Роман в письмах

Милый Женя!

      Прошу простить за столь долгий перерыв в письмах! Я вёл очень сложных пациентов, целых трёх, а помимо них целую ораву несложных, до страшного выматывался и не хотел писать тебе в таком состоянии, да и не о чем было бы, кроме язв, нарывов, вскрытий и прочего. Но прости, что вообще упоминаю об этом.       Я сам ужасно соскучился по тебе, пока не писал. И ждал хоть одного яркого и приятного впечатления, хотя бы небольшого, о котором мог бы тебе написать. Таковых мало, разве что недавно прошёлся по улицам просто так, а потом взял да и доехал на трамвае до Сокольников. Трава и листья ещё по-летнему зелёные, розы всё цветут, но в воздухе уже безошибочно чувствуется осень, и есть в этом что-то печальное и сладкое. Солнце вовсю, но уже совсем не такое горячее, как было летом. Пока гулял, немного пришёл в себя и отдохнул душой. И снова вспоминал наши с тобой прогулки.       У нас какие-то дикие слухи о том, что многие театры закроют и отдадут под лазареты. Кажется, ложные, но всё-таки это тревожит. Не слишком-то хороший знак. Раненых, конечно, много, и всех их надо где-то устраивать, но, право же, закрывать театры… И, может быть, в свете всех этих слухов открытие сезона показалось мне тоже каким-то безрадостным. А ещё недавно у нас [несколько слов вымарано].       Лучше буду писать о хорошем. На днях я сделал несколько прекрасных набросков. Ко мне на окно залетел голубь, и я рисовал его сквозь стекло в самых разных ракурсах. До того хорош получился, что у меня даже поднялось настроение. Непременно покажу тебе, когда приедешь. Голубю-натурщику я насыпал на подоконник крошек и изюму за прекрасное позирование.       Твой портрет также лежит у меня. Сейчас пишу письмо, а его прислонил к чернильнице, и будто говорю с тобой, так легче думается. И всё же гораздо лучше было бы увидеть тебя вживую. Не откажешь ли ты мне в небольшой просьбе? Я бы очень хотел иметь твою карточку. Твоё лицо я не забыл, но гораздо приятнее видеть перед собой тебя настоящего, пусть пока и только на снимке. Пришли пожалуйста, если, конечно, ты не против и тебе есть, где сфотографироваться.       Ты пишешь, что тебе ничего не нужно, но всё-таки я высылаю тебе немного кофе, хорошей заварки и шоколаду. Вряд ли они будут лишними, не так ли? И не вздумай больше говорить, что ты обременяешь меня. Если уж тебе так хочется сводить со мной счёты — вспомни, что ты меня спас. Ты говоришь, появилось время читать. Не нужно ли тебе прислать каких-нибудь книг?       До встречи — надеюсь, скорой.

Твой Генрих.