Притворись моим геем

      — Чжань-гэ, Чжань-гэ, Чжань-гэ.       — Привет, привет, привет.       Ван Ибо торопливо подбежал к своему рабочему месту и привычно зашвырнул рюкзак под стол. Он стукнул протянутый ему для приветствия кулак и плюхнулся в удобное офисное кресло, крутанулся на нем разок и, завершая движение, ткнул пальцем в кнопку включения компьютера.       — Как ты?       — Норм. А ты?       — Норм, Чжань-гэ. Даже лучше, Чжань-гэ.       — Что произошло, Ван Ибо? — усмехнувшись спросил Сяо Чжань, не отводя взгляда от монитора.       — Погода отличная, работа — что надо, ах да! Самое главное! К нам в группу записалась девчонка!       Сяо Чжань хмыкнул и, со словами «Я не тебе», откинул капюшон своей темно-серой толстовки, посмотрел, наконец, на коллегу.       — Девчонка?       — Ага, Чжань-гэ, прикинь? — довольно ответил Ибо.       — Это такая редкость? Прости, я не в курсе ваших танцевальных дел, — участливо заметил Сяо Чжань, поправляя на переносице очки в черной оправе.       Ван Ибо расслабленно прокручивался в кресле, не торопясь приступать к работе. Он рассмеялся, не сводя взгляда с соседа.       — Не то чтобы редкость, Чжань-гэ, но она новенькая, перевелась из другого города. Уверен, я с ней замучу!       — Интересный у тебя вкус. Значит, для тебя достаточно, чтобы девушка умела танцевать?       — Да ну нет, гэгэ! — с улыбкой возразил Ибо. — Просто девчонки, которые танцуют, они все крутые! Думаю, всё получится.       — Красивая?       — Я еще не видел, тренер сообщила, что у себя в — не помню где — она потрясно танцевала. Красивая, конечно, по-другому не может быть.       — Может, она несвободна? — не отставал Сяо Чжань, изредка поглядывая на Ибо с иронией.       — Это поправимо. Чжань-гэ, ты такой зануда! Ты сам-то когда в последний раз с кем-то мутил? Неужели тебе не хочется с кем-нибудь познакомиться?       Сяо Чжань покачал головой и ответил со смехом:       — Мне хватает друзей.       — Ооо, только и слышу о твоих друзьях. Да что-то с работы тебя забирают каждый раз новые. Они у тебя одноразовые, что ли?       — Я очень дружелюбный, — усмехнулся Сяо Чжань, снова натягивая на голову капюшон.       — Охотно верю, гэгэ. Но ты это, обрати внимание. Девчонка, секретарь с четвертого этажа, как поднимается к нам, постоянно строит тебе глазки, — заметил Ибо, игриво глядя на Сяо Чжаня. — Я ее понимаю, парень ты симпатичный! Только…       — Только что, Ван Ибо? — снисходительно спросил Сяо Чжань, отрываясь на секунду от монитора.       — Эти твои толстовки, гигантские штаны…       — На себя посмотри.       — Ну у меня они хотя бы цветные! — возразил Ибо.       — Розовая толстовка и черные штаны. Ну чисто Хэллоу Китти! — усмехнулся Сяо Чжань.       — Ай, как знаешь. Это стильно. Это молодежно.       — На возраст намекаешь, Ван Ибо? — удивился Сяо Чжань. — Нарываешься?       — Все-все, — рассмеялся Ибо, примирительно поднимая ладони. — Я не прав, ты молодой, Чжань-гэ. Молодой, красивый и дружелюбный.       — То-то же.       Сяо Чжань вернулся к работе, сгорбившись над клавиатурой. В своих мешковатых невзрачных нарядах он и правда был не особо примечательным, но Ибо знал, что на него все равно обращали внимание, о чем он непременно сообщал самому Сяо Чжаню. Каждый раз радовался за друга больше, чем за самого себя. Сяо Чжань был высоким, статным, несмотря на безразмерную одежду темных тонов.       — Эта сексапильная девочка, с финансового, снова смотрела на меня так разочарованно, — поделился Ибо после обеда, складывая на стол Сяо Чжаня булочку, батончик, бутылочку сока.       — Ибо, снова? Я не ем сегодня! — застонал Сяо Чжань.       — Ешь, ешь. Ты вообще слышишь, о чем я говорю?       — Так она тебя отшила, как ей на тебя смотреть?       — Я тебе отвечаю, она запала на тебя! Всякий раз, когда мы идем вместе, она улыбается! А ты даже не смотришь в ее сторону.       — Меня это не интересует. Отношения на работе… нет, — покачал головой Сяо Чжань, с глухим скрипом открывая бутылку.       — Чжань-гэ, — в который раз упрекнул друга Ибо. — Да с такой красоткой и не замутить? Похер, что на работе! Между вами три этажа! Вы даже видеться не будете!       — Вот и замути с ней снова! Вдруг получится? Ибо, прекрати таскать мне еду, серьезно, — покачал головой Сяо Чжань, принимаясь есть булочку с мясной начинкой.       — А ты не голодай. Можно подумать, ты работаешь не в IT-компании, а в модельном агентстве.       — Хочу быть в форме, — ответил Сяо Чжань, дожевав булочку.       Он полулежал в своем кресле, откинувшись на спинку, и смотрел на Ибо, который предпочел усесться на стол.       — Да разве кто разглядит твою форму под этим балахоном? — спросил Ибо.       — Разглядит, не сомневайся, — ответил Сяо Чжань.       Ибо соскочил со стола и приблизился к парню.       — У тебя кто-то появился? — спросил он ошарашено, улыбка боролась на его лице с удивлением.       — Нет, Ибо, не придумывай.       — Серьезно! Кто-то появился? По глазам вижу, Чжань-гэ! Кто она?!       — Ибо, отстань! — рассмеялся Сяо Чжань, откатываясь на кресле подальше.       — Ну расскажи, гэгэ! Красивая? Где познакомился?       — Ибо, у меня никого нет! Серьезно! — в его голосе слышалась мольба, хотя он продолжал улыбаться.       — Нахрена тогда так себя мучить? — не унимался Ибо.       — Тебе не понять. Ты всегда в отличной форме. Ты танцуешь.       — Я не жалуюсь, — пожал плечами Ибо, задрав футболку вместе с худи, обнажая идеальный пресс.       Сяо Чжань от неожиданности вскинул брови, на его губах остались какие-то невысказанные слова, но вместо восхваления он оттолкнулся ногами, подъезжая на кресле к своему рабочему месту.       — Забирай, больше никаких сладостей, — с этими словами Сяо Чжань как-то слишком агрессивно переложил принесенный батончик на стол Ибо.       — Э, это тебе!       — Нет, мне никогда не видать такого пресса.       — Да ты не сравнивай! Я ведь занимаюсь почти каждый день. А ты… Уверен, что у тебя не все так плохо!       — Нет, Ибо, у меня все плохо, — рассмеялся Сяо Чжань. — Забудь об этом. Просто… не таскай мне еду, когда я не хожу в столовую, договорились?       — Ладно, гэгэ, — обреченно согласился Ибо, усаживаясь в свое кресло. — Эх, скорее бы наступило завтра!       — Что будет завтра?       — Девчонка! К нам придет новенькая! — рассмеялся Ибо.              

***

      — Это пиздец, Чжань-гэ, — ровным, но совершенно убитым голосом произнес Ибо, на следующий день подходя к своему рабочему месту.       Он резко швырнул рюкзак под стол, хотя там было предусмотрено место, которое Ибо всегда игнорировал. Он обессиленно упал в свое кресло, откидываясь на ни в чем не повинную спинку, которая тут же прогнулась под его весом.       — И тебе привет, — поздоровался Сяо Чжань, поглядывая на коллегу с долей любопытства.       — Да… — устало ответил Ибо, протягивая кулак для приветствия.       — Что случилось? Расскажешь?       — Да пиздец, гэгэ.       — Фух, а я-то думал, — усмехнулся Сяо Чжань, разворачиваясь на кресле так, чтобы выслушать Ибо.       — Девчонка…       — Ах, точно! — вспомнил Сяо Чжань, стукнув себя ладонью по лбу.       — Да это кошмар!       — Страшненькая?       — Нет!       — Плохо танцует?       — Хуже.       — Куда уж хуже? — усмехнулся Сяо Чжань.       — Это Шумэй. Ли Шумэй! — обреченно ответил Ибо.       — Да быть не может!       — Ты просто не знаешь!       — Совершенно не знаю, — согласился Сяо Чжань с улыбкой.       — Это… мы танцевали вместе, а затем она уехала на юг. Она вернулась. Она… Блять, Чжань-гэ, она такая заноза!       — Стерва?       — Нет. Как бы это сказать… Прилипчивая. Китайского языка не понимает. Что тогда вешалась на меня, что сейчас.       Ибо совсем поник, не смотрел на Сяо Чжаня, только печально покручивался на своем кресле, всем видом показывая, как ему плохо.       — Ну-ну, ты же хотел с ней замутить? Смотри, как удачно всё складывается! Она уже вешается на тебя, — попытался успокоить друга Сяо Чжань, однако получил сердитый взгляд.       — Она просто невыносимая!       — Главное, чтобы танцевала, — со знанием дела заметил Сяо Чжань, тихонько посмеиваясь.       — Гэгэ, хорош стебаться! Она всю репетицию не сводила с меня взгляда. И я точно знаю, она от меня не отстанет.       Сяо Чжань понимающе кивнул и со вздохом вернулся к столу. Несмотря на переживания Ван Ибо, никто не отменял работу, которую нужно было сдать до обеда.       Парни трудились на благо большой интернет-корпорации в многоэтажном офисе, в современных просторных локациях с зонами отдыха, хорошей столовой, кафе, тренажерными залами. Но самым главным плюсом являлся график работы, который позволял не убиваться в офисе, успевая заниматься своим хобби. Именно поэтому Ибо после рабочего дня танцевал, а Сяо Чжань посещал художественные выставки, лекции, скучнейшие, по мнению Ибо, семинары по искусству.       В этот день они оба спустились в столовую: так плохо выглядел удрученный Ибо.       — Просто скажи ей, что она тебе не нравится? — предложил Сяо Чжань, ковыряясь палочками в овощах. Он перебирал варианты, тщетно пытаясь помочь другу как-то отвадить девушку.       — Зуб даю, она переехала в Пекин, только чтобы насолить мне.       — Какая у тебя самооценка, — рассмеялся Сяо Чжань.       — Нормальная у меня самооценка, — отмахнулся Ибо, уплетая лапшу с мясом. — Если бы ты ее увидел, сразу понял, о чем я. Ты сам-то, — он кивнул в сторону Сяо Чжаня. — Сидишь и прячешься в своем огромном капюшоне. Боишься, что фанатки сбегутся?       — Мне некомфортно, когда на меня смотрят.       — Ты странный, — заметил Ибо.       — Не люблю излишнее внимание, что в этом такого?       — Да ничего, теперь я тебя понимаю. Ох, как понимаю, Чжань-гэ! — снова заныл Ибо. — Ну что мне делать?       — Скажи, что у тебя есть девушка? — предложил Сяо Чжань.       — Ее это не остановит! — покачал головой Ибо.       — Может, ты счастливо женат?       — В двадцать два года? — спросил Ибо, скептически подняв бровь.       — Ну… скажи, что ты гей? — предложил Сяо Чжань с сомнением.       Ван Ибо подавился только что засунутой в рот лапшой. Сяо Чжань заботливо стукнул кулаком меж лопаток.       — Ну уж не настолько я в отчаянии, — наконец выговорил Ибо, вытирая слезы.       — Тогда у меня больше нет идей, — пожал плечами Сяо Чжань, возвращаясь к своим овощам. — Ты можешь уехать из Пекина, из страны, с планеты. Когда там откроют космический туризм?       — Ха-ха. Спасибо, Чжань-гэ. Просто кажется, моей спокойной жизни пришел конец.       — Это же круто! Кому нужна эта спокойная жизнь? — поддержал Сяо Чжань.       — Эм, тебе?       — Да.       — Да. Ладно, гэгэ, попробую сказать ей правду, вдруг прокатит?       Сяо Чжань усмехнулся:       — Правда всегда прокатывает. Попробуй, Ибо.              

