно. Минхо задумался, а будет ли Джисон снова рядом с ним? В этот раз Джисон находился рядом во время процедуры, мягко поглаживал его по спине, давая понять, что он рядом. Джисон даже вытирал его выступающие слезы, смотря на болезненное лицо Ли. В тот день, Джисон был рядом. Вернувшись с клиники, Минхо, по настоятельному совету врача, приступил к готовке. Доктор Бан прекрасно понимает, что Минхо может отмахнутся от такой важной составляющей лечения, как диета. Помешивая кипящую воду в кастрюле вместе с ней в танец затянулись и другие составляющие куриного бульона. Узнав диагноз, а вместе с этим и его лечение с диетой, Минхо полностью попрощался с острой лапшой, кофе, всей едой, которая была в баре, — Минхо очень любил ей перекусить — и кислыми ягодами. В целом, его диета была довольно строгой, ведь, как оказалось, у Минхо шло обострение. Да, теперь понятно, почему же у него болел живот после приёма пищи. — Вы чего тут делаете? — услышав мяуканье одного из котов, Минхо зашёл в спальню. Дори, разместившись возле большого плюшевого кота, довольно мурлыкал, а Дуни, сидевший рядом с Суни, непонимающе осматривал игрушку, часто мяукая. Заметив хозяина, тот ткнул его лапой, как бы спрашивая, почему же этот незнакомец спокойно лежит на кровати Минхо. — Что, Дуни, не знаешь откуда это чудо? — Ли мягко погладил кота по голове. — Как же так, ведь его выиграл Джисон, — видя прищуренный взгляд кота, Минхо лишь вздохнул. Нежно потрепав остальных котов, Минхо удостоверился, что все хорошо и вернулся на кухню. — Ну и пресная хуйня, — попробовав ложку бульона, Минхо довольно покачал головой, — но есть можно. Взяв половник и ещё раз перемешав суп, Минхо наконец-то налил его в тарелку. Зачерпнув ложкой небольшой кусочек курицы, Ли мягко улыбнулся, вспоминая, что именно так его научила готовить его мама. Пожалуй, его мама научила его многому. Его мама похожа на настоящее солнце, она нравилась друзьям Минхо, нравилась всем и Минхо понимает почему. Она понимающе относится к своему сыну, а когда он закрылся в себе после смерти Хёнджина, всячески поддерживала его и подбадривала. Она пыталась делать все, чтобы сыну стало легче. Не сказать, чтобы это сильно помогло, но Минхо очень благодарен ей. "Стоит ей позвонить, — пронеслось в голове, — позже, вечером". Доев суп и вымыв посуду, Минхо начал собираться на работу. Быстро накинув рубашку, а за ней и брюки, он поправил волосы, чмокнул каждого кота и вышел в коридор. Закидывая телефон в карман куртки, вгляд зацепился за вязаного кота, которого Минхо ещё неделю назад прицепил к своей сумке. — Я влип, — хмыкнул Минхо, поправляя сумку. Прохлада наступившего ноября явно отличалась от октябрьской. А отличалась она хотя бы тем, что в ноябре выпадал мокрый, но хоть какой-то снег. Морщась от ветра, который попадал под шиворот куртки, Минхо ускорил шаг, чтобы поскорее оказаться в теплом помещении. — Чанбин? Ты куда? — А, Минхо, — вздрогнул Со, от резко вошедшего Ли, — меня сестра попросила племянницу со школы забрать, а то она занята. — Ясно, значит ждём Боа? — Ну..как повезёт, — хмыкнул Чанбин, разводя руки. — Да, кстати, Сынмин на коктейлях, а вы с Чонином на еде, как обычно. — Да, папочка, — хихикнул Минхо, заходя в бар. Бегло осматривая находящихся, Минхо проскользнул в служебное помещение и уже через пять минут был готов к работе. Снова бегая от столика к столику, Минхо даже и не заметил, что Джисон уже давно пришёл и уже исполнил несколько своих песен. Но из-за работы они пронеслись мимо ушей. — Минхо, а ты знал, что у котов пот выделяется через подушечки их лап? — протараторил Джисон, мимо проходящему Минхо вместо приветствия. — Теперь знаю, — хихикнул Ли, заходя на кухню за очередным заказом. Время текло с бешеной скоростью, людей становилось больше. Кто-то уходил, прося счёт, а кто-то приходил, прося меню, и так