Петрикор

The scent of air after the rain; I heard your pulse, I saw the light

Ничто не предвещало дождя. Согласно прогнозу погоды вероятность осадков была минимальной, именно поэтому сегодня на игры с детьми на улице было выделено почти всё время до ужина. Температура воздуха стремительно ползла вверх. Ван Ибо, вынужденный развлекать маленьких постояльцев в ростовом костюме кролика, воздух в который нормально поступал лишь через небольшое сетчатое окошко в районе пушистого подбородка, готов был бросить всё, в первую очередь кроличью голову, и уволиться нафиг. И только размер неустойки за одностороннее расторжение контракта его от этого останавливал. – Кроля, я хочу сладкую вату! – в который раз заладил один из детишек, дёргая его за шерсть на ноге. – Но у нас в отеле нет ваты. Ты можешь попросить маму купить тебе её в ларьке на набережной, – сказал ему Ибо, стараясь звучать как можно более спокойно и убедительно. Но мальчик не унимался. Он принялся ещё активнее теребить его ногу, а потом и вовсе повалился на пол в рыданиях. Ибо, у которого левая лапа была занята воздушными шарами на раздачу, не мог даже наклониться к нему, чтобы поднять, и только озирался вокруг в поисках помощи. Перед глазами всё плыло от жары. Детские крики вперемешку с музыкой били по ушам, заставляя виски болезненно пульсировать. К счастью, всю сложность ситуации, в которой Ибо невольно оказался, заметила его напарница Чэн Сяо, одетая кошкой. Она подбежала и принялась отдирать мальчишку от пола – её костюм хотя бы позволял ей нормально двигаться. – Ибо, просто сходи и купи ему ваты, – громким шёпотом сказала она. – Ещё не хватало, чтобы на нас наехала его мать, нам не нужны проблемы. – А если другие дети тоже начнут просить вату… – логично возразил он, но был выпихан с площадки вместе с шарами. Обернувшись, он увидел, как Чэн Сяо присела перед мальчиком и что-то ему втолковывала, указывая на Ибо. Тот аж плакать перестал, только заинтересованно смотрел вслед. Ибо вышел с территории отеля и встал у дороги, пропуская машины – когда все проедут, можно будет легко перейти, движение здесь спокойное. Он вздохнул, и в нос сразу же ударил запах йода. Как всё-таки удачно располагался их отель – на первой линии, буквально через дорогу от центральной набережной, так, что уже с порога было видно море. Оказалось, погода менялась. Ощущение липкой духоты явно было неспроста! Ветер постепенно усиливался, волны становились всё больше, а небо – всё серее, скрывая солнце, и Ибо сильнее сжал в лапе шарики, чтобы не дай бог не улетели. И ускорил свой кроличий шаг по направлению к ларьку. – Одну сладкую вату, пожалуйста, – сказал он владельцу. – Хорошо. А ты… – Ван Ибо. – Точно! Не узнаю вас пока по голосам, – владелец намотал огромную вату, раза в полтора, как Ибо показалось, больше обычного. – Неудивительно, в этом году много новеньких, – сказал его помощник. – Запишите пожалуйста на мой счёт, оплачу вечером, – Ибо взял вату и развернулся, чтобы вернуться в отель, но не тут-то было. Он слышал, что здесь, на юге, частенько случалось подобное: дождь ливанул так внезапно и сильно, что набережная за козырьком ларька превратилась в непроходимую стену. «Вот и вероятность осадков 10%», – подумал Ибо, представляя, как, если шагнёт за козырёк, чтобы вернуться в отель, ничего не останется не только от ваты, но и от его костюма. С шариками вот вопрос – лопнут ли они от такого давления? И, казалось, вместо йода он уже чувствовал неприятно щекочущий в носу запах мокрого искусственного меха. Дверь сбоку скрипнула, и из расположенного рядом с ларьком кафе кто-то вышел. Ибо скосил глаза, чтобы посмотреть