***

      Сяо Чжань, как всегда, пришел в офис раньше своего коллеги и теперь расслабленно покачивался в удобном кресле, периодически зевая и оглядывая пространство. Длинный ряд широких столов простирался от окна до самых лифтов, каждое рабочее место было занято; сотрудники обычно предпочитали надевать наушники и погружаться в работу, однако Ван Ибо и Сяо Чжань, которые сидели за соседними столами, всегда общались друг с другом, часто переговаривались, делились новостями и другими незначительными мелочами.       С того самого момента, как Ван Ибо устроился в компанию, парни подружились. Эта дружба не выходила за стены офисного здания, она была неосязаемой, проявлялась в подколах и шуточках, дельных и не очень советах, в глупых мемах и в бесконечных ежедневных разговорах.       Офис постепенно наполнялся людьми, которые подходили к своим рабочим местам, включали компьютеры, наполняя место шумом и жизнью. На фоне белых стен, потолка и столов особенно выделялась серая безжизненная фигура, которая медленно двигалась в сторону своего рабочего места, больше напоминая тень.       Сяо Чжань подобрался и с улыбкой принялся ждать Ван Ибо, который равнодушно переставлял ноги, словно он не знал, как попал сюда, с какой целью; его руки, как плети, безжизненно бились о бедра.       — Ван Ибо! — окликнул коллегу Сяо Чжань и рассмеялся. — Ван Ибо, ну же!       Ибо поднял взгляд и, подойдя к креслу, упал в него со скрипом.       — Что произошло? Что ты ей сказал?       Сяо Чжань подкатился ближе и участливо заглянул в глаза друга, который некоторое время трагично глядел перед собой, а затем обреченно выдохнул:       — Сказал ей, что я гей.       — Сказал ей что?! — ошарашенно переспросил Сяо Чжань, округлив глаза.       — Что я гей. Гей. Я гей, понимаешь?! — воскликнул Ибо и застонал. — Чжань-гэ! Это всё ты, всё твой совет! Я как увидел её, выпалил первое, что пришло в голову!       — Неужели всё так плохо? — рассмеялся Сяо Чжань. — Раз ты решил воспользоваться самым отчаянным вариантом?       — Нет, не знаю… В общем… Оно… И вроде она, — пробормотал Ибо.       — Так это сработало? Она поверила?       — Не совсем, — ответил Ибо, кусая нижнюю губу.       — Это как?       — Она… хочет доказательств.       Сяо Чжань пару секунд смотрел в глаза Ибо, а затем громко расхохотался, напугав сидящих в соседнем ряду сотрудников, привлекая к себе невиданное до сих пор внимание.       — Доказательств? Это значит… Ты должен при ней, что ли…?       — Да ну Чжань-гэ! Ну не издевайся! — взмолился Ибо. — И так тошно! Она не поверила, ну я сказал ей, что у меня есть парень, настоящий гей.       — Ты сумасшедший, — хохотал Сяо Чжань, не в силах остановиться. — И теперь она ждет, что ты приведешь его знакомиться?       — Типа того.       — Ты… — начал Сяо Чжань и снова рассмеялся.       Ибо сидел с поникшей головой, слушая заслуженный смех друга. Он был в отчаянии, он не знал, как можно выпутаться из этой паутины лжи, которую так легко создал. В голове все звучали роковые слова Ли Шумэй: «Парень, серьезно? Так почему бы тебе не привести его на концерт?» — затем собственное замешательство и уверенное: «Да не вопрос». Ибо отдаленно слышал чистый смех Сяо Чжаня, в котором не было злорадства, только добродушный стёб. Чистый красивый смех. Внезапно в его голову пришла мысль. Идиотская, но заманчивая. Ибо медленно поднял взгляд на друга, который хохотал совсем рядом и никак не хотел останавливаться. Как будто нарывался.       — Чжань-гэ…       Сяо Чжань словил его взгляд, полный какой-то опасной решимости.       — Ибо? — на губах застыла улыбка, глаза смеялись.       — Чжань-гэ!       Ибо схватил Сяо Чжаня за кисти и подъехал к нему на своем кресле, опасно касаясь коленями.       — Ибо, что-то мне не очень понравилось, как ты сказал сейчас «Чжань-гэ», — ответил Сяо Чжань, сощурив глаза и на всякий случай убрав улыбку с лица.       — Гэгэ! — повторил Ибо с каким-то лихорадочным азартом.       Он взглядом оценил лицо Сяо Чжаня, прошелся по приглаженным волосам, придирчиво осмотрел аккуратные полные губы, маленькую родинку под ними, мысленно снял очки в черной оправе, надел обратно, оценил большие глаза и длинные ресницы и, наконец, выпалил:       — Чжань-гэ, притворись моим геем!       Сидевший совсем рядом Сяо Чжань от удивления открыл рот, закрыл рот, сглотнул слюну, чтобы как-то прийти в себя, и тихонечко переспросил:       — Как это, геем?       — Ну, геем. Это когда мужчины любят друг друга, ну, знаешь? — как дурачку объяснял Ибо, еще сильнее цепляясь за руки.       — Я знаю, но я не буду. Ибо. Нет-нет-нет, — Сяо Чжань мотнул головой, так, что капюшон толстовки слетел, взъерошив блестящие волосы.       — Прошу! — Ибо был настойчив. Блеск в его глазах казался угрожающим, как будто он уже знал, что дело решенное.       — Нет, Ибо. Никогда.       Сяо Чжань встал с кресла и потянул Ибо за сцепленные руки к рабочему месту, откатил его и все же выдернул покрасневшие кисти.       — Ты сам это начал! Я только воспользовался твоим советом! — воскликнул Ибо, на что Сяо Чжань тут же возразил:       — Нет-нет-нет! Это всё ты! Потому что я советовал начать с правды! Ибо, разбирайся с этим сам!       — Но гэгэ! Только ты сможешь помочь!       — Друзья! — воскликнул Сяо Чжань, указывая на Ибо указательным пальцем. — У тебя ведь много друзей, попроси их?!       — Шумэй всех их видела! Не прокатит. Один разочек! У нас будет отчетный концерт, она сказала, что рада будет познакомиться с моим парнем! Ну прошу!!! Чжань-гэ! Я сделаю для тебя всё, что ты захочешь! — умолял Ибо.       — Мне ничего не надо, у меня всё есть! Всё-всё-всё!       — Я подарю тебе все мои наборы лего, даже не начатые!       — Я не собираю лего!!! — воскликнул Сяо Чжань.       — А что? Что ты любишь? Блять, я знаю всё, что ты любишь… — бросил Ибо, оглядываясь по сторонам, вспоминая, чем же может подкупить друга. — Придумал! — Ибо подскочил с места и встал прямо перед Сяо Чжанем, счастливо глядя в его глаза.       — Что бы ты не придумал, НИЧЕГО не заставит меня притвориться твоим парнем! — твердо ответил Сяо Чжань.       — Гэгэ, ты помнишь, что мой отец организует выставку с этим твоим любимым художником?       — Ну допустим? — нахмурился Сяо Чжань, сложив руки на груди.       — Так вот, на открытии будет сам Ли Сяоцзян, — пожал плечами Ибо, как бы небрежно бросая свой главный козырь.       — И?       — И я могу попросить отца провести тебя на торжество.       — Мне нравятся работы этого художника, а не он сам, — ответил Сяо Чжань и нащупал руками позади себя кресло. Он с трудом умостился в него и придвинулся к своему столу.       — Гэгэ, — тихонько позвал Ибо. — Я очень тебя прошу… Мне больше не к кому обратиться.       Он тоже уселся в кресло и включил, наконец, компьютер. Некоторое время парни молчали, включаясь в работу, каждый был погружен в свои мысли. Со всех сторон на них поглядывали коллеги, которые стали невольными свидетелями странного разговора, но никто не решился вклиниться. За все три года, что Сяо Чжань работал в компании, он так ни с кем не сдружился, кроме Ван Ибо.       Ван Ибо тем временем косился в его сторону, пытаясь понять, можно ли попробовать снова просить его об одолжении. Несмотря на всю абсурдность просьбы, по которой нужно было не просто притвориться парнем Ибо, но и познакомиться с его друзьями, предложение посетить выставку, на которой будет сам Ли Сяоцзян, было слишком заманчивым. И Сяо Чжань знал, что пойти туда без помощи Ибо, если его отец действительно организовывал мероприятие, будет нереально. А пойти безусловно хотелось.       — Ты блефуешь, — наконец разрушил молчание Сяо Чжань, не глядя на Ибо.       — Зуб даю! Вот, — Ибо тут же кинулся к своему рюкзаку и вытащил мятую брошюру.       — И откуда это у тебя? — нахмурился Сяо Чжань.       — Отец вручил. Спросил, хочешь сходить? Конечно же я не хотел, взял только, чтобы тебе показать, но забыл.       — Я могу сходить туда в любое время, — возразил Сяо Чжань.       — Да, но будет торжественное открытие! Только какое-то закрытое открытие, куда не так просто попасть.       — И твой отец так просто позволит мне прийти?       — Да запросто! Я позвоню ему на перерыве! — воскликнул Ибо, с надеждой глядя на Сяо Чжаня. — Чжань-гэ, пожалуйста! Ты мой единственный шанс, — с мольбой в голосе произнес он.       Сяо Чжань долго молчал, уткнувшись взглядом в монитор, при этом забыв про работу. Как видно, в нем шла внутренняя борьба, но Ибо не торопил, ждал, глядя на него покорным взглядом.       — Один раз? — наконец спросил Сяо Чжань, повернувшись. Он наткнулся на такие жалобные глазки, что не выдержал, рассмеялся. — Дурак.       — Ага, дурак, — согласился Ибо. — Зато, если все сработает, Шумэй навсегда отстанет от меня!       — Слышал, что одна ложь порождает другую? Ты не сможешь остановиться и просто запутаешься.       — Да брось, думаю, больше врать не придется, — отмахнулся Ибо. — К тому же, я давно зову тебя к нам на концерт. Теперь ты не отвертишься!       — Действительно, — усмехнулся Сяо Чжань и вдруг напрягся: — Постой, там же будут твои друзья?       — Ага.       — И как ты им это объяснишь?       — Они знают, слышали. Поржали, конечно, но обещали меня не сдавать. Поэтому не парься, — уверенно проговорил Ибо.       — Да уж… Нам надо продумать нашу ложь, чтобы врать одинаково.       Ибо расслабленно отмахнулся:       — Гэгэ, да не надо придумывать. Ты просто придешь, помашешь ручкой Шумэй, она расстроится и больше ко мне не подойдет.       — Нет, Ибо, так не пойдет! — возразил Сяо Чжань. — Не хочу выглядеть идиотом. А вдруг она спросит, где мы познакомились?       — Скажем, что на работе. Мы ведь действительно работаем вместе! Не придерешься, — рассмеялся Ибо.       — Как у тебя все просто.       — Все будет отлично, Чжань-гэ! Спасибо, что согласился! Нет, правда, ты очень, очень хороший друг! Самый лучший! Нет, самый…       — Прекрати.       — Хорошо.       Ибо, наконец, расслабился. Настолько, что всю неделю до отчетного концерта, который должен был состояться в субботу, совершенно не переживал за предстоящий импровизированный спектакль. Сяо Чжань же, напротив, был напряжен и сотни раз сказал, что затея плохая, ничего, кроме стыда и позора, она им не принесет. Они наскоро придумали дату начала их отношений, которую, по легенде, отмечали вот уже три месяца.       — А свидания у нас будут проходить в кафе для влюбленных! — на ходу придумывал Ибо, когда парни выходили из здания вечером в пятницу.       — Какое еще кафе для влюбленных?! — изумился Сяо Чжань.       — Ну а куда еще ходят парочки?       — Ну уж точно не в кафе для влюбленных! Такие вообще существуют?       — Ну… — протянул Ибо. — Тогда куда?       — Да просто заказываем еду домой, сидим и смотрим какой-нибудь фильм, — пожал плечами Сяо Чжань.       Ибо скептически оглядел своего «парня».       — М-да уж. В геях ты вообще не разбираешься.       — Ай, говори, что хочешь. Идея все равно глупая. Надеюсь, мне не придется ничего говорить.       — Не придется, о том и речь! — кивнул Ибо. — Только это…       — Да что опять? — застонал Сяо Чжань.       Они уже дошли до большой парковки, где ровными рядами стояли блестящие автомобили, и остановились примерно посередине от собственных машин. Ибо нерешительно оглядывал друга, его серую толстовку и синие джинсы. В итоге он остановил взгляд на глазах, скрытых очками, смутился и попросил:       — Гэгэ, ты можешь одеться как-нибудь… по-гейски?       — Чего? — переспросил Сяо Чжань, скептически подняв одну бровь.       — По-гейски. Понимаешь, ты выглядишь как натурал. Очень красивый, возможно, даже слишком, только…       — Ибо, — остановил его Сяо Чжань. — Ты хоть знаешь, как одеваются геи?       — Догадываюсь, — пожал плечами Ибо.       — И?       — И они не выглядят так… — Ибо обвел руками Сяо Чжаня, — как ты.       — Ты сам-то как оденешься?       — Мы все будем в спортивном, так что…       — Я… — начал Сяо Чжань, с трудом подбирая слова. — Ибо, ты просто… Хм. Я попробую найти что-то подходящее, но это очень сложно! — Он тяжело вздохнул: — Может, твой парень еще и немой к тому же? М?       — Не-а. Очень даже не немой. Да не бойся! Все будет отлично!       — Конечно, конечно, — пробурчал Сяо Чжань, проклиная себя за то, что согласился на эту авантюру. — У тебя всегда все отлично.       И они распрощались до следующего дня, насыщенного дня с концертом и маленькой ложью.       

***

             — Ну? И где твой парень? — с вызовом спросила молодая девушка, Ли Шумэй, которая скрестила руки на груди и немного снисходительно глядела на Ван Ибо, готовая в любой момент перейти в наступление.       — Мой парень? — рассеянно переспросил Ибо, глядя в телефон. — Мой парень только что звонил, идет сюда.       — Ну неужели мы с ним познакомимся! — подмигнул один из товарищей по команде, Лу Тай, который улыбался во весь рот.       Отчетный концерт, который подразумевал выступление разных команд одной школы танцев, только что закончился, последней выступала команда Ван Ибо. Он не был тренером, просто занимался в студии с шестнадцати лет, любил хип-хоп, был одним из лучших танцоров. Даже устроившись на работу после окончания университета, он продолжал верно посещать любимый зал и участвовать в соревнованиях.       Оба приятеля Ибо — Лу Тай и Фан Юй — были предупреждены о предстоящей встрече, им было велено подыгрывать Ибо, поддакивать и со всем соглашаться. Теперь же они украдкой смеялись, глядя, как Ибо тревожно оборачивается в сторону коридора. Сяо Чжань должен был смотреть выступление команд из зрительного зала, поэтому сейчас Ибо заметно нервничал. Во-первых, ему показалось, что станцевал он неидеально: пару раз он не дотянул носок и сделал волну не в полную силу. Во-вторых, Сяо Чжань должен был впервые увидеть его на сцене. И, в-третьих, им двоим предстояло сыграть этот маленький спектакль перед Ли Шумэй.       — И как это вы двое не видели его раньше? — обратилась Шумэй к друзьям Ибо. — Сколько вы знакомы?       — Достаточно, — отмахнулся Ибо, нервно дергая ногой.       Он немного устал после танца, вспотел, с щек еще не сошел румянец, и теперь постоянно оборачивался к выходу и глядел на экран телефона.       — Ван Ибо, мы знакомы сто лет, — продолжала щебетать Шумэй. — Мне все интересно, когда это ты успел сменить ориентацию?       — Это он из-за меня, — уверенно ответил Лу Тай, играя бровями.       — Ага, щас! Это из-за меня! Я признанный красавец, — вставил Фан Юй, изящно зачесывая челку назад.       — Да заткнитесь вы, — закатил глаза Ибо. — Вот увидите его, сразу поймете.       — Настолько хорош? — поинтересовалась Шумэй.       — Охрененный.       Красивая и талантливая Ли Шумэй на эти слова только снисходительно улыбнулась. Единственная девушка в команде, она ни капли не сомневалась в своей исключительности. Подтверждением тому была ее яркая внешность, миниатюрное телосложение и тот факт, что тренер приняла ее в основной состав команды только посмотрев видео с выступлений.       — Вот это да, — неожиданно протянул Лу Тай, завороженно глядя в сторону коридора.       — Что? — переспросил Фан Юй, выглядывая из-за плеча Ван Ибо, который стоял спиной к выходу. — Вау! Реально охрененный, — улыбнулся он.       Шумэй тоже посмотрела в сторону коридора и сощурила глаза.       — Хм… Это он? Ван Ибо, это твой парень? — спросила она, кивнув куда-то за спину.       Ибо, который постоянно смотрел в телефон, поглядел, наконец, на друзей. Они зачарованно смотрели за его спину и как-то глуповато улыбались. Ибо тоже обернулся, но увидел там только незнакомого парня, идущего в их сторону.       — Эт не он, — покачал головой Ибо.       — Ты уверен? — разочарованно спросил Фан Юй.       — Конечно уверен, неужели я не узнаю своего па… — пробормотал Ибо и замолчал на полуслове.       На долю секунды он засомневался в себе и своих глазах. Но тот парень действительно не был похож на Сяо Чжаня. На всякий случай, чтобы просто проверить и поставить галочку в пункте адекватности, Ибо медленно опустил телефон и резко поглядел назад, где по коридору с улыбкой шел действительно охрененно красивый парень. Это был не Сяо Чжань.       Одет он был в идеально выглаженную белую рубашку, заправленную в элегантные черные брюки. Рукава были небрежно подвернуты на локтях, кожа светилась от соприкосновения с белой тканью. Парень улыбался идеальной улыбкой, на нем не было очков, а волосы были красиво уложены.       Это был не Сяо Чжань. Хотя улыбка один в один…       Ибо так и застыл вполоборота с открытым ртом. Он смотрел во все глаза, чтобы получше разглядеть его, понять, осознать, переосмыслить. Всё вокруг погрузилось в тишину: замолчали друзья, прекратился шум в зале, за кулисами. Кажется, даже пылинки в воздухе восхищались незнакомцем.       — Ибо, — вдруг рассмеялся парень, подходя ближе. Он откуда-то знал его имя. — Ван Ибо, — и вот снова.       — Привет? — поздоровался Ибо, когда незнакомый Сяо Чжань подошел к нему вплотную, глядя прямо в глаза, не замечая ни друзей, ни девушки, ради которой затевалась эта встреча. Они восхищенно разглядывали друг друга, как будто впервые встретились. Как будто до этого работали «по переписке».       Сяо Чжань привычно протянул кулак для приветствия, а Ибо неуверенно стукнул в ответ, гипнотизируя красивое лицо.       — Ибо, ты так круто станцевал! Я под впечатлением, — с улыбкой произнес Сяо Чжань, терпеливо позволяя себя разглядывать.       — Правда? — немного высоковато спросил Ибо.       — Огонь, — кивнул Сяо Чжань и широко улыбнулся.       Они оба собирались сказать что-то еще, но не решались, так и смотрели друг на друга с приоткрытыми ртами.       — Эм, — подала голос Шумэй, и Ибо вдруг вспомнил, что их вот уже несколько минут молча разглядывают. — Ты нас познакомишь?       — Вы сами-то знакомы? — уточнил Лу Тай, который, опершись на плечо Фан Юя, безмолвно трясся от смеха.       — Да я… — опомнился Ибо и кивнул ребятам и Шумэй: — Это мой Сяо Чжань. Сяо Чжань. Мой парень Сяо Чжань. А это, — Ибо снова поглядел на Сяо Чжаня и небрежно кивнул в сторону, — Ли Шумэй, Фан Юй и Лу Тай. Остальные где-то ходят.       — Приятно познакомиться, — смущенно ответил Сяо Чжань, как будто только вспомнил, что пришел не только концерт посмотреть, но еще и отыграть роль бойфренда.       — А уж нам-то как приятно! — протянул Фан Юй, с интересом разглядывая заторможенную парочку.       — Сяо Чжань, — вставила Шумэй. — И как давно вы встречаетесь? — по ее хитрому взгляду было понятно, что сейчас начнется блиц-опрос. На время.       — Три месяца, — тут же ответил Сяо Чжань.       — И где вы познакомились? — коварно улыбнулась девушка.       — На работе. Разве Ибо не сказал, что мы работаем вместе? — без запинки ответил Сяо Чжань.       — Сказал, сказал… А почему, в таком случае, вы даже не поцеловались при встрече? — спросила Ли Шумэй.       — Я не очень люблю публичное проявление чувств, особенно при малознакомых людях. Извините.       Все то время, пока светящийся в белоснежной рубашке Сяо Чжань отвечал на вопросы, Ван Ибо продолжал смотреть на него с приоткрытым ртом, ловя каждое слово.       — Ммм, ясно, — протянула девушка, задумавшись. — Ван Ибо, а ты чего молчишь?       — Я… кхм. Я растерялся, — честно ответил парень, отрывая взгляд от Сяо Чжаня.       — Никогда не видел своего парня в таком виде?       Сяо Чжань легко рассмеялся и ответил за него:       — Это моя вина. На работу я всегда прихожу в толстовках. Вот, решил принарядиться, — и обратился уже к Ибо: — Извини, — и, помолчав, добавил: — Дорогой.       Ибо сглотнул слюну, растерянно поглядев на друзей, спросил:       — Ну… всё? Вы довольны? Ли Шумэй, поверила? Мы поехали.       И Ибо тут же взял Сяо Чжаня за локоть, намереваясь покинуть помещение.       — Стойте-стойте! — остановила их Шумэй. — Нам так понравился Сяо Чжань. Правда, мальчики?       — Ага, — одновременно ответили Фан Юй и Лу Тай.       — Так вот. Мы идем всей компанией в кафе. Ты же присоединишься к нам, Сяо Чжань? Конец сезона. Тренер обещала угостить всех пирожным.       Ли Шумэй вела себя слишком свободно для человека, неделю назад попавшего в новый коллектив. Она и предложила этот поход в кафе, уговорив тренера. Она напомнила про него накануне, вынудив энергичную Хуан Цин к тому же оплатить для всех сладости.       — Нет-нет, это неудобно, — тут же возразил Сяо Чжань, с ужасом представляя, что ему придется отвечать на каверзные вопросы еще и в помещении, из которого так просто не сбежишь.       В этот момент со стороны кулис подоспела тренер, Хуан Цин, которая хлопнула по плечу стоявшего ближе всех Лу Тая и спросила:       — Идем в кафе?       — Тренер Хуан! — громко обратилась Шумэй. — Ибо привел своего очень близкого друга. Можно ему пойти с нами?       — Что? Нет! — возразил Сяо Чжань.       — Можно и нужно, — кивнула Хуан Цин. — Ждем остальных и выдвигаемся. Смотрел наш номер? — обратилась она уже лично к Сяо Чжаню.       — Смотрел. Очень понравилось! — начал было он, но тренер Хуан перебила его:       — Расскажешь по дороге. А вот и остальные!       К группе присоединились еще четверо парней, и вся толпа двинулась в сторону выхода. А возглавляли эту толпу упирающиеся в панике Ван Ибо и Сяо Чжань.              

