Сигарета на двоих

Мягкие простыни становятся чуть ли не спасением, когда Кевин толкает Аарона на кровать. Что-то невероятное, что-то, чему ни один из них пока не нашел названия. Одежда довольно быстро летит на пол, когда Кевин понимает, что Аарон буквально раздевает его взглядом. Дэй не в полной мере может понять, насколько сильную власть имеет над этим парнем. Что именно из-за него тот бросил наркотики, шумные вечеринки, разгульный образ жизни и начал учиться усерднее. Ведь Кевин Дэй, — само воплощение красивой правильности, — сказал ему «нет». И это «нет» значило так много, что Аарон просто не мог пойти вопреки. Они любили друг друга, и об этом знала вся школа. Они смеялись, болтали до ночи, гуляли, держась за руки, и исследовали тела друг друга. Каждая проведенная вместе секунда заставляла Аарона Майкла Миньярда влюбляться все сильнее и сильнее. Теперь Кевин не был просто желанной игрушкой. Он был его возлюбленным, парнем, смыслом жизни и ещё многими-многими красивыми словами, которыми можно назвать того, кто кружил голову одним своим присутствием. Кевин тоже был таким. Он любил, был любимым и отдавал взамен столько, сколько мог. Был рядом в самые трудные моменты и тогда, когда Аарону было просто весело и хорошо. Любовь, казалось, витала в воздухе, когда они были рядом, однако иногда она могла замениться на страсть, как это было сегодня. Долгое время парни считали, что могут обойтись ублажением друг друга ртами и руками, пока Кевин, послушный мальчик и гордость школы, не решил, что хочет попробовать что-то новое. Это стало новостью не только для Аарона, но и для самого Кевина, который целую неделю вынашивал эту идею в голове и не мог собраться с мыслями. О да, мысль о том, что Аарон мог оказаться внутри него, несомненно будоражила и вызывала приятные мурашки. Но они, как неопытные в этом деле подростки, все ещё могли не быть готовы к подобному. Тогда Кевин обратился к лучшему другу. Нил, выслушав его проблему, посоветовал обратиться к психологу, потому что его желание «порадовать своего парня» — точно не что-то из разряда нормальности, на что Кевин лишь закатил глаза и сказал, что они с Эндрю, вообще-то, тоже парни, и когда они трахались на последней вечеринке, — никто им и слова не сказал. Нил замолк. И все же дал дельный совет посмотреть порнографические фильмы. Кевин не понял, как сам до этого не додумался, но все же прислушался. И теперь, когда Дэй оседлал бедра своего парня и достал тюбик смазки из спортивной сумки, — Аарон думал, что умрет. Это была невероятно сексуальная картина: Кевин Дэй, сидящий на нем, опирался одной рукой на грудь возлюбленного, а второй разрабатывал себя, подготавливая к самой интересной части этой сумбурной ночи. — Малыш, ты пиздец меня заводишь, — хрипло проговорил Аарон, оглаживая ладонями бока Дэя и облизывая пересохшие губы. Кевин на это лишь довольно промычал, зажмуривая глаза от лёгкого дискомфорта внутри. Он делал это и раньше, чтобы не разорвать себя при первом разе, но сейчас, под пристальным взглядом Аарона, это слишком смущало и возбуждало одновременно. Наконец Кевин заканчивает и наклоняется к парню, чтобы поцеловать. Страстно, мокро и грубо, потому что сегодня он хочет именно так. Хочет держать контроль над Аароном, и в то же время — чтобы тот был с ним грубее, чем обычно. Руки Миньярда проходятся по спине Кевина, опускаясь на подтянутые ягодицы, отчего тот вздрагивает. Чужие руки на себе ощущаются настолько хорошо и правильно, что Кевин все ещё не понимает, как жил до этого момента. Они целуются, пока не заканчивается воздух в лёгких. Кевин проводит языком по припухлым губам своего парня, когда находит рукой его член и аккуратно направляет его в себя. Аарон под ним слегка дрожит от предвкушения и тихо скулит, когда головка входит внутрь. Так не было с девушками. Так не было ни с одним парнем, с которым Миньярд когда либо был. Его возбуждал Кевин Дэй, его прекрасное тело и низкий голос. И даже мысль о том, что он был у Дэя первым, просто сносила башню. Кевин тяжело дышит и опускается ниже, откидывая голову назад. Он быстро привыкает к новым ощущениям и хочет большего, сводя этим Аарона с ума. И это словно наркотик. Словно чертова доза, что пустили по вене. Миньярд делает движение бедрами вверх, насаживая Кевина на себя ещё сильнее, отчего тот буквально забывает, как дышать. — Аарон… Я… — Знаю, детка. Сейчас будет приятно, — и тот не врёт, потому что буквально через полминуты, когда Кевин практически полностью опускается на бедра своего парня, член Аарона задевает ту самую сладкую точку внутри, заставляя Дэя выгнуться в спине и протяжно простонать от удовольствия. — Нравится? Кевин кивает, прикрывая рот рукой, лишь бы больше не издавать таких громких звуков, но Аарон убирает её, тихо шепча: — Прошу, не сдерживайся. У тебя замечательный голос. И Дэй, очевидно, слушается, потому что теперь каждый раз, когда Аарон двигает бедрами, он стонет, не скрывая своего голоса. Судорожно хватая воздух губами, Кевин пытается привыкнуть к темпу, что задаёт его парень, и наклоняется к нему, чтобы снова утянуть в поцелуй. Что-то на грани сумасшествия. Такое тягучее и приятное, что можно умереть. Но они не собираются останавливаться, даже если от этого зависят их жизни. Слишком хорошо и еще много «слишком», которые они просто не могут произнести вслух. Башеный темп практически сливается с шумом пульса в висках, когда Кевин ощущает, как подходит к краю. Это чувство заполненности сводит его с ума и заставляет скулить в губы своего возлюбленного, пока тот с упоением целует его и сжимает крепкие бедра до синяков. Приятные судороги прошибают их тела практически одновременно. Аарон кусает нижнюю губу Кевина, в то время как тот извивается, пытаясь прямо сейчас не потерять сознание от удовольствия. Словно яркие вспышки перед глазами. Удары тока и приятная нега после. Тело Кевина обмякает, когда Аарон выскальзывает из него и укладывает парня рядом с собой. — Ты был великолепен, — загнанно дыша произносит Аарон, целуя Дэя в макушку. — Говоришь, словно мужик в дешёвой порнушке, — с легким смешком произносит тот, чувствуя, как его медленно клонит в сон. — Пусть это лучше будет прекрасный роман, — с улыбкой отвечает Миньярд. — А теперь в душ, детка. Надо повторить наш подход.

