Холера

      Ты красивая как осень, да, я знаю, говорил             Ты как будто была создана, чтобы меня любить       Я как будто бы был создан, чтобы тебя найти       Я скажу тебе три слова, ты мотай себе на ус       И я к тебе в мокрых кроссах, как будто бы белорус       Ты такая, что мне хочется за тебя убивать Ты такая ненормальная, но я люблю тебя

Егор Натс — Осень

      — Ты как? — осторожно поинтересовался Микки, и сел рядом с лежащей девушкой на край кровати.       — А что может чувствовать сирота при живых родителях? — ответила Жанна, отвернувшись к стене.       — Бесконечное одиночество в толпе, чувство неполноценности и отсутствие эмпатии, — нервно улыбнулся блондин, скрывая невыносимую душевную боль,— говорю как парень, ставший круглой сиротой в шесть лет.       — Блядь, прости, — девушка мысленно ударила себя по лбу,— я забыла.       — Бывает, — отмахнулся парень, поджав губы.       Он встал с кровати и подошел к окну, уставившись на немногочисленные уличные фонари, которые отражались в мокром асфальте.       — Экстренно - спасательные обнимашки, — Жанна подошла к бывшему парню, слегка приподнялась на носочки, и нежно обняла его, успокаивая, как любящая мать успокаивает ребёнка, — если продолжишь вырываться, я буду называть тебя по имени,— усмехнулась она.       — Сейчас ты снова не флиртуешь со мной? — уточнил Микки, наслаждаясь объятиями любимой девушки.       Блондинка покачала головой.       — Получаеться, что Ваня, который ждал тебя на лестничной клетке не просто сосед - одноклассник? — парень отстранился от Жанны, выгнув бровь.       — Ты все правильно понял, — блондинка закусила нижнюю губу, почувствовав неловкость.       — Микки, хоть мы и расстались не на самой приятной ноте, но я не перестану тебя поддерживать, даже если все вокруг отвернуться, потому что как не крути, ты мой самый близкий человек, — девушка прервала напряженное молчание, — и первый парень, — опустив глаза, добавила она.       — Спасибо, — блондин с минуту смотрел на заплаканное лицо Жанны с необъяснимым выражением, в котором смешивались любовь, благодарность и горесть.       — Ты сейчас во мне просверлишь дырку, — хмыкнула девушка и включив настольную лампу, стоящую на журнальному столике, достала из-под кровати чемодан.       — Давай оставим все как есть? Правда о Льве не примирит меня с отцом, зато может с тобой сыграть злую шутку, — сглотнув комок в горле начала она, — думаю лучше, чтобы хоть один из нас имел постоянное место жительства.       — Нет, — твердо проговорил Микки, — Лев должен понести суровое наказание.       — Мои родители не случайно разбились на машине, — стиснув зубы ответил он, поняв безмолвный вопрос блондинки.       — Он подстроил аварию? — хорошо, что девушка успела закрыть рот рукой, а то бы вскрикнула от неожиданности и испуга, разбудив младшую сестру.       — Молодежь, че вы кислые такие, будто кто-то умер? — Алла влетела в комнату блондинки без стука, — дочура, расслабляй булки, наш переезд в Америку откладывается на неопределенный срок, — она стала рассматривать многочисленные платья дочери, висящие на вешалке.       — Начнем с того, что он и не планировался,— фыркнула Жанна,— куда мы сейчас? В гостиницу или к твоим подругам?       — С какого перепуга я должна ютится в гостинице, имея собственную квартиру? — брюнетка сняла с вешалки короткое блестящее розовое платье, — мы остаемся здесь, а если Андрею и его Любоньке что - то не нравится, пускай сами переезжают.       — Мишаня, мне идет? — она кружилась перед зеркалом, приложив к себе платье, которое больше напоминало майку, — как думаешь достаточно празднично для свидания в ресторане с одним интересным парнем?       — Ну,— блондин почесал затылок.       — Алла, какой ресторан? Какой интересный парень? — нахмурилась Жанна.       — А это уже не твое дело, радуйся, что пока что я не увезу тебя в Америку, — женщине цокнула языком и направилась в гостиную.

      ***

      Отправив документы, подтверждающие несколько фактов финансовых махинаций Льва Хонина, в соответствующие органы, блондинка пришла ночевать к Кислову, уступив свою кровать Микки.       — Кто мог здесь заинтересовать мою мать, для которой главный и единственный критерий при выборе мужчины - американское гражданство? — размышляла Жанна, положив голову на плечо парня.       — Меня больше интересует, когда твой бывший свалит в Москву,— брюнет поднялся на локтях, поглядывая на Жанну,— а?       — Пока будет идти расследование, ему лучше остаться здесь, — спокойно ответила девушка.       — Тогда ты, в свою очередь, будешь ночевать у меня, — голосом не терпящим возражений произнес Киса и впилась в губы блондинки жадным поцелуем.