Твоё тепло

Единственное что радовало в этих экзаменах, так это то, что это последний год обучения, значит и экзамены последние. Осталось сдать ещё два и можно будет вздохнуть спокойно. В целом Чимин не испытывал трудностей, скорее просто общий нервяк, но были такие студенты, что были не прочь прибегнуть к любым заговорам, раскладам на таро, проклятьям или чему угодно другому лишь бы сдать, и как Чимин оказался в это втянут неизвестно. — Чимин, привет! — звонкий голос девушки был слышен даже в коридоре полном шумящих студентов. — Юна? Привет, как ммм поживаешь? – вежливо поинтересовался Пак, останавливаясь. — На самом деле ужасно, у меня через два дня зачёт по статике и динамике, а у меня в голове полная каша, я слышала, что ты разбираешься в этом? — Эм, ну… — Чимин, пожалуйста, я завалю, а пересдачи нет, прошу, спаси меня! – Юна состроила самую умоляющую мордашку, на которую была способна. — Ладно, хорошо… Можем позаниматься немного, но времени не так много, ты уверена, что успеешь всё запомнить? — Там несколько нюансов с задачами, думаю, я справлюсь, если ты поможешь мне, — кивала девушка. – Я могу приехать к тебе сегодня, чтоб тебе было комфортней. — Давай лучше в библиотеку пойдём, у меня дома нет нужных методичек, всё равно, — Чимин достал телефон, набирая сообщение Чонгуку о том, что их встречу придётся перенести на попозже. — О, хорошо, как скажешь, — Пак не заметил лёгкого разочарования на лице омеги, вежливо улыбнувшись и кивая в сторону выхода, продолжая печатать на телефоне. Если честно, Пак не понимал необходимости в своей помощи, потому что девушка неплохо разбиралась в материале. Да, были моменты вызывающие трудности, но они не были такими критичными, она вполне могла справиться со всем самостоятельно. — А эту формулу нельзя упростить? – хмурилась Юна, тыкая пальчиком на одну из строчек. — Ты буквально только что её использовала, зачем тебе… — О, приветики, чем занимаетесь? – соседний стул с шумом отодвинулся и на него плюхнулся явно недовольный Чонгук. — Гука, что ты тут делаешь, я думал мы встретимся позже? – Чимин потянулся рукой к парню, но тот сложил свои на груди. — Хотел встретить тебя, но проторчал пол часа у входа в кампус, я звонил тебе кстати, — так же недовольно ворчал младший. — Что? Я… думал, что поставил будильник, чтобы не пропустить время, — Чимин начал рыться в бумагах на столе в поисках своего телефона. Выключен. Странно, зарядки там точно было много, он не мог разрядиться. – Хм, выключен…прости, я наверное случайно нажал… — Да, понимаю, конечно случайно, ведь лучше сидеть здесь с предтечной девчонкой, которая своим запахом заставит скоро задохнуться весь этаж, — выплюнул Чонгук, злобно сверля притихшую Юну взглядом. — Что? Юна, ты в порядке? Почему не сказала, что не можешь заниматься? Не нужно так мучить себя, если… — О Господи, ты серьёзно?! Да она тут охмуряет тебя по полной программе, а ты как дурак ведешься! — взорвался Чон, привлекая к себе внимание и недовольные шики. — Чонгук, прекрати. Мы в общественном месте, и просто занимаемся, твоя ревность уже переходит все границы, — строго выдал Пак, сверля глазами парня. Чонгук моментально сник, его плечи опустились, а губы поджались. — Вот как значит… хорошо. Иди к черту, Чимин, — убито пробормотал мальчик, подхватывая свою сумку и убегая прочь. — Чонгук! — Пак попытался ухватить его за куртку, но тот был быстрее. Что это вообще было? — П-прости, я не хотела, чтобы ты ссорился со своим парнем, — жалобно пролепетала Юна, обнимая себя, защищаясь от агрессивных феромонов Чона, которые продолжали висеть в воздухе. — Всё в порядке, я думаю мы сможем всё уладить… Давай, я провожу тебя до общежития, тебе не стоит сейчас одной ходить. Почему ты не приняла таблетки? Это может быть небезопасно, — бормотал Пак, собирая книги и складывая методички в аккуратную стопочку. — Просто это не всегда стабильно… я не хотела доставить неудобств, было бы замечательно, если ты проводишь меня, я правда не лучшим образом себя чувствую, — смущённо проговорила омега, заправляя волосы за ухо. Всё время что они шли к общежитию, Чимин пытался дозвониться до Гука, но тот похоже отключил телефон. На