на этого человека – всё равно делать было нечего – парень, чуть постарше него, за спиной рюкзак. Он всмотрелся в стену дождя, вздохнул и опустил плечи. Взгляд его показался таким потухшим, что Ибо вмиг стало грустно. Так они и стояли – парень смотрел на дождь, а Ибо на него. – Дождь скоро закончится, – неожиданно даже для самого себя сказал Ибо, так и не отводя взгляда – парень всё равно не поймёт. – Обязательно. Тот вскинулся, развернулся резко. Уставился на Ибо своими большими грустными глазами и аж рот приоткрыл от удивления. Слева под нижней губой у него была маленькая яркая родинка. Парень шевельнул губами. – Спасибо, мистер кролик, – сказал он своим, как оказалось, очень приятным голосом. Ибо глупо разулыбался, хоть этого и не было видно в костюме. Ему хотелось отдать парню с родинкой и вату, и шарик, и ещё что-нибудь в придачу, лишь бы он не грустил. И пока Ибо обдумывал это, продолжая сам себе удивляться, шум дождя как-то незаметно сменился шумом в голове, потому что парень абсолютно спокойно шагнул за козырёк, шлёпнув по луже. – Мистер кролик, да ты волшебник! – воскликнул он, рассматривая Ибо, точнее, его костюм. – Это тебе, – только и смог выпалить тот, протягивая ему сразу обе руки, пока не передумал. Или пока парень не ушёл. – Возьми. Он осторожно перехватил вату и один шарик. – Я точно могу это принять? Ибо как мог кивнул своей массивной головой. Солнце выглянуло из-за облаков, бросая лучи на лужи, яркую листву деревьев и чёрную как смоль макушку парня с родинкой. Ибо завороженно смотрел на то, как забавно топорщилась его чёлка. – Спасибо. Думаю, любой дождь обязательно заканчивается, как ты и сказал, – и с этими словами парень скрылся также неожиданно, как появился.

☂☂☂

Ибо любил рано просыпаться. Выходить как есть, босиком и в трусах, на балкон своего небольшого номера для стаффа и смотреть на горы. Каждый день их было видно по-разному. Иногда они совсем скрывались в тумане, иногда расплывался лишь контур, смешиваясь с небом, а иногда, как сегодня, они были чётко и ярко очерчены. Приглядевшись, Ибо мог разглядеть разные мелочи, например, кабинки фуникулёра, замершие на высоте, будто подвешенные на ниточке. Ибо вдохнул прохладный утренний воздух, потянулся и убежал обратно в комнату – одеваться. Он приехал в отель Gardens по программе от универа. Они с Чэн Сяо и ещё парочка первокурсников вместе со старшими, которые уже второй, а кто и третий год выбирали провести свои летние каникулы именно так. Ибо никогда раньше не был на море – грезил им с детства, но вечно занятые неудавшимся в итоге бизнесом родители так и не вывезли его никуда, оставив завидовать своим друзьям и одноклассникам. И вот он, наконец-то отправившийся в самостоятельное плавание студент, сам взялся за осуществление своей давней мечты. Детей Ибо не то чтобы любил, ходить в костюмах животных – тем более, но всё это было мелочью по сравнению с возможностью купаться в море, бегать по берегу, пиная волны, и вдыхать солёный воздух. Буквально через пару дней после приезда он взял на прокат велосипед, сразу на месяц, и стандартно катался утром и вечером в свободное от работы время. Садился и ехал вдоль набережной, в сторону гор, пока велодорожка не кончалась, упираясь в указатель на трассу в другой город, а потом обратно, до отеля, и даже дальше. В отеле был приятный персонал, вкусная еда, и в общем это всё того стоило. После того, как накануне Ибо таки принёс вату для капризного малыша, сделав мальчика, по его же словам, властелином мира, сегодня про тот самый ларёк знали все. И каждый ребёнок хотел себе сладость (и стать властелином), поэтому было решено ненадолго