***
Вечером в среду подросток сидел и ждал наступления полночи. Сомнения все еще его терзали, но все же интерес был сильнее. Поэтому не изменил своего решения. Быть может, зря? Кукушка над кроватью пробила полночь, он подошел к столику, взял кулон в руку и с ним пошел в центр комнаты. Еще раз невольно засмотрелся на него, но все же вернулся в реальность. И громко произнес: «Магическая Империя!». И… ничего не произошло? Вдруг погас свет в комнате. Тело подростка пробил озноб и сильная боль. Боль была и острой, и ноющей одновременно, но была только в груди, такое он чувствовал впервые. Ноги сами по себе согнулись, и он упал на холодный паркет, мгновенно поджав ноги к груди. Он уже подумал, как его холодный труп найдут утром родственники. Боль начала распространяться по всему телу, конечности стали неметь, если раньше он пытался достать палочку, то теперь не мог ничего сделать. Вдруг он задался вопросом: «Интересно, а что идет после смерти?». Мыслительный процесс отвлек от боли, вследствие чего она стала терпимой. Он почувствовал, как в груди что-то рвется, вырывается наружу. С каждой минутой он ощущал это все четче. Но боль, кажется, отступила. Или она уже не чувствовалась? В этот момент Гарри стал вспоминать все, что произошло с ним за все его пятнадцать лет жизни. Сначала умерли родители, которые сражались со злом. Хотя… Добро и зло довольно растяжимые понятия. Дальше его отдали Дурслям, где он прожил ужасные десять лет. Потом резко объявились добренькие маги, которым очень нужен Гарри в их магическом мире. Первое время было прекрасно, волшебно, фантастично. Но на четвертом курсе он задался вопросом: «А почему со мной постоянно что-то происходит?». До сих пор ответа дать он не мог. Да и сейчас. И вдруг… Темнота. Он ничего не видел, совсем. Даже свет луны, падающий из окна, и тот перестал светить. Он все еще не понимал, что происходит. Быть может, Гарри уже мертв? Вряд ли, он чувствует свое тело, может снова использовать конечности, которые до этого, как сказали бы маглы, были в спящем режиме. В этот момент наследник Поттеров открыл глаза и очутился лежащим на мраморном полу. Помотал головой из стороны в сторону, но был слишком слаб, поэтому лег обратно, даже не заметив человека рядом. Как вдруг услышал его слова: — Приветствую Вас, мистер Поттер, рады видеть в поместье Грин-Де-Вальдов.***
Дамблдор сидел в своем кабинете. Он думал о том, что грядет. А грядут страшные времена, ведь теперь вся Англия знает о возвращении Волдеморта. Он не успел скрыться после схватки и был замечен многими сотрудниками министерства, включая Фаджа. И министру удалось остаться сидеть на своем посту. Для этого он выступил с душераздирающей речью перед Главой Визенгамота и Гарри Поттером. Этого хватило для того, чтобы обратить общественное мнение на свою сторону. Это было совсем не по плану директора. Фадж должен был выйти из игры после сражения с Томом, после чего пост министра должен был занять человек из Ордена. Теперь же придется придумывать новую тактику. Впрочем, главный элемент каждого плана — Гарри, остался жив, как и предполагалось. Осталось напомнить, что он должен убить Темного Лорда. При этом обязательно упомянуть, что все делается ради общего блага. «Эх, Блэк, хорошим ты был человеком и участником Ордена, жаль, что ты погиб в таком раннем возрасте. Но не будем зацикливаться на произошедшем, надо ведь еще думать о будущем» Вдруг кабинет озарило лучом света, который слегка ослепил директора. Феникс спрыгнул со своей жердочки и заинтересованно принялся рассматривать происходящее. Это пришел патронус Кингсли с посланием. Донесся голос аврора: — Альбус! Чары, следящие за домом Дурслей, недавно сообщили, что Гарри внутри нет. Мною было принято решение поискать его с помощью министерских артефактов, пока это не предстало перед общественностью. И его нет! Ни один артефакт не показывает его местонахождение. Ты знаешь, что такие артефакты не могут давать ложную информацию. Что делать, решать тебе, советую поторопиться! Профессор был шокирован. Как и зачем Поттер сбежал? Или его похитили? Что теперь будет со всеми его планами? Но быстро пришел в себя и решил, что мальчик определенно найдется, куда ему деться. С этими мыслями он встал и вышел из башни.