Ленточки рыжего цвета.

Нил отключился. За это время Эбби промыла ему все раны и наложила швы на глубокие порезы. Приезжала скорая. Они наложили гипсы на переломы, и перепроверили швы. Состояние Джостена было ужасным, врачи хотели забрать его в больницу, под присмотр, но после ножа у горла, они быстро покинули общежитие. Эндрю не желал оставлять Нила хоть на секунду. Он постоянно сидел возле него, или же помогал Эбби. Нил. Его Нил здесь. Он жив. Эндрю больше никогда не оставит его. За этот год Эндрю кое что понял. Нил это самое ценное, что есть в его жизни. Без него трудно становиться дышать. Без него трудно становиться функционировать. Без него трудно становиться жить. Когда он рядом, всё становиться проще. Он не понимал, как мог допустить, что бы кто то настолько забрался в его сердце, но было уже поздно. Нил фактически поселился в его, казалось, маленьком, ледяном сердечке. Травм было слишком много, то что Нил выжил, это чудо. Уже прошло 14 часов с того момента, как Нил отключился. Лисы постоянно сидели возле него улыбаясь. Никки даже заплакал от счастья, но Эндрю сразу же его выгнал. -Эндрю, тебе тоже нужно отдохнуть, пойди поспи или поешь. -Эбби говорила ласково, и с добрыми намерениями, но это бесило Эндрю. Он не мог ещё раз его потерять. А под его присмотром точно ничего не случиться. Эндрю так и заснул сидя на полу, возле кровати Нила. Но через несколько часов проснулся от какого то шороха. Нил двигал рукой под подушкой, ища что то. -мама, мам, не бросай меня, мама, прошу! -тихо мычал Нил в подушку. Это был кошмар, и очевидно под подушкой Нил искал пистолет. Но ему нельзя было двигаться из за травм, он мог навредить себе ещё больше. -Ты Нил Абрам Джостен. 10 номер. Сейчас ты в общежитии , с тобой всё хорошо. Ты в безопасности. -Слова Эндрю обычно помогали Нилу, он всегда успокаивался после этих слов. Но в этот раз ничего не срабатывало. Рука всё так же искала пистолет, а по его щеках катились слёзы. Эндрю аккуратно взял его руку, успокаивающими движениями, он начал поглаживать руку, но через секунду Эндрю уже смотрел пустым взглядом в стенку. Все вены были исцарапаны ногтями. Ему было настолько невыносимо и больно в том подвале, у него настолько не осталось надежды, что он исцарапывал себе вены. Пытки были настолько невыносимыми, что он сам уже хотел себя убить. Он хотел умереть.