Десерт

— Йоонас, привет! — Можно я приеду? Привет, — хорошо знакомый, обычно весёлый голос сейчас звучал подавленно, с надрывом, словно его обладатель пытался не заплакать. — Конечно, мы дома, — Олли не стал задавать лишних вопросов, пусть лично расскажет, не просто же так позвонил. — Скоро будешь? — Минут пятнадцать. Есть что выпить? — Вино, а также ужин и десерт, давай, ждём. Матела завершил звонок, положил телефон на тумбочку возле дивана и вернул руку туда, где она была до того, как его отвлек лучший друг — на талию любимой девушки. Они вдвоём нежились под одеялом, пересматривая «Звёздные войны», и неспешно обсуждали происходящее на экране. Обычный уютный домашний вечер после череды туров и длительного отсутствия. Последнюю неделю расставаться не хотелось ни на секунду, чтобы хоть немного наверстать проведённые порознь месяцы. Но она слишком хорошо понимала на что шла, когда согласилась сначала встречаться, а потом и жить вместе с басистом одной из самых популярных групп Финляндии. И ждала. Терпеливо, неустанно, всегда, каждый день и каждый час. Каждый концерт и каждую поездку. Лишь бы у него всё было хорошо и всё получалось. — Порко? — Угу, — Олли поцеловал её в лоб и прижался щекой. — Уже в пути к нам. Не знаю что случилось, но точно случилось, чувствую. — Кажется, я догадываюсь. Стук в дверь заставил нажать на паузу и подняться с нагретого дивана, Матела пошёл открывать дверь, а девушка на кухню — разогревать еду и ставить чайник. Она любила, когда к ним в гости приходил кто-то из парней, всегда вкусно готовила и с удовольствием выслушивала слова благодарности. Лицо Олли в эти моменты выражало гораздо больше, чем можно произнести вслух: и гордость, и безграничную любовь, и счастье, и какое-то особое умиротворение. Он откровенно наслаждался их совместной жизнью, радовался немного завистливым комментариям друзей и по-особенному целовал, когда за ними закрывалась дверь. «Умница моя» произносилось почти шёпотом, а уж взгляд, от которого ноги подкашивались… — Рассказывай. Они втроём сидели за столом, пока Йоонас пытался хоть что-то съесть после первого, выпитого залпом бокала вина. Плохи дела, потухший взгляд и красные глаза выдавали его опустошенное внутреннее состояние. — Мы расстались. — Почему? — Матела продолжал спрашивать, пока его девушка пила чай с домашним чизкейком и не лезла в разговор друзей. — Ненавижу это признавать, но вы все были правы. С самого начала, отвратительно! — Порко с силой бросил на стол вилку и тут же спохватился, ловя на себе удивлённые и одновременно сочувствующие взгляды. — Простите. — Йон? — она впервые заговорила с ним, не считая слов приветствия. — Всё настолько плохо? — Ужасно, понимаешь? Получается, как человек я ей был совершенно не нужен и неинтересен. Стоило заключить пару рекламных контрактов, набрать чуть больше десяти тысяч подписчиков и всё, можно бросить этого глупого гитариста Blind Channel, который наивно поверил в любовь до гроба и искренние чувства. Боже, блядь, — Йоонас закрыл лицо руками. — Я придурок, просто клинический идиот. С вами со всеми разругался, Хокку на хуй послал не раз, защищая эту фею, а она использовала меня. Как вообще после такого верить в любовь? Девушка неторопливо встала, подошла сзади к Олли и положила руки ему на плечи, утыкаясь носом в затылок и с наслаждением вдыхая любимый запах. Ей нечего сказать Порко, сейчас нечего, а когда хотелось, тот не слушал. Олли похлопал друга по спине, поджимая губы и намеренно проглатывая слова, язвительные замечания, так и рвущиеся наружу. Лучше не стоит. Не сегодня. Да и вообще не надо, поздно уже, всё самое страшное случилось. Теперь задача группы вытащить Йоонаса из пучины страданий, не