самом деле за те пару месяцев, что они встречались подобное поведение было не свойственно для младшего. Он конечно был по-милому капризным, были шуточные ревностные сценки, но ничего серьёзного. — Не хочешь зайти? У меня есть… — Не думаю, что это хорошая идея, тебе стоит отдохнуть, — улыбнулся Чимин, поправляя лямку и собираясь уходить. — Постой! — Юна ухватила Пака за локоть. — У меня небольшая просьба, не мог бы ты… оставить на мне свой запах, мне было бы лучше и… — Юна, у меня есть омега, я не буду метить тебя, — хмурясь пробормотал Чимин напрягаясь. — Твой омега ушёл, ясно давая понять что не хочет с тобой говорить, посмотри какой он истеричный, я бы никогда не стала себя так вести, Чимини, почему ты так противишься моему запаху? — почти хныкала Юна. — Никогда. Не смей. Говорить. Так. О МОЁМ. Омеге, — раздельно проговорил Чимин, порыкивая и вырывая руку из захвата девичьих пальцев. – Ты изначально всё подстроила, так? Тебе не нужны были занятия, ты просто хотела остаться наедине у меня дома, так? – Юна съёжилась, делая шажок назад. — А потом отключила мой телефон и запах… я не чувствую твои феромоны, потому что сегодня с утра, я вылизывал своего парня на кухонном столе так долго, что мой нос на весь день был забит только его запахом. Не попадайся мне больше на глаза, иначе я подам жалобу в деканат за преследование. Резко развернувшись на пятках, Чимин побежал прочь из кампуса, судорожно вызывая такси. Какой же он идиот, Чонгук был прав, он имел право ревновать, он имел право ругаться и злиться. Чимин из-за своей тупорылой вежливости обидел своего мальчика и теперь он должен был вымаливать прощение, даже если это значило ночевать в подъезде под его дверью. И кажется именно это ему и предстоит, потому что спустя уже 20 минут уговоров в дверь, мольбы её открыть, скулежа и всех известных Чимину уговоров, ничего не сработало и он просто сидел на бетонном полу уперевшись спиной о дверь квартиры своего парня и ругая себя на чем свет стоит. Хорошо. Ладно, Чимин, соберись. Ты так просто не сдашься. А значит надо брать эту крепость штурмом. Чимин помчался к ближайшему торговому центру, а там в кондитерский магазин. Чонгук может не открывать Чимину, но он не может не открыть доставщику вкусняшек, он не сможет отказаться от клубники в шоколаде и от любимого чизкейка и парочки этих симпатичных эклеров и капкейков. Заказав сет любимых сашими к дому омеги, Пак принялся караулить курьера, чтобы вручить ему так же корзину, которую он собрал сам. Ну и естественно он надеялся юркнуть в квартиру, как только дверь приоткроется, хоть на сантиметр. Но Чонгук не открыл даже курьеру, поэтому он просто предался самоуничижению так же под дверью на бетонном полу. Как он мог быть таким глухим к словам своего мальчика? Насколько сильно он его обидел, что тот отказался даже от любимой еды? Что если он проплакал всё это время и… — Чимин? – омега застыл на лестнице, увидев довольно удручающую картину у своей квартиры. – Что ты… — Детка! – Чимин почти подскочил на ноги, но решил что если будет сидеть внизу, то омега оценит этот жест смирения. — Наразвлекался со своей подстилкой? — поджимая губы спросил Гук. — Я не был с ней, клянусь! Ты был прав, она… очевидно хотела соблазнить меня, но как только до меня дошло, я сразу… — А дошло, когда ты натягивал её на член или до этого? – выплюнул омега, обходя Чимина, чтобы добраться до двери. — Нет-нет, ты же знаешь, я бы никогда так с тобой не поступил! Прошу, Чонгуки, я даже не чувствовал её запаха, потому что после утра мой нос забит только тобой! — Чонгук замер, переводя глаза на Пака. — Ты воняешь ей , убирайся, — прошипел мальчик. — Я… возьми хотя бы это, покушай, — Чимин придвинул ближе к ногам мальчика пакет и корзину с едой. — Ты был у Юнги? — Да, жаловался на то, какой мой бывший парень мудак. — Что? Нет! Я мудак ты прав, но я никакой не бывший! Я люблю тебя! И да, я совершил ошибку, но неужели ты готов наказать нас обоих так… — Что ты сказал? — Чонгук покраснел щеками и его глазки в шоке распахнулись. — Я много чего сказал… Я… — Ты сказал, что любишь меня, — прошептал он. — Ну конечно я люблю тебя! — Пак поднялся на ноги, но