Шоколад и тайный поклонник

      Четырнадцатое февраля… День, когда миллионы парочек, которые будто бы сбежали со страниц слащавой манги, дарят друг другу приторно сладкий шоколад, говорят нелепые нежности, вроде «зайка» и «котёнок», гуляют, ходят за руки, пока дядьки в серьёзных галстуках считают прибыль с плюшевых медведей. Да, День святого Валентина — прекрасный, и в то же время самый ужасный праздник из всех возможных. Хорошо, когда есть любимый парень или девушка: в этом случае вы, как и все «влюблённые», счастливый обладатель билета в «розовую пору школьной юности», где пахнет вишней круглый год, лето никогда не заканчивается, а из забот только домашнее задание и старый строгий директор.       А вот если вы одиноки…       Тсукаса устало закатил глаза. По дороге в школу — а идти нужно было достаточно долго -, он вечно закатывал глаза и сильнее ускорял шаг. Его чуть ли не душил приторный запах домашнего шоколада, клубничных духов прошедшей мимо него минуту назад девушки, бегущей на руки к своему парню. Из воздуха будто высосали весь кислород, оставив лишь слащавую субстанцию из сахарных признаний в любви, конфетной химии и задыхающихся во всём этом безобразии хлюпеньких букетов исхудавших роз. Улица пестрила всеми возможными ярко-розовыми оттенками — начиная от прилавков с косметикой, заканчивая праздничными аксессуарами -, от которых, спустя длительный период созерцания на всех поверхностях чего-угодно, начинало тошнить.        Кружащий вокруг Тенмы ансамбль: «Мы счастливые модные школьники с личной жизнью~☆! » безумно его бесил, и потому Тсукаса ускорился ещё сильнее, скрепя зубами и проклиная плюшевых медведей, шоколад и валентинки с парочками. «Он всё равно тебя бросит через пару дней!» — ругнулся про себя актёр, пройдя мимо очередной сцены лёгкого комедийного аниме с примесью романтики и повседневности под названием: «Четырнадцатое февраля.»       И вот, дойдя наконец до школы, насмотревшись и настрадавшись, Тенма выдохнул. Злится совершенно не хотелось, но это некое чувство кипящей в нём зависти и острой потребности мозга в конфетном серотонине выводило его из себя. И ведь есть из-за чего злится! За все эти годы ни одной валентинки, ни одной конфетки, ни одной игрушки, ничего! Лишь горькое разочарование из года в год, и это несмотря на периодические подарки от Саки. Хотелось всё-таки романтики, а не семейной жалости на могиле твоей личной жизни.       И до чего же было обидно Тсукасе из года в год смотреть на проживающих полную событий, походов в караоке, без каких-либо забот жизнь своих одноклассников, всё время оставаясь массовкой на фоне чей-то анимированной сёдзё истории. В конце концов, это он тут главный герой и будущая звезда!              Тсукаса вновь выдохнул. Толку ругаться на вселенскую несправедливость никакого — только зря нервы портить, а за нервами и его красоте придёт каюк… Постойте-ка… Что это лежит у него в шкафчике?.. Ух ты, ничего себе! В шкафчике аккуратно, рядом с обувью, лежала коробочка шоколада и записка: «С днём святого Валентина. Твой тайный поклонник.»       Пульс на секунду замолк, и сердце, кажется, остановилось. Тенма буквально окаменел от удивления: «некий» поклонник подарил ему что-то. На день святого Валентина. Прежнее раздражение и зависть смыло нахлынувшей волной тепла, и некогда удушливая молочная вонь с нежностью окутала парня сладостным ароматом белого шоколада. Школьный коридор заблестел, солнце вышло из-за облаков, и полилась сказка — глазам парня открылся бескрайний океан неловких, но искренних признаний, любовных безумств, юный дух авантюризма, невообразимый прилив сил…       Тсукасу распирало чувство победы — эти шоколад и открытка были тому доказательством. Он буквально светился, как самая настоящая сверхновая от самодовольства и радости: в зрачках сияли созвездия, щёки заалели ярко-ярко, а губы сами расплывались в улыбке. Мир вдруг стал будто нарисованным, полным красок, словно он попал в третьесортный слайс-оф-лайф сериал, которые обычно крутят весной по телеку. И Темна, с явным помутнением рассудка на почве излишней впечатлительности и на фоне вдыхания ядовитых паров сладкого, почувствовал себя в сложившейся обстановке крутым накаченным красавчиком, по которому весь мир сходит с ума.        Ха, ещё бы он себя так почувствует! Он — будущая звезда театра межгалактической сцены, яркий, незабываемый, экспрессивный и выдающийся оригинал! Про свою победу он раструбит во всех интервью зарубежным СМИ, а его бывшие одноклассники будут лить слёзы, ведь их школьное аниме закончилось, а Тсукасы в самом разгаре!       — О, Тсукаса-кун, доброе утро. — Тенма повернулся к внезапно (как всегда) появившемуся коллеге, от чего последний чуть не ослеп: в глазах актёра его профиль светился блёстками. Руи, приложив определённые усилия, по-кошачьи хитро улыбнулся, и, в купе с фильтром «Как хорошо быть школьником!» в глазах Тсукасы, его улыбка светилась, как диско шар.       — Доброе-доброе! — Тсукаса улыбнулся ещё шире. Ну всё, кажется, он совсем потерялся в своём слащавом мирке…       — Погляжу, кто-то уже сделал тебе подарок. Поздравляю! — Руи тихонько хихикнул, сверкнув глазами…              Стойте, что-то тут не так. Что за странная улыбка?.. По розовым очкам Тенмы пошла трещина, и он, собрав не слипшиеся в сахарную вату остатки мозга, принялся думать. То, что режиссёр с прибомбахом и в целом самую малость не от мира сего, он знал прекрасно. Для понимания этого факта не нужно быть гением — гением нужно быть, чтобы понять что в голове этого удивительного сознания происходит. Гением Тсукаса — к счастью или к несчастью — не был. Но несмотря на колоссальную разницу в работе умственных процессов обоих парней, до актёра мало-помалу начало доходить. Сложив два плюс два и проведя ещё с десяток поразительных умозаключений, прекрасный срисованный мир Тенмы посыпался, как карточный домик от порыва ветра.       — Только не говори, что это ты тот «тайный» поклонник… — прошипел Тсукаса, скрепя зубами. Он-то уже напридумывал себе всякого, представил будущую даму своего сердца, уже собирался посвятить ей поэму на тысячу с лишним страниц!..       — Так точно, прямо в цель. — Руи в следующую секунду сделал щенячьи глазки и жалостливо взглянул на коллегу. — А что, тебе не понравился мой подарок? Знаешь, я так долго готовил шоколад, так долго искал коробочку… — он фальшиво всхлипнул, и этот жест окончательно добил актёра. Радость улетучилась, фильтр сполз с глаз долой, и картинка мира вновь стала прежней: серая с оттенками голубого, холодная панорама февраля.       — Ладно-ладно, только перестань ныть! — Тенма устало вздохнул, осторожно, но с полным безразличием, развязал аккуратный бантик, открыл крышку, оглядел маленькие шоколадные конфетки в виде сердечек, взял одну, без раздумий сунул ту в рот… И тут же об этом пожалел.       — Кстати, я добавил внутрь перец. Острый.       Язык Тсукасы горел ярче и сильнее, чем Солнце сегодня: боль была нестерпимой, будто бы его всего обдали из огнемёта. Больше всего было обидно за шоколад: он оказался горьким.              Что ж, это четырнадцатое февраля он ещё долго не забудет. Будет что внукам рассказать.