дать утонуть в море алкоголя и каким-то образом встряхнуть, вернуть того самого весельчака. Он не должен находиться в одиночестве, может, им с Йоэлем пока пожить вместе? Отличная идея, надо написать Хокке, пусть заберёт его к себе. — Оставайся у нас. — Спасибо, ребята, правда, но я не хочу никого стеснять своим присутствием. — Ха-ха, — девушка рассмеялась, нежно перебирая кудряшки Олли. — Не начинай, как пьяным заваливаться посреди ночи, так это нормально, это тебя не смущало. — Погоди, там ситуация была другая! — Порко невольно опустил глаза и медленно допил второй бокал. — Мне же не хотелось ехать домой в таком состоянии, расстраивать её. — А сейчас нас не расстраивай, ладно? — Матела взял пальцы девушки в свою руку и легонько поцеловал. — Доедай и пойдём кино смотреть. — Вы лучшие, знаете? Люблю вас пиздец как. Йоонас заметно повеселел, когда понял, что его не выгонят и не придётся ехать в пустую квартиру, метаться в четырёх стенах и курить одну сигарету за другой. Всё же он другой, не умеет замыкаться в собственном мире, его сила в близких людях. Олли всегда поражался его открытости, умению находить общий язык с кем угодно. Жаль, что вокруг полно тех, кто пользуется добротой в корыстных целях. Пока Порко доедал запеченную рыбу с рисом, девушка принесла из спальни ещё одну подушку на диван, а Матела открыл вторую бутылку вина. От десерта Йон отказался, сказав, что вернётся к этому вопросу часа через два. Он так крепко сжал Олли в объятиях, когда встал из-за стола, раз десять повторил «спасибо» и его глаза снова предательски заблестели, только на этот раз уже от переизбытка чувств. И немного от алкоголя. Подойдя к девушке, он тоже обнял её, зарылся носом в распущенные волосы и проворчал что-то типа: «Повезло вам». Эта картина не вызвала у Олли ни капли ревности, они ведь друзья, но затуманенный мозг подкинул совершенно безумную идею, вытащил из глубин подсознания давно и тщательно скрываемое желание. Вопрос только как другие отнесутся к такому повороту событий… Они лежали на диване втроём, горячо обсуждая главных героев и защищая их. Кто злодей, а кто молодец, кто прав, а кто виноват. Матела был посередине, обнимал девушку и пытался представить как бы помягче и поделикатнее озвучить то, что вертелось на языке. От нахлынувшей похоти стало слишком жарко, поэтому он решил встать и выпить стакан воды, пожалуй, вина на сегодня достаточно. Вернувшись обратно в гостиную, Олли лёг с краю, тем самым подталкивая любимую к Йоонасу, вынуждая её прижаться к другу. Никакого сопротивления, возмущения или чего-то подобного, впрочем, как и удивления. Она доверчиво положила голову на плечо Олли, поёрзала на месте, устраиваясь удобнее, а потом поцеловала в шею. Прямо в родинку, вызывая мурашки. Йоонас смотрел в экран, стараясь не обращать внимания, ведь эти двое, когда находились среди своих, совершенно не стеснялись публичных выражений любви, чем бесили Йоэля. Остальные давно махнули рукой, привыкли и забили. — Сделаешь кое-что для меня? Шёпот Олли приятно щекотал ухо, заставляя улыбаться и преданно заглядывать в глаза. Для него — что угодно, хоть мир перевернуть, хоть жизнь отдать. — М-м-м? Взгляд Мателы проскользил по лицу девушки, улавливая готовность подчиняться каждому слову. Ещё бы она попробовала возразить, в их отношениях лишь один главный, это не обсуждалось. Особенно в постели. Олли приучил её к полнейшему послушанию, отчего каждый раз испытывал ни с чем не сравнимое удовольствие. Удовольствие обладания, этот сладкий привкус власти над другим человеком. Он пьянил не хуже вина, а сейчас ещё и заставлял Мателу хитро улыбаться, слегка кивая в сторону ничего не подозревающего Йоонаса. Секунда и в глазах