всё ещё не решаясь дотронуться до омеги. Пока тот усиленно что-то обдумывал, нахмурив брови. — Ты можешь зайти, но при условии что твои шмотки летят в стирку, а ты в ванну, — пробормотал Гук, отпирая дверь. Ещё никогда Чимин так быстро не избавлялся от одежды и не терся мочалкой так тщательно, будто хотел соскрести с себя кожу. Он трижды вымыл голову и трижды оттер себя, надеясь, что этого будет достаточно и ни одной частички чужого запаха не останется на его коже. — Детка, дашь мне одежду? – Чимин вышел из ванной с полотенцем на бёдрах, обнаруживая младшего на кухне, смакующего сашими. — Не так быстро, — Чонгук спрыгнул со стула, подходя к альфе, критично его осматривая и начиная обнюхивать старшего. – Хорошо, ты чистый, а теперь последний штрих, — Чонгук склонился над запаховой железой Пака, проводя языком сначала с одной стороны шеи, а потом с другой. – Так лучше. В шкафу есть белье и шорты, — пробормотал Чон, кивая в сторону своей комнаты. — Посмотрим фильм? – утыкаясь носом в висок младшего прошептал Пак. — Я только клубнику захвачу. Чимин надеялся, что конфликт был исчерпан, когда они засыпали в обнимку после нескольких нежных поцелуев, но видимо ошибся. — Эй, Гуки, ты чего не спишь? – хриплым ото сна голосом прошептал Пак, обнаруживая своего парня сидящим на кровати спиной с содрогающимися плечами. — Детка? Эй…ты чего? Пак моментально захватил младшего утягивая его обратно в свои объятия и накрывая одеялом и начиная хаотично чмокать его лицо, сцеловывая слезы. — Расскажи мне, что случилось, — поцелуй, — Детка, что тебя расстроило? — Я… тоже должен извиниться, мне не нужно было так врываться и быть такой сучкой, ты не давал мне ни единого повода сомневаться в тебе…просто я испугался. Особенно когда ты так холодно со мной говорил, я…подумал, что тебе не нужен такой истеричный омега и я… испугался что мы вот так можем расстаться, — шептал Гук, боясь поднять глаза на старшего. — Послушай, мы оба погорячились, но… ссориться это нормально, все ссорятся. Да, ты немного взбалмошный и эмоциональный, но я люблю тебя всего, слышишь? — Ты правда меня любишь? — все ещё шепча куда-то в грудную клетку альфы, спросил младший. — Тц, до сих пор не веришь мне? – насупился Пак. – А так? – пробормотал он, проезжаясь стояком по бедру Чона. То как очаровательно он вздернул личико, хлопая глазками, заставляло сердце Пака трепетать снова и снова. — Т-ты? Но я же весь в слезах и соплях, — канючил мальчик. — У меня стоит на любого тебя, детка. — Тогда… отлюбишь меня? — Чтобы у тебя даже мыслей не было не верить мне? — отбрасывая одеяло в сторону спросил Пак, укладывая мальчика на спину. — Да, пожалуйста… — пролепетал младший, выпутываясь из футболки и отбрасывая её в сторону. Чимин не переживал, что Гук не сказал, что тоже его любит. Он и так это знал, его альфа чувствовал это всем своим естеством. Нависнув над мальчиком, губы моментально нашли чужие, начиная мягко ласкаться. «Прости меня» «Я не хочу тебя терять» «Я тебя люблю» Руки начали своё поглаживающее путешествие от шеи, пока Пак упирался коленями по обе стороны от бёдер омеги. Много поцелуев. Дорожка языком от уха до шеи, вызывая первые стоны-мяукания, потом к соскам облизывая поочерёдно то одну горошину,то другую с рукой младшего в волосах, прижимающую Пака сильнее. Снова поцелуи в губы и потирания бёдрами о чужие, мягко и дразняще. Чонгук любит чувствовать давление чиминова члена на своей промежности. Тишина и жаркие выдохи, мягкие стоны делали атмосферу настолько интимной, что Чонгук готов был расплакаться. Рука старшего мягко проскользила по животу, залезая под резинку белья, прикасаясь пальцами к клитору и мягко надавливая, срывая ещё один стон с губ омеги, что начинал мягко приподнимать бедра в желании большего трения. — Люблю тебя, — в самое ухо прошептал Чимин, оставляя, поцелуй на ключице. – Как думаешь, сколько раз сможешь кончить? — Мнх… парочку? — Тогда, думаю, мне надо постараться, чтоб побить рекорд, давай, вставай. — М, что, зачем? Чимин улегся на спину, убирая подушку из-под головы. — Сядь сюда, — Пак указал пальцем себе на губы, наслаждаясь реакцией младшего. — С-сесть тебе на лицо? – ошеломленно