Гвоздь программы.

Чёрное как смоль железо грациозно изгибалось, медленно переворачиваясь на бок. Носок тянулся вниз, создавая ещё бо́льший вид натянутости. Балерина запрокинула голову назад, заставляя прижаться к несчастному дереву вокруг нее ещё сильнее. Наблюдать за ними было слишком невыносимо. Пускай они и повторяли собственные движения по третьему кругу, это никогда не надоедало. Наоборот - сковывало все внимание, каждый раз обращая его на детали, что не замечались раньше. -Вы не останетесь без эмоций! В программе тонкий юмор, грандиозные сражения, фантастические спецэффекты и немного трогательной драмы! Артистичный, громкий голос из динамиков словно у диктатора гремел посреди всего зала. Сергей встрепенулся, услышав непривычно женский - нежный тон. -И все? Ничем больше не удивите? Руки снова поднялись вверх, соприкасаясь друг меж другом. Линии бёдер выглядели ещё более элегантно чем в прошлый раз, а небольшие выпуклости в виде груди живописно дополняли серые краски почти что на голом теле. -По случаю запуска «Коллектива 2.0» мы подготовили для вас особый сюрприз! Сережа насторожился. Особый сюрприз беззаговорочно принадлежал ему. Но проделки скользкой рекламы ли это, или что-то другое - понять он пока не мог. Балерина плавно наклонилась к нему ближе. По коже прошлась волна мурашек, стоило тонкой фигуре распустить руки вниз, чуть ли не соприкасаясь с Нечаевым. Подловив себя на странном деле, а именно - разглядывании выставочной модели гребанного робота, он неловко отвёл взгляд, сделав устрашающе серьезное лицо. Чуть не потеряв нить разговора, он настороженно спросил: -Ебучие пироги, и какой же? -Вы лично примете участие... В Представлении! Ха-ха-ха! Грубый до тошноты знакомый голос заменил ласкающую слух речь робота. Нечаев нахмурился. Брови свелись к переносице, оставляя вмятину меж них. Майор инстинктивно поддался назад, держав балерину дальше от себя. -Балерина перепрограммирована. -Как и все тут, я уже понял... Тело снова изящно выгиналось, будто ничего и не произошло, держав равновесие так, как ни смог бы ни один человек. -Чего ты добиваешься, Петров!? Голос, полный ярости и нетерпения оглушил откуда то идущую музыку. Классика теперь, по сравнению с кровью, циркулирующей в голове, казалась слишком тихой и ненужной. Не дождавшись ответа, Нечаев томно проглотил, готовясь к новой атаке трехэтажный матом на бездушное железо, невинно танцуя на деревяшке как и было ей предписано программой. -Нравится? Сергей от удивления аж раскрыл рот, оставив челюсть свисать. Неожиданно скользкий и одновременно ревнивый тон вырвался наружу, так, будто его сдерживали долгое время. Фигура вновь выгнулась в спине, и Нечаев понял что именно ему должно нравится. *** -Сражайся, собака! Ты ведь этого хотел?! Истеричный, уже такой ненавистный до боли в горле голос исходил будто бы из стен. А ведь с виду нормальный человек был. Программист, театром увлекался, науку уважал, что не так то случилось? Нечаев сначала думал что в голове что-то щелкнуло, прямо как у повернутых роботов, а потом понял - нет, такие психи как он ими не становятся, они ими рождаются, главное скрыть это хорошо под маской адекватного гражданина. Плющ не жалел. Размахивал массивными руками, то и дело падая на пол комком, промахиваясь каждый раз. Красный сгусток выдохнул, словно оглушившись от слишком сильного оплеухой топором. Майор шумно выдохнул, пристав спиной к стенке, но не выпуская оружие из рук. Пару капель пота спустились по лбу. -Сдохни! Голос Виктора будто подбадривал бороться дальше, хоть и кричал совершенно другое. Петров хотел его смерти, а Нечаев хотел не подвести Дмитрия Сергеевича хотя бы в этот раз. В этом их мнения и разошлись. -Никак не сдашься, псина! Сергей чувствовал, нет - знал что за эти слова ещё выбьет Петрову пару зубов, украшая все это несколькими синяками на красивой физиономии. Когда наконец с Плющом было покончено, Сергей оглянулся вокруг. Виктор стих, не ожидав что тот отправит мутанта спать так, будто бы сходил в магазин. Сканирование местности показало несколько ярко горящих трупов, набитых патронами и нейрополимерами. Один из них светился ярче всех, и даже отличался размерами. В этот раз двери послушно открылись, как в плоских играх после эпичной битвы с боссом. Зайдя в огромный зал, майор почувствовал странное, колющее чувство что исходило будто бы от стенок организма. Чего то не хватает. Что то не так. Что то изменилось. Взгляд недолго блуждал по разрушенной местности, за котороткий срок успевшей зарости живностью, как остановился на крайнем, круглом стенде. Чувство чего то недостоющего испарилось словно его никогда и не было. Здесь ведь раньше была эта балерина, так? -Ебучие пироги... Это тот артист повернутый накрошил? Парочку кусочков железа валялось вокруг него. Среди них были замечены целые обломки, которые