Абстрактный баттл-рэп

Метки: Алкоголь; Курение; Нецензурная лексика; Забота/Поддержка; Элементы романтики. Описание: — Короче, — тихо начинает Кирилл — ты спрашивал про то, что в клубе было. Я. даже не знаю. так это сказать — он запинается и немного боится. Дима прижимает его к себе и гладит по спине, пытаясь успокоить и надеясь, что он сейчас не разревётся, на что были намёки в качестве дрожи в голосе — они встречаются. Он удивляется и не верит в его слова. Берёт Кирилла за плечи и немного отстраняет от себя, чтобы посмотреть в глаза. Они слегка красноватые от подступающих слёз. Дима никогда не видел плачущего Кирилла, даже когда он в сопли ужратый. Как сейчас например.

⊹──⊱✠⊰──⊹

— Кирюх, с тобой всё хорошо? — тихо спрашивает Дима, похлопав его по плечу. — Да, да, всё окей — нервно тараторит Кирилл, заливая в себя очередной стакан алкоголя. Не хорошо. Всё совсем не хорошо. Он еле сдерживается, чтобы не позвонить Егору, не написать или в конце концов, просто не выбежать из клуба и не позволить брату уехать с Мэдсоулом. Ты слишком сильно себя накручиваешь. Егор уже в взрослый мальчик, сам справится, это его жизнь, в которую Кирилл, даже на правах родного старшего брата, не имеет права лезть. А хочется. У Кирилла сердце сжимается, когда он видит, как Вова его обнимает, целует, как-то ласково называет. Жуть. — Точно всё хорошо? Голос Квида звучит спокойно, даже слегка нежно и немного успокаивает, выводя из мрачных мыслей. — Что случилось, расскажи? Как такое расскажешь? Он Егора любит, но выбор принять почему-то не может. Он знает, что Вова хороший человек, что он не обидит и не причинит вред, но нехорошие мысли его преследовали постоянно, когда Егор его упоминал. Все мысли в голове мешались с алкоголем, ни как не формируясь во что-то хорошее. Диалоги остальных он не слушал и не особо обращал на них внимание, как и они на него. Только Квид несколько раз спрашивал, всё ли в порядке. Тот лишь кивал и выдавал подобие улыбки, пытаясь не поддерживать зрительный контакт. Как они выползали из клуба он конечно же не помнил. Улица, голоса, машина. Квид садится рядом с ним, случайно задевая плечом. Всем в машине было тесно, Кирилла придавили к двери, чуть ли не впечатывая лицом в холодное стекло. Хотя, он, возможно, был бы не сильно против. Сейчас не помешало бы взбодриться и освежить голову. Ночная Москва разливалась цветными огнями, выдавая в себе активную жизнь даже в столь позднее время. Балаев не пытается рассматривать эти огни, смотрит, как будто сквозь них. А Дима в это время незаметно разглядывает Кирилла, ну, пытается незаметно разглядывать. Уличные фонари, вывески и прочее освещали его лицо и отражались в чертовски красивых глазах, затянутых пеленой алкоголя и усталости. Он сейчас выглядел так уютно и спокойно, что не верится, что это тот самый Кирилл ИзТолпЫ. На балконе, на удивление, не холодно. Он курит и немного успокаивается, ведь Егор всё же ответил и пытался заверить в том, что всё хорошо. Не получилось. По крайней мере, не полностью. Хлопает дверь балкона, он резко оборачивается и видит Диму. — Кирь, — тихо начинает Капранов, подойдя к мнему ближе — чё с тобой? Ты весь вечер какой-то мутный ходишь. Тот отводит взгляд, не решаясь отвечать. Об этом никто не должен знать. Хотя… — Да я за Егора переживаю — не уверенно начинает, затягиваясь сигаретой. — А что с ним? — в Димином голосе чувствуется переживание. Лучше тебе об этом не знать. Но с другой стороны, с кем-то поделиться своими переживаниями было нужно. Даже необходимо. — Обещай, что никому не расскажешь. — Хорошо. Дима готов внимательно слушать, его приятный голос можно слушать вечно и даже чуть дольше. — Блять… — Кирилл закрывает лицо руками и тихо устало стонет, готовясь рассказать то, держал в себе на