выдохнул Гук, не веря своим ушам. — Ты же хочешь? Не трать время, — альфа провел языком по губам, наблюдая как быстро его мальчик избавляется от остатков одежды и несмело расставляя колени по обе стороны от головы. – Давай, я придержу тебя. Чимин ухватился за бедра, позволяя контролировать баланс младшему и высунув язык провел по сладкам, наслаждаясь протяжным стоном сверху. Длинными мазками он проводил от самого ануса, до клитора, после врываясь языком в вагину, периодически захватывая половые губы и посасывая их одну за другой. Ему нравилось представлять, что он целуется с киской своего омеги, сглатывая соки, которые пачкали его щеки и нос. — Теперь ты поработай, крошка, — Чимин высунул язык, похлопывая Гука по ягодице. — Боже, я сплю, — проскулил омега, начиная притираться клитором к языку альфы. – Охуеть, боже, малыш, можно я кончу на твоё лицо? Ответом были лишь похлопывания по бёдрами, от чего Гук воодушевился, цепляясь руками за спинку кровати и начиная тереться ещё быстрее. — Немного, малыш, мне немного… ещё чу… ах! Иисусе! Омега затрясся, и точно бы упал на ослабевших ногах, если бы не руки его парня под попой. Бережно уложив младшего на живот, Пак принялся массировать его поясницу, переходя к ягодицам и после к ногам, давая немного времени, чтобы Гук пришёл в себя. Чимину доставляло какое-то странное удовольствие не касаться себя, несмотря на то что эрекция такого крупного органа начинала ощутимо болеть. Подложив подушку под живот мальчику, Пак принялся вводить в него два пальца, по кругу оглаживая стеночки внутри, расслабляя мышцы и не принося сильной нагрузки организму. Лёгкий массаж, нежные ласки и расслабление. — Люблю тебя, — снова прошептал Чимин, добавляя ещё один палец, начиная разводить их внутри. – Пошире коленки, прелесть, — пробормотал Пак, похлопывая Чонгука по ягодице. Тот со стоном развел колени, прогибаясь в спине и выставляя зад. — Такой совершенный, мой капризный омега, только один такой, — шептал альфа, поглаживая другой рукой ягодицы, большим пальцем проходясь по анальному колечку мышц, от чего дрожь прошла по телу Гука. – Не сегодня, детка. Убедившись, что смазки снова натекло достаточно, Чимин придвинулся ближе, водя членом по промежности, размазывая соки по половым губам, бёдрам и собственному стволу. — Мне взять презерватив? — снова шёпотом спросил альфа, но и это ощущалось довольно громко в их уютной тишине комнаты. — Нет, всё нормально, продолжай, я готов, — промурлыкал Гук, ещё сильнее выставляя зад. Был ещё один фетиш у Пака, он обожал первое погружение. Приставив головку ко входу во влагалище, Чимин мягко надавил, проталкиваясь на самую малость и уже от этого альфа не смог сдержать стон. Чонгук нетерпеливо заёрзал, пытаясь толкнуться навстречу своему парню, от чего Пак только улыбнулся. Нетерпеливый. Придерживая одной рукой член, а другой таз омеги, старший продолжил плавный и медленный вход, желая прочувствовать каждое микродвижение, то как головка внутри задевала стенки, как половые губы растягивались и как будто вот-вот не смогут больше принять, но Чимин знал, что это иллюзия. От регулярного секса, мышцы мальчика стали более эластичными, это конечно не значило, что осторожность соблюдать не надо, но Пак был более спокоен чем раньше, его малыш сможет это выдержать. Как только лобок соприкоснулся с ягодицами, комната утонула в общем стоне обоих. Альфа наклонился, целуя мальчика в плечи и глядя по бокам, давая пару секунд. — Двигайся, я готов, — Чонгук дёрнул бёдрами, напрашиваясь на трение. — Я не тебя берегу, а твою малышку, подожди ещё чуток, — проводя языком по позвоночнику младшего, шептал Пак. — Я не продержусь долго, — скулил мальчик, пытаясь повернуть голову, чтоб поцеловать своего парня. Чуть отведя таз, Чимин совершил первый толчок. Он любил этот темп, мелкими короткими толчками сотрясать тело младшего, стимулируя клитор изнутри, они оба это любили. Звуки и запах секса, шлепки кожа о кожу и хлюпанье смазки. Толчок. Ещё один. И ещё один. И ещё. Переместив руку Пак уложил пальцы на клитор, начиная массировать, не прекращая прицельных толчков. Чонгук превратился в месиво из стонов и вздохов, дергая