вывести детей с территории отеля на набережную и всем купить по вате. Благо детишек на них двоих, после отъезда одной из больших компаний – сезон уже заканчивался, осталось всего семь человек. Чэн Сяо развлекала мальчиков и девочек на детской площадке недалеко от ларька, а Ибо забирал по две ваты и относил им. – Рекламу нам делаете, спасибо, – сказал владелец ларька, и Ибо искренне удивился. Неужели им нужна была реклама, учитывая, что они находились на центральной набережной, где каждый день полным-полно народу? – И реклама работает, – раздалось рядом. Ибо развернулся так, чтобы увидеть говорящего, и замер на месте. Тот самый грустный парень с родинкой. Только сегодня уже не грустный. – Одну большую вату, пожалуйста, – обратился парень к владельцу, повернулся к Ибо и улыбнулся. Но только он собрался что-то ему сказать, по крайне мере Ибо так показалось, как работник киоска вытянул руки с двумя готовыми сладостями, переключая внимание на себя. – Ибо, ты там скоро? – прозвучал, будто совсем издалека, голос Чэн Сяо. Ибо метнулся отнести вату, пытаясь обернуться, но ничего не видя в этой огромной голове. Только краем глаза замечая, как парень облокотился на стойку и смотрел ему вслед. Когда Ибо вернулся за последней, седьмой, ватой, того уже не было. – Что такое, твой знакомый? – спросила его Чэн Сяо после, но Ибо не ответил. Он бы и не смог ответить на этот вопрос. Ибо не встречал этого парня ещё несколько дней. Да и странно было бы ожидать встречи, когда они находились в пусть и маленьком, но курортном городе с огромным количеством приезжих туристов. В выходной их компанию студентов на подработке свозили на водопады. Они воодушевлённо фотографировались у заросших мхом скал, с которых падали струи воды, и лазили по камням, хватаясь друг за друга чтобы не поскользнуться. Прошли целых две тур тропы, перешли мостик на другую сторону лесной речушки и поднялись на холм, где устроились есть принесённые с собой обеды, сидя под огромными соснами. Ибо жевал свой обед, а сам почему-то размышлял, что же тогда случилось у того парня, и почему он был таким грустным. И что изменилось, ведь на следующий день он был будто совсем другим. Ибо бы обязательно заговорил с ним, если бы не Чэн Сяо и заждавшиеся дети. Что-то должно было произойти, и его не отпускало это чувство. Что-то тянуло внутри, указывая на то, что всё привычное для Ибо может измениться, а он – не вернуться из этой поездки прежним. Их следующая с грустным-негрустным парнем с родинкой встреча снова случилась в дождь. Ибо бы уже стоило уяснить, что нельзя уходить дальше чем через дорогу от отеля в костюме и без зонта, но снова это сделал. Парень раскрыл над ним большой зонт-трость и осторожно встал рядом. – Промокнешь, мистер кролик, – сказал он и снова улыбнулся. Было не очень видно, но зато прекрасно слышно. Ибо всё пытался посмотреть на его лицо, но из-за плохого обзора на столь близком расстоянии видел только ноги. Джинсовые бриджи, острые коленки, волосатые икры и тонкие лодыжки. По луже сбоку плыли, подгоняемые ветром, лепестки цветов с придорожного кустарника. Ибо плыл тоже. – Прости за вопрос, но ты один работаешь в этом костюме?.. Или есть и другие… Ибо хотелось ответь, что он один такой… такой кролик, скинуть нафиг эту голову и познакомиться с человеком, который заставлял его ощущать трепет перемен, но не мог вымолвить ни слова. Вместо этого он указал на отель, где на ступенях главного входа, под вывеской Gardens, стояла Чэн Сяо в своём костюме и махала ему лапой. – О, я понял, – сказал парень. «Ничего ты не понял», – подумал Ибо. – Довести тебя? Он сильнее сдвинул зонт в сторону Ибо.