протяжении нескольких месяцев. Квид подходит и обнимает его за плечи. — Кирюх, успокойся — он поглаживает младшего по голове. Как тут успокоиться? Как в такой ситуации успокоиться? — Короче, — тихо начинает Кирилл — ты спрашивал про то, что в клубе было. Я. даже не знаю. так это сказать — он запинается и немного боится. Дима прижимает его к себе и гладит по спине, пытаясь успокоить и надеясь, что он сейчас не разревётся, на что были намёки в качестве дрожи в голосе — они встречаются. Он удивляется и не верит в его слова. Берёт Кирилла за плечи и немного отстраняет от себя, чтобы посмотреть в глаза. Они слегка красноватые от подступающих слёз. Дима никогда не видел плачущего Кирилла, даже, когда он в сопли ужратый. Как сейчас например. — Ты серьёзно? Уверен? — Да, он… сам рассказал когда-то. — Пиздец, Кирюх, успокойся. Тот пытается, правда пытается. Дышать становится тяжелее. Тёплые руки Квида на плечах чуть-чуть успокаивали. Перед глазами всё начинает размываться, Дима что-то шепчет ему… Как Капран дотащил его до одной из комнат он уже не помнил, всё обрывалось. — Я очень… за него переживаю, вдруг… — Кирилл тихо всхлипывает, прижимаясь к Диме, усадившему его на свою кровать, на которой он в этот раз должен был спать один, ведь Егор не единственный, кто съебался с хаты. На трезвую Кирилл бы никогда так себя вести не начал, просто уже нервы сдали, тем более, алкоголь никто не отменял. — Кирь, не переживай ты так. Он взрослый уже, всё понимает — слышится тихий успокаивающий голос над ухом. Здравые вещи говоришь, только вот, как в этом убедить пьяного волнующегося человека? — Знаю, но… — Я Вову давно знаю, ничего плохого он твоему брату не сделает. Почему, когда говорит Джонни Квид, ему хочется верить? Он всегда казался каким-то добрым и милым котом, к которому ты можешь прийти и рассказать абсолютно всё, рассчитывая на поддержку. Так и было. Балаев невольно приподнимает уголки губ, думая об этом. — Что, успокоился? — с широкой улыбкой спрашивает Дима. — Да, спасибо тебе. Стало как-то легче, ведь он осмелился кому-то раскрыть свои эмоции. Кирилл не понял, кто, кого и когда начал целовать, не понял, как большие и тёплые руки Квида оказались у него на талии и стали нежно оглаживать тело, как собственные руки оказались под его кофтой, когда тот уложил на спину и навалился сверху, но понял то, что ему это до дрожи нравится. На утро Кирилл чувствует себя максимально хуёво, с тяжестью разлепляет глаза и видит Квида, лежащего рядом и обнимающего поперёк живота. Сознание медленно возвращает воспоминания вечера. Стыдно за то, что он позволил себе кому-то раскрыться и страшно за то, до чего всё могло дойти. Да нет, не могло, он же с пацанами даже в говно пьяным никогда… Егор ещё не вернулся, но звонил и говорил, что всё в порядке, что подгребёт ближе к отъезду. Старший уже не так сильно волновался, потому что это было физически тяжело. Дима смотрел на него как-то странно, что было не удивительно. Он точно всё помнил. — Дим, прости — тихо говорит Изтолпы, выловив его в одиночку. — Кирилл, — спокойно отвечает он, положив руку ему на плечо — всё в порядке, я понимаю, стресс плюс алкоголь. Бывает. — А было ещё что-то? — осторожно интересуется Кирилл. Мгновение кажется секундой, сердце бьётся быстрее, от возможного ответа страшно. — Нет конечно. Успокойся, Кирюш, всё в порядке. Дима улыбается, заражая своей улыбкой. Младший улыбается в ответ, обнимая. — Всё будет окей, не переживай ты так. Он почти и не переживает теперь, потому что хоть чуть-чуть ощутил это на себе. — Спасибо тебе, Дим, за поддержку. — Обращайся — в его голосе слышится доброта и нежность. Это успокаивало и приводило в себя. Может, он ошибается по поводу отношений Егора с Вовой? Может, всё не так уж и плохо, как он думает?..