тазом то ли в попытке уйти от такого количества ощущений, то ли желая гнаться за ними, пока волна не накрыла его и с коротким визгом не заставила рухнуть, сотрясаясь всем телом от оргазма. — Вот так, вот так, тише, такой молодец, — приговаривал альфа, замерев внутри и лишь слегка прижимая тело младшего своим к матрасу, продолжая гладить бока. Аккуратно выйдя из омеги, старший перевернул его на спину, наслаждаясь разбитым видом мальчика. — Нет, войди обратно, — захныкал тот. Чимин знал, что Гук любил ещё некоторое время после оргазма оставаться с членом внутри, но мальчик ещё не осознал, что они не закончили. — Как раз собирался, — Пак закинул одну ногу Чонгука себе на поясницу, а другую на плечо, снова пристраиваясь ко входу. — Т-ты не кончил, – пробормотал омега, снова прогибаясь, как только член опять заполнил его. — Это я тоже собирался сделать, — целуя в колено мальчика, прошептал Пак. Ему так сильно хотелось показать как совершенно он выглядит, под ним, как греховен каждый изгиб его тела, как фантастически красиво он под ним кончает, Пак пообещал, что и это тоже он воплотит, но не сегодня. — Дай сюда руки, — Чимин притянул ладошки младшего, укладывая ему же на низ живота. — Чувствуешь? — Что я должен… — не понял Чонгук. — А так? – после плавного толчка глаза младшего расширились, а ладошки сильнее взялись в живот. — О боже, такой большой! Я чувствую тебя через живот! — счастливо лепетал Гук, поглаживая себя. Плавные движения переросли в волнообразные с оттяжкой и последующим шлепком мошонки о бедра, покрытые смазкой. Казалось ещё чуть-чуть и член выскользнет, но как только головка подходила к краю, Чимин одним чётким движением вгонял его обратно. — Люблю тебя. Пот стекал по вискам и спине, смазка хлюпала, от каждого движения. И снова. И снова. И снова. Да. Да. Да! ДА! Чонгук снова содрогнулся от третьего оргазма и Чимина накрыло следом, плотно прижавшись, он продолжал изливаться в жаркое нутро омеги, что крепче прижимал ногами своего парня к себе. Обессиленный Чимин рухнул рядом, пытаясь восстановить дыхание. — Это какое-то… сумасшествие, – выдохнул Гук, проводя по мокрым волосам Пака. — Не отключайся, сейчас отдышусь и отнесу тебя в ванну, — пробормотал Чимин, с обоюдным шипением покидая тело младшего. — Да к черту, я ног не чувствую, утром схожу, — фыркнул Гук, распрямляя ноги. — Ты в сперме, смазке, поту и слюнях, с утра мышцы не особо будут на твоей стороне. Я же сказал, что отнесу, не бубни, — легко кусая за тазовую косточку омегу, проговорил старший. Сон на свежих простынях после отменного секса – самый лучший сон. В груди счастье крутилось радостным щенком, когда Чимин проснулся, сладко потягиваясь. Постель рядом была пуста и Пак потянулся за телефоном, чтоб проверить время. Ничего себе, он проспал почти до полудня, как Гук смог проснуться раньше было непонятно. Гуки Я на учёбе, не стал тебя будить, ты говорил, что сегодня не учишься) Увидимся, как закончу. Пак заскулил от досады, но быстро принял решение сделать сюрприз своему парню, встретив его у университета. За все время их отношений у старшего из-за собственного расписания не получалось ни разу посмотреть где учится омега, но сегодняшний день был идеальным для этого. Да и вообще, скоро начнутся каникулы, а он сам закончит учёбу и они смогут наконец проводить больше времени вместе. Позавтракав и собравшись, Пак в приподнятом настроении отправился к кампусу университета Ёнсей, припоминая, что пары Гука должны были закончиться довольно скоро, по пути альфа купил для младшего бабл ти, который тот любил и принялся прогуливаться по дорожкам кампуса в ожидании. Чимин честно никогда не чувствовал себя каким-то популярным парнем, но после слов Чонгука, он стал мельком посматривать на омег, проходивших мимо и они действительно обращали на него внимание, некоторые сбавляли шаг, пытаясь установить зрительный контакт, другие оборачивались. Но может просто вокруг Чимина сегодня особенно сильно витало облако счастья, и он светится, как отполированный четвертак? Так бывает, что иногда, люди притягивают к себе внимание без видимых на то причин и… — Привет, — послышалось сбоку и Чимин обернулся. — Ты