***

      — Я не могу, Ибо, я не смогу!       Сяо Чжань улучил момент, чтобы зло шепнуть своему парню пару слов так, чтобы их никто не услышал, хотя вездесущая Шумэй постоянно норовила оказаться рядом.       — Гэгэ, пожалуйста! Пять минут, и уйдем вместе! — шепотом взмолился Ибо.       Они уже вышли на улицу, под жаркое июньское солнце, которое тут же протянуло свои лучи к Сяо Чжаню и его белоснежной рубашке, и теперь на парня нельзя было взглянуть без слез. Ибо, в джинсах и свободной черной футболке, выглядел рядом с ним как подросток или младший брат. Все танцоры, включая тренера, были на порядок ниже, и теперь Сяо Чжань возвышался над группой как Куа-Фу, который догнал-таки солнце и сиял при свете дня.       — Ибо, мы так не договаривались! — зашипел он, оглядывая толпу танцоров.       — Я знаю, знаю! Выпьем кофе и сбежим? Я очень хочу, чтобы ты пошел, пожалуйста! — эти слова Ибо интимно прошептал Сяо Чжаню в самое ухо, вызвав неконтролируемые мурашки.       Они шли вместе со всеми, не отставая, парковка осталась позади, поэтому Сяо Чжань сдался и с тихим вздохом проговорил:       — Ибо. Я помогаю тебе в последний раз! Только потому… Потому, что мне понравилось, как ты танцуешь. И ты покупаешь мне все, что я захочу!       — Конечно! — просиял Ибо. — Хочешь лего? Или… графический планшет?       — Ибо! Я имел в виду в кафе! — зашипел Сяо Чжань.       — А, оу, договорились! Ты лучший! Ты…       Но Ибо перебила Шумэй, которая оторвалась от тренера и подошла к ребятам.       — О чем болтаете? — как ни в чем не бывало спросила девушка.       — Сто лет с тобой знаком, но забыл, какая ты беспардонная. Какая разница, о чем мы болтаем? — недовольно ответил Ибо.       — Я хвалил ваш танец, — тут же нашелся Сяо Чжань. — Вы были лучше всех.       — Ооо, правда? — просияла Шумэй.       — Конечно. Ибо, ты был… ты просто невероятный! — немного запнувшись добавил Сяо Чжань.       — Ты серьезно? Ты сейчас не врешь? Потому что я немного накосячил и…       — Я серьезно, — улыбнулся Сяо Чжань.       И хотя эта похвала вписывалась в нужную роль, Сяо Чжань действительно остался под впечатлением, ему не терпелось поговорить об этом с Ибо, только по-дружески. Он хотел рассказать, что смотрел выступление с открытым ртом, следил только за ним. Сяо Чжань и подумать не мог, что Ибо может так пластично двигаться. Но всю дорогу их окружали ребята, каждый почему-то хотел услышать похвалу и для себя, почему-то мнение красивого Сяо Чжаня было для всех ценным, а потому его не оставляли в покое до самого кафе.       Только зайдя внутрь, Ибо увлек Сяо Чжаня за локоть подальше от всех.       — Чжань-гэ. Что будем говорить, если Ли Шумэй снова начнет заваливать нас вопросами? — в панике спросил Ибо.       — Ты просто мастер лжи, — покачал головой Сяо Чжань. — Я буду отвечать, а ты молчи и со всем соглашайся.       — Да, да, — послушно кивал Ибо. — Буду молчать. Надо было подготовиться, конечно.       — А я о чем тебе говорил?! — возмутился Сяо Чжань.       — Я знаю, не ругай, гэгэ! Я кретин! Но это в последний раз, обещаю!       — Конечно в последний раз. Больше я на это не подпишусь!       — Да, гэ, конечно! — согласился Ибо и, глядя, что все его товарищи выбирают десерты, спросил: — Что ты будешь? Что тебе заказать? Тут вкусное шоколадное печенье, а еще пудинг, но я знаю, что ты ненавидишь пудинг.       — Печенье — то самое, которое ты хвалил?       — Ага.       — Печенье и кофе.       — А еще?       — Ничего не надо, — уверенно произнес Сяо Чжань.       — Ты как всегда, — покачал головой Ибо. — Хотя… Теперь я понял, почему ты голодаешь.       — Прекрати, — рассмеялся Сяо Чжань, увидев оценивающий взгляд Ибо, разгуливающий по его телу.       В просторном кафе с высокими потолками блестящими низкими лампами были только небольшие круглые столики, которые парни сдвинули вместе, чтобы поместилась вся компания. Бойкая Хуан Цин командовала, указывала, откуда взять стулья и куда их поставить. Наконец, все расселись по местам, взяв напитки и десерт. Большинство ребят не были стеснены в финансах, а потому оплатили свои покупки сами, чему Хуан Цин была безмерно рада. Она не рассчитывала, что уставшие после выступления ребята захотят как следует подкрепиться, заказав добрую половину витрины.       — В общем! — провозгласила тренер Хуан, оглядывая свою команду. — Вы большие молодцы! Следующее выступление будет в Шанхае. Призовые места, всё серьезно. Надеюсь, вы все сможете?       — Я смогу, — кивнул Ибо.       Остальные ребята тоже кивнули в знак согласия.       — Ли Шумэй, рады видеть тебя в наших рядах, — продолжала тренер, — ты отлично справилась сегодня! Но к конкурсу придется попотеть.       — Я справлюсь, — мило улыбнулась Шумэй, ни капли в себе не сомневаясь.       Ребята шумели и возбужденно болтали. В основном обсуждали прошедший концерт и свои эмоции после него.       — Сяо Чжань, так ты хороший друг нашего Ибо? И? — умела Хуан Цин так ставить вопрос, что отвертеться от него было невозможно.       — И… поэтому я пришел на концерт, — ответил озадаченный Сяо Чжань.       — Понравилось?       — Очень! Я впечатлен выступлением Ваших ребят!       — Рада слышать. Нам с этим номером еще выступать в Шанхае.       — О, уверен, вы всех поразите! Можно я кое-что скажу?       — Конечно, прошу! — кивнула тренер.       — Знаете, я много слышал о вашей команде, Хуан Цин. Но только сегодня понял, что имел в виду Ибо, когда говорил о вашем профессионализме и преданности делу. Выступление меня очень поразило. Не только отточенными движениями каждого участника команды, но и общей концепцией танца, смесью современных элементов и аккуратно вплетенных древнекитайских мотивов. Вы так мастерски передали этот посыл… — Сяо Чжань на секунду задумался, подбирая слова, — …всегда нужно учиться новому, но не забывать свои корни. Нельзя стоять на месте, обязательно нужно совершенствоваться, становиться лучше, однако стоит помнить, что является основой, не забывать, где ты вырос, что дало тебе силы.       Сяо Чжань закончил свою маленькую речь и смущенно оглядел ребят, которые слушали его с открытыми ртами.       — Хороший у тебя друг, Ибо, — наконец ответила Хуан Цин, глядя только на Сяо Чжаня. — Очень проницательный. Надеюсь, судьи в Шанхае будут такими же.       — Да что вы, я просто описал то, что увидел, — ответил Сяо Чжань, покраснев. — Уверен, судьи высоко оценят идею и качество танца.       Ибо заметил это смущение и это излишнее внимание к другу, который вообще-то не любил такой ажиотаж вокруг своей персоны. Он вдруг вспомнил, как Сяо Чжань прячется в своем капюшоне, находясь на работе, и как, должно быть, ему неуютно сейчас сидеть перед толпой танцоров, которые заглядывают ему в рот, смотрят с восхищением.       — Один вопросик, Сяо Чжань, — деловито проговорила Ли Шумэй.       — Эй, отстань от него, пусть поест, — перебил девушку Ибо, придвинувшись чуть ближе. Он взял Сяо Чжаня за руку, инстинктивно пытаясь защитить или оградить от внимания. — Спроси лучше у меня?       — Ну хорошо, — ехидно улыбнулась Ли Шумэй. — Я лишь хотела узнать, где он учился?       Рука Сяо Чжаня дернулась, но Ибо сдержал ее, немного сжал и ответил:       — Учился в школе, а затем в университете. Еще вопросы? — с вызовом спросил Ибо.       — В каком университете? Такие глубокие познания у твоего па… друга!       — В Пекинском университете, по специальности «Дизайн».       — Вы же работаете в IT-компании? — удивилась Ли Шумэй.       — Работаем не по специальности. Это такая редкость? — с напором спросил Ибо.       Танцоры из команды Хуан Цин следили за словесным пинг-понгом, с любопытством переводя взгляд с Шумэй на Ван Ибо. Хуан Цин, похоже, не догадывалась о причине такого пристального внимания к Сяо Чжаню, который слушал перепалку, опустив глаза. От нее не укрылся жест Ибо и то, что он не торопился выпускать руку Сяо Чжаня, наоборот, готов был спрятать всего парня за своей спиной.       — Не жалеешь, — громко произнесла Хуан Цин, прерывая Ли Шумэй, которая намеревалась задать очередной вопрос, — что не работаешь дизайнером? — продолжила она спокойнее, глядя на Сяо Чжаня.       Парень поднял на нее глаза, заметив, что буря стихла.       — Нет, я занимаюсь дизайном в свободное время, — ответил Сяо Чжань. — Вот как Ибо танцует, я рисую.       — Вы молодцы. Сразу видно, увлеченные парни! — подытожила Хуан Цин и уверено хлопнула ладонями по коленям. — Вы все тут молодцы! Поэтому у меня есть предложение. Поскольку все люди взрослые, надеюсь, согласитесь.       — Что такое, тренер Хуан? — заинтересованно спросил Лу Тай.       — Поездка за город. Большой дом, бассейн, озеро, — отрывисто произнесла Хуан Цин, оглядывая своих танцоров. — Вы хорошо постарались в этом сезоне, надо бы и отдохнуть.       — Вау! Это действительно круто! — похвалил тренера Сяо Чжань.       — Конечно. Да, Сяо Чжань, ты, безусловно, тоже можешь поехать.       — Я… что? — испугался Сяо Чжань. — Нет, я не к этому! Просто восхищаюсь вашим вниманием…       Хуан Цин громко продолжила, не слыша возражений Сяо Чжаня:       — Дом держат мои хорошие знакомые, будет большая скидка. Я еду с парнем, вы тоже можете взять девушек, парней или очень близких друзей. Оплачиваете сами. Ну? — спросила тренер, обводя всех решительным взглядом.       — На выходных? — поинтересовалась Шумэй.       — Естественно. Едем в пятницу вечером, в воскресенье уже домой.       — Я — за! — тут же подал радостный голос Фан Юй.       — И я! — усмехнулась Ли Шумэй.       — Я тоже еду, с девушкой.       — А я буду один.       Постепенно все ребята согласились на поездку, пребывая в возбужденном состоянии. Хуан Цин уже во всю описывала дом, жестами объясняла, какого размера и формы там бассейн. Промолчал только Ибо, который, сгорбившись, навис над рукой Сяо Чжаня, не отпускал ее, привыкнув к теплу чужого тела.       Шумэй никак не могла успокоиться.       — Ван Ибо, ты едешь? — спросила она громко.       — Я?       — Разве не ты Ван Ибо?       — Еду.       — А ты, Сяо Чжань? — спросила Ли Шумэй заинтересованно и абсолютно неискренне.       — Нет. Я не смогу в выходные, — покачал головой Сяо Чжань.       — Тренер Хуан даже не сказала, в какие выходные едем.       — Я… мне нужно присматривать за кошкой друга. Он уехал в… на… в другой город.       — У твоего друга разве нет других друзей?       — Ли Шумэй, не сможет так не сможет, чего прицепилась? — огрызнулся Ибо, не подавая виду, что он расстроился. Он вдруг на долю секунды позабыл, что Сяо Чжань здесь как его липовый парень. Это все ложь, с чего бы его коллеге соглашаться?       — Как скажешь, — улыбнулась Шумэй. — Жаль, конечно, но… Сяо Чжань, не беспокойся, Ибо с нами не будет скучно.       Она деланно вздохнула и тут же подмигнула Ван Ибо с видом победительницы.       Ее взгляд не предвещал ничего хорошего для Ибо, который вынужден будет провести рядом с ней все выходные. Как только он осознал это, как только увидел ехидную улыбку девушки через стол, он выпрямился и с силой сжал ладонь, которая покоилась в его руках.       — Ауч! — непроизвольно вскрикнул Сяо Чжань и вопросительно поглядел на Ибо.       — Гэгэ, ты точно не сможешь? Может… все-таки получится? — спросил Ибо, плохо маскирую панику.       — Нет! — мотнул головой Сяо Чжань, глазами показывая, что они так не договаривались. — Друг! Кот!       — Кошка.       — Ну да.       — Сяо Чжань, поехали! — отозвался Фан Юй и сидящий рядом Лу Тай согласно кивнул. — Ибо так много о тебе рассказывал, а мы даже пообщаться не успели!       И в его словах почудилась правда, Сяо Чжаню показалось, что Фан Юй говорил искренне, и вскоре все стали звать его в поездку, уговаривали, как старого друга, который вечно в делах и не может присоединиться к веселью.       — Вряд ли, — наконец выговорил он, но его слова, вопреки вложенному смыслу, встретили радостно и с надеждой.       — Значит, получится!       — Ура!       — Будет круто!       Сяо Чжань в панике поглядел на Ибо, позабыв разозлиться. Он просто встретил его полный надежды взгляд, благодарный и заочно покупающий ему чуть ли не новый компьютер.       — Ребята, время еще есть. Просто отпишитесь, кто сможет, хорошо? — подытожила Хуан Цин, которая с интересом наблюдала за этой сценкой.       Не только она молчала все это время: сидящая слева от нее Ли Шумэй, постукивая ноготками по гладкой деревянной столешнице, коварно улыбалась.              

***

      — Гэгэ, Чжань-гэ, ну постой!!! — звал Ибо, едва поспевая за Сяо Чжанем, который широкими шагами пересекал дорогу, направляясь к парковке.       — Чтоб я еще раз кому-то помогал, — тихо шипел Сяо Чжань.       — Гэгэ! Да погоди! Нам же необязательно…       Сяо Чжань резко остановился и напал на Ибо:       — Нам действительно необязательно! Так какого черта там произошло? Почему все решили, что я поеду? Разве я давал согласие?! — свирепо спросил ангелоподобный Сяо Чжань.       — Гэгэ, — Ибо, кажется, уменьшился вдвое под грозным взглядом друга. — Ты мог и отказаться.       — Я и отказался!!! — крикнул Сяо Чжань.       — Ну… ты сказал не очень уверенно.       — Ибо! Ты обещал, что это в последний раз! Я никуда не поеду! Езжай один, или… а впрочем, мне плевать!       — Но ты ведь мой друг!       — Да-да, и ты всё ещё должен мне выставку, не забыл? — усмехнулся Сяо Чжань.       — Гэгэ, если ты согласишься съездить со мной, я попрошу у отца два пригласительных на открытие, сходим вместе? — предложил Ибо.       — С чего ты взял, что я хочу пойти с тобой?! — вспыльчиво спросил Сяо Чжань.       — Я… не знаю. Нет, я имел в виду, попрошу два пригласительных для тебя. У тебя ведь кто-то есть? Вроде подружка, — попытался выкрутиться Ибо.       Они молча стояли на тротуаре. На город опустился теплый вечер, оранжевыми лучами окрашивая однообразные серые высотки и две застывшие фигуры. Гнев, клубившийся в груди Сяо Чжаня, был напрочь сдут этим тихим голосом.       Ибо, который теперь смотрел на дорогу, как будто вот-вот придет его автобус, плохо скрывал стыд от поспешно вырвавшихся слов. Он боялся смотреть на Сяо Чжаня, боялся, что тот и на работе продолжит бранить его. Он заслужил это, но все же…       — Нет у меня никакой подружки, — наконец ответил Сяо Чжань, выдохнув остатки горячего пара с искрами.       — Значит, на выходные всё равно нечем заняться? — с надеждой спросил Ибо.       — Ибо, ты неисправим, — устало усмехнулся Сяо Чжань. — Я ведь говорил тебе, что одна ложь порождает другую, и так до бесконечности.       — Мне нравится врать с тобой, — ответил Ибо. — Ты произвел фурор. Я и сам знатно охренел сегодня.       — Замолчи, — остановил Сяо Чжань. — Не хочу никуда ехать и тебе не советую.       — Я понял, — кивнул Ибо. Он потянулся к руке Сяо Чжаня и подвернул выбившуюся манжету белой рубашки, касаясь пальцами теплой кожи. Он не хотел, вышло как-то на автомате, а потому Ибо одернул руку и поднял быстрый взгляд на Сяо Чжаня. — Обещай подумать, гэ? — спросил он, глядя в его глаза.       — Нет, — покачал головой Сяо Чжань, поджимая губы.       — Ладно, Чжань-гэ. Спасибо тебе за сегодня. С меня выставка, все мои наборы лего и всё, что захочешь, — произнес Ибо.       — Я не собираю лего.       — Можешь продать. Наборы очень дорогие.       Сяо Чжань вздохнул.       — Мы работаем в одной компании, у нас одинаковая зарплата. Ты действительно думаешь, что я нуждаюсь в деньгах?       — Прости, но лего — это больше, чем деньги. Лего — это хобби. Лего — это жизнь. Если бы за сбор лего платили, я стал бы миллионером, — последние слова Ибо прошептал.       — Ты такой ребенок, — рассмеялся Сяо Чжань.       — Ну и что? Делаю то, что нравится. Кто меня осудит?       — Никто не собирается тебя осуждать, — улыбнулся Сяо Чжань.       — Что ж. До понедельника? — в ответ улыбнулся Ибо, щуря глаза от теплых лучей заходящего солнца.       — До понедельника. Дорогой, — добавил Сяо Чжань с усмешкой.       Они рассмеялись, стукнули кулаками на прощание и разошлись в разные стороны.              