бесконечное количество раз. Когда выдавалась минутка, Минхо тратил её на то, чтобы поговорить с Сынмином, Чонином или Джисоном. Обсуждать за такой короткий промежуток времени что-то нормальное тяжело, поэтому обычно он жаловался на конченных гостей, пытаясь делать это тихо, что было крайне сложно. — Дядя Минхо! — радостно крикнула девочка, подбегая к Ли, который разговаривал с Джисоном. — Боа? — развернувшись, на того налетела девочка, обнимая. — Дядя Минхо, я попросила дядю Чанбина остановиться, чтобы увидеться с тобой и дядей Сынмином. — Боа, ты уверенна, что ты только поэтому хотела зайти сюда? — вмешался Чанбин, хитро смотря на Джисона. — Ой, точно! Ещё я хотела увидеть красивого синеволосого дядю. Говорят, что он очень красиво поёт! — Ты хотела увидеть меня? — Ой, и правда, синеволосый дядя. Заболтав Джисона, девочка радостно рассказывала ему все, что ей только приходилось в голову. Как её одноклассница обожает собак, как её дядя самый лучший, как она сильно любит Минхо? Кажется, что теперь Джисон знал практически все. — Нет! Когда я вырасту, Минхо женится на мне! — О, а как же я? Минхо оставит меня и станет твоим мужем? — Да! А ты..А тебе нравится дядя Минхо? — Минхо очень хороший человек, конечно он мне нравится! — Ой..Тогда, если дяде Минхо нравишься ты, то тогда я отступлю, — хмыкнула Боа. — Ты такая добрая, Боа! — наигранно всхлипнул Джисон. Девочка тут же остановилась, начиная успокаивать Хана, думая, что тот плачет всерьёз. — Дядя Джисон, я шучу! Не надо плакать. Маленькие ладони легли на синюю макушку, мягко поглаживая. Кажется, девочка нашла общий язык с Джисоном. Она смогла растопить и так мягкое сердце. — Да, Боа явно понравился Джисон, — хмыкнул Чанбин, складывая руки на груди. — Ну конечно, он всем нравится, — поддержал Сынмин, становясь рядом с Чанбином и Минхо. — Тут не поспорить, — прикрывая глаза, Минхо зевнул. Осмотрев помещение, он понял, что время закрывать смену, ведь зал был практически пуст, а время подходило к десяти. — Вас сестра не потеряет? — спросил Минхо, смотря на девочку, разговаривающую с Джисоном. — Да не, я уже написал ей, что мы в баре. — Я все ещё не понимаю, как она может сюда напрашиваться, — вздохнул Сынмин, — здесь же столько алкоты бывает. — Ей хочется внимания, — подчеркнул Чанбин. — А еще ей просто очень везёт, что в дни, когда она приходит, обычно нормальные люди сидят, — добавил Минхо. — Ладно, я пошёл посуду убирать. — Уже закрываемся что ли? — удивился Чонин, освободившийся совсем недавно. — Так смотри, всего несколько человек осталось, и то, они уже собираются уходить, — Сынмин кивнул на пару, которая начала складывать вещи и осматривать бар, взглядом ища официантов. — Давай, твоя очередь, — хмыкнул Минхо, хлопая по спине Кима. — С хуяли моя? — Так ты на коктейлях сегодня был, — поддержал Чонин. — И эту пару обслуживал ты, я точно это помню, так что вперёд и с песней. — Гандоны.. — прошептал Сынмин, уходя к паре. Бар будто бы начал снова оживать, но так лишь кажется. Под конец смены тяжело делать даже самые простые вещи. Ноги нехотя передвигаются, а стоит лишь присесть и глаза предательски закрываются. Закончив небольшую уборку, официанты свободны, а вместе с ними и Джисон, выбравшийся из оков маленькой Боа. — Боа такая энергичная. — Да, когда я с ней только познакомился, она вообще не отлипала от меня. — Она говорит, что ты на ней женишься, когда она вырастет. — Я говорю то, что она хочет услышать. Да и в будущем она найдёт своего человека, который будет в сотню раз красивее меня, — хихикнул Ли, улыбаясь своим мыслям. — Я ей даже завидую. — Почему? — Такой красавчик сделал ей предложение, — хмыкнул Джисон. — Дурак, — фыркнул Минхо, шутливо толкая того в плечо. — Знаешь, не хочу идти домой, — вдруг выдал Джисон. — Мама? — Ну и она тоже.. Хочу больше побыть с тобой. — У тебя разве не будет неприятностей? — Может, но только если самую малость. — Не стоит, Джисон. — Знаешь, я скоро от неё съеду, — проигнорировав слова Минхо, Джисон продолжил свой монолог. — Джисон.. — Представляешь, я съеду и буду жить один. Буду ездить к бабушке, смогу проводить с вами больше времени. Правда, первое время она от меня не отстанет, будет тяжело, даже не факт, что я смогу приходить в бар, — продолжал Хан. — Это..