тут учишься? Не видела тебя раньше, — кокетливо улыбалась девушка, прижимая к груди папки, а рядом стоящий с ней мальчик омега покраснел щеками, после того, как Пак скользнул по нему взглядом. — Привет, эм, нет, я заканчиваю сеульский, я здесь жду кое-кого, — с вежливой улыбкой ответил альфа, собираясь двинуться ближе к дверям корпуса, увидев хлынувший оттуда поток людей. — Друга? Может я знаю кто это? Меня, кстати, зовут Миён, а это Хонсок. — Чон Чонгука, он мой парень, на филологическом на втором курсе учится, знаете его? — Чонгук твой парень? – брови девушки приподнялись в удивлении. – Эм… но у тебя нет метки? Просто Чонгук это же… ну Чонгук, – тараторила Миён, не обращая внимание на дергающего её за рукав друга. — Что ты имеешь в виду? — Чимин нахмурился, но в следующую секунду отвлёкся на громкий смех, замечая небольшую группу студентов из альф и омег, хохочущих и тыкающих пальцем на… Чонгука? Омега споткнувшийся о подставленную подножку, собирал с земли вещи, вывалившиеся из рук при падении. Больше Чимин не слушал, не слышал и не видел ничего, стремительным шагом направляясь в сторону инцидента, бабл-ти выпал из рук, рассыпая шарики по брусчатке. Глаза словно заволокло красным, а из груди вырвался такой рык, какого Чимин никогда прежде не издавал, привлекая к себе внимание всех кто был на территории, особенно тех людей, что толпились рядом с его парнем, кидая смешки, но всё они оборвались, как только Чимин подлетел к альфе стоящего ближе всего к Гуку, и схватив за плечо ударяя под коленями, ставя на них же обидчика. Больше никто не смеялся. Чимин скалился и рычал, удлиняющиеся клыки выпускали кровь на его губах, когти на пальцах впивались в плечо опешившего альфы, выпуская кровь, пока Пак рычал и давил феромонами на обидчика своего омеги. Никто не смел шелохнуться. Чонгук также в шоке хлопал глазами на своего парня, но будучи словно парализованным не мог двинуться. — Извиняйся, — пророкотал Пак, сильнее вдавливая когти в плечо, так что на футболке проступила кровь. — Эй, парень, успокойся… — послышалось со стороны, но Чимин снова выпустил оглушительный рык, заставляя молчать всех, кроме того, кто должен был сейчас говорить. Некоторые омеги тряслись и хныкали от подавляющих феромонов, но Чимин этого не слышал. — Я сказал проси прощения, сука, – клацнув зубами, вновь велел альфа. — П-прости, — пробулькал обидчик, начиная трястись, но хватка на плече не ослабла. — Умоляй, мразь, чтобы я поверил! — проревел Чимин, сильнее придавливая парня к земле. — П-прости, Чонгук, прошу! Такого никогда не повторится, я клянусь! Пожалуйста, прости! — альфа скулил, но Паку было мало. — Всё, Чимин, всё, остановись, —зашептал очнувшийся Чонгук, подлетая к своему парню. – Давай, отпусти его, всё хорошо… — Ты разбил колено, я чувствую кровь, — рыкая, говорил Чимин в плену дикой ярости. — Альфа. Слушай меня, — голос Чонгука приобрёл силу, пока мальчик пытался оторвать пальцы Пака от плеча его жертвы. — Отпусти его, я хочу уйти, пойдём. Дёрнув за руку своего альфу, Чон тащил его словно на буксире прочь, боясь, что тот сможет ещё сильнее выйти из себя. Но прошли они недолго, пока Пак не дёрнул Гука на себя, крепко прижимая к груди и тяжело дыша. — Всё хорошо, успокойся, — Чон гладил Чимина по спине, успокаивающе нашёптывая. — Мой омега, — порыкивал альфа, начиная елозить шеей по чужой помечая своим запахом. — Твой-твой, всё хорошо, малыш, я здесь с тобой, пожалуйста успокойся, давай уйдём, — Чонгук тараторил, таща парня прочь, чтобы ничего снова его не спровоцировало. По пути к дому Чонгука, Пак продолжал порыкивать на прохожих, которые, как ему казалось, были к младшему слишком близко. Даже будучи дома ситуация не улучшилась, Чимин не отпускал омегу от себя ни на шаг, даже когда тот захотел в туалет, Чимин почти снёс дверь и все это начинало беспокоить младшего. Чимин лежал поперёк коленей Чона, сидящего на диване, все ещё тяжело дыша, но будучи уже чуть более спокойным, чем пару часов назад. — Ты должен приехать, с Чимином что-то не так, я не знаю что делать, — почти шёпотом бормотал младший, держа одной рукой телефон у уха, а другой массируя Паку кожу головы, от чего