напротив поднялся ураган эмоций, невысказанный вопрос застыл на любимом лице. Олли слегка прижал девушку к себе, поцеловал в лоб и подтолкнул к Порко. Никаких комментариев, лишь тень сомнения и смущённый румянец. Он хорошо знал как это исправить: нужно забраться рукой под домашнюю рубашку и невесомо провести пальцами по нежной коже. Талия, живот, пройтись по кромке штанов, но не больше. Глубокий вдох и прикрытые глаза буквально кричали как ей нравятся такие невинные, но распаляющие ласки. Матела переместил ладонь на бедро, а сам вжался в покорное тело пахом, чтобы она почувствовала нарастающее возбуждение и поддалась искушению. Лишь бы Йон сейчас ничего не испортил. Порко же будто выпал из жизни, мысленно то и дело возвращаясь к произошедшему. А может зря, а может не стоило, а может он всё себе придумал? Алкоголь сделал свое дело, зажатые от долгого нервного напряжения мышцы расслабились, в голове появилась лёгкость. Только курить хотелось безумно, но ребята не имели такой вредной привычки, придётся потерпеть, пока он лежит на их диване. Внезапно Йоонас почувствовал, как девушка сначала подвинулась ближе, касаясь рукой бедра, а затем поднялась на локте и уставилась на него в упор. Не моргая и как-то загадочно улыбаясь. — Что такое? — Ничего, — она облизала губы, привлекая внимание к своему рту, и положила руку ему на живот. — Не надумал насчёт десерта? — Вообще можно, сладкого очень хочется. — Это я могу устроить. Её рука проскользила по торсу вверх, а пальцы начали неспешно расстёгивать пуговицы на рубашке, одну за другой. На пару секунд Порко забыл как дышать, ведь блядский огонёк в глазах напротив разгорался от каждого мимолетного прикосновения к бледной коже. Происходящее никак не укладывалось у него в голове, зачем девушка лучшего друга решила его раздеть?! Остановить бы её, но руки словно потяжелели, не слушались, да и шевелиться не хотелось от слова совсем. — Что ты делаешь? — А тебе разве не жарко после вина? — пошлая ухмылка и едва уловимая хрипотца в голосе сбивали с толку. — Я… — Расслабься, Йоонас, — из-за спины девушки показался Олли, который торопливо стянул с себя футболку и без малейшего стеснения начал водить рукой по груди любимой, сжимая тонкую ткань пижамы. — Тебе понравится. Порко не знал как реагировать на его слова, ведь мысли словно превратились в тягучий сироп, однако тело уже отзывалось на поглаживания. Когда холодные пальцы расправились с последней пуговицей на рубашке, девушка потянулась к Йоонасу и начала неуверенно целовать его оголённую грудь. От прикосновений влажных, горячих губ по всему телу побежали мурашки, хотелось зажмуриться и наслаждаться неожиданными, но очень приятными ласками. Её язык то и дело приближался к затвердевшим соскам, обводил татуировку и заставлял шумно сглатывать в попытках подавить стоны. Невероятно. Не отрываясь от груди, она опустила руку вниз и начала расстёгивать ремень, сжимая сквозь грубую джинсовую ткань возбуждённую плоть. Порко не увидел, но почувствовал как к его лицу приблизился Олли. — Не сдерживайся, тебе же хорошо, правда? За годы, проведённые в одной группе, между ними всякое бывало, пьяные поцелуи и объятия стали привычными для парней, но творящееся сейчас безумие не имело ничего общего даже с самыми убойными вечеринками. Матела без стеснения толкнулся языком в приоткрытый рот Йоонаса и, не встретив сопротивления, слегка прикусил пухлую нижнюю губу. Слишком много страсти, воздух в квартире словно пропитался ею насквозь. Порко уже почти не контролировал себя и отвечал на поцелуй, прерываясь лишь для коротких вдохов. Руки Олли тем временем стащили с любимой рубашку, обнажив слегка загорелую кожу и белые кружева, прикрывавшие