☂☂☂

– Гэ, а у тебя было такое, что вдруг хоп – и кажется, что всё уже не будет как прежде? – спросил Ибо своего старшего, Вэньханя, за ужином. Вэньхань тем временем ковырялся в тарелке, отделяя болгарский перец от других тушёных овощей. В столовой звучала приятная музыка, почти не заглушаемая шумом приборов – большинство отдыхающих уже поели и разошлись. – Скорее было, чем нет, – он поднял глаза на Ибо. – Ты с кем-то познакомился здесь? Ибо замотал головой. Зря он это спросил. Да и что он вообще мог рассказать про этого парня? Он сосредоточенно намотал спагетти на вилку и перевёл взгляд за окно. Дождь и не собирался прекращаться. Под карнизом прятались кошки, и две из них прижались друг к другу боками, почти переплетая хвосты. По крыше барабанило так сильно, что Ибо всю ночь проворочался. Вырубался от усталости, но снова просыпался и катался по кровати. Всё не мог перестать думать. Обо всём и ни о чём конкретно. И утром понял, что так тревожно ему было не зря. Новый день начался с сообщения, что тётушка Ло попала в больницу, и его родители будут по очереди навещать её. Ибо крепко сжал телефон, читая. «А ты продолжай работать, Бо-бо. Делай то, за чем приехал. Всё будет хорошо, тётушке обязательно станет лучше, и она встретит тебя дома в добром здравии. P.S. Если ты ещё не понял, даже не думай срываться и приезжать». Мама слишком хорошо знала его и то, как он любит свою тётушку. Ибо вздохнул. Похоже, ему не оставили выбора. Ему нужно было проветрить голову перед работой. Он выкатил со стоянки арендованный велосипед и отправился в традиционную поездку по набережной. Лужи ещё не просохли, а воздух был как в сауне, и футболка тут же неприятно облепила его тело. Но зато людей почти не было, и Ибо позволил себе отключить голову. Доехал до привычного указателя, развернулся и погнал обратно. Когда до отеля оставалось совсем недалеко, взявшийся из ниоткуда ребёнок на самокате подрезал его так лихо, что Ибо сам не понял, как оказался на земле. Он сидел на берегу, разувшись и давая прохладным волнам щекотать пальцы ног. Под коленом зияла рана, наполнившаяся густой кровью, готовой вот-вот стечь вниз по икре. Только Ибо абсолютно ничего не хотелось с этим делать. Он вздохнул. Нужно было написать Чэн Сяо, что он не сможет быть на утренней гимнастике у бассейна. Откладывая телефон в сторону, он заметил, что кто-то присаживается совсем рядом. Отвёл глаза, натягивая на лоб кепку, но рука этого кого-то сунула ему прямо в лицо пластырь с Тоторо. Ибо захлопал глазами. – Позволь помочь. Этот голос… Ибо резко повернул голову. Это он, они снова встретились! Такое вообще бывает? Парень с родинкой протягивал ему пластырь и смотрел вопросительно. Ибо вышел из оцепенения и кивнул. Парень достал влажную салфетку, осторожно вытер кровь и аккуратно приклеил пластырь. За это время Ибо не произнёс ни слова, и только шум волн и доносившиеся с дороги голоса людей не давали повиснуть неловкой тишине. А кожу на ноге странно покалывало – это же из-за раны? – Готово, – заключил парень, улыбаясь Ибо, кажется, самой широкой улыбкой из всех им виденных до настоящего момента. – Спасибо, – пробормотал он в ответ. – Ты выглядел расстроенным. Ещё и эта рана. Мне захотелось помочь. – Упал с велосипеда. Утром получил из дома плохие новости, и, пока думал о них, не заметил