Главный зритель

Кавински был в восторге от всего того цирка, который разворачивался вокруг него. Лучше любого кино, лучше любой чужой личной драмы, которую он имел честь наблюдать. Борьба, стенка на стенку, за строй, за разрушения. За Сияние! Он никогда бы не подумал, что тот спектакль, который он разыграл перед Дейвом, сработает настолько хорошо, что ему дадут билет на вип-место. Бедный-бедный Раданчик, умер от его рук, и он, слава Терре, одумался, заискрился идеей дружбы и так ценными для других близкими связями. Иногда ему кажется, будто вокруг одни идиоты. Наивные, хотящие верить в лучшее. Дейви казался таким умным, серьезным и крайне способным человеком. Его расположение было тем, что нельзя было потерять. Не выгодно. И пришлось врубить в себе актера, чтобы вызвать сострадание, жалость у этого человека. План удался настолько хорошо, что он даже со всей своей наивностью, которую задушил лет десять назад, не мог и представить, что все пройдёт насколько гладко. Удивительно. Кавински никогда не верил в успех стирания. Слишком много переменных, слишком большой процент неудачи. А Дейв был ребёнком, рожденным на линии фортуны, нельзя было даже надеяться, что стирание удастся. Уникальный Дейви. А ведь он еще удивился, как «Лололошка» под дурака косит. Замечательный актеришка, правда до его уровня ему при всем желании, не дотянуться. —— Он внутренне ухахатывался с Бывшего Главного Секретаря, его сиятельство-, Калеба. Как он дослужился до этой должности, если так легко верит, что Винс просто забыл сменить пули. Кавински- бывший наблюдатель, умудрился что-то забыть, что-то проигнорировать? Он обязательно напишет сборник шуток, чуть поменяв суть и поменяв имена. Это точно станет бестселлером в определенных кругах. Винсу невыгодно убивать Войда. Ему слишком нравится то, что происходит. Его стороны в этом конфликте нет, он просто веселится. Пускай шестеренки повеселят его, шестеренку. Он не тот человек, который устроит им короткий путь. Просто по-детски хочет, чтобы эта история затянулась. Может он быстрее умрет, чем увидит финал, но пока есть возможность, будет получать удовольствие от всего, что происходит вокруг него. Детали поистинне имеют свой шарм: вон тот полицейский впервые держит оружие в руках, вон у того шнурки развязались. А еще плачущая женщина в том дальнем переулке над трупом: сына, мужа, брата, друга? Все равно, но зрелище интересное. Он не озвучит, но эти драмы до чертиков, до искр перед глазами, ему нравились. Нравилось и то, как Империя позориться собственной исполнительной силой, которые даже себя в порядок привести не могут, не говоря уже об окружающем их мире. Сияние ничем не лучше, борются за мнимую «свободу» и «правду». Сборище долбаебов с синдромом героя и спасателя. Хоть монетку подкидывай: кто помрет первым. Его ставка- он надеется- сыграет. Кавински выбрал Дейва, как самую примечательную цель. Неофициальный лидер. С двумя глупыми именами, и с глупой железной подружкой. Что же касается других. Остальные его мало интересовали. Пешки. Эти две лесбияночки, эта полицейка, колхозник и какая-то шайка совсем незнакомых ему людей. Сдохнут и ладно. Меньше народу, больше кислороду. Ему больше интересны Король и Королева этой игры: Лололошка и Райя- со светлой стороны, Рехобоам и Войд- с темной. Кто же первым сделает шах? Кого первым загонят в угол? Кто кого положит на лопатки и свернет шею? Он хочет увидеть финал этой эпопеи! А пока просто побудет серым наблюдателем, заинтересованным зрителем в этом спектакле жизни.