***

Аарон приносит краску, когда родителей Кевина нет дома. Он долго уговаривает парня покрасить его в синий, который почти смылся, но Дэй всё не соглашается, ссылаясь на то, что он ни разу этого не делал. Но Аарон не отступает, и ему просто нельзя отказать. Так что Миньярд приходит в его дом впервые и чувствует себя странно, когда узнаёт, что у Кевина довольно приличный дом по сравнению с его. — Неплохо. Я б здесь жил, — со свистом произносит Аарон, осматриваясь. Кевин закатывает глаза и подставляет стул к большому зеркалу в гостиной, чтобы Аарон мог наблюдать за процессом. — Садись уже. Быстрее начнём — быстрее закончим. Я итак не уверен, что идея хорошая. Миньярд усмехается и усаживается на стул. Кевин замешивает смесь в миске, и его руки слегка подрагивают от волнения. Аарон в его доме, и это ужасно волнительно. А кто бы не волновался? Кевин никогда не имел серьёзных отношений, а тут такие сильные чувства, что он собственноручно готов себя задушить, если Аарон об этом попросит. Аарон, кажется, переживает не меньше. Но он этого старается не показывать, лишь снова и снова разглаживает рубашку на себе. Да, он точно нервничает. Кевин проводит рукой по чужим волосам. Они мягкие, и парню все ещё не верится, что он имеет право их касаться. Всего Миньярда. — Начинай уже. Сам говорил, что времени не много. Кевин усмехается и приступает к работе. Он прокрашивает прядку за прядкой, аккуратно и сосредоточено. Аарон наблюдает за ним через зеркало, и вид Кевина, кропотливо работающим над покраской, его веселит. Он невольно смеётся, и Дэй поднимает глаза. Их взгляды пересекаются в зеркале, и Кевин невольно улыбается. Его черты лица смягчаются. — Какой же ты… — Замечательный? Дэй цокает языком. — Бесячий. Возвращается к работе, пока Аарон снова пытается не думать о том, как же сильно он хочет поцеловать его. Кончик носа Кевина слегка вздернут, брови нахмурены, и он, кажется, правда старается. И это так сильно нравится Миньярду, что он с нетерпением ждёт окончания процесса. И стоит Кевину выпрямить спину с тяжёлым выдохом, как Аарон поднимается со стула и подходит к нему вплотную, заставляя удивлено промычать. Никто из них ещё не привык к такому близкому телесному контакту. Никто не привык к тому, что они вместе, но сейчас это волнует меньше всего, потому что Аарон кладет руки на чужие бедра, а Дэй не может его оттолкнуть, потому что его руки в перчатках измазаны краской. — Не смей. — Ты такой красивый, когда сосредоточен, — мурлычет Аарон практически в чужие губы, пока Дэй лишь недовольно закатывает глаза. Ему это нравится. Безумно нравится, но он не признается. — Я все еще очень люблю тебя, Кев, — напоминает Миньярд, заставляя брюнета затаить дыхание, потому что подобной нежности от близнеца не ожидал. — Ты придурок. Испачкаешь меня краской — и я тебя придушу. — Ну-ну, — смеется Аарон и прижимается губами к губам Кевина. И этот поцелуй такой нежный, такой чувственный, что хочется в нем задохнуться. И Дэй сдается. Он прикрывает глаза и стягивает с себя перчатки, чтоб наконец прикоснуться. Наконец обнять Аарона, прижимая к себе. Любит. Он тоже любит его. Так искренне и так чисто, что спирает дыхание. Они оба — влюбленные подростки, у которых все ещё шалят гармоны, но каждый из них уверен, что это надолго. «Потому что я все еще люблю тебя».