Рождена для любви

      …И однажды я умру, и когда это случиться, я хочу чтобы меня кремировали, а мой прах захороните в могилу к Габриэлю, положите на его колено, хочу после смерти лежать у его колен и просить прощение за то, что не сдержала обещание и предала.

***

      Натали вспоминала строчки собственного письма, про которое она забыла давно, даже забыла куда положила его. Сейчас она не ответит на вопрос: хочет ли она быть на его коленях; два года прошло со смерти Габриэля, и за это время боль притупилась, но не ушла. Ей по прежнему больно говорить про Агреста, а Эдриан так вообще не может говорить про него без слез:       — Ловко же вы выкрутились, Габриэль. — Смотрит на своё отражение в зеркале женщина.       Тогда, два года назад Монарх и победил и проиграл. Победил в плане того, что для народа он стал героем, спасших их от безумия об идеальном мире Монарха и Цуруги; его мечта сбылась, Натали и Эмили живы и здоровы. Но он сам погиб…       — Это не стоило того.       Женщины Габриэля несчастны. Эмили сейчас в браке с другом юности, тоже вдовцом, но всё равно при любом удобном случае блондинка вставляла своё — "Ах, если б Габриэль был жив, как бы он поступил?"       Натали продолжает смотреть на себя в зеркало, на ней был лишь лёгкий пеньюар красного цвета, украшенный чёрными кружевами по бокам. Вчерашняя ночь с молодым любовником была великолепна. Сладкий стон вырывается из губ женщины, когда она только вспомнила, что вчера Лукка творил с ней. Собственно, как они познакомились?...       Когда Эмили устроила свою жизнь, блондинка решила и подруги подыскать партнёра, и это было её самое худшее решение; она познакомила Натали со своим одноклассником, и поначалу мужчина даже понравился брюнетке, всё было хорошо, пока дело дошло до интима.       Как всë-таки алкоголь негативно влияет на разум человека. Из милого мужчины-мечты Ричард превратился в зверя, которому был нужен секс. — С неким таким отвращением вспоминает Натали перед зеркалом.       Мужчина не жалел свою подругу, а совершал, по сути, насилие над ней. И в этот момент он сильно ударил Натали по голове, что притупило боль в промежности, но усилило боль где-то в висках.       После это ночи у женщины было сотрясение мозга, но благо только это, если, конечно, не считать, что та стала жертвой изнасилования. После этой ночи и начался ад для женщины; казалось, что жертвы изнасилования после должны испытывать отвращения к сексу, или как минимум к мужскому полу.       «А кто сказал, что это было изнасилование? » — Отметила как -то Натали.       Наверно, грубый удар по голове сделал из женщины нимфоманку, думающую 24/7 о сексе. Каждый день она проклинала Ричарда за то, что тот извратил её и сделал зависимой от того самого...       — Ненавижу себя за… — Женщина не успевает закончить предложение, как кто- то сзади хватает её за грудь и, повернув к себе, целует в губы.       "Нет, я же не отошла от вчерашнего!"       Она хочет оттолкнуть молодого любовника, но его губы так и манят увлечься поцелуем и не останавливаться, пока не закончится кислород, но парень нехотя отпускает её через минуту:       — И кого ты ненавидешь?       — А ты всё слышал? — Провела пальцем по его груди.       Чем её привлёк Лукка? Парень был черезчур романтичным, временами даже слишком. Такого бы не каждая девушка выдержала, ему нужна была стерва, как например та блондинка, одноклассница его сестры.        — Одноклассница твоей сестры, сестры- близнеца… Боже. — Бьёт себя ладошкой по лицу Натали.        — Чего это ты вспомнила про Джулеку? — Уложил женщину на помятую постель Лукка.        — Думала ли я год назад, что буду лежать под парнем, который лишь на год старше Эдриана!       Лукка снимает с неё пояс, растегивая халат, под которым, как оказалось, ничего не было.       — Ох...— Женщина сильно покраснела.       — В некоторые моменты ты не чем не уступаешь школьницам: так же нелепо краснеешь, заводишься от малейшего прикосновения...— Кладёт руки ей на голую грудь, начиная полегоньку массировать, большими пальцами он специально задевает соски.       — А-ам... Однажды ты переусердствуешь и на груди останутся синяки.       «Грудь, как у Маюры? Кто — нибудь вообще представлял прислужницу Бражника голой? А Леди Баг? »       Почему- то она вспомнила свой образ в талисмане Павлина, но парню об этом знать не нужно, хотя этот романтик ей и это простит. От мыслей про Маюру Натали отвлёк язык Лукки на ее сосках.       — Ууф. Vas-y, sale gosse, repose-moi toute seule.       Парень продолжал наслаждаться её французской речью и опускаться языком к прессу.        Возможно, Габриэль, видя как его верная «собачка» страдает без него, решил послать ей верного и любимого партнёра. И пускай ей 40, а ему 18, куда лучше так, чем Натали бы меняла партнёров, не брезгуя даже однополыми связями. Да, было и такое, раза три, но Натали не зашло : одна девушка хотела, чтобы с ней было всё нежно, вторая была черезчур груба, а третья уже замужем и так и останется пределом мечтаний.