***

      Утро понедельника началось для Сяо Чжаня непривычно тяжело. Вместо обычных пяти минут, которые уходили на сборы, он вот уже полчаса сидел перед шкафом в трусах и майке, нерешительно разглаживая в руках небесного цвета рубашку. Привычная черная толстовка валялась рядом.       — Ты кретин, Сяо Чжань, — ругнулся он, глядя на свое отражение. — Какой же ты кретин.       Он быстрым движением накинул рубашку и принялся застегивать ее, пока не передумал. Следом нацепил брюки и, оглядев свой образ в зеркале, поправил очки на переносице и вышел из комнаты.       Не прошло и минуты, как он вернулся и, зло сорвав с себя ни в чем не повинную одежду, переоделся в джинсы, футболку и толстовку.       На работу он, естественно, опоздал. Точнее, пришел он вовремя, но Ибо уже был на месте. И это был действительно исторический момент: за все время, что они работали вместе, Ибо никогда не приходил раньше.       — Вау, гэгэ! — удивленно произнес он, заметив Сяо Чжаня, который спешил к своему месту.       — Что? — нахмурился Сяо Чжань, незаметно оглядывая себя. Не надел ли он рубашку поверх толстовки?       — Я боялся, что ты не придешь.       — Прям боялся? — усмехнулся Сяо Чжань.       — Ну. Думал, после субботы ты уволишься.       — Позволь мне повторить: какое у тебя самомнение, Ван Ибо.       — Какое есть, — легко ответил Ибо, покачиваясь в кресле. — Почему опоздал?       — Кормил кошку друга, — ехидно ответил Сяо Чжань, включая компьютер, придвигаясь ближе к столу, настраиваясь на рабочий лад.       — Ха-ха. Когда-нибудь помру со смеху от твоих шуток, — спокойно ответил Ибо, разглядывая лицо Сяо Чжаня.       Даже приехав раньше и даже дождавшись своего коллегу, успокоившись, что тот не уволился за выходные, Ибо не спешил приступать к работе. Он глядел на идеальный профиль Сяо Чжаня, на то, как очки аккуратно сидят на переносице и поблескивают в свете экрана.       — Что… почему ты смотришь? — удивился Сяо Чжань, заметив, что Ибо со своего места гипнотизирует его.       — Гэ, почему ты носишь очки? — спросил он и подъехал на кресле ближе.       — Потому что плохо вижу, разве не очевидно? — ответил Сяо Чжань и замер, потому что Ибо аккуратно снял очки и оценивающе поглядел в его глаза, находясь слишком близко. Опасно близко.       — Линзы. В субботу ты был в линзах?       — Нет, шел наощупь, — ответил Сяо Чжань, парализованный внезапным прикосновением.       — А ночью ориентируешься на тепло?       — Как змея?       — Не знаю. Чжань-гэ — змея?       — Вряд ли. Скорее близорукий кролик.       Ибо тихо рассмеялся и вернул очки на место.       — Тебе красиво без очков.       — Спасибо, дорогой, — усмехнулся Сяо Чжань, поспешно отворачиваясь к компьютеру и прячась в капюшон.       — Не, ты и в очках красавчик! Просто непривычно.       — Я понял, Ибо.       — Ты уже шутишь, гэ. Это хороший знак, — между делом заметил Ибо, поглядывая на соседа.       — Я всегда шучу.       — Шутишь над субботним происшествием.       — Даже не думай, Ибо. Я не поеду.       — Я понял, понял. Просто не знаю, что делать.       — Выдумай нового парня? — предложил Сяо Чжань.       — Да ну. Я ж не вертихвостка какая-то.       — Тогда скажи, что я тебя бросил. Скажи, что я злобный завистливый говнюк. Они всё равно никогда меня не увидят!       — Нет, гэ, не хочу так говорить про тебя, хоть ты и ненастоящий бойфренд.       — Тогда… просто откажись от поездки?       Ибо вздохнул, покачиваясь на кресле.       — Я должен ехать. Это, как бы сказать, тимбилдинг. Не поеду я, не поедет никто.       — Ты их лидер?       — Ну типа того, не знаю. Но эта Шумэй… Вот же… Угораздило же ее вернуться.       — Всегда будет кто-то типа нее.       — У тебя есть такая подружка? — тут же спросил Ибо.       — Есть друг. Такой, знаешь, приставучий.       — Ммм, не повезло. А, это ты про меня, что ли? — догадался Ибо.       — Ну, — усмехнулся Сяо Чжань и, повернувшись, заметил: — Ибо, вряд ли она отступится. Тут надо брать искренностью. Она слушает тебя, а сама ждет подвох. Не важно, сколько фактов ты обо мне знаешь, главное, как смотришь…       — А как надо смотреть? — спросил Ибо.       Сяо Чжань уложил подбородок на сплетенные пальцы и проговорил:       — Так, чтобы все вопросы и слова вылетели из головы. Чтобы ты забыл, где находишься и кто тебя окружает. Чтобы реальность перестала существовать, чтобы в целом мире был ты и…       — …лего, — мечтательно продолжил Ибо.       — Чего? — переспросил Сяо Чжань, выглянув из капюшона, а затем расхохотался. — Дурак.       — Просто чувство знакомое, гэ.       Сяо Чжань с улыбкой откинулся в кресле, покачиваясь в разные стороны. Работа не шла, зато в голову лезли разные мысли. Неправильные, иррациональные, мысли из разряда «А не сотворить ли мне херню?»       — Дорого? — спросил Сяо Чжань.       — Бесплатно, — тут же ответил Ибо.       — В каком смысле?       — Для тебя все бесплатно, гэ.       — Ибо.       — Да если ты поедешь, я буду тебе постель застилать, завтрак приносить! Готовить вряд ли, но могу мыть посуду! Чжань-гэ, только скажи… — с мольбой и робкой надеждой произнес Ибо.       — Я не знаю.       — Гэгэ!       — Не знаю, Ибо, правда, — покачал головой Сяо Чжань.       — Там круто! Природа охрененная, дом обалденный, озеро… В общем, Чжань-гэ, поехали!       — Притворяться твоим геем не так уж и сложно, — задумчиво произнес Сяо Чжань.       — Да у тебя талант! Целоваться там не любишь и все дела — как ловко ты отвечал на вопросы!       — Просто я, в отличие от тебя, готовился.       — И выглядел просто… Гэгэ. Очень-очень круто. У меня даже началась, как это называется, гей-паника…       — Прекрати, а? — ответил из капюшона Сяо Чжань.       — Да не только у меня. Фан Юй все воскресенье мне строчил про тебя сообщения.       — Я тебя стукну, Ван Ибо! — разозлился Сяо Чжань, замахнувшись рукой.       — Можешь побить меня, мне даже приятно.       Сяо Чжань оттолкнулся от стола и подкатился к Ибо, легонько шлепнул его по руке, глядя на его реакцию.       — Ауч, — рассмеялся Ибо, пытаясь отъехать на кресле, но Сяо Чжань схватил его за руку и шлепнул снова.       Огромное пространство на седьмом этаже было занято длинными рядами широких деревянных столов, разделенных по периметру низкими перегородками. Высокие потолки были отделаны стильными деревянными рейками, в некоторых местах продолжающихся на белых стенах в качестве украшения. Работа в компании была не только престижной, но и комфортной, всё в этом месте было предусмотрено для отдыха, самореализации и желания развиваться. Однако компания взамен требовала полной отдачи в плане проектов, по этой причине сотрудники не всегда успевали пользоваться благами корпорации. В конце рабочего дня мало кто оставался, чтобы посетить тренажерный зал или посидеть в местном кафе. Работа кипела, хотя сотрудники молчали, щелкали мышками да сверкали линзами очков, и если на офис взглянуть с высоты, редко можно было заметить какое-то движение. Но сегодня два работника в самом центре зала не могли сидеть спокойно на своих креслах, постоянно приближались друг к другу, нападали по очереди.       — Шшш! Шшш, — в который раз зашипел Сяо Чжань, откатываясь к своему столу, хватая мышку.       — Ты это начал, гэгэ! — тихонько смеялся Ибо, поглядывая на друга, который искусно притворялся вовлеченным в рабочий процесс.       Из-за перегородки на них начали бросать недовольные взгляды, потому что в этот раз общительные парни превзошли сами себя.       — Сейчас босс придет и выставит нас отсюда. И никакой тебе поездки.       — У меня богатый папа, думаю, он не бросит своего сына. И его парня.       — Ван Ибо! Хватит так говорить! — зашипел Сяо Чжань.       — У меня самый красивый бойфренд, может, я хочу похвастаться? — рассмеялся Ибо.       — Я не твой парень, — закатил глаза Сяо Чжань.       — Ааа, я слишком хорош для тебя? — довольно улыбнулся Ибо.       — Ну уж таких самовлюбленных у меня точно не было, — покачал головой Сяо Чжань.       — А какие были?       Сяо Чжань услышал любопытный голос Ибо и, не отрывая взгляда от компьютера, попытался вспомнить, что он только что сказал. Что мог подумать Ибо, что у него были парни? Или он сказал что-то отстраненное? Сяо Чжань промолчал, и тогда Ибо подкатился ближе и улегся на стол, так, что рука почти касалась его руки.       — Какой он, идеальный партнер Сяо Чжаня?       — Идеальных партнеров не существует. Достаточно, чтобы она была понимающей и… забавной.       Это было правдой. Сяо Чжань вспомнил единственную девчонку, с которой встречался еще в старшей школе. Она была миловидной, с большими наивными глазами, но главное, она быстро поняла сбивчивую речь Сяо Чжаня и легко отпустила его после признания.       — Она? — озадачился Ибо.       — Разве мы говорим не о девушках? — спросил Сяо Чжань, бросив беглый взгляд на друга.       — Ну… конечно.       — Ван Ибо, сядь и работай. Если тебя уволят, я сдохну от скуки.       — Потому что я забавный? — довольно спросил Ибо.       Сяо Чжань закатил глаза, ничего не ответив, но Ибо, оттолкнувшись от стола, укатился к своему компьютеру. С тяжелым вздохом он все же принялся за работу.              