ребёнка. Сам виноват, – вздохнул Ибо. – Ещё раз спасибо. – Не благодари, – парень откинулся на руки, вытянул ноги, и Ибо снова неосознанно залип на них: длинные, жилистые и загорелые. Он явно проводил много времени на свежем воздухе, возможно, даже бегал? – Недавно у меня тоже случился тяжёлый день. Проблемы на работе, я уж было думал, что останусь без этой самой работы. Ещё и дождь полил как из ведра. Я стоял у ларька на набережной, а там был кролик, ну, человек в костюме, и он сказал мне: «Дождь скоро закончится». Ибо аж дышать перестал. Сидел, стараясь ничем себя не выдать, пока парень смотрел на волны и продолжал: – И, представляешь, он и правда закончился! Буквально через пять минут. А кролик мне ещё и шарик и вату сладкую дал, вкусную невозможно. Я её теперь через день покупаю в том ларьке – растолстею скоро. И вот взял я эти подарки судьбы и подумал, что всё будет хорошо. И так и оказалось. Веришь? Парень повернулся к нему и снова улыбнулся, а родинка будто блеснула на солнце как маленькая чёрная бусина. – Верю, – сказал Ибо. – Потому что в том костюме кролика был я. Утренние новости ясно дали Ибо понять – нужно жить настоящим моментом, ведь ты никогда не знаешь, что может произойти в следующий. И он больше не хотел упускать ни одного. – А ты знал, что эта вата может сделать тебя властелином мира? В Gardens они возвращались вдвоём – Сяо Чжань, тот самый парень, настоял на том, чтобы везти велосипед, в то время как Ибо чуть прихрамывал рядом. – Уверен, что всё в порядке? – спросил Сяо Чжань. – Да я готов побежать хоть сейчас, – ответил Ибо. – Это сущие пустяки, просто пытаюсь не перенапрягать ногу, мне ещё после обеда работать. Не бери в голову. – Любишь детей? – Люблю… море, – Ибо не хотел ему врать. Сяо Чжань засмеялся. – Понимаю. Я сам именно поэтому здесь. И именно поэтому боялся остаться без работы. До отеля они дошли быстро. Даже слишком быстро – сказал бы Ибо. – Был рад знакомству. Теперь уже полноценному, – улыбнулся Сяо Чжань. – Взаимно. Погоди немного, хорошо? Ничего не ответив на вопросительный взгляд Сяо Чжаня, Ибо забежал в отель. Кивнул работнице на ресепшене и прошмыгнул в столовую. – Ван Ибо, отсюда нельзя ничего выносить! – крикнул ему вслед кто-то из официантов, но Ибо было всё равно. Он пронёсся через лобби, на выход, к стоящему у колонн Сяо Чжаню и протянул ему баночку колы. – Спасибо, что помог. – Люблю колу, – Сяо Чжань прижал холодную баночку к щеке. – Но это тебе спасибо. И, когда Ибо уже собирался сделать совершенно необдуманный шаг, Сяо Чжань сам достал телефон: – Добавимся в вичате?

☂☂☂

С некоторых пор к стандартному распорядку дня Ибо, куда, помимо работы, входило вкусно кушать, купаться в море, гулять и кататься на велосипеде, добавилось ещё и «думать о Сяо Чжане». И он не собирался противиться этим мыслям, позволяя себе дрейфовать в них как в тёплой солёной воде, ласкающей уставшее после долгого дня тело. Вот и сейчас, хоть Ибо и играл с детьми, не мог не отвлекаться на те самые мысли. Когда они с Сяо Чжанем ещё встретятся, что их ждёт впереди? Странное предвкушение снова не давало ему покоя. Солнце заходило за горы, небо окрасилось мазками розового и фиолетового, будто художник рисовал по нему акварелью. Блики падали на воду бассейна, заставляя чувствовать тепло и надежду на что-то волшебное. Игровое