Эро-санин. Ответный удар!

Коноха.

Башня Хокаге

Цунаде с раздражением смотрела на советников которые показали чудеса переобувания в прыжке, когда стало известно, что Джирайя успешно передал информацию Какаши и что тот в будущем сможет повторить его фокус с этим гендзюцу. Ранее старейшины Конохи дико сопротивлялись открытию борделя из пленных вражеских шиноби, а теперь яростно агитировали за полномасштабную компанию по организации не просто улицы красных фонарей, а самой настоящей индустрии по производству эротических фильмов и прочей продукции., в общем вели себя как самые настоящие ханжи.

***

Страна птиц

— Итак, настало время возвращаться и настало время решать. — О каком решении идёт речь? — Первый Министр умрёт, но его убийцей будешь ты или кто-то другой? Токи поморщилась. — Я усвоила урок и поняла, что я действительно не убийца и скорее всего не смогла бы его холоднокровно зарубить, даже если бы сумела проникнуть незаметно. Пусть с ним покончат другие. — Хорошо, значит ты действительно перестаёшь жить этими рыцарскими романами и ложными представлениями о чести и справедливости. — Но я всё же хочу мести и чтобы Мосо думал, что его убивает Саки. — Я понимаю твою решимость и предлагаю следующее: я вызову шиноби со специализацией по владению оружием и доспехом, который заменит тебя в роли Призрака. … Токи прошла проверку на адекватность, а значит можно начать вкладывать в неё, не просто как в объект контроля, но и начать прокачивать её навыки. Первым этапом будет чакра массаж, что поможет ей укрепить систему циркуляции чакры и занятия кендзюцу на профессиональном уровне, ну а потом посмотрим. …

