Ты кинь зигу, как дома будешь.

Неприметная, маленькая, но уютная кофейня, затесалась между корпусов университетов и общежитий. Затемненные панорамные окна с выходом на часть внутреннего двора одного из уников, но летом это же здание скрывалось за расцветающими неподалеку яблоньками и большими елями. Два высоких стола у стенок, яркие огоньки от гирлянд, свисающих с потолка, и барная стойка, с красиво нарисованными позади неё плакатами меню и главной неотъемлемой частью заведения — крутящийся за работой недовольный бариста. — Сколько ложек сахара вам? — Натянуто улыбается своей самой неискренней улыбкой, оголяя белоснежные зубы уже приготовив крышку для стакана. — Да сколько тебе не жалко! — Посетительница нежно хлопает своими глазками, более искренне улыбнувшись и подмигивая. Слегка прищурившись, читает маркером выведенное на деревянном бейджике имя «Патрик» и облокачивается локтями и грудью на столешницу. — Патрик. Пробегая оценивающим взглядом по ней, по нарощенным длинным ресницам, напомнившим ему паучьи лапы, яркому макияжу и маникюру, острому и длинному, как, подумалось, заточка. Очень близко не его вкус, если гомосексуальность он мог назвать вкусом, да и вообще-то он тут работает, если бы не деньги, сдалось бы ему это кафе, эта девушка и постоянное студенческое движение перед глазами. Он что, окончил соседний колледж искусств в прошлом году для того, чтобы изо дня в день снова видеть эту ужасную форму и задавак первокурсников? Ну, тех самых, у которых фотография крыльца их колледжа на аватарке в инстаграмме. — Значит без сахара. — Он переставляет стаканчик ближе к себе и закатывает глаза. Колокольчик на дверях звенит. Помещение наполняется гулом, который может быть только от компании парней, и ненависть к людям уже заранее вспыхивает внутри. — Капучино с сиропом, корицей, сахаром? — Все та же натянутая улыбка. — Верно. — Девушка, видимо только что улетевшая с пар, не поднимает головы с телефона, в отличие от её спутницы и в голос смеющихся друзей. — Простите, так что именно Вы бы хотели? — Да говорю. — голос понизился, а пара красно-зеленых глаз быстро метнула злой взгляд на Джерарда. Тут полагалось дрожать от страха по мнению посетителя, но тому было все равно. Голова сейчас занята скорым обеденным перерывом, перекуром и, конечно, зарплатой в конце недели. "Пиздеееец. Понаделали дебилов, а я теперь не знаю, что добавлять. Нахуй. Будешь так пить." — Что Вы будете? — Смирившись, обращается к следующему гостю. — Ладе на копософом. — Та что-то быстро лопочет и полусогнутыми пальцами печатает в телефоне. " Ты сначала себя пойми, пизда ушастая." — Повторите, пожалуйста. — Лаге на коросопом. — Девица закатывает глазёнки так, будто её слова были очевидны даже ребенку, а бариста болван не понимает по-английски. — Латте на кокосовом, глухой что ли? — Возмущенно буркнул её парень. — Понаберут дебилов. — Извините, но мы делаем только на соевом и миндальном. — О божееее — Мерзкий женский голосок тянется в призрении. — Масик, почему мы вообще пошли сюда? В мыслях Патрик с радостью бился головой о деревянную столешницу стойки до посинения и дыры во лбу. *** Вечером напор чуть сбавился. Очереди не собирались до самых дверей, высокие столики с барными стульями у окон пустовали, как и баночка для чаевых, специально поставленная на видное место у прилавка. Приклеенный на ней листок с надписью "на корм собаке" разжалобил кого-то на… 2 цента и железную крышку? "Спасибо, дорогие мои, вы до невозможности щедрые, на эти деньги я себе дом на Мальдивах куплю" Самое время для перекура, тем более, что в суете отменился обед, а Патрику полагалось два законных бесплатных кофе за счёт владельца. Мало, кто ходил сюда в такое время, поэтому руки уже потянулись к завязке на фартуке, а глаза искали старый потрепанный рюкзак, в котором валялась пачка сигарет. Но вот — дверь скрипит, прохладный воздух залетает с улицы, колокольчик противно пищит. — Здравствуйте. — Обернувшись на стойку в пол оборота, краем глаза видит девушку, и странно, из большинства студентов он её раньше не замечал. Первак может? За время работы большое количество человек легко запомнились и различать их на взгляд не составляло труда, но эта появляется точно впервые. С тяжелым выдохом, уже ожидает очередной приступ ненависти к людям и встает, как полагается. — Здравствуйте, эспрессо, пожалуйста. — Она улыбается, чуть смотря на баристу измученным взглядом. БОЖЕ. ЭСПРЕССО! Матерь божья, у него на барном все-таки лучшая девушка мира, надо не пропустить момент. Глаза на пару секунд украдкой пробегаются по милому лицу. Лишь бы ей было хотя бы 17. — Окей. — Коротко и улыбчиво отвечает старший. — Вы первокурсница? Не видел ваш раньше. — Последовал кивок. И что отвечать? — Как дела? — Нормально. — Смотрите "черепашки ниндзя"?— Этому человеку точно меньше 16, чёрт. — А? Да, точно,да... Сколько вам лет? — Девятнадцать. — Ух ты, 4 года разница, а это даже не совращение малолетних, повезло так повезло. В руках блестит крышка от стакана и остается только последний штрих. — Карамель, сахар или… — Корицу, будьте добры. — Улыбка поднималась одновременно и соразмерно с, казалось, температурой в помещении и пульсом. — Для... — Не поднимая взгляда, он чиркает маркером по крафтовому стаканчику, вырисовывая цифры. — Для Абигейл. — Прекрасно, для Абигейл. — ставит стакан на стойку. Полу кривым округлым почерком аккуратно выведены цифры телефонного номера, ниже — имя его владельца — «Патрик». Сверху, под крышкой — имя милого посетителя, настолько мило улыбающегося, что подгибаются ноги. — Ты кинь зигу, как дома будешь. *** Кофейня на углу — тайная и маленькая, незаметная, видная из окон половины аудиторий ближайших учебных заведений. Яркие огоньки, просвечивающие через затемненное стекло, темный силуэт работающего в ней парня, что после третей пары ждет своего особенного гостя, заранее приготавливая один и тот же кофе уже около года. — Это просто пиздец, я не могу нахуй, Патрик, как он меня заебал бля-я-ять. Сука убейся нахуй об доску. Сегодня двойной, иначе я блять просто не доживу до ебаного вечера. — Мда-а-а, ну и придурок конечно. — Глубоко вздыхает, зная, что если сейчас он поднимет тему, то сходит в пешее на пару дней. — Слушай, это не дело, — кривится, но протягивает стакан. — Нельзя столько пить. Тебе плохо не станет, микро батарейка? — Да ой, главное чтоб не отчислили, все остальное боком. — Напиши хоть, если что. Если хуже станет, поезжай домой лучше, или ко мне сразу, но напиши, как чувствуешь себя, ладно? Я же припомню, сам спрошу. — Окс, мам, я тебя поняла. Давай второй с собой и у меня пара вот-вот. Аби уже ушла, оставляя за собой волну тревоги, ожидания и какой-то нежности где-то глубоко, но в затемненные панорамные окна все равно было видно темный силуэт и, заметив как тот набирает что-то, Патрик невольно покосился на телефон. Что-то в этом всем было. Экран загорелся, всплыло сообщение от которого улыбка сама начала расползаться, не оставляя за собой ни капли недовольства. "дома суп, постарайся приехать пораньше)"