***

      — М-м-м...мгх...м-м-м.        — Вот так, ещё пару толчков и можно готовиться к малышу, а может даже и двум. — Лукка закинул на себя ножки Натали и входил в неё с большим напором.       — Я же говори… — Снова не даёт ей закончить предложение, целуя в губы.       Дьявол кроется в мелочах. Натали порой раздражало вечное пищание Лукки о том, что им пара завести малыша.       — Откуда такая тяга к детям? О-оу.       Пара меняет позу, и теперь Лукка ложиться рядом, приподняв ножку Натали он вставляет в неё свои 17 см.       — А-а-а… Мы говорили об этом уже. — Бьёт по заду женщину.       Парень рос без отца, и то чего он не получил от него внимания. Именно поэтому ему хотелось наследника, ведь тогда он бы мог подарить своему ребёнку столько любви, сколько тот захочет.       — Ах, представь, родиться Лукка младший; у сына будет…будет всё чего не было у… Уф...У его отца.        Кажется, парень уже представлял, как ведёт своего сына в школу, как играет в футбол, как учит играть его на гитаре....       — Представь нашего малыша, такого мальчишку, который будет твоей копией, ведь сын должен быть похож на свою мать. — Шепчет ей на ухо и легонько хватает женщину за волосы.       — А если девочка? — Ели-ели произносит Натали.       — Будет и девочка, маленькая Анарка. А через годик родим ей братика. — Ускорил тембр.               Лукка поэтому и не предохранялся. Натали не раз говорила ему, что не очень близка к теме материнства.       Если бы она хотела бы родить для себя, она бы давно родила от Агреста, и те бы не посмели ей ничего сделать; одно из двух : либо побоялись бы огласки на публике, либо Габриэлю бы совесть не позволила. А сейчас… и возраст +40 и было бы кому. Сейчас молодой парень хочет, а потом поймёт, что ребёнок не выходит сразу семилетним, и устав от ответственности, бросит её. Ещё одна Хлоя Буржуа вырастет, никому не нужная и с кучей комплексов.       В своей семье Натали была единственным ребёнком, у родителей она поздний ребёнок, её родителям тогда уже было за сорок. Женщина помнит по сей день родительский дом — как же, порой, хочется туда. Из живых родных осталась мать, отец умер ещё за год до истории с Эмили; с матерью женщина поддерживает отношения на расстоянии, за всё время старуха ни разу ни поторопила дочь с замужеством или внуками. Про то, что дочь болела из-за поломанного талисмана та не знала, ну и нужно ли было?        Лукка языком провел по лицу Натали, возбуждённый парень делал это часто, и со временем это превратилось в своеобразный фетиш для женщины. Особенно это нравилось ей вечером, когда своим «змеиным» языком он мог слизать весь макияж с её лица, если он, конечно, не закреплён фиксатором.       — А-ах. — Она пыталась активно губами поймать язык парня.       Пик настиг их почти одновременно. Лукка кончает внутрь и, конечно же, он без защиты.        — Мгх... — Блаженно вздыхает Натали и кончает на простынь, когда молодой парень полностью вышел.       Как жаль, что прилюдию нельзя растянуть на весь день… Ему нужно ехать на запись, а ей нужно в душ, где она останется наедине со своими мыслями. Возможно даже с мыслями о ребёнке в 40.