***

Страна Птиц

Двое странников остановились в забегаловке перекусить с дороги местными деликатесами и выпить по глотку саке. — Так это должно было бы выглядеть со стороны, однако в реальности это были представители группы нукенинов, что пыталась взять власть в этой стране. К их несчастью эти планы были разоблачены Мудрецом Джирайей, Главой Корня. Бандитов роднило наличие схожих по стилю татуировок. Оба странника отдавали должное местному варианту рамен, Ивато — рамен, только в отличие от более широко распространённого варианта с курицей здесь использовалась местная птица, которая водилась только тут, приручению не поддавалась, а значит мясо было только диким, что прибавляло ему в цене ибо охотится на неё могли только лицензированные охотники число которых было на перечёт и соответственно, так же на перечёт было количество дичи, которую они могли добыть физически и согласно лицензии. Такой рамен был весьма дорогим блюдом и не каждый мог его себе позволить, особенно в свете того, что эта птица из мяса которого готовили это блюда обладала зачатками чакра системы ибо обитала в местах повышенной концентрации природной чакры. Блюдо обладало очень нежным вкусом, мясо являлось диетическим и даже более того: при наличии, у вкушающего, чакра системы у него обострится чувство дыхания смерти или в просторечии интуиция предупредит его об опасности. Если мясо было правильно добыто и самое главное приготовлено и употреблено, то даже не особо чуткий в этом плане шиноби на некоторое время мог легко заменить профессиональную гадалку, что предсказывает неудачные покупки, сложные путешествия или просто подстерегающие опасности. Так было и у одного из странников, который смог выдержать нужный темп и порядок поглощения компонентов блюда, для получения озарения: когда Изумо откусил первый кусок и сделал глотательное движение, то он ощутил словно его пронзила игла с чакро-леской, по которой пропустили райтон. Вспышка фантомной боли на мгновение парализовала шиноби ничуть не хуже настоящей иглы-сенбона и атаки райтоном, однако он не выдал себя никоим образом и словно не в чём не бывало продолжил жевать, только его взгляд метнулся влево и вправо от их столика в поисках опасности. Неожиданно его внимание привлёк изменившийся звук со стороны его подчинённого, который перестал прихлёбывать бульон из пиалы с раменом. Быстрый взгляд прямо перед собой и Изумо видит, как бульон льётся из болвана Итачи обратно в пиалу, вытесняемый кровью. Мгновение и Изумо пинком ноги отбрасывает от себя стол и сидящий за ним труп.Пинок был достаточно силён, чтобы сам Изумо так же взлетел и это позволило ему увидеть, как стена позади убитого дурака взрывается сразу дюжиной копий, точнее кунаев, которые, бросивший их, контролировал с помощью тонких цепочек напитав их чакрой так, что цепи выглядели монолитным древком. … Труп и стол были пробиты сразу в пяти местах и несмотря на массу отброшены в противоположном направлении изначальному движению. Изумо увернулся от двух кунаев-копьев и с трудом отразил оставшиеся пять. Он ещё не успел приземлиться после прыжка, как кунаи-копья подчиняясь воле мастера с не менее чудовищной скоростью полетели обратно, несмотря на нанизанный на них труп и стол, который разлетелся на части при ударе о стену из-за которой атаковал неизвестный. … Если бы не рамен Изумо давно бы присоединился к болвану Итачи, чья невоздержанность при еде была сравнима с проявлением какой-нибудь болезни, если бы такие странные болезни существовали. Дымовая шашка с пыльцой насыщенной чакрой должна была полностью перекрыть обзор неизвестному, но следующий удар показал, что эта уловка против сенсоров не сработала. Изумо не являлся членом Ватари хоть сколько-нибудь долго, да и в целом не планировал к ним присоединяться, но их положение и самое главное контроль над гильдией охотников вынудили Измо вступить в эту банду, чтобы не прерывать тренировок и осуществить прорыв в разработке своих техник. Как и многие другие индивидуалы он не являлся шиноби одной из деревень и соответственно не имел доступа к их методикам, что замедляло его прогресс, но позволяло выработать свой уникальный стиль, против которого у врагов не будет давно натренированной заготовки. Дымовая шашка действительно помогла бы против обычного сенсора, но только если у этого сенсора не было одного из Великих Додзюцу, а именно Бьякугана, который был сравним с активно работающим радаром, который сканирует и сопровождает цели, а не просто пассивные сенсоры, как у обычного специалиста. Единственное почему обладатель додзюцу не прибил Измо сразу было желание бойца проверить себя в реальном бою. Ирония поединка заключалась в том, что Саске, который с момента безумия старшего сына Фугаку и раскрытия информации об обмене заложниками между Учиха и Хьюга, носил фамилию Хьюга, противостоял тому, кто демонстрировал боевое предвидение на уровне пользователя Шарингана, которого Саске лишился. Поединок между абсолютным видением и предвидением продолжился уже ща пределами разгромленного ресторанчика, после того, как Изумо выпрыгнул, через небольшое окошко под потолком туалетной комнаты, куда он вломился после очередного удара копий-кунаев. Бьякуган Саске был бьякуганом сенсорного типа в отличие от бьякугана его сводного старшего брата Неджи, который обладал бьякуганом близкого действия, что позволяло ему чётко видеть мельчайшие тенкецу противника. Саске быстро понял, что попытка догнать и уж тем более перегнать Неджи в тех же техниках заранее обречена на провал и поэтому он стал разрабатывать собственные. Саске модифицировал технику шестидесяти четырёх тиграмм, превратив шесть десятков ударов по тенкецу в двенадцать кунаев которые стремительно летят во врага и столь же стремительно возвращаются. Двенадцать ударов на удержание, ещё двенадцать на бросок, восемь на ускорение и оставшиеся на возврат и подготовку к новому удару. Шаринган позволял предсказывать действия врага, но для этого его надо было видеть, бьякуган в этом плане давал обзор почти на триста шестьдесят градусов и позволял видеть сквозь стены, что Саске счёл слишком удобным, чтобы просто проигнорировать эту часть своей новой силы. В начале техника позволяла атаковать только двумя кунаями и не могла пробить стену, потом сила выросла и выросло количество кунаев, которые Саске успевал отправить в полёт и своевременно вернуть. Постепенно сила, скорость и количество кунаев-копий возрастало и в идеале он сможет атаковать сразу тридцати двумя копьями-кунаями более не разделяя элементы на удержание, ускорение и усиление, а делая это всё единым жестом. Там где Неджи будет блокировать многочисленные тенкецу на теле одного противника, Саске сможет убить сразу несколько десятков, если разумеется сможет справиться с этим врагом и подтвердит осмысленность дальнейших тренировок своего приёма.