тот был менее дерганным. — Почему ты шепчешь? Что у вас там? — Юнги на другом конце провода беззаботно что то жевал. — Юнги, пожалуйста, не задавай вопросов, я не могу объяснить он не в себе, я не знаю что делать, — начинал раздражаться парень, и Чимин напрягся телом, слезая с коленей Чона и вопросительно глядя в его лицо. — Чонгук, ты меня пугаешь, ты можешь… — Не могу, привези Тэ или Хосока или их обоих, я не справлюсь один, пожалуйста. Возьми ключ у консьержа, я не смогу открыть. Чонгук отложил телефон и снова придвинулся к Паку. — Малыш, поговори со мной, я не понимаю что происходит, — грустно проговорил Гук, обхватывая лицо Чимина и заглядывая в глаза, но тот только проскулил, начиная снова тереться о шею оставляя свой запах, тыкался носом в лицо и скулил. Внутри Чона скреблись грусть и страх, он не понимал, что происходит с его парнем и как это исправить. У университета, когда он увидел его, болтающим с кокетливыми омегами, что-то оборвалось в нем. Может быть всё что может быть между ними это секс? Да, он хороший, просто замечательный, но за почти три месяца отношений не было ни единой, даже вскользь, кинутой шутки о том, чтобы съехаться или может быть познакомиться с родителями? Нет, не то чтобы Чонгук хотел это исполнить сиюсекундно, но даже за такими шутками, брошенными в разговоре, можно было понять, что партнёр рассматривает своё будущее с тобой. Что если Чимин видел в Чоне только Куки не печеньку, камбоя из сети, с которым можно улучшить свой навык в постели. А потом он не заметил как один из одногруппников поставил ему подножку, а потом случилось… это. За размышлениями, Чонгук не уловил, что произошло, но Чимин среагировал раньше, резко обернувшись, закрывая собой младшего и начиная рычать на дверь, когда та медленно открылась, а на пороге застыл белый как полотно Юнги, делающий несмелый шаг внутрь квартиры, но появившийся из за его спины Тэхён резко дёрнул Мина на себя и захлопнул дверь. — Какого черта? – пробормотал Гук, пытаясь встать с дивана, но Чимин не давал ему ступить и шага. – Боже, малыш, пожалуйста… — Чонгук, ты слышишь? — послышался из-за двери голос Кима. — Какого фига, Тэхён, я не понимаю! — выкрикнул обиженно Гук после чего, Чимин снова обхватил его, прижимая к груди. — Мы не можем войти, Чонгук, он нам не даст. Объясни, что произошло? — Один мудень поставил мне подножку, когда я выходил из универа и… Чимин ждал меня видимо, он это увидел и впал в это состояние и едва не разодрал того альфу, я еле уволок его, но прошло уже больше двух часов, а он все ещё ведёт себя так будто он… — Волк? — подсказал голос из-за двери. — О боже… да, но почему он не возвращается в обычное состояние? — спросил Гук, поглаживая порыкивающего парня по спине. — Слушай очень внимательно, Гук, ты должен делать все в точности, как я скажу, или я звоню его родителям. — Хватит пугать меня, Тэ! — слёзы наполнили глаза младшего, от чего Чимин зарычал сильнее. — Успокойся и слушай. В предпубертате и в нем самом, с альфами такое случается, из-за скачущих гормонов и невозможности контролировать эмоции, когда случается что-то что потрясает нас, альфа выходит на передний план, чтобы справиться со случившимся. Обычно, чтобы вывести ребёнка из этого состояния, его родитель – чаще конечно альфа-отец, зовёт ребёнка, подавляя альфу. Если дать ему завязнуть, Чимин останется там и просто не сможет подавить волка, видимо в детстве этого с ним не было, поэтому ты должен это сделать, понимаешь? — Нет, я не понимаю! Почему ты не можешь это сделать, ты же альфа! — Чонгук старался не плакать, но слёзы продолжали течь снова и снова. — Если говорить на этом языке, то я его стая, не родитель или пара, по факту он воспринимает меня как потенциальную опасность. — Но у нас нет меток! Как я могу быть… — Метка это формальность! Он защищает тебя даже от нас, он считает тебя своей парой. — Но я все равно… — Чонгук, послушай меня, — в разговор вмешался Юнги. – Я думаю Тэ прав, у нас мало времени. Вот что ты должен сделать: дай говорить своему волку. Услышать одного волка может только волк, ты справишься, но если нет, не страшно, Тэхён готов звонить его семье. Успокоиться. Серьёзно? Он