***

      Место, где должны были провести выходные танцоры под предводительством Хуан Цин, представляло собой большой гостевой дом, расположенный на берегу озера. Здание было не новым, немного потрепанным с фасада, однако внутреннее убранство, чистое и аккуратное, было недавно обновлено, а во внутреннем дворе располагался бассейн. Поскольку на выходные передали жару в тридцать градусов, дом был заполен посетителями, но Хуан Цин все же успела забронировать места для всех желающих.       Ван Ибо припарковался на стоянке возле отеля, выглядывая машину Сяо Чжаня, однако так ее и не увидел. Он вышел под теплое вечернее солнце и, прихватив рюкзак, поспешил к дому.       На первом этаже мини-отеля было довольно просторно, но никакой стойки администратора, никаких обозначений он не встретил, только пара диванчиков и одно кресло перед телевизором, несколько закрытых дверей и деревянная лестница, уходящая на второй этаж. Как персональный кошмар его тут же встретила Ли Шумэй, которая сидела на одном из диванов и, видимо, ждала вновь прибывших.       — Приве-е-ет, — игриво протянула девушка, изящно махнув ручкой.       — Привет. Где остальные? — спросил Ибо, оглядывая светлый холл.       — Кто тебе нужен? Я здесь.       — Ты тут работаешь, что ли? Где хотя бы тренер Хуан? Надо ж заселиться.       — Представляешь, Ван Ибо, мне достался шикарный номер с огромной… — похвасталась девушка, но тут же замолчала, уставившись за спину Ибо.       По ее взгляду и хлопнувшей входной двери он тут же догадался, в чем дело.       — Привет? — послышался немного удивленный голос Сяо Чжаня.       Ибо поспешно повернулся и встретил растерянный взгляд, лицо Сяо Чжаня с дороги выглядело немного уставшим, но он все равно легко улыбался, глядя то на Ибо, то на Шумэй, которая смотрела с прищуром.       — Привет, Чжань-гэ! — улыбнулся Ибо.       — Здравствуй, Сяо Чжань, — пропела Шумэй. — Не думала, что ты приедешь!       — Я ж говорил тебе об этом буквально вчера! — цыкнул Ибо.       — Ты много чего говоришь, но что из этого правда пока не ясно, — усмехнулась девушка. — Ну? Заселяйтесь! — скомандовала она.       — Без тебя знаем. Пойдем, гэ? Да где же Хуан Цин!       Ли Шумэй закатила глазки и подошла к Ибо, схватила его за локоть и потянула в сторону одной из закрытых дверей.       — Вон, там администратор. Она и выдаст вам ключи.       — Сразу не могла сказать? — бросил Ибо.       — Ждала твоего парня, — сладко улыбнулась девушка, хотя в глазах у нее плясали опасные огоньки.       Ибо заглянул в кабинет администратора, но, увидев, что там занято, повернулся к Сяо Чжаню. В рубашке с коротким рукавом, которая открывала изящные руки с немного потемневшими от загара кистями, в легких светлых брюках он выглядел слишком раздетым после закрытых толстовок и худи. Словно в доказательство этих мыслей, Сяо Чжань, бросив дорожную сумку на один из диванов, обхватил себя руками, как будто прятался от мира. Неловкое молчание, повисшее между троицей, нарушила Хуан Цин, спустившаяся со второго этажа.       — А вот и вы! Ибо! Сяо Чжань! — довольно протянула она, подходя ближе. — Рада, очень рада.       — Добрый вечер, тренер Хуан, — вежливо поздоровался Сяо Чжань.       — Просто Хуан Цин.       — Хорошо.       — Ибо, ты как? — поинтересовалась у своего лучшего танцора Хуан Цин. — Заселился?       — Все хорошо. Нет, мы с Чжань-гэ только пришли, только собирались взять ключи.       — Мальчики, — пропела Ли Шумэй. — Заселитесь тоже вместе? — наивно спросила она.       — Мы… — смутился Ибо, запутавшись, как врать в присутствии тренера.       — Думаю, мест на всех хватит, — ответил Сяо Чжань.       Он постарался взглядом остановить Шумэй, однако она не обращала на него внимания, продолжала:       — Тут есть двухместные номера, а есть…       — Ли Шумэй, — громко произнес Сяо Чжань. — Ты уже устроилась? Не покажешь, где здесь уборная? Хочу помыть руки с дороги.       — Конечно, — растерялась она, но позволила увести себя в сторону лестницы.       Ибо с волнением наблюдал, как Сяо Чжань что-то тихо объяснял девушке, а в это время эхом звучал голос Хуан Цин.       — …вечером тут хорошо, не будет такой жары.       — А, что? — переспросил Ибо рассеянно.       — Хочу устроить посиделки возле озера, разведем костер. Минвэй взял гитару.       — Минвэй — это… — уточнил Ибо.       — Мой парень.       — Конечно, тренер Хуан. Я на все согласен.       — Хуан Цин, сколько повторять.       Ван Ибо занимался в студии танцев около шести лет, из них Хуан Цин тренером была всего три года. И за это время она собрала вокруг себя костяк настоящих профессионалов, которые хоть и занимались в свободное от работы время, но относились к делу серьезно, регулярно участвовали в соревнованиях и концертах. Сама Хуан Цин была девушкой без возраста. Возможно, ей было двадцать, а может — сорок. Никто не знал и не спрашивал. Она была настолько же строга на тренировках, насколько отзывчива в свободное время, часто устраивала походы в кино или кафе, была сильна в организации соревнований и продвижении своей небольшой танцевальной команды. За все время существования группы состав менялся, оставались, обычно, самые сильные и увлеченные. Лу Тай, Фан Юй и Ван Ибо были «старичками», которые пришли раньше остальных и теперь были сильным примером для новеньких.       Наконец, администратор освободился, и Ибо оглянулся на Сяо Чжаня, который так и не дошел до уборной. Он сразу вернулся, услышав окрик Ибо, за ним же пришла Шумэй, которая не выглядела странно или растерянно. Она улыбалась.       Кое-как дождался Ибо момента, когда смог расспросить у Сяо Чжаня подробности.       — И?       — Что «и»? — переспросил Сяо Чжань.       — О чем болтали? — допытывался Ибо, стоя в дверях номера своего друга.       Он наскоро забросил рюкзак в свою комнату, толком не разглядев ее, и тут же зашел в соседнюю, где расположился Сяо Чжань.       — Уже ревнуешь, дорогой?       — Ха-ха. Я серьезно, Чжань-гэ?       Чистенький номер с белыми стенами и огромными пластиковыми окнами, завешенными светло-серыми шторами, был снабжен простеньким кондиционером и небольшим санузлом. Сяо Чжань с любопытством оглядывал свое временное жилище с одной кроватью. Для экономии средств они с Ибо действительно могли заселиться в двухместный номер, но еще в офисе договорились, что это будет неестественно, как будто они слишком стараются.       — Сказал твоей Ли Шумэй, что геи, если она не в курсе, не привыкли вести себя настолько открыто. Попросил ее не кричать направо и налево, что мы встречаемся.       — А она?       — Извинилась, — пожал плечами Сяо Чжань.       — Она поверила тебе? — изумился Ибо.       — В смысле?       — Ну… она извинилась, как будто поверила.       — Не знаю, возможно.       — И она не «моя», — вспомнил Ибо.       — Зря ты так. Может, стоило попробовать?       Ибо оторвался от двери, которую подпирал все это время, и прошел к окну. Оттуда открывался изумительный вид на каменистый берег озера, заросший высоким ивняком. Солнце нависло над водной гладью и готово было опуститься, окрасив поверхность малиновым. Горизонт постепенно растворялся в прозрачной фиолетовой дымке, и Ибо тут же вспомнил слова Хуан Цин о том, как здорово будет разжечь костер на берегу.       — Нет, гэгэ. Не люблю таких навязчивых, — наконец ответил он, завороженный розовым закатом.       — Каких же ты любишь? Какая она, идеальная девушка Ван Ибо? — спросил Сяо Чжань, усевшись на застеленную кровать. Он глядел в спину своего друга, вдруг осознав, что они уже второй раз видятся за пределами офиса и корпоративной стоянки.       — Я люблю добиваться сам. Что? — спросил Ибо, услышав за спиной тихую усмешку.       — Ничего.       — Нет, договаривай! — Ибо повернулся и оперся о подоконник, глядя на Сяо Чжаня.       — Бедные те девушки, которые имели неосторожность влюбиться в тебя первыми.       — Почему?       — Ведь у них совершенно не было шанса, — пожал плечами Сяо Чжань.       — Да нет, гэ… ты не так понял! Просто…       — Просто с ними тебе неинтересно?       — Вовсе нет! — нахмурился Ибо.       Он попытался вспомнить, были у него девушки, которые первыми показали свой интерес. Но это казалось противоестественным: девчонки никогда не делали первый шаг. Кроме Ли Шумэй.       — Ибо, я не осуждаю! Каждому свое. Я, например, не против дать шанс тому, кто первым проявил инициативу.       — Вот! — просиял Ибо. — Поэтому мы вместе!       — Не понял?       — Мы идеальная пара: я подкатил, ты дал мне шанс!       Сяо Чжань откинулся на локтях и пристально поглядел на своего парня.       — Ты в курсе, что это всё понарошку? — спросил он ровно.       — Ай! При Шумэй не ляпни! — шикнул Ибо.       — Дурак, — покачал головой Сяо Чжань и улыбнулся.              Солнце уже село за горизонт, когда небольшая шумная компания расположилась возле озера. Все здесь было обустроено для посиделок: кострище обложено кирпичами, а для сидения уложены толстые обтесанные бревна.       Вопреки ожиданиям Сяо Чжаня, который думал, что гостевой дом будет отрезан от цивилизации, рядом находилось небольшое поселение с магазином и кафе, в котором в основном питались постояльцы, если не готовили на общей кухне. В местном магазине ребята закупились пивом и закусками и теперь шумно усаживались вокруг яркого костра, который развел Минвэй, парень Хуан Цин.       Компания собралась неожиданно большая: двое танцоров взяли на отдых своих девушек, Лу Тай, Фан Юй, Ли Шумэй и еще двое молоденьких парней были сами по себе, Хуан Цин пригласила бойфренда, а Ибо — друга.       — Сколько лет тренеру Хуан? — тихо спросил Сяо Чжань, наклонившись к Ибо.       Они оба сидели на одном бревне, грея руки у костра, поскольку температура к ночи резко опустилась.       — Понятия не имею, — пожал плечами Ибо. — Самому интересно.       — Не пробовали спросить?       — А может кто и спрашивал, но я не помню.       Парни наблюдали за всегда сильной Хуан Цин, за тем, как Минвэй не позволял ей ничего делать. Он подавал ей закуски, открыл бутылку пива, накинул на плечи принесенный плед.       — Теперь мне кажется, она младше тебя, гэ, — прошептал Ибо.       Сяо Чжань только протянул ладонь, чтобы отбить в знак согласия.       — Сыграй что-нибудь, Минвэй, — попросила Ли Шумэй со своего места. Она расположилась рядом с Лу Таем, спихнув его ближе ко второму товарищу.       — Сейчас, сейчас, — улыбнулся Минвэй, усевшись, наконец, рядом со своей раскрасневшейся от костра девушкой. Он расчехлил акустическую гитару и проверил настрой, взял пару обычных аккордов на пробу, а затем начал играть, перебирая пальцами, красивую классическую мелодию. Ребята в это время потягивали пиво, девушки прижимались к своим бойфрендам.       Шумэй со своего бревна сверлила взглядом Ван Ибо. Завидев эти искры, Ибо хотел залезть к Сяо Чжаню на коленки или хотя бы прижаться, как остальные девушки, но сдержался только потому, что Сяо Чжань предупредил Шумэй, что кидаться друг на друга в присутствии посторонних они не будут. Как бы там ни было, он все же повернул колени в сторону Сяо Чжаня, обозначая свой интерес.       — Тебе нравится? — тихонько спросил Ибо.       — Да. Конечно нравится. Я приятно удивлен.       — Правда? Ты думал, что мы только танцевать умеем?       Сяо Чжань рассмеялся:       — Я правда думал, что вы поставите колонки и будете танцевать.       — Мы… планировали сделать это завтра, — признался Ибо.       Они оба рассмеялись, пытаясь не привлекать внимание, однако Шумэй, которая только и следила за ними, тут же спросила:       — Что смешного?       — И всё-то тебе интересно, — цыкнул Ибо.       — Конечно, тоже хочу посмеяться!       — А недавно хотела послушать гитару, — вставил слово Лу Тай, сидевший рядом, и тут же съежился от грозного взгляда.       Однако Шумэй выпрямилась и правда сделала вид, что внимательно слушает Минвэя, хотя сама следила за Ван Ибо и его притихшим парнем.       Сяо Чжань снова прятался в толстовку, которую надел к вечеру, чтобы не замерзнуть. В его очках с черной оправой отражались оранжевые блики костра, он глядел на огонь и слушал мелодию, которая мягко лилась, не заглушаемая ничем: ни ветром, ни шумом высокой травы, ни тихими переговорами ребят вокруг костра. Это был один из тех моментов, в реальность которых тяжело поверить, когда возвращаешься в свою привычную жизнь, поэтому Сяо Чжань растворялся в мелодии, наслаждался каждым ее поворотом. Молчаливый Ибо льнул к нему с другого бока, практически сместив Сяо Чжаня к краю бревна. Он тоже думал, только его мысли были слишком неоформленными, расплывчатыми, больше похожими на догадки, чем на конкретные факты.       — Ну, что-то вы совсем приуныли, — вдруг рассмеялся Минвэй.       Сяо Чжань не сразу понял, что музыка прекратилась.       — Очень красиво! — искренне похвалил он игру Минвэя.       — Спасибо! Может, во что-нибудь сыграем? Или Хуан Цин расскажет страшные истории?       — Да!       — Давайте истории!       — Обожаю страшилки!       — Я против!       Последние слова произнес Ибо, который изумленно оглядывал друзей.       — Не бойся, Ибо, это не страшилки даже, а рассказы моей подруги, которая владеет домом, — успокоила Хуан Цин, однако Ибо напрягся еще больше:       — Так это было на самом деле?! Я не хочу это слышать!       — А знаете, я тоже не уверена, что хочу знать тайны этого места… — неожиданно произнесла Ли Шумэй. — Ван Ибо, может, пойдем в дом? Телевизор посмотрим?       — Я… Знаешь, не хочу отрываться от коллектива, — пробурчал Ибо. Нахождение наедине с Ли Шумэй пугало его еще больше.       О своем решении он пожалел сразу. Его бравый настрой улетучился мгновенно, стоило Хуан Цин начать рассказ со слов: «Однажды ночью к отелю подошли две девочки лет пяти-шести». Ван Ибо натурально дрожал от страха, слушая, что девочки, которых владелица гостевого дома по доброте впустила на порог, бесследно пропали на следующее утро, а дверь номера была заперта изнутри. И ни полиция, ни живущие в поселении люди так и не нашли их следов.       — Говорят, их иногда видят вечером, когда над озером занимается особо розовый закат, они играют в высокой траве. Я и сама пару раз слышала детский смех и шум в зарослях, когда прогуливалась по берегу.       — Блять, зачем так страшно?! — испуганно воскликнул Ибо, вцепившись в рукав теплой толстовки своего соседа.       Сидящие вокруг костра ребята дружно захохотали, но даже этот веселый смех не мог вселить спокойствие. Ибо постоянно оглядывался назад, в темноту. Ему мерещилось движение и слышался противоестественный шорох.       — Это вообще не страшно. Так, детская сказочка, — вставила Ли Шумэй, которая, судя по всему, и не собиралась трястись от страха. — В детстве мне бабушка рассказывала историю…       — Бабушки всегда рассказывают что-то страшное, — тихонько буркнул Ибо, на что Сяо Чжань так же тихо рассмеялся.       — Так вот, бабушка жила в очень старом доме. Как-то раз она вышла на крыльцо и увидела веник.       — Бляяять, — прошептал Ибо, совсем прижавшись к Сяо Чжаню.       — Так страшно? — тихо спросил он.       — О-о-очень. Ничего, что я в тебя вцепился?       — Ничего. Кто ж знал, что ты такой трусишка.       — Я ненавижу страшные истории! — признался Ибо. — Я даже свет не выключаю, когда сплю.       — И как же ты живешь один в своей квартире? — усмехнулся Сяо Чжань.       — Так я не слушаю страшилки и живу спокойно! А теперь…       — …она, конечно же, взяла веник себе. Хороший добротный веник никогда не помешает в доме, так она сказала, — продолжала Шумэй жутким голосом. — Дело было вечером, но ей страсть как захотелось убраться в квартире. И эта мысль как будто была чужой, как будто не принадлежала ей. Она просто начала мести пол. И во-о-от… — Ли Шумэй для эффекта обвела всех устрашающим взглядом. — Слышит она шум у входной двери. Поднимает глаза и видит… себя! Но как будто со стороны: она входит в дом с тем самым веником. От страха бабушка попятилась назад, но призрак не исчез, а, наоборот, уверенно двинулся на нее. Бабушка, чуть живая от страха, кинулась к двери и выскочила на улицу. Как она миновала своего двойника, не поняла, только почувствовала жуткий холод, который обжег все тело. Выбежав на улицу, она зашвырнула веник куда подальше, за ворота, не очень соображая, куда он упадет. Ей казалось, что веник этот черный, нечистый. Отдышавшись немного, она вернулась домой, но, открыв дверь, ее парализовал страх: там, в комнате она увидела… себя. Она снова мела пол…       Ли Шумэй закончила свою байку и обвела всех довольным взглядом.       — А потом она проснулась, — закончил Сяо Чжань, и все, кроме Шумэй и Ван Ибо, рассмеялись.       — Это правда, бабушка много историй рассказывала, — ничуть не смутившись, ответила девушка.       — Может, хватит историй? — взмолился Ибо. — Что, нет ничего смешного?       — Сяо Чжань, расскажешь что-нибудь? — спросила Хуан Цин, которая улеглась на плечо своего парня.       — Я в этом плох, — пожал плечами Сяо Чжань.       — Вы с Ибо постоянно ржете, — заметил Фан Юй, и Лу Тай согласно кивнул. — По его словам, ты знаешь много приколов.       — Ладно-ладно, есть одна история. Слушайте, — усмехнулся Сяо Чжань. — У моего друга жили кошка и маленькая белая мышка. Жили дружно, душа в душу, но однажды мышка умерла. Кошка очень тосковала, грустно шаталась по квартире, искала ее повсюду, поэтому растроганный друг купил новую мышку. И что вы думаете? Кошка сожрала ее и продолжила тосковать по старой.       Над костром взорвался дружный хохот.       — Это та самая кошка, за которой ты присматриваешь? — со смехом спросил Лу Тай.       — Что? — переспросил Сяо Чжань. — А… Н-нет, другая, у меня много знакомых кошек.       — Расскажи что-нибудь про Ибо! Ведь у тебя всяко есть смешные истории? — попросил второй товарищ, Фан Юй.       — Про Ибо? — задумался Сяо Чжань. — Да нет ничего смешного. Разве что…       — Эй, что это ты вспомнил? — немного взволнованно спросил Ибо.       — Ну… Это не смешно, а, скорее, забавно.       — Пожалуйста, умоляем, расскажи! — нетерпеливо заговорили ребята.       Сяо Чжань вопросительно поглядел на Ван Ибо, молча выпрашивая разрешения на рассказ и, увидев взгляд, полный обреченного смирения, произнес:       — Когда Ибо только-только устроился в компанию, мы не сразу подружились. Ровно неделю мы друг друга ненавидели.       — Правда? — улыбнулась Хуан Цин. — Интересно.       — Да просто не поняли друг друга, — поправил Ибо.       — Я к тому, что мы не дружили.       — Да, но ведь потом подружились! — не унимался Ибо.       — Ай, ты дашь рассказать или нет?       — Ты все переврешь.       — Уж получше тебя расскажу, — ответил Сяо Чжань, легонько пихнув Ибо локтем. — Дело в том, что я привык работать в наушниках, маленьких беспроводных наушниках, а сверху надевать капюшон. Работа у нас кропотливая, требует внимания, поэтому почти все изолируются как могут. Так вот! Сижу я, значит, гляжу в монитор. Глаза слезятся, спина затекла, позвоночник не гнется. Решил я немного размяться, потянуться и чуть со стула не упал: за соседним столом, который пустовал неделю, кто-то сидел. Парень. И этот парень, кажется, люто ненавидел меня. Возможно, когда-то я сидел с его кошкой, и она сбежала, не знаю, — пожал плечами Сяо Чжань. — Я ведь не дурак, первый разговаривать с ним не стал. Периодически поглядывал в его сторону и на всякий случай боялся.       — Неделю, — усмехнулся Ибо.       — Терпел этот хмурый парень ровно неделю, а потом, в тот самый четверг, пришел. Я поворачиваюсь и вижу: на меня надвигается буря. Ибо быстро пересек зал и подошел ко мне вплотную. Смотрю, — я ничего не слышал, в наушниках был, — а он жестикулирует, ругается, хмурится. Я дрожащей рукой вынимаю наушник и слышу: «Да в чем твоя проблема?!» И смотрит на меня так отчаянно. Я говорю: «Это Вы мне?» Тебе, отвечает, тебе. «Какого хера молчишь?!»       Ибо со своего места рассмеялся и закрыл руками лицо, а Сяо Чжань продолжил, глядя на него:       — Оказывается, в свой первый рабочий день он минут десять со мной разговаривал, душу изливал, а я никак не реагировал. Еще и отворачивался в самые трогательные моменты, как будто нарочно. С тех пор я наушники не надеваю, — подытожил Сяо Чжань.       — Эм, Ван Ибо, разве не ты на тренировке всегда в наушниках? До тебя ж невозможно докричаться, пока не встанешь перед твоим носом! Даже и это не всегда помогает, — заметил Лу Тай.       — Да что ты? — рассмеялся Сяо Чжань, поворачиваясь к Ибо.       — Ну… Что в этом такого?       — Я год не надевал наушники!!!       — Заметь, я тоже! — в свое оправдание произнес Ибо.       Сяо Чжань легонько толкнул его плечом, улыбаясь своим мыслям. Он вспомнил тот первый день, когда увидел нового сотрудника, молодого симпатичного парня, пусть и сердитого, от этого общее впечатление не становилось хуже. А затем их первый разговор, в котором они выяснили все недопонимания. Они не подружились мгновенно, но именно в тот четверг Ван Ибо силой потащил его в столовую. И на следующий день. И сейчас Сяо Чжань не мог припомнить, было ли когда-то время «без Ибо».       Со своего места подала голос Ли Шумэй, которая без особого интереса слушала рассказ Сяо Чжаня.       — Ван Ибо, может, расскажешь что-нибудь интересное про своего коллегу? Уверена, есть что-то смешное! Может… нелепое? — добавила она невинно.       — Нет, — Ибо отрицательно покачал головой. — Про Чжань-гэ таких историй нет. Абсолютно идеальный. Ответственный, аккуратный, пунктуальный.       — Ты рекомендацию ему составляешь? — с легким недовольством спросила Шумэй.       — Да нечего рассказывать! Кроме той первой истории ничего такого не было, — честно ответил Ибо.       Он тоже немного погрузился в воспоминания тех дней, когда они только познакомились. Для него было естественно то, что они постоянно общались, разговаривали. Ибо не задумывался, что было с Сяо Чжанем до того, как он пришел в компанию. Как он жил без Ибо? Как сам Ибо жил без Сяо Чжаня? Он так привык, что они существовали в одном пространстве, они с Сяо Чжанем были друг у друга.       Неожиданно в голове всплыл вопрос: кто, в конце концов, те парни, которые часто появлялись в конце рабочего дня и забирали его любимого коллегу? И всякий раз Сяо Чжань улыбался, отбивал кулак на прощание и уходил.       Костер плясал высокими языками, потрескивал, благодарно облизывал новые дрова, которые подбрасывал Минвэй. Ибо повернулся и поглядел на Сяо Чжаня, на его красивый профиль. Идеальный профиль. Слишком красивый для натурала, вспомнил Ибо свои же слова. В ответ на этот пристальный взгляд Сяо Чжань только моргнул невпопад, но не повернулся. В его очках блестели оранжевые всполохи, а щеки немного раскраснелись от жара. Ибо глядел на друга, как будто впервые видел. У него были гладкие полные губы, а под нижней темнела маленькая родинка. Мелочь, разве раньше Ибо обращал на подобное внимание? Он перевел взгляд на руки, которые Сяо Чжань уложил на колени и рассеянно подставлял костру, как будто до сих пор не мог согреться. Желание взять его за руку было почти осязаемым.       — Разве вы не учились вместе? — донесся сквозь туман голос одного из ребят.       — Нет, — усмехнулся Сяо Чжань. — Когда я закончил учебу, Ибо только сдавал экзамены в школе.       — Что?!       — Не может быть!       — Разве вы не одного возраста?       — Не-а, — улыбнулся Сяо Чжань, взглянув, наконец, на Ибо. — Между нами пропасть в шесть лет.       — Ах вот оно что? — возмутился Ибо. — Пропасть? А кто говорил, что со мной разница в возрасте совсем не чувствуется?       — Не знаю, не помню такого, — покачал головой Сяо Чжань и рассмеялся, получив тычки в плечо от Ибо.       Время перевалило за полночь, когда компания, наконец, вернулась в дом. За разговорами и пивом время пролетело быстро, успели обсудить не только друга Ван Ибо, но и смешные истории из жизни танцевальной студии, коих за это время накопилось немало. Сяо Чжань к концу ночных посиделок не чувствовал себя чужим, выучив всех по именам, а узнав обо всех курьезных случаях, ребята тут же стали ближе.       И теперь они весело возвращались в свои номера, озябшие и пропахшие дымом костра.       — Гэ, ты веришь во все эти страшные истории? — внезапно спросил Ибо, когда они с Сяо Чжанем шли по этажу, освещаемому тусклыми лампами.       — Ну… Конечно верю. Должны же они на чем-то основываться?       Ибо в ступоре остановился, глядя на друга испуганными глазами.       — И в девочек веришь? — спросил Ибо, вжав голову в плечи.       — Верю. Призраки — это не такая уж и редкость, — спокойно ответил Сяо Чжань, но тут же рассмеялся, видя чистый страх в глазах Ибо. — Да шучу я! Не верю я в призраков! Собаки в кустах, галлюцинации или настоящие криминальные истории — вот в это верю.       — Чжань-гэ! Я теперь не засну!       — Ну, — продолжал смеяться Сяо Чжань, остановившись возле своего номера, — включи наушники и спи с музыкой.       — Брось, разве остановят наушники девочек и бабку с веником? — проговорил Ибо, оглядываясь по сторонам, как будто призраки только и ждут, чтобы выскочить из-за угла.       — Нет, но…       В это время вместо приведения в коридоре появилась Ли Шумэй, которая остановилась, заинтересованно глядя на парочку.       — Ну? — грубовато спросил Ибо, сложив руки на груди.       — Спокойной ночи, мальчики, — проговорила Шумэй с усмешкой.       — Спокойной ночи, — передразнил ее Ибо и подтолкнул Сяо Чжаня к двери.       Он попытался бровями показать, что нужно зайти в номер, но Сяо Чжань молча вопрошал, чего он хочет.       — Заходи в номер, — сдавленно произнес Ибо.       — Чего?       — В номер, говорю, заходи! — процедил Ибо более понятно.       Сяо Чжань зашел внутрь и пропустил друга. Закрыл дверь и уставился на него вопросительно.       — Ты чего? — спросил он, наконец, пока Ибо прислушивался к звукам снаружи.       — Того! Там Шумэй.       — И? Видел!       — Она же смотрела на нас! — объяснил Ван Ибо.       — Видел! Причем здесь я и мой номер?       — Так мы же встречаемся, не забыл? — ответил Ибо, закатив глаза.       — Мы не встречаемся, Ван Ибо! А это, — Сяо Чжань обвел рукой всего Ибо в своем номере, — уже лишнее.       — Гэгэ, я просто постою немного и уйду.       Сяо Чжань зло выдохнул и отправился к шкафу, в который бросил дорожную сумку.       — Вообще-то я планировал помыться и ложиться спать, — недовольно ответил он.       — Мойся, я не против.       — Вот спасибо! Как будто я спрашивал разрешения!       — Гэ… ну пожалуйста! — жалобно попросил Ибо.       — Что я слышу? Ты решил спросить?       — Ну да. Я ж не думал, что ты откажешься.       Сяо Чжань покачал головой, выуживая домашнее полотенце и шампунь. Хотя его сильно клонило в сон, он хотел смыть с волос запах костра.       — Ван Ибо, я засекаю десять минут, после чего ты идешь в свой номер, — твердо сказал Сяо Чжань, сложив руки на груди. Шампунь и полотенце мешали, но он не выпускал их из рук, чтобы не передумать.       — Спасибо, гэгэ, золотой человек! Не знаю, что бы я без тебя делал!       — Давно бы сказал правду своей Шумэй и жил бы спокойно.       Ибо тихо подошел к кровати и спросил несмело:       — Можно присесть?       — Садись.       Ибо сначала осторожно, а затем по-свойски улегся на одну половину кровати, заложив руки за голову.       — Ван Ибо, — зло выдохнул Сяо Чжань.       — Да ты ложись!       Сяо Чжань обреченно прилег на кровать, вцепившись руками в банку шампуня и свое махровое полотенце.       — Ибо, ты же понимаешь, что это не сработает?       — Не будет же она всю ночь нас караулить?       — Я не про это. Шумэй не отступится. Либо она тебя раскусила, либо она из тех, кто не успокоится, пока не добьется своего.       Ибо на это только зевнул и отмахнулся:       — Из студии я уходить не собираюсь. Так что…       — Что?       — Придется ей поверить.       — Я не всегда буду рядом.       — Нет? — удивился Ибо.       — Нет! — возмутился Сяо Чжань. — Так что выдумывай себе другого парня. И желательно искать того, кто любит лего.       — Да уж. Тебя так сложно, — Ибо сладко зевнул во весь рот, — подкупить.       Сяо Чжань подхватил зевоту, затыкая рот полотенцем, а затем прикрыл глаза, планируя открыть их через секунду. Ибо что-то рассказывал про выставку и отца, про недооцененность лего и сложности выбора в огромном магазине, но Сяо Чжань уже спал, не выпуская из рук полотенце и шампунь.              