небольшую, но так соблазнительно вздымающуюся грудь. Матела оторвался от задыхающегося Йоонаса, резко прижал девушку спиной к себе, одной рукой пытаясь стянуть с неё штаны, а два пальца другой запустив ей в рот. Она с удовольствием их посасывала, не отводя взгляд от ледяных глаз Йона, облизывала и громко причмокивала, губы заблестели от слюны. — Позволь мне. Господи, есть ли на свете более пошлая картинка чем та, которая предстала перед Порко сейчас. Олли держал любимую и кусал за шею, оставляя розоватые следы, а девушка извивалась от каждого прикосновения рук Йоонаса, стонала и всхлипывала, прикрыв глаза. Он стянул с неё пижаму вместе с бельём и прошёлся поцелуями от колена до живота, не понимая что творит и где границы дозволенного. Когда Матела, наконец, отпустил её, то пристально взглянул на Порко. — Ты, вставай с дивана и снимай штаны, а ты, детка, на колени. И ноги раздвинь пошире. Девушка покорно поднялась, повернувшись задом к Олли, который торопливо снимал шорты и боксеры. Йоонас как заворожённый следил за каждым её движением, а особенно за тем, как она поджала губы и собрала волосы, скрутив и перекинув через плечо. Чтобы не мешали. Она грациозно поставила перед собой руки, подобно кошке прогнулась в спине и приоткрыла рот, заглядывая в округлившиеся глаза Порко. Словно приглашала. — Олли, я… — голос дрожал, потому что поверить в такое практически невозможно. Где-то точно был подвох. — Не стесняйся, Йоонас, трахни её в рот, я разрешаю. Матела пристроился сзади и медленно вошёл в неё, от чего девушка закусила губу, но взгляд не отвела. Из груди вырвалось протяжное: «Да-а», она подавалась назад в такт движениям и ждала когда же Порко перестанет тупить. А он смотрел как его друг детства бесстыдно имеет свою любимую, теряя последние крупицы самообладания, постепенно утрачивая чувство реальности. Это же мечта любого мужчины, секс втроём и неважно в каком варианте, разложить одну девушку на двоих не менее приятно, наверное, чем оказаться в постели с парой красоток. По крайней мере уровень возбуждения уже зашкаливал и Йоонас наконец-то избавился от ненужной одежды. Когда он подошёл к краю дивана, то перехватил слегка затуманенный, восхищенный взгляд девушки, она не стесняясь рассматривала его член и облизывалась, это стало последней каплей. Порко не стал нежничать и сразу запустил обе руки в волосы, притягивая её к себе и входя в столь соблазнительно открытый рот до упора. Очень узко, влажно и горячо, до потемнения в глазах. Несдержанный стон вырвался из груди в подтверждение того, что ему сейчас безумно хорошо. Олли наблюдал как лучший друг, запрокинув голову от удовольствия, начал потихоньку набирать темп, двигаясь более размашисто и сладко шепча: «Да, вот так, глубже, детка». Он не думал, что способен так сильно возбудиться от подобного, но Йоонас, трахающий в рот его девушку, закатывая глаза и поглаживая её по голове, выглядел слишком развратно. Матела изо всех сил старался не кончить раньше времени, замедляясь и перехватывая налитый кровью член у основания. Хотелось насладиться происходящим по полной. Он протянул руку вперёд и коснулся спины девушки, чуть процарапав нежную кожу ногтями. — Давай, моя хорошая, покажи на что способна, отсоси ему так, чтобы он обо всём забыл. От этих слов у Порко закружилась голова, картинка перед глазами поплыла. Он зажмурился, но не помогло, умелый язык то и дело проходился по головке, доставляя ни с чем не сравнимое удовольствие. Смотреть вниз было опасно, ведь творившееся между ними троими безумие неумолимо приближало конец и мощный оргазм, нужно успеть запомнить каждую секунду. Йоонас взглянул на стонущего в голос Олли, который тоже пытался сдержаться, и понял, что