Месть

Стены родного когда-то замка уходили высоко в небо. Здесь почти ничего не изменилось. Все такие же двери в большой зал, коридоры, которые так и норовят увести, куда не надо, портреты. Зато я другой, нет больше мальчика-который-много-раз-выжил. Есть только мужчина, побитый жизнью, одинокий, с проблесками седины в растрёпанных волосах. Так и не скажешь, что мне совсем недавно стукнуло 18. В войне я потерял слишком много. Ремус, Тонкс, Фред, даже Снейп. И Джинни, моя маленькая Джинни, я не смог ее спасти. Рон ушел, не справившись с горем и обвинив во всем меня. А Гермиона уже пару месяцев в Австралии пытается вернуть память родителям. Завтра начнется новый учебный год. Завтра в эти двери войдут студенты, а коридоры наполнятся шумом и смехом. А я так и буду видеть кровь расползающуюся по замку, и чувствовать запах гари и разложения. Ещё несколько дней после битвы трупы доставали из-под завалов, а теплые майские дни быстро превратили их в какофонию отвратительных запахов. Этот запах ещё много лет будет преследовать меня. Направляюсь в кабинет директора. Меня назначили старостой. Я почти уверен, что на моем месте должна была быть Гермиона, но она не поехала в школу. Пароль "бесстрашие", но это не про меня. Я теперь много чего боюсь. В кабинете стерильная чистота и пахнет чаем с травами. Новым директором ожидаемо стала Макгонагалл, она выглядит уставшей, но рада меня видеть. Впрочем я её наверное тоже, приятно осознавать, что кто-то из моей старой жизни остался жив. - Добрый вечер, Гарри. - на столе стоит вазочка с лимонными дольками, дань памяти предыдущему директору. Дамблдор мягко улыбается со своего портрета на стене. - Добрый вечер, профессор! Вы хотели видеть меня? - Да, Гарри, на самом деле я хотела поговорить с тобой до того, как ученики вернуться в школу. Но для начала расскажи как ты? Молли рассказала мне, что ты уехал из норы. Молли Уизли была поистине невероятной женщиной. Даже потеряв двоих детей, она была готова пригреть меня, как родного. Но глядя на Джорджа, который практически не ел и не спал, мистера Уизли, который то и дело замирал, глядя в одну точку, и Рона, который предпочел уехать в Румынию, перед этим перечислив все мои грехи. Я не мог находится с этой семьёй, я не заслужил их теплые взгляды, все свои грехи я мог перечислить сам. - Я не мог там оставаться, им надо было оплакать родных, семьёй. Я был там лишний. - я постарался ответить максимально честно. - Я понимаю, Гарри, но они волнуются за тебя, мы все, на самом деле, волнуемся. Никто не винит тебя ни в чем. Шла война, мы все знали на что шли. - Она не знала. Ее не должно было там быть. Ей не было 17. Она должна была уйти. Я должен был ее заставить уйти. Должен был, понимаете? Как вы не понимаете? - все то, что копилось долгие месяцы готово было вылиться наружу. - Она хотела бороться, Гарри. Она выбрала бороться за тебя. И никто бы не смог ее переубедить. Ты это прекрасно знаешь! А сейчас ты попусту тратишь свою жизнь, погряз в чувстве вины, она бы этого не хотела. - Макгонагалл вскочила со своего места. - Я вызвала тебя не поэтому. Семикурсников в этом году единицы. Я буду с тобой честна, я предполагала, что значок старосты получит Гермиона. Есть некоторая информация, которую тебе лучше узнать от меня. И Поттер, прошу помнить, что это не мое решение, на этом настоял министр, я никак не смогла повлиять. Весь мой запал пропал, и я сдался так же быстро, как меня накрыло. Я пожал плечами. - Не думаю, что может быть что-то хуже. - Министерство настояло, это часть решения Визенгамота. Я правда ничего не могу изменить. Вторым старостой станет Малфой. Драко Малфой. Вам придется как-то сосуществовать в одной башне этот год. Прости, Гарри. В голове была пустота, а в ушах шумело. В замедленной съёмке, в голове мелькают кадры. Вот мы радостные выбираемая из выручай комнаты. Малфой валится на пол, в паре метров от нас, но мне до него