***

      Ван Ибо проснулся по привычке рано, часов в семь, судя по часам на телефоне. Он огляделся, обшаривая комнату сонным взглядом. Вчера ему показалось, что номер выглядел несколько иначе, но он не придал этому значения, встал с кровати, чтобы найти, во что переодеться. И только открыв шкаф и обнаружив там чужую сумку, он вспомнил, что заснул в комнате Сяо Чжаня. Тут же до него донесся шум воды из душевой. Ибо попятился к выходу, боясь, что Сяо Чжань, как только выйдет, начнет бранить его за то, что он случайно без разрешения переночевал в его номере. Он на цыпочках вышел в коридор, нос к носу столкнувшись с Ли Шумэй, которая как будто ждала его возле двери.       — Ты всю ночь тут торчала? — вместо приветствия буркнул Ибо, у которого от испуга чуть не выскочило сердце.       — Вот еще, — усмехнулась девушка. — А ты всегда уходишь от своего «парня» как преступник?       — Нет. С чего ты взяла? Просто он спит, не хочу его будить, — на ходу выдумал Ибо.       — Ясненько. Если будет одиноко, присоединяйся, мы идем в кафе на завтрак.       — С чего это мне будет одиноко? Вовсе мне не одиноко.       — Я буду не одна, если ты боишься. Лу Тай и Фан Юй уже внизу. Так что, — пожала она плечами и, вскинув подбородок, ушла прочь в сторону лестницы.       — Одиноко, — тихонько передразнил ее Ибо, направляясь к себе. — И друзей моих переманила. Будет смешно, если она захапает и Чжань-гэ.       Но Сяо Чжаня никто не захапал, даже и сам Ибо. После совместной ночи, парень неохотно выходил на связь: на завтрак не пошел, написал только, что хочет прогуляться в одиночестве. Настойчивый Ибо, чувствуя, что где-то перегнул палку, хоть и не мог понять, где именно, писал ему все утро, получая в ответ лишь ничего.       За завтраком в маленькой местной кафешке, в которую Ибо все же отправился вместе с Хуан Цин и Минвэем, сидя за столом, он нервно дергал ногой. Каждые пять секунд он заглядывал в телефон, гадая, прочитал ли его последнее сообщение Сяо Чжань или нет. И еще, Ибо стало казаться, что он тоскует, когда долго не видит своего бойфренда, но возможно, это была аллергия на свежий воздух.       — Сяо Чжань обиделся? — догадалась проницательная Хуан Цин, поглядывая на своего лучшего танцора, который вместо завтрака сгрыз почти все ногти на обеих руках.       — Не знаю, — пожал плечами Ибо. — Ты думаешь? Думаешь, вчера я что-то ляпнул?       — Откуда же мне знать, — рассмеялась девушка. — Мне кажется, мы все напали на него с расспросами, а он не похож на человека, который легко открывается перед незнакомцами.       — Мда… — протянул Ибо. — Я дурак.       Он тут же схватил телефон, чтобы напечатать очередное извинение, но Хуан Цин остановила его:       — Да погоди ты! Он поймет, что ты его с кем-то обсуждал. Это еще хуже.       — Да? Блять, это так сложно, — вздохнул Ибо.       — Отношения — это всегда сложно, — усмехнулась Хуан Цин.       Ибо удивленно оторвался от телефона и поглядел на тренера. Несколько секунд он пытался вспомнить, когда успел соврать и ей.       — Мы не встречаемся, — осторожно ответил Ибо, глядя то на Хуан Цин, то на улыбающегося Минвэя.       — Как скажешь!       — Помню, я тоже отрицал очевидное, — рассмеялся Минвэй, приобняв свою девушку за плечи.       — Когда считал, что мы не живем вместе? — спросила Хуан Цин.       — Ага. Мне понадобился месяц, чтобы это понять. И парочка друзей, которые открыли на это глаза, — захохотал Минвэй.       — Но ты не жалеешь, милый?       — Нет! Когда первый страх прошел, и я смирился, что моя холостяцкая квартира больше мне не принадлежит, я, наконец, испытал радость.       Они засмеялись, а Ибо вымученно улыбнулся. Он видел перед собой другую Хуан Цин. Всегда строгая, инициативная, волевая, она сидела сейчас в обнимку с парнем, глядела на него нежно, даже ее голос звучал незнакомо, слишком мягко. И он смог обмануть этих людей? Смог ввести их в заблуждение? Запутавшись в своей маленькой лжи, Ибо уже не понимал, когда он говорил правду, а когда играл. И почему сейчас злился Сяо Чжань? Меньше всего Ибо хотел сделать ему больно.       После завтрака он сразу же пошел искать Сяо Чжаня: стучал в дверь номера, сбегал до озера, заглянул даже на задний двор, но так его и не нашел. Закралась ужасная мысль: Сяо Чжань уехал. Но его машина все еще была на парковке, и Ибо заметно выдохнул.       Он попробовал достучаться до Сяо Чжаня снова, ближе к обеду, когда вся компания собралась искупаться в бассейне. Температура воздуха к этому моменту разогрелась до тридцати градусов, поэтому Хуан Цин предложила освежиться или просто позагорать, воспользовавшись тем, что они за городом.       Ибо, который сходил с ума в неведении, сначала просто постоял возле двери номера своего друга, прислушиваясь к звукам, а потом решительно постучал.       — Чжань-гэ, ты там? — крикнул он вдогонку.       После непродолжительной тишины дверь отворилась, и Сяо Чжань уставился на своего гостя.       — Чжань-гэ, ну наконец-то!       — Ты что-то хотел?       — Серьезно?! Гэ, ты игноришь меня целый день!       — Еще только двенадцать дня, не преувеличивай. Ты хоть знаешь значение слов «хочу побыть в одиночестве»?       — Ты… Я так не могу. Ты обиделся на меня? Так сильно обиделся? — обеспокоенно спросил Ибо.       — Что за глупость.       — Не глупость. Даже Хуан Цин так подумала.       — Хм.       — Впустишь?       — Решил спросить?       — Да.       — Проходи, — ответил Сяо Чжань.       Ибо осторожно зашел внутрь и огляделся: в номере ничего не поменялось, только повсюду был запах фруктового шампуня или геля для душа. То, чем неуловимо пах сам Сяо Чжань. И несмотря на утренние переживания, от которых сам Ибо был, мягко говоря, в шоке, сейчас в номере Сяо Чжаня он чувствовал себя в безопасности. Видя по-домашнему одетого Сяо Чжаня с книгой в руках, он был спокоен.       — Тебя все потеряли, — наконец проговорил Ибо, усаживаясь на постель.       — Прям все?       — Я.       — Кажется, это отлично вписывается в наш спектакль. Правда? — усмехнулся Сяо Чжань.       — Правда?       — Парочки всегда ссорятся.       — Наверное.       Ибо внимательно глядел на Сяо Чжаня, оставшегося стоять возле двери. Что-то в его образе смущало, какая-то деталь или просто мысль, касающаяся его. Ибо залип на разглядывании легких светлых штанов, которые были чуть коротковаты для таких длинных ног. Видимо, Сяо Чжань, когда вставал с кровати, подтянул их, и теперь они топорщились, натянувшись в области паха.       — Ты вообще с кем-то встречался, Ван Ибо?       — А? — рассеянно спросил Ибо, разглядывая темные складки на штанах.       — У тебя были отношения?       — Конечно были. Но после ссор мы обычно расставались.       — Чего? — переспросил Сяо Чжань.       — Зачем встречаться, если что-то не устраивает?       — Ибо!       — Разве не все так делают?       — Ван Ибо! Над отношениями надо работать! — воскликнул Сяо Чжань.       — И ты работал?       — Конечно!       — Над своими? — с сомнением спросил Ибо.       Сяо Чжань быстро пересек комнату и ударил его в плечо.       — Ауч! Это так ты строишь отношения?! Дерёшься?       — Прости-прости, я не хотел так сильно! — он тут же пожалел о своем поступке и примирительно погладил Ибо по руке.       — Чжань-гэ, я ведь не имел в виду, что ты ни с кем не встречался. Просто ты всегда говоришь, что тебе хватает друзей… — в свое оправдание ответил Ибо и замолчал. Он вдруг вспомнил свою вчерашнюю мысль, больше похожую на догадку, и, видя, как смутился Сяо Чжань, резко сменил тему: — Раз мы не расстались после ссоры, ты пойдешь поплавать в бассейне?       — Не знаю, не собирался…       — Пойдем! Все только и спрашивают у меня, где Сяо Чжань. Знаешь, это даже немного обидно, ты понравился им больше, чем я.       — Ну это вряд ли, — ответил Сяо Чжань. — Когда вы идете?       — Да прямо сейчас.       Сяо Чжань тяжело вздохнул и кивнул:       — Дай мне пять минут, я выйду.       — Хорошо, Чжань-гэ, спасибо, Чжань-гэ! — просиял Ибо и быстро вышел.              Бассейн на заднем дворе гостевого дома был врезан в землю и обложен каменной плиткой, сквозь которую проглядывала трава. Однако несмотря на это, двор был ухоженным, газон, на котором стояли пластиковые лежаки, был аккуратно подстрижен, только разросшиеся по периметру кусты и деревья создавали эффект победы природы над цивилизацией. В такую жару к бассейну спустились, кажется, все постояльцы. Сяо Чжань попятился, увидев незнакомых ему людей, но Ибо уверенно перехватил его руку и потянул за собой. Он махнул своим ребятам, которые заняли дальние лежаки под самыми тенистыми деревьями, и уверенно пошел в ту сторону.       — Ну наконец-то! — обрадовался Лу Тай, поднимаясь с лежака. — А мы вас потеряли!       — Да тут мы, тут.       — Сяо Чжань, где ты был все утро? — спросил Фан Юй.       — Ну вот, — буркнул Ибо. — Что я говорил, Чжань-гэ? Я им больше не нужен.       — Нужен-нужен, — подоспела Ли Шумэй. Ей не терпелось покрасоваться своим открытым цветастым купальником и замечательной фигурой. Она приняла самую привлекательную позу и покручивала в руках мокрые пряди. — Не хочешь искупаться?       — Конечно хочу, — ответил Ибо. — Чжань-гэ, пойдем?       Он одним движением снял длинные шорты и футболку, оставшись в обтягивающих черных плавках. Его фигура и точеный пресс тут же привлекли внимание как минимум двоих: Сяо Чжаня и Ли Шумэй. И если первый глядел украдкой, против своей воли стреляя глазами на идеальные кубики, то Шумэй даже рот приоткрыла, ощупывая Ибо взглядом с головы до ног.       — Я пас, — выдавил Сяо Чжань и заторможено нащупал ногами позади себя свободный шезлонг, чудом не упав в пустоту.       — Гэ, — попросил Ибо, но увидев, что тот настроен решительно, отступил, позволил друзьям и Шумэй увести себя к бассейну.       Сяо Чжань уселся на горячий лежак прямо в одежде, которую планировал снять, но резко передумал, увидев, какой возле бассейна аншлаг. Он открыл книгу, которую специально захватил на случай таких неловких моментов, и постарался прочитать хотя бы строчку. Он силился прочитать эту строчку весь день.       Вся компания, за исключением некоторых ребят, плескалась в воде, кажется, своим шумом они распугали всех остальных постояльцев. В маленьких колонках на столике возле входа играла заводная музыка, ребята воспользовались этим, начали танцевать прямо в воде. Сяо Чжань поверх своей книги видел, как Ли Шумэй трется возле Ибо, танцует, подняв руки над головой. Она крутилась и так и этак, вода, доходящая ей до груди, совсем не мешала двигаться, наоборот, Шумэй умудрялась игриво плескаться, не прекращая танцевать.       Сяо Чжань злился. Он закрывался книгой, глядя сквозь строчки, а потом снова выглядывал, выхватывая взглядом одного единственного человека. Ибо находился в своей среде. Веселый и компанейский, он так естественно танцевал, что засмотреться на него было делом опасным: можно было ненароком упасть в бассейн. Сяо Чжань боялся упасть даже с лежака. Солнце ласкало стройное тело Ибо, а вода украшала светлую кожу яркими ажурными бликами. И этот поистине красивый парень не сводил взгляд с оставшегося в тени Сяо Чжаня.       «Разве это не часть плана? Разве он не должен смотреть на тебя, когда рядом Ли Шумэй? Глупый, глупый, глупый Сяо Чжань», — отчаянно прогонял он в голове одну и ту же навязчивую мысль, которая подобно мигрени преследовала его с самого утра, с того самого момента, как он не обнаружил Ибо в своем номере. Чтение не смогло отвлечь его, зато та строчка, которую он пытался прочитать все утро, была напрочь переплетена с этой мыслью.       Сяо Чжань снова выглянул из своего укрытия. И вот уже настойчивая и привлекательная Ли Шумэй подплыла прямо к Ибо, не давая ему шанса глядеть куда-то кроме нее самой. Тогда Сяо Чжань не выдержал. Он аккуратно отбросил книгу на шезлонг и решительно встал, снял легкие штаны и футболку и подошел к бортику бассейна. Он щурился от яркого солнца и смотрел только на Ибо, который находился в каком-то ступоре. Сяо Чжань переступил с ноги на ногу, присел, выставил руки перед собой и усмехнувшись плавно вошел в воду. Проплыв немного, он вынырнул и огляделся над водой. Ребята радостно приветствовали его, а Ибо, словно статуя, застыл, омываемый блестящими прозрачными волнами.       — Сяо Чжань! Пойдем к нам! — подозвал Фан Юй, хотя тот и так был рядом.       — Только танцевать не заставляйте, — засмеялся он, убирая мокрую челку со лба.       — Может, поиграем в мяч? Типа водное поло, только без сетки и без правил? — предложил Лу Тай, радостно оглядывая товарищей.       — Давайте, — согласилась Ли Шумэй. — Я в защите!       — Я на воротах!       — А я нападающий. Чжань-гэ?       — А я — пас.       Все повернулись в сторону Сяо Чжаня.       — Почему? Давай, весело будет! — попросил Лу Тай.       — Я хотел освежиться, а играть в игры… — Сяо Чжань мотнул головой.       — Ну и я не хочу. Пойдем, гэ? — предложил Ибо.       — Ты ж хотел нападающим быть? — скис Фан Юй, но Ибо проигнорировал друга.       Он нервно дергал ногой под водой, очень медленно, но нервно. Перед глазами словно яркая вспышка от солнца Сяо Чжань как в замедленной съемке снимает штаны, футболку, обнажает свою идеальную точеную фигуру, поворачивается к лежаку, чтобы бросить одежду, поворачивается спиной, своей округлой задницей… Ибо не дышит. Он смотрит, как сияет на солнце светлая кожа, он не сводит взгляда с бесконечно длинных стройных ног. Ибо впервые видит Сяо Чжаня таким раздетым, и потому ему кажется, что он обнажен. И вот он ныряет в воду, Ибо даже чувствует, как охлаждается его разгоряченное тело, он подплывает ближе, улыбается… По лицу Сяо Чжаня скатываются капли воды, Ибо видит их слишком четко, каждую каплю: и на лбу, и на щеках, на подбородке. Они текут вниз по мокрой груди.       Ибо сглотнул слюну и невпопад произнес:       — Гэ, пойдем.       — Что, серьезно? — спросила Ли Шумэй, капризно надув губы.       Но Ибо уже уверенно раздвигал волны перед Сяо Чжанем, оба они быстро догребли до края бассейна, но к шезлонгам идти не стали, сели на бортик, опустив ноги в воду.       — Зря ты так, — усмехнулся Сяо Чжань, глядя на друзей Ибо, которые делились на команды, призывая других постояльцев присоединиться к их игре. К ним поспешили и воодушевленные Минвэй с Хуан Цин.       — Не тебе решать, — ответил Ибо.       — А как же тимбилдинг? — напомнил Сяо Чжань.       — Плевать. Тебе было некомфортно.       — И?       — Почему ты спрашиваешь? — спросил Ибо, повернувшись. — Почему ты удивляешься?       Красивый Сяо Чжань с улыбкой смотрел на ребят и не спешил отвечать. Капельки с мокрых волос стекали по его виску, Ибо завороженно следил за ними, рука непроизвольно дернулась, чтобы прикоснуться, стереть одну из них, ту, что остановилась на щеке.       — Ибо, — проговорил Сяо Чжань, но тут подплыли ребята, и он замолчал.       Они глядели на веселье в воде, к которому теперь прибавлялось все больше и больше народу.              К вечеру сильная июньская жара спала, уступив место комфортному теплу. Большое красное солнце почти село за горизонт, когда шумная компания возвращалась из кафе. После игры в бассейне все слишком устали и решили отдохнуть и поболтать за ранним ужином. Хуан Цин предложила вечером завалиться в местный клуб, чтобы потанцевать в свое удовольствие под избитые хиты, пока не начались жесткие тренировки и подготовка к конкурсу. Ребята знали, что тренер не шутит, несмотря на то, что за это время она и сама расслабилась в неформальной обстановке.       Как только все вышли на улицу, Сяо Чжань улучил момент, чтобы шепнуть Ибо на ухо:       — Я не пойду, Бо-ди.       — Что? Почему? — удивился Ибо. Все то время, когда они сидели в кафе, Сяо Чжань улыбался, и казалось, что его поход в клуб — дело решенное.       — Пожалуйста, не говори остальным. Понятия не имею, почему они хотят, чтобы я пошел, — прошептал Сяо Чжань.       — Потому что ты крутой. И умный. И такой интересный, и вообще… Ты очень им нравишься, — горячо прошептал Ибо.       — Так и быть, порадую своим появлением за завтраком.       — Гэ…       Ибо тихо шел рядом, поглядывая на красивый профиль Сяо Чжаня. Ему хотелось забраться в его голову и понять, какие мысли там крутятся, о чем он постоянно думает, рассеянно глядя на небо. Сяо Чжань вдыхал ароматный вечерний воздух, наслаждаясь красками заката. Он много думал, но старался, чтобы мысли не выходили за пределы его дурной головы, поэтому не оборачивался на Ибо, хотя замечал его пристальный взгляд.       — Я буду танцевать. Разве тебе не понравилось, как я танцую?       — Хочешь, чтобы я смотрел на тебя? — улыбнулся Сяо Чжань.       — Хочу.       — Ибо.       — Чжань-гэ.       — Я не всегда буду рядом, — напомнил ему Сяо Чжань.       — Жаль.       Теперь уже Сяо Чжань обернулся на Ибо, который не отводил взгляд, смотрел уверенно, подтверждая каждое свое слово, каждый произнесенный звук. Еще чуть-чуть, и Сяо Чжань мог серьезно поверить в его слова. Он отвернулся, а позже, возле своего номера, попрощался:       — Хорошо вам повеселиться.       Сяо Чжань немного помедлил, держась за ручку двери, но видя, что Ибо собирается что-то сказать, поспешно скрылся в номере.       Дойдя до кровати, он тяжело упал на идеально заправленное покрывало и поглядел в потолок. Смешанные чувства тут же атаковали его, как будто ждали тут с самого утра. Завтра все закончится. Маленький спектакль подходит к концу. Ложь, кажется, вышла из-под контроля. Ничего не изменится. Но для него всё будет по-другому.       И хотя Сяо Чжаню действительно хотелось пойти в клуб с ребятами, которые прониклись к нему странной симпатией, он боялся. Деревенский клуб, дешевый алкоголь, сексуальный Ван Ибо. Такая опасная картинка появлялась в голове у Сяо Чжаня, поэтому своим компаньоном на вечер он выбрал недочитанную книгу.       Сяо Чжань переоделся в штаны и футболку, забрался под одеяло и, поправив очки на переносице, начал вслух с выражением читать ту самую строчку, которую мусолил весь день. Стук в дверь испугал его и, естественно, снова отвлек.       — Да?       — Чжань-гэ, это я! Можно?       Книгу Сяо Чжань закрывать не стал, нарочно держал в руках, чтобы не откладывать чтение. Он открыл дверь.       — Уже идете?       — Ага, — ответил Ибо и зашел. Вид его был не очень нарядным: черное худи и джинсы.       — Так и пойдешь? — удивился Сяо Чжань, ожидая увидеть, как минимум, розовую толстовку.       — Да. Не нравится?       — Не в этом дело. Разве так ходят в клубы? — Сяо Чжань подошел к кровати и лег на свое место, демонстративно открывая книгу.       Ибо последовал за ним и по-свойски плюхнулся на постель.       — Не хочется выставляться.       — Не узнаю тебя, — ответил Сяо Чжань, заложив палец между страниц.       — Люди меняются, — усмехнулся Ибо. Он лежал на животе и смотрел снизу вверх на Сяо Чжаня.       — Не настолько же.       Сяо Чжань поправил очки и внимательно поглядел на Ибо. Ногу жгло тепло чужого тела.       — Не веришь, что я могу настолько измениться? — спросил Ибо.       — Бо-ди. А как же «Девчонки, которые танцуют, все крутые»? Это твои слова.       — Я был молод.       — Это было неделю назад!       — Я был глуп, гэгэ!       — Сходи в клуб и найди себе девушку, — произнес Сяо Чжань.       — Почему ты говоришь эти ужасные вещи? — изумился Ибо.       — Потому что это то, чего ты хотел.       — Вчера я хотел купить набор лего Сокол тысячелетия, а сегодня хочу закрыть тебя полотенцем, чтобы никто не пялился на твое тело.       — Ибо, — покачал головой Сяо Чжань и сполз вниз по подушке. — Ты себя слышишь? Так не бывает.       — Объясни мне, как это бывает? — заинтересованно спросил Ибо, подбираясь ближе.       — Откуда мне знать?       — Ты опытный.       Ибо поднялся и взбил подушку, которая лежала возле плеча Сяо Чжаня. Под удивленный взгляд он улегся на нее, оказавшись еще ближе. Ибо нетерпеливо и жадно исследовал лицо Сяо Чжаня, которое было теперь совсем рядом: и большие удивленные глаза, спрятанные за очками, и аккуратный нос, и гладкие губы, чуть приоткрытые в ожидании. Такой красивый, удивленный и даже немного испуганный этой внезапной близостью, он казался намного младше своего возраста.       — Чжань-гэ, — чуть слышно прошептал Ибо, не сводя взгляда с губ Сяо Чжаня. — Как это, целоваться с парнем?       Сяо Чжань не дышал. Он чувствовал легкое дыхание, ласкавшее его губы, он не хотел его спугнуть, а потому ответил еще тише:       — Не знаю, ты же у нас гей.       Ибо едва уловимо улыбнулся и приблизился так, что чувствовал на губах тепло Сяо Чжаня. Пьянящий запах его тела дурманил, близость сводила с ума. Их губы разделяло расстояние в одно дыхание. Одно движение, один маленький порыв, и дружбе конец. Ибо наслаждался этим моментом, тем, как нарастает напряжение, он был уверен, что как только прикоснется к губам Сяо Чжаня, их непременно ударит током, но он не отстранится, ни за что не отстранится. Он прикрыл глаза и с вожделением наклонился к губам, как вдруг раздался оглушительно громкий стук в дверь.       — Сяо Чжань! Ибо! Вы тут? — кричал радостный голос.       Оба парня вздрогнули, отшатнулись друг от друга, словно их по меньшей мере ударила молния. В глазах Сяо Чжаня застыл испуг, он сглотнул слюну в пересохшем горле и настойчиво проговорил:       — Тебе пора, Бо-ди.       Он с ужасом понимал, что только что могло произойти, какую ошибку могли они совершить, забывшись, что это всего лишь игра, сценка, ложь.       — Мне пора, — повторил Ибо, приходя в себя.       — Иди. Друзья ждут.       — Ждут, — эхом прозвучал голос Ибо.       Он рассеянно сполз с кровати и на неверных ногах вышел за дверь, не сказав больше ни слова.       Дверь хлопнула, книга выскользнула из рук, а Сяо Чжань, оставшись один в своем светлом пустом номере, отчаянно огляделся по сторонам, а затем сполз еще ниже и с чувством вслух произнес:       — Какой же ты кретин, Сяо Чжань! Какой же ты кретин! — он сжал голову руками, пытаясь унять разраставшуюся боль, а затем просунул пальцы под очки и надавил на глаза. Отчаяние, словно яд, медленно расползалось от сердца по венам, готовое отравить все тело.       Неожиданно дверь в номер распахнулась.       На пороге в свете тусклых ламп коридора стоял Ибо. Сяо Чжань не успел ничего сказать, приподнялся на кровати, вцепившись пальцами в одеяло. Он не мог понять, почему Ибо вернулся, почему он только что закрыл дверь на ключ и выключил свет. В движениях Ибо не было ни капли сомнения, только пугающая решительность. Он быстро пересек комнату и лег на кровать, накрыв Сяо Чжаня своим телом. Руки его обвили шею, крепко сцепились в замок. Ибо поцеловал Сяо Чжаня.       Без промедления, без колебаний, без единого сомнения. Горячий язык настойчиво проник в рот, заставив Сяо Чжаня застонать от удовольствия. Он отчаянно вцепился в спину Ибо, отвечая на поцелуй. Ему было тяжело, он сходил с ума, он терял последние крупицы здравого смысла, но эти губы двигались с такой нежностью и силой, что сопротивляться напору было бесполезно.       Что чувствовал Ибо, впервые целуя парня? Что чувствовал он, впервые возбудившись от мужского тела? Какие принципы пришлось нарушить, чтобы прикоснуться к мужчине?       Выйдя за дверь и обнаружив там Лу Тая, который звал в клуб, участливо глядя в глаза, Ибо посмотрел сквозь него, а в возбужденном мозгу была только одна мысль. Не мысль, а имя. Сяо Чжань.       — Извини, друг. Я не пойду. Мы не пойдем, — твердо ответил Ибо и уверенным шагом вернулся в комнату, чтобы завершить то, что начал.       И сейчас он целовал Сяо Чжаня, он толкал язык между его мягких губ и понимал, что никогда не целовался по-настоящему. Это произошло впервые. Это произошло с Сяо Чжанем.       Какая разница, какого пола человек, который дарит ему первый настоящий чувственный поцелуй? Какая разница, что он никогда не ласкал мужское тело? Он знал, как это делается, этого достаточно.       Ибо высвободил одну руку, опустил ее, просунув между их тесно сжатыми телами, и уверенно провел вверх-вниз по твердому бугру. Сяо Чжань несдержанно выгнулся навстречу ласке, раздался тихий стон, полный ответного желания, стон, который Ибо жадно сцеловал с мягких губ.       Он довольно улыбнулся: этой ночью он сделает все, чтобы Сяо Чжань был счастлив.              