***

Справится на базовой версии дзюцу с этим врагом не удалось и Саске активировал обе печати высвобождая чакру духа-дракона Моурьё и силу демона Сатори. … Теперь Саске видел то, чего больше всего боялся Изумо и атаковал именно там и именно так, как меньше всего хотел его противник. Первая ступень позволяла чувствовать страх и не несла с собой слишком заметных со стороны трансформаций, так как его руки были скрыты клановыми одеждами и проявление сил двух равно тёмных сущностей было не публично. … Дополнительно усиленный кунай-копьё переломил клинок Изумо и впился ему в правое плечо. Мгновенный рывок со смещением, чтобы копьё-кунай не вылетел из сквозной раны и Изумо теряет сознание от болевого шока, уже не видя как на него падает рой насекомых с ближайшего дерева. Саске хотел бы сам добить врага, но инструктаж Джирайи, который отбыл на миссию в эту страну раньше до сих пор звенел у него в голове резонируя с Я самого Саске и возвращаясь словно эхо в пещере. … — Эффективность на миссии, это не эффективность и уж тем более не эффектность и сила единиц, а эффективность всего отряда. Если ты можешь добить или ранить в спину врага, с которым сражается твой напарник, сделай это. Если врага можно насадить на кунай или дзюцу союзника и это проще, чем окончательно подавить его своей атакой, то это так же надо сделать, а не выкрикивать «этот мой» и прочие глупости. … — Как вы себя чувствуете, Итачи-сан? — Токубецу джонин из клана Абураме вежливо поинтересовался состоянием Саске обратившись по позывному, который они себе выбрали при подготовке к миссии. Саске — Итачи подошёл к зафиксированному жуками нукенину, которого требовалось опознать, для подтверждения связи с Камнем или иными скрытыми Деревнями. — Примерно треть особой чакры, выделенной из печатей, осталась не потраченной. — Тогда, прошу использовать всё сразу в одной следующей атаке, выступив в качестве контролёра. — Принято. … Использование имён реальных шиноби, пусть и мёртвых не являлось обычной практикой среди спецслужб, так как обезличенные соколы, совы и прочие виды масок Анбу или Корня позволяли скрыть личность. Однако глава Корня считал иначе и по его мнению эта обезличенность сама по себе была слишком заметным следом мгновенно выдавая реального противника именно по стилистике этой самой обезличенности, тогда как формально открытое лицо и наличие имени было уязвимостью, но это была частная уязвимость которая не являлась широко известной и если имя не являлось частью иного громкого, типа Учиха и Хьюга из Конохи или Хошигаки из Кровавого Тумана, то этот человек оставался не узнаным, особенно если не использовал приметных и широко известных дзюцу. Именно по этому Саске Хьюга с цветными линзами, повторяющими глаза убитого нукенина, играл роль Итачи Учиха, для чего у него даже был припасён соответствующий плащ Акацуки. Другие шиноби Корня так же изображали из себя участников этой организации. В частности Сай был переодел женщиной и изображал Конан с её бумажными дзюцу, Хаку таскал с собой трёх лезвийную косу и демонстрировал всем платинового окраса зализанные волосы и фиолетовые глаза, имитируя Хидана. Реальные Акацуки разумеется знали что никто из них не имеет отношения к событиям в Стране Птиц, но этого не знали все остальные и для них действия этих терористов — наёмников были очередной интригой Онооки, который нанимал их чаще всех, что в итоге переворачивало ситуацию с ног на голову: Коноха дестабилизирует регион, чтобы Камень не получил продовольствие = Коноха сама не планирует здесь обустраиваться и намеревается нанести удар по сельскому хозяйству Страны Земли. Камень вмешался с помощью наёмников и стабилизировал канал поставок. Победа над дуэтом Учиха Итачи и Кисамэ Хошигаки, завершившаяся смертью мастера гендзюцу не была освещена и даже более того, Коноха повысила за Итачи награду в книге Бинго прекрасна зная, что тот уже мёртв. В этом плане отход Саске от классического стиля мягкого кулака Хьюга лишь помогал работе. Тяжелее всех было Хаку, так как он никогда не являлся бойцом ближнего боя, хоть и по отточености владения сенбонами был на уровне мастера или как минимум к нему близок. За каждым из этих «террористов -наёмников» следовал токубецу-джонин из клана Абураме, который при необходимости подчищал следы расправы или фальсифицировал след, чтобы бой был воспринят нужным образом.