нет дела. Джинни стоит у стены, ровно там где ее оставили, когда в пролом неподалеку начинают подниматься пауки. Крики, какие-то заклятия, ярко красная вспышка справа, пролетает в метре от самого крупного паука и оглушительным ревом врезается в стену. Полная тишина, пыль, а потом звуки возвращаются в этот мир вместе с душераздирающим воплем. Пытаюсь открыть глаза, сквозь облако пыли ничего не видно, яркий всполох рыжих волос, и до меня начинает доходить, что звук наполнивший коридор, не в моей голове, Рон в истерике падает на пол, ворочая камни, отрывая куски кожи с ладоней. Гермиону сотрясают беззвучные рыдания. А справа на коленях сидит Малфой с палочкой в трясущихся руках. Потом тишина и Гермиона тащит нас с Роном куда-то. Остаток битвы прошел как в тумане. Раз за разом я убеждал себя, что это не Джинни Уизли лежит под завалами в том коридоре, что она конечно успела выставить щит, и ей стоит только дождаться, когда я приду за ней. - Малфой? - Да, Гарри, пост старосты под бдительным наблюдением членов ордена, это один из пунктов его приговора. Мне очень жаль, но я не могу спорить с Визенгамотом, я пыталась, но я не могу, Поттер. - Он уже здесь? - Он приехал на пару часов раньше тебя, мы посчитали благоразумным доставить его отдельно от других учеников, слишком многим не нравится, что он до сих пор на свободе. - Да. - Я не могу просить тебя за ним следить, просто не поубивайте друг друга. Пообещай мне не делать глупости. - Малфой доживёт до конца года, я обещаю, профессор. - фраза была без эмоциональной, но у меня не было сил на фальш. - Хорошо, ты можешь идти, где гостиная ты должно быть уже знаешь - она дождалась кивка - твои вещи уже доставлены. Удачи, Поттер! *** Я стоял напротив входа в гостиную уже минут 10. Я не соврал директору, я не убью Малфоя, он этого не заслужил. Он будет жить с этим, и я постараюсь сделать ему максимально больно. "Единство" - символичный пароль, Макгонагалл видимо издевается. Проем открывается и я вижу большую гостиную в бежевых тонах с темной деревянной мебелью. Это могло бы показаться уютным и даже милым, если бы мой взгляд не приковала платиновая макушка юноши, который читал на диване. Он сидел спиной, и даже не услышал, как открылся проход. Не очень осмотрительно с его стороны. Гари бесшумно прошел к креслу, и сел в него. Заметив движение боковым зрением, Драко вздрогнул всем телом, и неумышленно отодвинулся подальше от Гриффиндорца. - Поттер! - его голос прозвучал немного испуганно, но мне было насрать. - Малфой, какая встреча, сколько мы не виделись? Ах да, последний раз я смотрел, как тебя конвоировали в Азкабан после битвы. Почти сразу после того, как ты убил мою девушку. - я почти рычал к концу фразы, а Драко пытался отодвинуться ещё дальше в угол дивана. - Как папочка? Оценил поцелуи от дементора, или писем не шлёт? Ах да, не думаю, что он может писать. В глазах блондина мелькнула какая-то эмоция, но он быстро взял себя в руки. Он встал и начал очень медленно боком отходить к двери, которая, должно быть, вела в его спальню. Его руки начало неконтролируемо трясти. - Я не хотел. Ты же знаешь, что я не хотел. Поттер, я не хотел. Я испугался, я не видел ничего вокруг кроме этих чудовищ. Я давал показания под веритасерумом. Я под сывороткой признавался, что не увидел ее. Я не видел Джинни, не видел. Я не знал. - Не смей произносить ее имя! Ты не имеешь права произносить ее имя. - я перешёл на крик. - Ты знаешь, что делали с пленными в твоём доме, Малфой? Ты слышал как часами кричала Полумна? Глаза Малфоя стали похожи на блюдца. Он явно понял о чем речь. - Я не убью тебя. Ты этого не заслуживаешь, ты будешь жить с этим, очень долго! Я просто сделаю также больно. Я хочу чтобы ты почувствовал. Он сорвался на бег, пытаясь успеть закрыться в своей спальне. Я нагнал его на ступеньках, время проведенное до слушания в Азкабане явно не пошло ему на пользу. Хватаю его за