время подходило к концу. Почти всех детей уже забрали родители, и Ибо помогал последним двум мальчишкам складывать общие игрушки в коробку, как вдруг увидел мелькнувшую за углом тень. Сяо Чжань стоял у колонны, опираясь на неё плечом. Снова в своих любимых бриджах и лёгкой футболке, чуть жмурился от закатного солнца несмотря на то, что был в панамке. – Привет, мистер кролик! – он махнул Ибо рукой. Тот помахал ему в ответ. Ещё одного мальчика забрали, и Чэн Сяо, заметив, что Ибо ждут, перехватила последнего, мол, иди уже. Ибо направился к Сяо Чжаню, на ходу снимая кроличью голову. Он даже не подумал, как выглядел. Наверняка, весь потный и взъерошенный. С мокрыми волосами и горящими щеками. Не подумал, пока не увидел искорки, плясавшие в глазах Сяо Чжаня. – Привет, Чжань-гэ. Сяо Чжань лишь молча взял его пушистое запястье в кольцо своих пальцев и потянул к выходу. Смеркалось. Пляж пустел – люди собирали свои вещи и потихоньку расходились, оставались лишь те, кто планировал устроить вечерний пикник, или редкие любители искупаться в темноте. Ибо вот ни разу не купался под звёздами, и ему хотелось однажды попробовать. А ещё на рассвете. Возможно, будет холодно, поэтому стоило бы поторопиться с осуществлением своих пожеланий, пока ночная температура ещё держалась на уровне. Они шли вдоль берега, в сторону конца набережной. В прибрежные ресторанчики стягивался народ, музыканты готовили свои инструменты – скоро это место снова оживёт, но совсем иначе, чем утром и днём. Ибо хотелось поймать этот короткий момент спокойствия, но сердце его билось сильнее, чем можно было ожидать. – Ты ведь не один работаешь в костюме кролика, – сказал Сяо Чжань, наконец. Ибо удивлённо посмотрел на него, но тот был слишком увлечён, разглядывая песок под своими кедами. – Д-да, есть не только мы с Чэн Сяо, но ещё и старшие. – Я думал, что встретил тебя в один из дней. Начал благодарить за то, как ты подбодрил меня, а это, видимо, и не ты был вовсе. – Чжань-гэ хотел поблагодарить меня? – С самой нашей встречи. Ты же не против? Ибо замотал головой. Замер, не решаясь посмотреть на Сяо Чжаня, гипнотизируя взглядом Старбакс через дорогу от набережной. – Хочешь зайти? Я угощаю. Они сели на втором этаже, за столиком у окна. Рассматривали людей на лавочках на улице, береговую линию, горящую огнями, и море, совсем уже слившееся с тёмным небом. Ибо рассказал Сяо Чжаню, как оказался здесь. Сяо Чжань рассказал, как чуть не собрался уехать отсюда. – Она просто подсидела его, моего хорошего приятеля. Нажаловалась начальству, и его уволили, а ей отдали его должность. И тогда я подумал: «Разве я могу доверять такой компании? Где гарантия, что я не буду следующим?» И я бы мог уволиться, принять другой оффер, но та компания находится в Пекине. И это бы значило бросить море, к которому я так стремился. – Нам весьма неплохо в Пекине, – не думая, выпалил Ибо. – А сюда можно и летом приезжать. Сяо Чжань смотрел на него круглыми глазами, и Ибо, наконец, понял, как это прозвучало. – Чжань-гэ, я не… – пробормотал он, но Сяо Чжань уже изучал свой ягодный чай и будто бы ничего не услышал. Льдинки в его стакане хрустнули, раскалываясь. Капли воды стекали по внешней стенке, попадая на смуглую кожу его руки. Ибо сглотнул, чувствуя, как дёргается кадык, и отпил свой карамельный маккиато.