с одной стороны хорошо, но.. — Так что позволь мне провести с тобой ещё немного времени, пока мама не узнала обо всем, — закончил свою мысль Джисон, смотря в глаза Минхо. Сердце пропустило удар от такого взгляда. Минхо тяжело, ведь он не может ему отказать. Но нужно, так будет лучше. Так будет лучше для Джисона. Видя недовольное лицо Минхо, Хан заметно помрачнел. — Ладно, куда ты хочешь пойти? — вздохнул Минхо, соглашаясь на просьбу Джисона. — Уже никуда, Минхо, — обиженно пробурчал Джисон. — Нет, правда, куда ты хочешь пойти? — Минхо, ты ведь не хочешь никуда идти, тогда зачем соглашаешься? — Джисон, я просто.. "Просто не могу отказать тебе, просто очень боюсь за тебя, слишком сильно" — пронеслось в голове. — Просто? — Просто очень волнуюсь за тебя, вот что! Как ты можешь так спокойно говорить о том, что потом тебе попадёт от матери? Разве не проще.. — Минхо! Да мне плевать, плевать, что будет потом, — начал кричать Джисон. — А мне нет! Если ты уважаешь меня, хоть немного меня ценишь, то пожалуйста, ну не нарывайся на неприятности, Джисон — продолжил Минхо. — Но я хочу побыть с тобой, я не хочу домой. — Джисон, ты.. — Всё, Минхо, я не хочу слышать это. Не хочешь проводить время со мной, так и скажи это. — Джисон, ты меня не слышишь! — больно, очень больно слышать, но нужно достучаться до Джисона. — Точно также, как и ты меня. — Джисон, пойми меня, я боюсь за тебя! Правда, очень боюсь. Знаешь как мне тяжело слышать то, что твоя мама говорит тебе по телефону, как страшно думать о том, что тебе приходиться терпеть, понимаешь? — Так как какая разница, если.. — Никаких если, Джисон. Ты беспокоишься за меня, ты волнуешься о моем здоровье, хотя не должен этого делать. Тогда, почему этого не могу делать я? — Это другое! Минхо, мне плевать, что она говорит..И не сравнивай это. — Это не другое. Почему меня не должно волновать это? Почему я не могу волноватся за тебя? Ты думаешь, что я не видел синяки? — Чего.. — Джисон стушевался, испуганно смотря на Минхо, будто он раскрыл его главную тайну. — Мне, думаешь, приятно знать, что тебя избивают? — Минхо, все, замолчи, — лицо вновь нахмурилось. Джисон не желал продолжать разговор. — Замолчать? Нет уж, я буду продолжать говорить, пока до тебя не дойдёт. — Хватит, Минхо, я не хочу слышать это, — вторил Хан, начиная чаще дышать. — Не хочешь слышать? Прекрасно, вот и продолжай жить также, но не заставляй меня переживать за тебя. — Бесит..Да кто тебя просит переживать? Кто, блять? То, что ты узнал, что творится у меня дома — случайность, чтоб ты знал, даже ошибка, — Джисон бросался оскорблениями. Он совершенно не думает, что говорит. Слова вылетают сами по себе. — Знаю, прекрасно знаю.. Может наше знакомство — ошибка? — слова, словно желчь, выходили из разгорячённого Минхо. Он, точно также, как и Джисон, перестал понимать, что творит. — Я такого не говорил, Минхо! — А ты скажи, чего тебе терять, да? — Минхо! Да заткнись ты уже! — Блять, — по лицу прилетела звонкая пощёчина, — ясно, я тебя услышал, Джисон. Больше я не буду тебя доставать, — Минхо развернулся, уходя в сторону пешеходного перехода. Мутная пелена слёз заполонила глаза, не давая чётко видеть. Минхо больно, больно осознавать, что Джисон не хочет слышать его. Да, правда бывает неприятная, но нужно смотреть ей в лицо. Нужно её принять, какой бы она не была. Но Джисон не хочет. Горькая слеза скатилась по щеке, а за ней и следующие.