***

Страна Ветра

Когда Забуза завершил уборку тел и следов вскрытия печати Четвёртого Хокаге на Проклятом и Забытом Городе на горизонте показалась точка, которая постепенно выросла в сильно сгорбленную фигуру в широком балахоне. Забуза подал на глаза чакру обостряя зрение и сдавленно выругался. — Этот город действительно проклят. … Фигура в балахоне неспешно шла по барханам, так неспешно что шла можно легко заменить на тащилась. Проблема была в том, что под этой невзрачной внешностью скиывался «Акасуна, но Сасори, Бутай, но Тенсай Зокейши» или Сасори Красных Песков, специалист по моделированию из Отряда Кукловодов.Нукенин Шиноби, который превратил в марионетки своих родителей, а потом и себя самого. Забуза не мог просто уйти, ведь тогда этот нукенин всё поймёт, более того своей армией марионеток он сможет не просто захватить это место, он сможет провести раскопки и захватить этот древний источник амбиентной чакры. Проблема была в том, что Забуза не мог полагаться на техники суитона из-за пустынного климата местности. Будучи офицером Корня и его главным ликвидатором Забуза получил от главы исчерпывающую информацию по главным целям, включая каге и скрытных персонажей из Акацуки. Проблема заключалась в том, что эта встреча не планировалась, а значит у него не было никаких заготовок и схем. Джирайя знал слабые стороны врагов и умело подготавливал для них ловушки, проблема с Сасори заключалась в том, что таких слабых мест у него просто не было. Во всяком случае не в боевом смысле этого слова. Сасори Красного Песка это человек армия и это неказистое вместилище нужно лишь для хранения сотен печатей в которых находятся все эти тела, материалы, заготовки и сами куклы. Сам Сасори так же давно был куклой и его душа была привязана к большой печати управления, повредить которую равно нанести нукенину смертельную рану. Вот только чтобы это сделать надо создать серьёзную угрозу целостности всех марионеток. — У меня будет только один шанс, на удар и если я промахнусь, то уйти мне не дадут, значит ложный удар должен быть достоин запасов чакры уровня Кисами Хошигаки.

