"...всё ещё можно исправить..."

— Оно того не стоит, — уже осевшим от споров голосом пытается ещё хоть как-то вразумить, предостеречь, ещё хоть как-нибудь отговорить. — Не тебе мне читать морали о ценностях этой жизни, смертный, — шипит от еле сдерживаемого раздражения Скраэль. У Дукси уже не осталось сил, вот от слова «совсем». Да и изначально затевать ссору с полубогом и надеяться, что как-то ещё можно повлиять, было заранее проигранным делом. Но парень упрямый, а главное, он знает, что эта война слишком дорого обойдётся для обеих сторон. Поэтому он до порванных голосовых связок будет пытаться, прекрасно понимая, что так и не будет услышан. — Не все люди на Земле конченные ублюдки, коими ты их считаешь. Ты хоть представляешь, сколько невинных жизней сгинет в пучине вашей ёбаной идеологии! Скраэль стоял спиной к юному магу, поэтому реакцию его определить было невозможно. В противоположность всем опасениям подростка существо настолько спокойно обернулось, что по телу пробежали стаи мурашек. Скраэль подошёл к парню и, грубо ухватив того за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза. — Твоё мнение не является для меня авторитетом, и истерики твои на мои решения никак повлиять не могут. Поэтому будь хорошим мальчиком, захлопни пасть и топай к своим друзьям, троллям и прочим безмозглым тварям, —на последнем предложении лицо озарилось хищным оскалом, не давая никакой надежды на вменяемость членов Тайного Ордена. В глазах стояли слёзы, и парень всё пытался сморгнуть их, старался запихнуть куда подальше разъедающую всё изнутри боль, но выходило у него до омерзения плохо. Парень сделал пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Он ничего не может изменить. Он может только подстроиться под ситуацию. Дукси настойчивой хваткой переместил кисть полубога с подбородка на щеку, аккуратно потёрся ей об его ладонь, накрыл полностью своей. — Тогда хотя бы обещай, — начал он совсем обессилившим шёпотом, — обещай, что ты вернёшься живым... вернёшься ко мне... Скраэль прижался своим лбом к чужому и так же тихо ответил: — Это единственное, что я могу пообещать тебе.

***

В комнате холодно. В комнате ужасно холодно, но Джим, будто не замечая этого, продолжает сидеть в расстёгнутой толстовке возле открытого окна и бессмысленно вглядываться в белоснежный пейзаж за ним. Глаза покраснели от слёз, в сорванном от истошных криков горле будто поскребли наждачкой. Последние сказанные им слова отдавались набатом в голове, и парень чувствовал, как начинает задыхаться, прокручивая эту сцену у себя в голове снова и снова: «Однажды я пытался убить тебя, юный Атлант, и сейчас я ужасно рад той своей неудаче...» Новый приступ спазма сковал горло, кажется, его уже тошнит от собственных слёз и эмоций, но ему надо выпустить их все, иначе он никогда не сможет закончить эту войну. Он закрывает глаза, но не находит успокоения, которого так ждал, а делает только в сотни раз хуже. За закрытыми веками Джим видит его, ещё живого, видит, как наяву, его тёплую улыбку, слышит, как в реальности, такое родное «мой юный Атлант», чувствует прикосновения худых пальцев на своих щеках, шее, чувствует опаляющее дыхание над самым ухом и лёгкий, еле заметный поцелуй в висок. Джим с криком открывает глаза, отшатываясь в ужасе от окна. Истерика накрывает новой волной, и парень лишь бессильно валится на пол, стараясь заглушить рыдания, переходящие в полный отчаяния вой. Не он должен был умереть! Кто угодно, но только не он!!! Осталось только задыхаться собственной истерией и надеяться, что в конце этой битвы один из титанов оборвёт его жизнь так же легко, как оборвал её у Уолтера Стриклера.

***

— Нет!!! — воздух прорезал истошный крик. Джим в недоумении обернулся к Дукси, но тот даже не обратил внимания на пристальный, подозрительный взгляд. Всё его внимание было направлено в сторону явно проигрывавшего Нари ледяного гиганта. — Дукс... — осторожно позвал Джим, но Дукси только следил за тем, как угасает жизнь снежного титана. — Нет! — уже не крик, только еле различимое хрипение. Дукси начинает судорожно крутить свой браслет, пытаясь найти хоть одно подходящее заклинание, чтобы помочь ледяному полубогу. Оглушительный удар сбоку повалил парня на землю. — Что ты, мать твою, творишь?! — рявкнул Джим. Маг даже не предпринял попыток подняться, судорожно продолжая крутить браслет. — Ты совсем головой тронулся, не вздумай!!! — Джим кинулся на парня в попытке отобрать у того браслет. — Отвали! Она же убьёт его! — уже в отчаянии крикнул ослабевший в хватке охотника Дукси. — Да, именно, в этом и состоял план! — зло прорычал Джим в ответ, уже почти стянув с парня магический артефакт. Дукси царапался, загоняя под ногти куски свежей плоти. Джим почти снял браслет, осталось совсем немного. Обжигающая боль в плече стала решающей, и охотник что было сил заехал Хизердуксу по челюсти, окропив вокруг траву кровью. Маг наконец перестал царапаться, и Джиму удалось снять этот злосчастный браслет. В тот же миг послышался ужасный грохот. Оба подростка обернулись в сторону титанов, с ужасом наблюдая страшное разрушение обоих. Наконец всё стихло. Первым в себя пришёл Джим и, быстро поднявшись на ноги, кинул полный презрения и ненависти взгляд на Хизердукса. Магу же казалось, что всё это происходит не с ним, это всё не по-настоящему, ведь Скраэль обещал ему, обещал, чёрт его дери, вернуться! — Ты знал всё с самого начала, — дрожащим от напряжения голосом начал охотник. Дукси вздрогнул и, наконец выйдя из оцепенения, посмотрел на Джима. — Знал, что будет война. Знал, у кого в этой войне больше шансов, и, уж конечно, знал, что этот дурацкий динамит на него не подействует!!! — захлёбываясь собственной слюной и горем, снова распалился Джим. — На войне кто-то всегда умирает просто так, и, если бы не ты, ничего этого бы не случилось, — отравленный собственным горем, прошипел Хизердукс. Охотнику хватило всего пары ударов, чтобы прервать ещё одну жизнь. Хизердукс не первый, и не он последний.

***

Джим стоит на всё том же мосту, под которым он когда-то нашёл этот чёртов амулет, и смотрит на разрушенный и охваченный пламенем Аркадия Оукс. Он сделал это, смог победить последнего титана, они смогли, но какой ценой? Парень становится на перила и смотрит вниз. Рядом нет всегда поддерживающего его лучшего друга, ведь остывающее тело Домзальски также скрыто теперь где-то под руинами города. Больше некому удержать Джима за руку в момент, когда он делает шаг вперёд, навстречу кромешной тьме, навстречу вечности. Джим никогда не узнает, что там внизу, возле останков последнего титана, друзья ждут его возвращения, чтобы отдать ему хроносферу и сказать, что всё ещё можно исправить.