ещё пару минут назад точно являлись ногой, рукой, бедрами или пальцами несчастной куклы. Сергей действительно хотел узнать почему Виктор так сделал. В голову не лезло ни единой мысли о побуждениях Петрова, и Нечаев начал думать что тому и вправду нужен проверенный мозгоправ, а потом понял - что знает это. Хоть вопрос и был задан в сторону, ХРАЗ не посчитал лишним и тут поболтать: -Скорее всего. Никого кроме вас двоих из людей тут замечено не было. Возможно Петров хотел сломать устройство для связи с вами чтобы оборвать ваше общение... Но это вряд ли. Последний раз окинув взглядом нечто, похожее на разбитый пазл, он вздохнул и толкнул носком одним из кусочков. Округлая форма напоминала голову. Где то внутри заскреблись кошки. А ведь недавно это нечто так красиво извивалось перед ним, обнажая свои красивые формы, толстым слоем покрытые железом. Даже обидно как то. -Ну ну. *** Нечаев не был похож на человека, в тот момент. Весь залитый красной материей, до тошноты противной субстанции плюща и запыхавшийся словно от долгой пробежки утром. Его руки на автомате перезаряжали дробовик настолько быстро, насколько это могло быть. Можно смело сказать что Петров не ожидал того, что будет внимательно следить за венами на его массивных руках, шумно вздыхать при каждом разе как тот находится в сантиметре от смертоносных рук плюща, и уж точно не ожидал что будет разламывать с несвойственной ему яростью железную балерину на кусочки из-за глупой ревности. Та даже не сопротивлялась. Ее динамики просто в какой-то миг замолкли, а тело перестало изящно двигаться, свеча красивыми формами. С облегчением выдохнув, Петров процедил: -Больше тебе некем любоваться. Сквозь акустику театра, было слышно как в речи майора промелькивали нецензурные ругания, в которых больше всего фигурировали его любимые пироги. Это хорошо - подумал про себя Виктор. Матерится, значит живой. Петров задумывался, почему его Сережа так ненавидит пироги, и даже поклялся себе один раз обязательно расспросить того при встрече, чем его так обидели пироги. Громкий крик Нечаева раздался, балансируя с рыком пылкого Плюща. Петров на секунду застыл, дергаясь от неистовых звуков жёстокого боя не на жизнь, а насмерть. Видимо не успеет. *** Приоткрыв потертую дверь, он задержал дыхание, тщательно вслушиваясь а посторонние звуки. Нечаев аккуратно подтолкнул дверь, стараясь не скрипеть и не подавать виду лишний раз. -Вот ты и попался... Появилось чешущееся желание побежать со всех ног к уже ненавистной фигуре инженера. Его руки плавно следовали движениям механических кукол, несущихся по рельсам с бешенной скоростью. Он видимо даже не боялся резких толчков и накатов в сантиметрах от его тела, даже наоборот - его забавлял риск стать в буквальном смысле безголовым. Ловко перепрыгивая словно балерина через появляющееся и вновь исчезающее препятствие с жуткой рожей и массивными клешнями. Майор уже хотел было дёрнуться в его сторону, как его путь преградила одна из кукол. Тихо выругавшись про себя, он снова поднял взгляд и до дрожи по телу встретился им с довольной рожей Петрова. Он улыбался во все тридцать два и только изредка роботы проскакивали между ними, закрывая обзор друг на друга. Далеко не дружелюбные роботы чуть ли не летали по сцене, нагоняя лёгкий ветерок по коже. -Заставь их остановиться! Нечаев, подловив момент, перебежал через свободные рельсы, приблизившись ещё на пару шагов ближе к своей цели. Столько носившись по комплексам, улицам заполненными култышами и мутантами, в этом гребанном театре в конце концов, его цель наконец-то стояла перед ним, почти что на расстоянии протянутой руки. Казалось майору даже мерещилось, что его очертания горят красным как в игрушечном автомате с пластиковой снайперкой. -А что мне за это будет? -Жив останешься! Все ещё находясь в опасной близости с механическими куклами, Майор осторожно двигался сквозь них, как в то же время Петров будто дразня, вырисовывал пируэты, гоняя Сергея, словно собаку по всей сцене. Когда обзор на смазливое лицо инженера снова открылся, тот выставил две руки с средними пальцами вверх, что ещё сильнее подогрело гнев П-3. -Петров, блять! Столько людей погибло, останови их! Голос был на грани срыва, и Сергей даже удивился как сильно он был похож пса в этот момент. От подобного сравнения аж передёрнуло, сказки Виктора слишком сильно влияют на сознание майора, что он даже стал сравнивать себя с... -А ты ещё не понял, пёс? -Что? Что я должен был понять?! Промолчав на очередной вопрос, он слегка прогнулся в спине, нелепо подражая тем балеринам в театре. Тихо рыкнув про себя, майор все же решился сделать рывок в сторону танцора. Слишком долго П-3 слушал Виктора, что расселся у его ушей намертво, тихо, но четко напевая свои эстрады. Пора с этим кончать. Петров, словно не ожидав подобной близости