волосы, одновременно расстёгивая ширинку и доставая свой член. Он плотно зажал губы и глаза. - Не заставляй меня запихивать его тебе в глотку силой. Будь послушным мальчиком. Дин был послушным? Дин Томас? Поэтому он до сих пор в мунго? Он не слушался? Тебя даже в мунго не примут, всем насрать на пожирателя, тебе никто не поверит! Малфой медленно открывает глаза и приоткрывает рот, и его сразу же наполняет моя мягкая плоть. Он непроизвольно давится, задевая член зубами и по лицу приходится звонкая пощёчина. - Дружки не научили сосать? Или их педагогический порыв распространяется только на Гриффиндорцев? Я наблюдаю как из глаз блондина катятся слезы, пока мой член глубоко входит в его рот. Его боль возбуждает, он ее заслужил. Член уже почти полностью в боевом состоянии, и с каждой фрикции входит в горло парня. Он упирается ладонями в мои бедра в надежде отстраниться, но я крепко держу его за волосы, и снова и снова насаживаю на свое достоинство. - Нравится? Скажи, тебе нравится? - я вижу как он пытается поматать головой - Не верный ответ! Движения становятся размашистей и я буквально вдалбливаюсь в его горло. Через несколько мгновений понимаю, что финал близко и замедляюсь. Нет, я ещё не закончил, так просто он не отделается. Вытаскиваю член и за волосы поднимаю его на ноги. Все лицо покрыто смесью из слюней и слез. Тащу к дивану, кладу на спину и начинаю стягивать с него пижамные штаны, видимо он уже собирался спать. Он даже не сопротивляется, только тихонько плачет. - Я хочу видеть каждую гребаную эмоцию на твоём лице, каждую гримасу боли, чтобы ты почувствовал все, что чувствовали они! Всю мою боль. Поднимаю его ноги к голове, и вгоняю член ему в неподготовленную задницу, Малфой кричит пытаясь отдалиться от меня, но мне совершенно похер, я лишь крепче держу его. Смотрю как член раз за разом исчезает в разорванном анусе, капельки крови скапливаются, уже норовя проложить дорожку вниз. Драко затихает и я не уверен что он всё ещё в сознании. А я вбиваюсь в его тело, кровь издает хлюпающие звуки. Мне должно быть легче, но легче не становится. Что-то скатывается по моей щеке, и я понимаю что это мои собственные слезы. Драко тихо скулит подо мной. Я с рыком ускоряюсь и кончаю прямо в задницу, 10 бесконечных секунд, я вытаскиваю опадающий член из ануса и оттуда потоком выливается моя сперма в перемешку с кровью. Слезы уже непрекращающимся потоком льются из глаз. - Это должна была быть она, Малфой! Слышишь? Она должна была быть первой! И мы бы занимались любовью, и я бы был нежен! Но ты блять убил ее! Ты блять забрал ее, и теперь ты здесь, слышишь? Ты заслужил это! Заслужил! - к концу фразы крик перерастает в рыдания и я медленно скатываюсь на ковер, кусая свой кулак. Я ни разу не плакал с момента ее похорон. Я не заслужил эти эмоции, что такое моя боль по сравнению с тем, что чувствует Молли или Артур? А сейчас я разваливаюсь сидя на полу. Я думал, что месть принесет облегчение, я думал, что если причиню такую же боль, моя боль уйдет, но меня накрыло только ещё большим чувством вины. Потому что она не любила чудовище. Она бы не простила мне. Я кричу и переворачиваю всю попадающую мне под руки мебель, журнальный столик летит в стену, а кресло валяется перевернутое, но мне не становится легче. Бью каминную кладку, боль не чувствуется, лишь ярко алая кровь все больше и больше расползается по кирпичам.Пока кто-то не оттаскивает меня за талию. Падаю в теплые объятия и плачу, просто плачу, как мальчишка содравший коленки. И мне уже не важно, что я рыдаю в объятиях бывшего врага. Я плачу по ушедшему детству и по ушедшей любви. Драко обнимает меня и говорит какие-то глупости, что все нормально, и что станет легче. Он гладит меня по голове, перебирает волосы и снова и снова повторяет, что все будет хорошо. Я не верю. Но потихоньку слезы стихают, и прежде чем провалиться в царство Морфея я слышу тихое "все будет хорошо".