☂☂☂

Следующим вечером Ибо уже стоял у входа в Gardens, когда Сяо Чжань показался из-за поворота в соседний переулок. «Ты опоздал!» – сказал ему Ибо, будто они о чём-то договаривались. На самом деле нет, они даже почти не переписывались. Сяо Чжань лишь улыбнулся и пожал плечами. В руках у него была термосумка. В этот раз они пошли в другую сторону. Мимо парка развлечений, огромного ТЦ и спортивных площадок – Ибо как всегда восторженно взглянул на скейтерскую и баскетбольную – туда, где резкий перепад высоты, и начинался серпантин, по которому можно было уехать в самый центр города. Между деревьями было темно. Только подвешенные гирлянды лампочек освещали парк для любителей вечернего отдыха на траве. Сяо Чжань расстелил скатерть и жестом предложил Ибо присесть. – Поможешь разобрать сумку? Они снова говорили мало, будто слова им были не так уж и нужны, будто они могли нарушить то хрупкое, что было сейчас между ними. Ибо о многом хотел бы рассказать Сяо Чжаню, и о стольком же многом его спросить. Но был не готов променять на разговоры это невероятное чувство комфорта, которое испытывал просто от близости и наличия рядом другого человека. У них ещё будет время. Ибо замотал головой, отгоняя ненужные мысли. Схватился за сумку, вытаскивая термос и коробочки с едой. В кустах загудели цикады. – Любишь острое? – спросил Сяо Чжань, указывая на соус. И, получив отрицательный ответ, улыбнулся: – А я вот очень. Сяо Чжань был красивым. Всё, что он делал, было красивым – как он говорил, смеялся, ел. Или это так выглядело в глазах Ибо, потому что он… а что он? Он и сам не мог подобрать этому состоянию подходящего слова. Очарован. Пожалуй, это было оно. Возможно, в тот самый первый день, отдавая Сяо Чжаню шарик и вату, Ибо сам не заметил, как отдал что-то ещё. Ибо сел по-турецки, взялся за одну из коробочек и попробовал. Кажется, впечатления отразились на его лице даже в темноте, потому что Сяо Чжань спросил: – Нравится? – Нравится. «И ты нравишься». Сяо Чжань говорил что-то о том, где брал еду на вынос, про его любимый местный ресторанчик сычуаньской кухни. Как подумал, что Ибо мог и не любить острое, поэтому вот, он предусмотрел и взял для него более универсальный вкус на соевом соусе. А ещё тут уксус есть. Ибо кивал, говорил, что вкусно, а сам смотрел вдаль, сквозь деревья и силуэты гуляющих по парку и набережной людей, на водную гладь, на которой как никогда яркая луна рисовала причудливые узоры. И переосознавал. – Ты же наверняка бывал в Beach Hill? – спросил Сяо Чжань, когда они съели абсолютно всё, что он принёс. Ибо кивнул. На горе прямо позади них располагался отель с ещё одним парком и смотровой площадкой на территории. Вид оттуда славился как один из лучших в городе. – Сходим туда? Они подошли к лифту, где уже выстроилась очередь из желающих подняться наверх. Следом подходили ещё люди, но их было немного, не так, как днём. Когда лифт приехал и двери открылись, а все начали заходить внутрь, Ибо резко почувствовал, что они не должны быть там, в этой толпе. Жить моментом. Он потянул Сяо Чжаня за руку, выдёргивая из двигающейся в лифт массы, и отвёл в сторону, за камни отвесной скалы, заросшие зеленью. – Ибо? – Сяо Чжань вопросительно смотрел на него. И, казалось, всё понимал. – У тебя есть время отказаться, – сказал Ибо. Раздался громкий звук, предупреждающий о закрытии дверей лифта. Через три секунды: раз, два, три. Лифт тронулся. Ибо прижался к губам Сяо Чжаня. Тот выронил сумку – она упала на землю с глухим стуком – и поднял руки, обнимая его за предплечья, ведя ладонями вверх. А затем резко меняя местами, прижимая Ибо к стене, целуя крепче, заставляя забыть обо всём. Камень холодил спину, но в груди горел огонь. Ибо улетал куда-то высоко, обгоняя лифт. Этой ночью он никак не мог уснуть. Фантомное ощущение тела Сяо Чжаня, прижимающегося к нему, не давало спокойно дышать. Ибо потрогал себя за шею, чуть надавливая на кадык, будто это помогло бы ему, наконец, выдохнуть. Провёл рукой вниз по груди, задержался на животе и, не выдержав, запустил руку в шорты. Вот и приехали.