долго так продолжаться не может. Девушка и правда была хороша, точно знала в каком темпе двигаться, как глубоко заглатывать член и как невинно смотреть в глаза снизу вверх, будто не она сейчас насаживалась ртом на стоящий член Порко. От её взгляда и становящихся всё громче стонов, так приятно вибрирующих где-то в горле, у Йоонаса сорвало тормоза. Он грубо оттянул девушку за волосы и начал вколачиваться сам, держа её голову обеими руками. Олли понял, что силы на исходе, поэтому вцепился в бедра, сжав бледную кожу до синяков, и ускорился, забывая дышать. Матела даже занёс руку и пару раз шлепнул по розоватой округлой ягодице, зная как его любимой нравятся такие действия. Как же в ней приятно, боже, с ума сойти. И только она могла воплотить в жизнь его безумную фантазию безропотно и сиюминутно. Несдержанные хриплые стоны парней заполнили комнату, смешиваясь со звуками обнажённых тел, так рьяно сливающихся в общем экстазе. — Олли, я сейчас кончу, — выдохнул Порко, не останавливаясь ни на секунду. — Мы тоже, да, детка? Ещё один удар и Олли почувствовал как девушка задрожала, сжимаясь внутри и заставляя его бурно кончить. От её протяжного, сдавленного крика не сдержался и Йоонас, прижимая её нос к своему лобку и изливаясь в горло до последней капли. Невероятно, лучший минет в его жизни. Первый раз за всё это время она наконец-то закрыла глаза, шумно сглатывая и вылизывая блестящую от смеси слюны и спермы головку. Чуть подаваясь назад, чтобы удержать хотя бы на секунду оргазм, расходящийся по телу. Олли наклонился и поцеловал любимую в поясницу, отпуская бедра и выходя из неё. Слишком хорошо, никакого стыда или смущения. Йоонас ласково провел по щекам девушки большими пальцами и коротко чмокнул её в нос под пристальным взглядом Мателы. — Не смей, — голос всё такой же властный, но в теперь в нем слышалось нечто другое. — Я и не собирался, — попытался оправдаться Порко, однако решил, что лучше будет просто упасть на диван, хотелось полежать после такого. Олли осторожно взял любимую на руки и унёс в ванную, шепча на ухо нежности и признаваясь в любви. Затем вернулся, оделся сам, взял её белье и пижаму, но сперва подошёл к Йоонасу. — Понравилось? — Ты ещё спрашиваешь, конечно, — до сих пор искры из глаз, но лучше об этом не говорить. — Хорошо, — Матела удовлетворенно кивнул. — Помни — она моя, это была разовая акция. Однако я не исключаю, что нам захочется повторения. — Может в следующий раз поменяемся? — Ни за что, я же сказал — она моя, — опять этот прорезавшийся металл в голосе и недобрый огонёк в глазах. — Я тебя услышал, — Йоонас пожал плечами и оглянулся в поисках своего белья. Олли усмехнулся и протянул ему боксеры, а после страстно поцеловал в губы. — Спокойной ночи, Йон, можешь тоже сходить в душ, футболки и шорты в шкафу, сам знаешь где взять. С тебя завтрак утром, потому что моя девочка явно будет не в состоянии, я настроен продолжить в спальне. — Лучше мне и правда на время скрыться в ванной, — Порко искренне рассмеялся, чувствуя облегчение. — О чём и речь, — Матела потрепал светлые кудри друга и ушёл из гостиной. Как они будут жить дальше после случившегося? Как смотреть в глаза друг другу? Особенно Йоонас той, что с таким рвением сосала его член. Ведь эту картинку не стереть из памяти по щелчку пальцев. Однако всё оказалось гораздо проще. Она смеялась над шутками Порко, но старалась лишний раз не касаться, чтобы не вызывать у Олли никому не нужного раздражения, а сам Матела снисходительно улыбался, уверенный, что его девушка принадлежит лишь ему. Глядя на эту идиллию, Йон тоже расслабился, отметив про себя, что вопрос следующего раза - это вопрос времени. И кто знает чего захочет его друг...