***

Присутствие Забузы так же давно не являлось секретом для Сасори Красных Песков и надо сказать, что Сасори был не рад увидев тут кого-то, кроме привычных дикарей, что обитали в развалинах этого некогда великого города. Кроме того у Сасори тут была цель и точка интереса к которой он постоянно возвращался, после затратных операций. Несмотря на отсутствие биологических глаз Сасори отлично обходился искусственными заменителями и благодаря этому он обнаружил присутствие Забузы в тот же момент, как тот обнаружил самого Сасори. Забуза больше не походил на оборванца и щеголял в новой тактической форме, совершенно утилитарной, но при этом явно не задумовавшейся, как специальная для пустыни. — Значит Забуза, Демони Кровавого Тумана нашёл себе нового покровителя? — Как и ты, Сасори Красных Песков, Художник аниматор, отряда кукольников. Высвобождение Воды! Водяной Молот-Пресс! Печати Активация! Огромный столб воды стоивший Забузе трёх четвертей запасов чакры усиленной приёмом чакра пилюль Анбу- Корня, приготовленных Сакурой Харуно, под контролем Цунаде Сенджу, устремился на мастера марионеточника, грозя раздаваить его вместе со всеми его куклами. Сасори Красных Песков не был бы столь опасен, если бы его было возможно застать в врасплох столь прямолинейной атакой и он мгновенно расслсредоточил своё воинство по широкой площади, одновременно направляя своих марионеток на перехват метнувшегося в его сторону врага. Рывок! Удар Клинка Демона! Атака ста марионеток! Из рывка Забуза вышел во вращении и противореча названию выкрикнутой технике он не нанёс удар, а совершил бросок своего огромного меча, метя в ту марионетку в которой должна содержаться печать к которой привязана душа этого безумного нукенина марионеточника. За это Забуза был немедленно наказан, когда копья из железного песка марионетки-каге пронзили его в нескольких местах. Стихийная Трансформация! Забуза превратился в туман, чуть окрашенный кровью, что было свидетельством наличия некоторой раны, однако все последовавшие атаки ядовитым оружием уже просто прошли сквозь этот туман. На месте сражения было достаточно много воды после первого удара Забузы и ему не грозило истощение или повреждение туманной формы из-за испарения влаги под действием солнца или техник катона. Возле облака хлопнула активировавшаяся печать и техническая кукла с раструбом поглотителем начала засасывать туман. Однако работа куклы внезапно прервалась и она покачнулась, а потом просто упала как и все куклы марионетки Сасори. Чуть в стороне можно было разглядеть основное «тело» нукенина и клинок Забузы, что марионетка пыталась удержать своими многочисленными лезвиями. Огромнная масса меча и скорость удара позволили Забузе нанести «рану» марионетке: печать не пострадала от прямого удара, но остриё прошло близко. Вот только у Забузы были и иные фокусы в рукаве и Демоном он прозывался не ради красного словца, а из-за демонической ауры, столь пугающей, что будущие генины на и так жестоком экзамене сами себя перебили целиком и полностью, лишь бы не встречаться с Забузой в бою, хотя тот был лишь студентом академии с первого или второго курса. Ранее Забуза пугал, но после занятий с Джирайей он пошёл дальше и теперь мог концентрировать ауру в клинке и придавать ей новые свойства. Нечто похожее он демонстрировал перед зрителями на показательных выступлениях перед началом экзамена на повышение ранга. Тогда зрители могли наблюдать как после лёгкого касания клинком, с аурой из тьмы, камень в человеческий рост рассыпался на осколки жино блестящие чёрным. Своё слово могли бы сказать медики Кумо, что безуспешно пытались спасти джонина Самуи от смертельной раны. Наблюдавшая за выступлениями Ами тогда интересовалась что было бы если бы Забуза ударил по камню, а не коснулся его? Теперь про это мог рассказать Сасори. Забуза собрался обратно в плотное тело и устало сел, а потом и лёг на горячий песок. Запасы чакры были почти на грани потери сознания и теперь только скорость восстановления чакры под воздействием пилюль играла в пользу Забузы, так как печать Сасори не была уничтожена, хоть все его чакра нити оказались оборваны и одновременно оказался пленником собственного творения: слепой, глухой и неспособный что-то сделать или почувствовать. У чакра пилюль очень серьёзные побочные эффекты и их запрещено употреблять тем у кого чакра система недостаточно прочная. Это похоже на то, как если бы в автомобиль залили топливо большего актанового числа, чем рассчитано изначально — первое время сплошные восторги, а потом всё совсем не так весело. Чтобы подобные сильнодействующие препараты не травмировали и так не слишком здоровых подчинённых глава Корня так же поручил разработать препарат для выхода организма из этого чакра возбуждённого состояния. Он не просто дал поручение, но и сам участвовал в его разработке и привлёк к этому Хаку, как одного из лучших в Конохе травников. Это средство переправляло избыточную чакру обратно в организм. У этого были свои последствия, которые в иной ситуации иные сочли бы даром богов: чакра возбуждение сменялось обычным, что далеко не всегда уместно. Направление чакры на нужды организма приводило к усилению либидо, что вроде бы не звучит как нечто плохое, до тех пор пока этотусиление не становится заметно окружающим и не вызывает болезниные ощущения при быстром перемещении. Кроме того ослабление снабжения мозга так же не самый лучший способ избежать проблем. Чтобы это не проявлялось шиноби должны были тратить чакру на контроль своего тела и таким образом достигался двойной эффект избавления от избыточной чакры и нормализация организма. Однако если во время действия препарата принять ещё чакра пилюли, то это становится замкнутой цепью с обратной связью, когда человек стремительно превращается в наркомана у которого двойное привыкание: чакра пилюли и неснижаемая эрекция и возбуждение постоянно требующие выхода и уже не поддающиеся контролю. Забуза планировал чуть-чуть прийти в себя и немедленно сообщить о случившемся в Коноху, так как интерес Акацуки к этому месту это черезвычайная ситуация. Интерес Сасори Красный Песков к источнику амбиентной чакры может поставить под угрозу все планы Корня в регионе и иметь крайне широкие последствия в плоть до немедленного начала войны, если Онооки не будет достаточно увлечён приманкой и Какши не удастся совершить ликвидацию его внучки свалив всё на Райкаге. Накопив минимальное количество чакры Забуза поднялся и пошёл к тому месту, где находилась основная марионетка Сасори, его бывшее тело. … Клинок вошёл в «плоть» только кончиком лезвия и для марионетки это было бы мелким ранением, если бы не умение насыщать демонической чакрой своё оружие, которое он развил благодаря поддержке Корня и советам Джирайи: от места раны, по, всему телу марионетки, конусом разошлась волна разрушающего воздействия и всё на пути этой волны превратилось в труху, оставив по линии распространения блестящиё чёрно жирным края. Стараясь не касаться краёв Забуза выковырял печать с душой Сасори и спрятал её в свиток вместе со своим мечом, после чего вернулся к оставленным вещам и отправился прямой дорогой в Коноху для срочного доклада. В иной ситуации Забуза прибрался бы за собой, но сейчас попытка спрятать сотню марионеток привела бы к абсолютному чакроистощению и соответственно смерти, уже на третьем десятке если не раньше.