***

      Раннее утро в гостевом доме не будило романтичным ярким лучом, потому что из комнаты Сяо Чжаня открывался вид только на закат, а потому, когда он проснулся на своей кровати и с трудом открыл глаза, в незашторенном окне увидел только легкую предрассветную дымку.       Он потер лицо ладонью и попытался вспомнить, почему самочувствие у него такое, словно он пил всю ночь. На грудь что-то сильно давило, и это ощущение не проходило всю ночь. Возможно, это было сожаление. Или предвкушение разбитого сердца. А может, чья-то рука. Сяо Чжань скосил глаза вниз, сощурился, настраивая фокус: это был Ибо, который обнимал его, блокируя правую руку и даже правую ногу, на которой лежал. Каким-то неведомым образом у Сяо Чжаня получилось достать левой рукой очки с тумбочки, он нацепил их и поглядел снова: Ибо спал на нем, настоящий Ибо и, кажется, абсолютно голый под одеялом.       Сяо Чжань сжал губы, чтобы не застонать. То, что произошло вчера, было невероятным нереалистичным сном, туманным расплывчатым видением. Сяо Чжань вспышками помнил только какие-то отдельные картинки: то, как аккуратно Ибо снял очки, а затем прикоснулся губами к глазам и щекам, ко лбу и губам, как проложил дорожку из поцелуев по чувствительному животу, когда стягивал футболку, как навис над ним и глубоко поцеловал взасос, обняв ладонями его лицо.       Сяо Чжань вздрогнул, вспомнив крепкие объятия и настойчивые руки, которые делали так хорошо, что немели пальцы. За эту ночь они не произнесли ни слова. Только сорванные стоны и низкие вздохи, вот и весь разговор.       — Боже, — еле слышно выдохнул Сяо Чжань, закрыв глаза.       От спящего расслабленного Ибо было жарко, поэтому он осторожно высвободился из его тяжелого объятия и сел на край кровати, поглядывая назад, на обнаженного парня, прикрытого одеялом.       — Гэ, вернись ко мне, — пробурчал Ибо в подушку, проснувшись от копошения.       Сяо Чжань молчал, поэтому Ибо приоткрыл глаза и улыбнулся.       — Доброе утро, Чжань-гэ.       — Ибо, тебе пора, — произнес, наконец, Сяо Чжань.       — Куда пора? — удивился Ибо.       — Пора… не знаю. Куда уходят после совершенных ошибок?       — Не припомню, чтобы я вчера ошибался. Тебе не понравилось, Чжань-гэ?       Сладкая нега от пробуждения тут же улетучилась, как только Ибо услышал серьезный тон. Он сел на кровати, не потрудившись даже прикрыться.       — Понравилось, как это может не понравиться? — спросил Сяо Чжань, обернувшись, но, наткнувшись на абсолютно голого Ибо, поспешно отвернулся к окну.       — Тогда почему ты меня гонишь?       — Потому что… Ты разве сам не знаешь? — с горечью спросил Сяо Чжань. — Ибо. Ты просто запутался. Мы не встречаемся! Это все для Ли Шумэй. Ее тут не было… И все это было лишним.       Он потер глаза под очками и оперся локтями о колени. К голому плечу прикоснулись чужие губы. Ибо поцеловал его и тихо спросил:       — Думаешь, я сделал это из-за Шумэй?       — А как же? Чтобы наши отношения были… правдоподобными?       — Дурак, — рассмеялся Ибо, водя губами по гладкой коже. — Я хотел тебя! Я мечтал о тебе. Я так боялся…       Он вздохнул и уткнулся лбом в плечо Сяо Чжаня, щекоча его кожу взъерошенными волосами.       — Чего?       — Того, что ты неправильно меня поймешь. Вот как сейчас!       — Бо-ди, — Сяо Чжань отстранился и отсел немного дальше, чтобы можно было взглянуть в глаза. — Так не происходит! Ты не можешь всю жизнь любить девочек, а потом вдруг захотеть коллегу по работе. Всё, что тобой движет сейчас, это просто наша ложь!       — Ты серьезно думаешь, что ради какой-то Шумэй я готов был переспать с парнем? — воскликнул Ибо.       — Вот! Вот именно! — подхватил Сяо Чжань. — Для тебя это… это отчаянный шаг. Сам говорил! Ты не сможешь, у тебя не получится…       — Плевать, что я говорил раньше, слышишь ты меня или нет? Куда ты вскочил, Чжань-гэ?       Сяо Чжань тем временем искал глазами трусы, которые куда-то исчезли после ночи.       — Под одеялом, — подсказал Ибо.       — Спасибо.       Он быстро нацепил боксеры, боясь подходить к Ибо близко.       — Чжань-гэ, вчера я на самом деле хотел тебя. Да я и сейчас хочу!       — Ты не понимаешь, о чем говоришь, — усмехнулся Сяо Чжань. — Для тебя это интрижка, которая навеяна… ну, не знаю, свежим воздухом и красивыми закатами. А для меня это реальность. Я так живу!       — Я что, художник, возбуждаться от закатов?! — воскликнул Ибо. — Почему ты решаешь за меня?       — Потому что, — твердо произнес Сяо Чжань, глядя прямо в глаза Ибо, — ты уедешь отсюда и забудешь про эту ночь. Вернешься в свою счастливую гетеро-реальность с танцующими девочками!       — Я, — решительно произнес Ибо, вставая с постели, — планирую вернуться в город. И знаешь, что потом? — спросил он, подходя к Сяо Чжаню вплотную.       — Что же? — с вызовом спросил Сяо Чжань.       — Планирую удариться во все гейские забавы. С тобой!       Сяо Чжань сглотнул набежавшую слюну, пытаясь отклониться от абсолютно обнаженного Ибо.       — Ван Ибо, прекрати путать реальность и выдумку!       На эти последние слова Ибо поменялся в лице, отчего Сяо Чжань не на шутку перепугался. Он проследил, как Ибо вытащил свои трусы из недр воздушного одеяла, а затем, одевшись, повернулся с решительным выражением лица.       — Я понял. Я все понял, Чжань-гэ. Я тебе не нравлюсь.       — Что? Я этого не говорил! — воскликнул Сяо Чжань.       — Тебе не понравилось со мной, да, да, — с обреченной уверенностью кивнул Ибо. — Я слишком неумелый для гея.       — Бо-ди! Мне очень понравилось! Я… Ты это специально? — догадался Сяо Чжань.       — Конечно! А как еще мне выжать из тебя признание? Я впервые спал с парнем! Нет бы поддержать в такой момент, а ты…       — Поддержать? Ты что, первый раз сходил в больницу без родителей?       — В больницу я хожу самостоятельно с десяти лет, чтоб ты знал! — похвастался Ибо. — А геем стал впервые!       — Ты не гей, — покачал головой Сяо Чжань.       — Гей.       — Нет.       — Хм. Одевайся.       — Это еще зачем? — удивился Сяо Чжань.       — Так сложно надеть штаны?       Сяо Чжань из спортивного интереса нацепил штаны, в которых вчера даже поспать не удалось, и удивленно уставился на Ибо, который к этому моменту тоже быстро облачился в джинсы.       — Ну?       — Идем.       Ибо схватил его за руку и потянул на выход.       — Куда ты ведешь меня? Представить родителям? Посетить выставку? Лего собирать?       — Лего мы с тобой еще пособираем, а пока…       Ибо уверенно шел по направлению к лестнице. Он не знал, но чувствовал, что ребята, возможно, именно в это время будут собираться на завтрак. И действительно, на первом этаже в холле собрались все. Абсолютно вся компания. Они о чем-то смеялись, но тут же замолчали, завидев двух парней, растрепанных, в одних штанах и шлепках.       — Всем привет! — торжественно произнес Ибо, обводя всех взглядом. Они остановились на предпоследней ступеньке и теперь смотрели на всех свысока.       — Привет, ребята, — улыбнулась Хуан Цин, переводя взгляд с одного на другого.       Сяо Чжань попытался выдернуть свою руку из крепкой хватки, ему казалось, что заметен каждый поцелуй, оставленный на его теле. Но Ибо сжал его руку еще крепче, прокашлялся и громко объявил:       — Познакомьтесь. Это мой парень — Сяо Чжань!       Среди ребят повисло молчание. На лицах двух друзей отразилось непонимание, Хуан Цин с Минвэем не выглядели удивленно, только замерли в ожидании дальнейшей развязки.       Единственный человек, который не скрывал злорадной усмешки, была Ли Шумэй. Она медленно зааплодировала и выступила вперед.       — А я все думала, когда же ты сдашься, Ван Ибо? — усмехнулась она, склонив головку набок.       — Сдамся? — переспросил Ибо.       — И маленькому ребенку было ясно, что ты не гей. Мне было интересно, как далеко ты зайдешь в своем обмане? Оказывается, — она взглянула на Сяо Чжаня, — достаточно далеко.       — Не понимаю, — подала голос Хуан Цин. — Разве вы не встречались?       Ибо опустил голову и отрицательно покачал головой.       — Нет, Хуан Цин, мы просто коллеги, работаем вместе, сидим за соседними столами. Когда в нашей команде появилась Ли Шумэй, я ее испугался… Мы ведь знакомы столько лет, она же такая… Ну вы знаете. В общем, я и ляпнул, что гей. А затем попросил Чжань-гэ притвориться моим парнем, для убедительности, — покачал головой Ибо. Он увидел, как на лице Хуан Цин промелькнуло неодобрение, а может, это было разочарование, поэтому он поспешно добавил: — Я признаю! Я соврал! И поступил некрасиво. Прости, Шумэй, что не сказал тебе правду.       — Сказал бы, что я не в твоем вкусе, я отстала бы от тебя в тот же момент, — рассмеялась Шумэй.       — Правда?       — Я ж говорил, — пробурчал Сяо Чжань.       — Но это не важно! — перебил всех Ибо. — Да, я трус, но я ни о чем не жалею! Если бы не эта ложь, — Ибо повернулся к Сяо Чжаню и на выдохе произнес, — я никогда бы не понял, что люблю тебя.       В толпе послышались удивленные вздохи, кажется, кто-то упал в обморок. А может, никто не падал, просто Ибо ничего не замечал. Он видел перед собой удивленное наивное лицо Сяо Чжаня, прекрасное, самое красивое лицо, что доводилось ему видеть и целовать.       — Любишь? — растерянно переспросил Сяо Чжань.       — Я люблю тебя, Чжань-гэ, — искренне ответил Ибо.       Где-то отдаленно слышались голоса друзей, которые просились выйти уже, наконец, из отеля и не смотреть эту странную, хоть и романтичную, сцену. Только вот Сяо Чжань ничего не видел и не слышал. Он просто не мог поверить, что его коллега только что признался ему в любви. Его красивый, талантливый, забавный друг, ради которого он перестал надевать наушники и согласился притвориться его парнем, сказал при всех, что любит его.       — Бо-ди, это часть нашего обмана? — на всякий случай уточнил Сяо Чжань, поскольку Ли Шумэй все еще стояла внизу и наблюдала за ними.       — Дурак.       Ибо притянул Сяо Чжаня к себе и поцеловал, крепко обнял его за талию и улыбнулся, чувствуя легкость на душе.       Они целовались, не замечая никого и ничего вокруг, их же видели все. Ли Шумэй заметила, как мелькнул язык Ибо в приоткрытом рту Сяо Чжаня, и это отрезвило ее окончательно:       — Ну всё, с меня хватит, — произнесла она, уводя взгляд. — Лу Тай, зайчик, угостишь завтраком?       — Конечно, — пожал плечами Лу Тай и послушно подошел к девушке.       — Вот и славно. Идемте? С этими двумя все ясно, а нам еще весь день отдыхать, — с улыбкой произнесла Шумэй и первой покинула отель.              Эти двое, оставшись на лестнице в полном одиночестве, сжимали друг друга в нежном объятии. Ибо терся щекой о щеку Сяо Чжаня, затем целовал влажные губы, горячо дышал в шею, снова возвращался к губам.       — Бо-ди, — наконец произнес Сяо Чжань, не открывая глаз. — Прежде чем я произнесу…       — Не говори ничего, ладно? — перебил Ибо, пытаясь руками обнять его всего.       — Почему?       — Гэгэ, я ведь не дурак. Понимаю, что так просто это не происходит. У тебя были настоящие парни, опытные геи, а я… Но я всему научусь! Я так просто не сдамся.       — Ибо!       — Даже если ты меня не любишь, это неважно! — выпалил Ибо, заглядывая в глаза Сяо Чжаня. — Моей любви хватит на первое время, а потом уж ты не сможешь устоять, — уверенно проговорил он.       — Ибо! Ты дашь мне сказать или нет? — перебил его Сяо Чжань.       — Конечно, гэ.       — Я хотел сказать, что ты даже не знаешь, во что впутываешься… Но теперь, видя твой настрой, сомневаюсь, что тебя это остановит.       — Не остановит, меня ничего не остановит, — уверенно подтвердил Ибо.       Сяо Чжаня вдруг осенило, он рассмеялся:       — Да ты же… Ты же как Ли Шумэй! Только парень!       — Ну-у-у, все же я не такой прилипчивый и надоедливый… — начал Ибо.       — Ты прилипчивый и надоедливый, — с улыбкой ответил Сяо Чжань, — а еще настойчивый и забавный, — добавил он, приглаживая взлохмаченные волосы. — Внимательный, заботливый, щедрый. Ибо.       — М?       — Я никогда не согласился бы притвориться чьим-то геем, даже если бы мне предложили позавтракать на коленях у Ли Сяоцзяна.       — Нет? — удивился Ибо.       — Я согласился, потому что это предложил ты. И я люблю тебя, Ван Ибо.       Сяо Чжань улыбнулся, наслаждаясь искренней нежностью в глазах Ибо, его наивным удивлением, которое почти сразу сменилось довольной улыбкой.       — А я знал, что ты не сможешь устоять.       — Самодовольный, — вспомнил Сяо Чжань.       — Ну и что? Кто мне запретит?       — Никто, Бо-ди.       — Гэгэ, ты будешь со мной встречаться? — спросил Ибо, опуская руки на округлую задницу Сяо Чжаня. Он поглаживал его все настойчивей, прижимался к нему всем телом.       — Разве ты не объявил об этом всему свету? — удивился Сяо Чжань, обводя рукой пустой холл.       — Решил спросить у тебя лично.       — Ах, ты все же решил спросить?       — Гэ, не ругайся! Влюбленные ведь не ругаются? — с надеждой спросил Ибо.       — О, боюсь, здесь тебя ждет сюрприз, — со злорадной усмешкой ответил Сяо Чжань.       — Я вчера впервые подрочил не себе. Справлюсь как-нибудь, — пожал плечами Ибо.       — Это не одно и то же, но… Бо-ди, пойдем в номер?       — Чжань-гэ. Знаешь, что я особенно люблю в тебе?       — Говори.       — Ты всегда понимаешь меня без слов, — улыбнулся Ибо и, чмокнув Сяо Чжаня в губы, потянул его за руку на второй этаж.              