между ними, инстинктивно двинулся назад, даже не смотря что за спиной. Его могло раздавить в момент проскочившей мимо куклой, но судя по всему его это волновало меньше всего. На какой то момент Нечаев даже мог поклясться что увидел долю страха в глазах Виктора, но эта доля так же быстро улетучилась, уступая место смеху. Двигаясь по сцене будто кошка, одновременно держась от Сергея на безопасной дистанции, он продолжил говорить: -Скажи, Сережа... А что будет после того как я отключу всех роботов? Сеченов отпустит свою собачку с цепи и отправит в свободное плавание, так ты думаешь, Серёж? От ласкового искажения его имени, брови невольно свелись к переносице, а под солнечным сплетением зачесалось чувство чего то неправильного и плохого... -Дмитрий Сергеевич все исправит! Никто не узнает о том что ты натворил и все станет как раньше. Только если ты сука отключишь... Не дав договорить, Петров нагло и бессовестно прервал его. Его громкий голос эхом раздался по всему залу, загремев пуще прежнего. -Или ты станешь его карманным тамагочи. Дернувшись в сторону, Петров оказался на краю сцены, где ещё недавно находился П-3. Воспоминание о игрушечных питомцах навело призрачную настольгию. И пусть Нечаев этого не помнит, тамагочи - было определенно одним из немногих вещей что смутно напоминало что то очень хорошее из его прошлого. Виктор тоже напрашивался быть включенным в этот список. -Прекращай, Петров. Пока целый ещё! Все ещё осторожно передвигаясь вдоль рельс, он старался, хоть и безуспешно, подобраться как можно ближе к своей цели. -Угрозы, угрозы... Одни угрозы. А знаешь что, Сережа? Я бы хотел познакомиться с тобой до всего этого дерьма. Без Ларисы, без твоего волшебника, без этой гребанной перчатки у тебя на руке! ХРАЗ подозрительно помалкивал в это время, и даже когда надо было, он сохранял железное молчание будто бы его никогда и не существовало. От пристального взгляда Петрова от пяток до макушки, внутренности неприятно свело, а по коже пробежалась волна мурашек. Он рассматривал раскрасневшегося от злости Нечаева как очередной экспонат на выставке, при этом нагло ухмыляясь уголком губ. -Ты, наверное, хороший человек, Майор П-3. - Сергей терпеливо выслушивал каждое его слово, постепенно теряя контроль. Незаметно для Петрова, Нечаев подгонял Виктора все ближе и ближе к центру, напрягаясь каждой своей мышцей, готовясь напасть в любой момент -Мы могли бы подружиться, если бы ты только не был... И наконец, освободив путь, кукла пронеслась по последней, ограждающей их рельсой. Не теряя ни минуты, Майор прыгнул настолько сильно, насколько мог, растопырив руки в стороны, не давая ни единого шанса Петрову выбраться. -Сучкой Сеченова! Его истеричный голос раздался над ухом Майора, прежде чем они оба с грохотом и резкой болью упали к краю занавеса. Виктор дёргался, пинаясь и размахивая руками, в попытке выбраться из удушающих объятий майора. -Прекрати это, Петров. Выключай роботов! Ты не видишь, сука, сколько людей умерло? Тебе мало?! В ответ на брань и ругательства, Виктор ответил лишь истеричным смехом и новой порцией попыток вырваться. -Ты ещё не понял? Вопросительно изогнув бровь, майор облегчил хватку на шее, чтобы тому было легче говорить. -Я не могу этого сделать! -Не можешь, или не хочешь? Встряхнув его за плечи, он снова схватился за его грудки, приподняв настолько, чтобы тому не было куда смотреться больше, кроме как в глаза майору. -Как это блять понять "не могу"? Отвечай, а то без своего набора зубов останешься. Грозный, но в то же время опасливый чего то голос чуть ли не плевался желчью в бледное лицо Петрова. Нечаев не хотел верить, что Виктор действительно не может отключить роботов. После всей проделанной работы и тонны труда он просто не может в это поверить. Безумие, ярко играючи в серых глазах инженера, поблескивали словно стекло на свету. Кулак занесся слишком быстро над скулой Петрова. А потом над другой... От ненависти и ярости Сергей не слышал ничего кроме щёлкающих звуков ломающейся челюсти и истеричного смеха Виктора сквозь зубы. Слух вернулся слишком поздно. Когда из динамиков вырывалась подрагивающая речь инженера, не предвещающая ничего хорошего. Из всего сказанного, Сергей, навострив уши, смог услышать только громкое: -На-а-аташа! Виктор подозрительно притих под натиском тяжёлых коленей майора на его груди. П-3 ещё раз встряхнул его за плечи, только теперь намного сильнее, едва не вырывая ногтями ткань комбинезона. -Это че за херня ещё?! А ну прекращай, клоун! -Во-первых не клоун, а актер... А во вторых - познакомься с нашим гвоздем программы, Серёженька. Сергей бьётся об заклад, если бы хоть одна его рука была свободна, на последних словах он бы точно ласково погладил его щеку, хихикая под нос. Занавес открылись, а за ними постепенно начала вырисовываться громадная, ржавая фигура.