☂☂☂

На следующий день буквально вся его выдержка ушла на то, чтобы держать лицо. Хотелось глупо улыбаться, но не хотелось расспросов. Ибо, наверное, ещё никогда не был так рад, что его основной работой было развлекать детей в костюме кролика. Сяо Чжань как обычно желал ему спокойной ночи и доброго утра, и Ибо не сомневался, что сегодня они встретятся снова, пусть даже как обычно ничего не обговаривали. И вот они опять сидели у воды, прямо как тогда, когда Ибо упал с велосипеда. Казалось, это было вечность назад, но на деле прошло всего несколько дней. Рана на ноге почти зажила, а вот встревоженное чувствами сердце Ибо и не думало успокаиваться. – Я подумал и решил, что таки уйду с этой работы. И приму оффер в Пекин, – сказал Сяо Чжань, поджимая пальцы на ногах и зарываясь ими в песок, и со смешком добавил. – Не знаю, стал ли я властелином мира, но смелости у меня точно прибавилось. Это всё сладкая вата? Ибо замер, переваривая услышанное. Сяо Чжань, который так стремился к морю? Ибо боялся даже подумать об этом. Что уже через несколько недель он должен будет уехать, а Сяо Чжань, который жил и работал здесь, останется. Что всё, что между ними, закончится вот так, когда придёт время, по билету, который Ибо при всём желании не мог бы сдать. Сяо Чжань взял его за руку. Ибо переплёл их пальцы, погладил кончиками смуглые костяшки. – Возможно, я тороплю события. Мы о многом ещё не говорили. И мне безумно нравится просто молчать рядом с тобой, но это сказать я должен. Если ты разделяешь мои чувства, я буду ждать тебя в Пекине. «Да», – еле слышно – возможно Сяо Чжаню даже нужно было прочитать это по губам – прошептал Ибо. Он не нашёл других слов, но нашёл силы оттащить Сяо Чжаня в сторону сгруженных за забором никому не нужных шезлонгов и утянуть за собой на один из них. Всё происходило будто вспышками. Словно кто-то нащёлкал кадры, окрасил сепией и пустил их перед лицом Ибо. Его губы на губах Чжань-гэ, его руки на его теле. Сяо Чжань, такой горячий под ним, тянущийся навстречу, ладонями в волосы. Ибо и сам весь горел, хотелось ближе, ещё ближе… и он явно перестарался в этом желании, потому что шезлонг качнулся, и в следующее мгновение они повалились на песок. Оба замерли, глядя друг на друга огромными глазами и тяжело дыша. А потом долго вытряхивали этот самый песок из одежды и хохотали, пугая чаек. – Здесь на пляже есть душ, – сказал Ибо, не переставая улыбаться. – Только он нам сейчас и поможет, – иронично заметил Сяо Чжань. Румянец на его щеках был заметен даже в темноте.

☂☂☂

На следующий день мама прислала сообщение, что тётушку Ло выписали, бодрую и весёлую как никогда. И в этот раз Ибо себя выдал – слишком сильно радовался. – Что-то рожа у тебя больно трещит, Ван Ибо, – сказала Чэн Сяо, когда они встретились в раздевалке, ещё и ткнула его локтём в бок. Ибо отпрыгнул в сторону и опустил взгляд, почёсывая нос. Всё действительно изменилось, но Ибо бы назвал это «встало на свои места». На следующей неделе он поможет Сяо Чжаню собрать вещи и проводит его в Пекин, а ещё через неделю уже улетит сам. А пока они могли вместе брать от последних жарких дней юга свой максимум и ни о чём больше не волноваться. Экран его телефона горел входящим сообщением. От: Чжань-гэ ☂ «Кажется, ты говорил, что хочешь искупаться под звёздами. Как насчёт сегодня?» Ибо спрятал телефон в карман, а слишком довольную улыбку – в кулак. – Я просто рад, что приехал сюда, – наконец, сказал он, надевая кроличью голову и первым шагая на улицу, к детям. На ярком синем небе не было ни облачка. Сегодня дождя точно не будет – Ибо это чувствовал. Хоть и было немного жаль, ведь у воздуха после дождя был особый аромат, который каждый раз будет напоминать ему о первой встрече с Сяо Чжанем.