***

      Выставка Ли Сяоцзяна открывалась во второй половине июня в одной из лучших галерей Пекина. Как и было обещано, на вернисаже присутствовал сам именитый художник с женой, весь свет искусствоведческого общества, и, помимо журналистов и приглашенных гостей, сын владельца галереи со своим другом. После торжественной части, на которой Ли Сяоцзян произнес небольшую речь о представленных работах, двое молодых людей отделились от общей массы и решили прогуляться по просторным залам, ближе разглядеть картины в темных деревянных рамках. Тусклые лампы освещали обнаженные тела натурщиков и яркие пятна бытовых мелочей, изображенных на картинах.       — А чего они все раздетые? — шепотом спросил Ибо, указывая пальцем на одну из работ. — Зачем их посадили в грузовик без одежды? Они же просто рабочие.       — Не воспринимай все буквально. Их нагота олицетворяет страх перед неизвестным. Никто не сажал их в грузовик, отобрав одежду.       — Ты такой умный, Чжань-гэ.       — Брось, это просто наблюдение. Я часто посещаю выставки.       — Родители с детства таскали меня по музеям, но, как видишь, безрезультатно, — вздохнул Ибо. — Скучно.       — Со мной не скучно? — усмехнулся Сяо Чжань.       — Ни капельки, Чжань-гэ.       — Очень лестно, Бо-ди, — рассмеялся Сяо Чжань.       — Ты знаешь, почему я пошел с тобой.       — Понятия не имею.       Ибо смерил его внимательным взглядом и горячо прошептал на самое ухо:       — Чтобы потом вернуться домой и сорвать с тебя эту сексуальную рубашку. И брюки.       — Стоило ли тащиться сюда ради того, чтобы потом вернуться домой? — улыбнулся Сяо Чжань.       Он остановился возле картины, для приличия глядя на нее, но сам расслаблено слушал горячие слова своего парня.       — А я хочу нагулять аппетит. Тем слаще будет секс.       — Ммм, правда? — спросил Сяо Чжань, медленно поглаживая свое плечо.       — Я бы сказал тебе, что именно планирую сделать, но, боюсь, эти стены не выдержат такого разврата.       — Попридержи свои фантазии до дома. Кстати, где именно ты хочешь это сделать?       Ибо принял позу уже более собранную и проговорил:       — Гэ, только ты, пожалуйста, не думай ничего… Но может, у тебя?       — Можно же просто заказать еду! — возмутился Сяо Чжань. — То есть после выставки я должен еще и готовить?       — Ну нет. А что, у тебя ничего не осталось?       — С прошлого раза, когда ты все доел? Ничего!       — Тогда я свожу тебя в ресторан, а потом к тебе? Не против?       — Не против. Не зря же я надевал рубашку.       Ибо с обожанием оглядел своего красивого изящного парня, которому невероятно шел небесно-голубой цвет.       — Ты самый лучший, гэ, — прошептал он, чтобы не услышали проходящие мимо посетители.       — Не подлизывайся.       — Не думал даже, — усмехнулся Ибо.       Они отошли, наконец, от картины, которую разглядывали несколько бессмысленных минут, как вдруг услышали удивленно-восторженный возглас позади себя:       — Чжань-Чжань?!       Голос принадлежал парню, который сначала несмело, а потом, когда убедился, что перед ним его знакомый, уверенно подбежал к Сяо Чжаню. Ибо недовольно выглянул из-за плеча, изучая незнакомца. Высокий и худощавый, он был одет в серый костюм и полупрозрачную водолазку, на лице играла, на беглый взгляд Ибо, противная улыбка.       — Блять, — шепотом выругался Сяо Чжань и поспешно повернулся к Ибо: — Что бы я сейчас не сказал, молчи! Понятно? — зашипел он.       — Да, — кивнул Ибо.       — Привет, Хань… Хань-Хань…       — Хань Цзюнь! — напомнил парень, широко улыбаясь.       Сяо Чжань отлично помнил его имя, только вот не хотел этого показывать. Глядя на эту приторно сладкую улыбку, он вспомнил самый неприятный период своей жизни.       — А это мой друг, Ван Ибо, — тут же проговорил Сяо Чжань, указывая ладонью на своего парня.       — Приятно познакомиться, Ван Ибо, — улыбка как-то поугасла на жизнерадостном лице, сменилась презрительно-оценивающим взглядом. — Ммм. Чжань-Чжань? — с претензией спросил Хань Цзюнь.       — Какими судьбами на закрытом, вообще-то, открытии? — поспешно спросил Сяо Чжань.       — Это твой парень? — Хань Цзюнь проигнорировал вопрос. Вид его был действительно возмущенным.       — Не-е-ет, — отмахнулся Сяо Чжань, мотая головой.       Ибо резко повернулся к нему, глядя красноречиво и очень нецензурно.       — Это мой коллега, работаем вместе! — произнес Сяо Чжань и нервно улыбнулся. — Я по девочкам, разве ты не помнишь?       — Хм, — Хань Цзюнь еще раз бросил оценивающий взгляд на Ибо. — А я тебе не верю. Никогда не верил.       — Ну, знаешь, рад был повидаться, но нам пора. Мы еще столько голых задниц тут не посмотрели! — отшутился Сяо Чжань, пятясь к Ибо.       — Может, выпьем на досуге? — предложил Хань Цзюнь, сделав шаг вперед. — Ты так внезапно пропал…       — Нет, вряд ли. У меня работа. Много работы. Еще кошка и вот, друг, — сбивчиво проговорил Сяо Чжань.       — Хорошо, — хмыкнул Хань Цзюнь и позволил парням отойти на пару шагов, но через секунду снова окликнул Сяо Чжаня: — Чжань-Чжань, давай обменяемся номерами?       — Знаешь, это не очень хорошая идея… — начал было Сяо Чжань, но тут Ибо не выдержал.       Он вышел вперед, закрыв Сяо Чжаня спиной, и резко бросил:       — Слушай меня, Хань Цзюнь. Чжань-Чжань не будет обмениваться с тобой номером. Чжань-Чжань — гей. Но, поскольку он встречается со мной, — Ибо указал на себя большим пальцем, — для тебя он еще более недоступный, чем натурал. Ясно? — с вызовом рявкнул он.       — Ибо! — воскликнул Сяо Чжань.       — Ладно-ладно, зачем сразу кричать? — ужаснулся Ханю Цзюнь, картинно хватаясь за сердце. — Так все-таки я был прав, Чжань-Чжань? — обратился он уже к Сяо Чжаню с выражением сильнейшей обиды.       — Мне повторить еще раз?! — опасно спросил Ибо, сделав шаг вперед.       — Нет-нет! Я ухожу. Пока… Прощай, Чжань-Чжань.       С этими словами Хань Цзюнь, недовольный и испуганный, бросил прощальный взгляд на Сяо Чжаня и, озираясь по сторонам, по прямой пересек зал в противоположном направлении.       Сяо Чжань пару секунд стоял с открытым ртом, глядя в след самому навязчивому своему воздыхателю. Наконец, он перевел взгляд на Ибо и спросил на выдохе:       — Ван Ибо, что это было?       — Мне вот тоже интересно! Что это за хрен в водолазке? — зло спросил Ибо.       — Это долгая история…       — Ты сказал ему, что любишь девочек? Чжань-гэ! Серьезно?! — возмутился Ибо.       — Ну я действительно встречался с девушкой!       — Ага, слышал. Один раз поцеловались, и ты тут же признался ей, что гей.       — Я не врал, а лишь опустил некоторые детали. Этот Хань Цзюнь… Он как твоя Шумэй, только хуже. Тогда я совершенно не знал, как его отвадить. Не помогало ничего. В итоге я просто уволился с работы.       Ибо сжал кулаки в праведном гневе. Не хотелось устраивать разборки в галерее отца, но он не сдержался, так вывел его из себя этот неприятный тип.       — Прости, что я был груб, — наконец проговорил он, не глядя на Сяо Чжаня.       — Прости?! Да я полгода не мог от него отделаться, Бо-ди! А ты сделал это за пару секунд!       — Просто… О боже! — в сердцах выдохнул Ибо.       — Что? Что такое? — испугался Сяо Чжань.       — Почему никто не предупреждал, что у любви есть такой отвратительный побочный эффект?       — Походы в галерею?       — Да нет же, Чжань-гэ! — нетерпеливо ответил Ибо. — Ревность. У меня что-то аж сердце прихватило.       В подтверждение своих слов он постучал кулаком там, где болело. И хотя повода для ревности Сяо Чжань не дал, Ибо вдруг слишком явно представил всех, кто будет пускать слюни на его охрененно сексуального парня.       — Бо-ди, — улыбнулся Сяо Чжань. — А поехали домой?       — Как же… А выставка? — удивился Ибо.       — Схожу на нее позже. Тем более, дома тебя ждет подарок.       — Секс? — одними губами спросил Ибо.       — Лучше, — серьезно произнес Сяо Чжань. — Сокол тысячелетия.       У Ибо отпала челюсть, а в глазах появился такой детский восторг, что Сяо Чжань рассмеялся, видя эту искреннюю радость.       — Чжань-гэ! Ты хоть представляешь, как я тебя обожаю?! — спросил Ибо, схватив парня за руку.       — Как лего? — догадался Сяо Чжань.       Ибо молча, но уверенно, мотнул головой.       — Лего осталось далеко-далеко позади.       — Бо-ди, кажется, ты серьезно влюблен! — рассмеялся Сяо Чжань.       — Кажется, ты окончательно свел меня с ума, Чжань-гэ.       — Два сумасшедших — не слишком?       — Идеально, — довольно улыбнулся Ибо.       — Тогда поехали домой, Бо-ди. Будешь учить меня собирать лего, — рассмеялся Сяо Чжань. Он взял Ибо за руку и уверенно потянул на выход.              

The End

             Некоторые интересные факты:       1. Лего в тот день они так и не собрали. Даже не открыли коробку.       2. На работу Сяо Чжань стал надевать рубашки. Ибо молил вернуться к толстовкам.       3. На танцевальный конкурс в Шанхай Ибо взял Сяо Чжаня с собой. Просто побоялся оставлять его одного.       4. С Ли Шумэй Ибо все же подружился. Странно было игнорировать девушку Лу Тая.       5. На конкурсе команда Хуан Цин заняла первое место, в честь этого тренер повела ребят в ресторан в Шанхае. Ибо и Сяо Чжань сбежали оттуда и не выходили из своего номера до самого отлета в Пекин.       6. Не прошло и недели, как Сяо Чжань и Ван Ибо съехались.       7. За месяц Сяо Чжань купил пять наборов лего общей сложностью в 31895 деталей. Он прикоснулся к ним только однажды, когда наступил на деталь пяткой.       8. Неделю Ибо ухаживал за своим парнем и его раненой ногой.       9. Каждую годовщину Сяо Чжань и Ван Ибо праздновали дома, с фильмом и заказанной едой.       10. Больше Ибо не врал.