понятия не имел о таких деталях взросления альф! Как он вообще… Дерьмо! — Детка, пожалуйста, ты должен меня услышать, — начал Чон поглаживая Чимина по голове, — Мы в безопасности, тебе нужно… — Не сюсюкай его, он не щенок, а альфа! — послышался вскрик Тэхёна за дверью. Чонгук сделал вдох, перехватывая Пака за плечо, а затем по квартире прокатился урчащий рокот. — Альфа, — Чон продолжил отстранять от себя старшего, чтобы установить зрительный контакт, слёзы самопроизвольно текли из его глаз, но он продолжал сжимать зубы. Чимин выдохнул, больше не рыча и словно замерев. — Ты хорошо позаботился обо мне, — младший продолжал давить и давить на плечо Пака, пока тот не осел перед ним на колени. – А теперь я хочу, чтобы ты успокоился, слушай мой голос. Мы дома. Теперь ты должен защищать Чимина, защищать себя. Себя, Чимин! — Чонгук издал максимальный рык на какой был способен, не такой громогласный как у альф, конечно, но этого было достаточно, чтоб всё вокруг замерло. Омега не понимал, прошли минуты или часы, слезы продолжали течь по его лицу, пока он продолжал сжимать плечо своего парня, придавливая его к полу. — Д-детка… прости меня, я… — О боже! Ты в порядке! — ещё больший поток хлынул из глаз младшего, когда он рухнул на колени, обнимая альфу. — Прости, я… не понимаю, как это произошло, я… — Я смог! Ребята, пожалуйста не звоните никому, я смог! — давясь слезами, кричал Гук, не разрывая объятий. Настороженно просунутая макушка Юнги показалась из-за двери, а после парень сорвался к друзьям, захватывая их обоих в объятия. — Вы так меня напугали, я никогда не хочу это больше чувствовать, — бормотал Мин, казалось тоже сдерживая слезы. Тэхён также присоединился к объятиям, молча выпуская успокаивающие феромоны, чтобы немного снизить градус истерики. — Надо проветрить квартиру, прости Чимин, но твой альфа немного перестарался, помечая территорию, — проговорил Тэхён — Простите меня, ребята, я не хотел… — Не извиняйся, мы всегда поможем. — Останетесь сегодня с нами? — утирая слезы спросил Чонгук немного икая. — Я думал, вы захотите побыть вдвоём, — спросил Юнги, немного отстраняясь. — Нет, Гук прав, если вы не против, я бы тоже хотел, чтоб вы остались, — тихо пробормотал Пак. — Тогда я закажу доставку, — Тэхён улыбнулся, трепля друга по волосам. — А я проветрю, ты прав, тут нечем дышать, — морща нос, Юнги направился к окну, впуская кислород. Спустя ещё немного времени всем удалось успокоиться и поесть с болтающим телевизором на фоне, Мин рассказывал, как проходит стажировка и о том, что его босс идиот постоянно пялится на его зад, поэтому он хочет бросить эту стажировку и найти другую, но ему жаль, потому что компания действительно ему нравится. Мерная болтовня друзей, стабилизировать атмосферу, стараясь облегчить негативный опыт. Стая и вправду всегда поможет. — Эй, – прошептал Пак, заправляя волосы Гука за плечо, когда они постелили друзьям в гостиной, а сами лежали в спальне Чона лицом к лицу. — Эй… — Я сильно напугал тебя сегодня? — На самом деле… я больше был напуган, когда увидел, как ты говоришь с теми омегами, — глядя в глаза, смело рассказывал о своих страхах Гук. — Я спрашивал, не видели ли они моего парня – Чон Чонгука, с милыми вьющимися волосами, - прошептал Чимин чуть улыбаясь. — Правда? Я думал что… ты не хочешь ничего серьёзного между нами, — откровенность давалась непросто, но он должен был это сказать. – Мы ни разу не говорили о метках или о возможности съехаться… я подумал, что я для тебя проект или галочка в списке. — Ты мой проект «Быть счастливым на всю жизнь». А если серьёзно, — Чимин переплёл их пальцы в замок, притягивая к губам. — Если ты думаешь, что я взрослый и рассудительный и во всём профи, то это не так. Я… думал, что могу отпугнуть тебя своим напором, если заговорю о переезде, а тем более о метке. — А оказалось надо было просто поговорить, — усмехнулся Чонгук, протягивая мизинец свободной руки. — Обещаю учиться не додумывать в своей голове то,что меня тревожит, а учиться разговаривать. — Обещаю, — проговорил Чимин, захватывая своим мизинцем чужой. Останется решить в чьей квартире им будет удобно жить. Жить и быть счастливыми.