Для профилактики

Шёл седьмой урок, в кабинете информатики сидел девятый класс, в рабочей тишине выполняющий практическое задание по программированию. Константин Дмитриевич же, озвучив, какие номера нужно сделать на каждую из оценок, сел за свой стол и уткнулся в компьютер, что-то быстро печатая. Смотря в открытый файл на мониторе, Вячеслав понимал, что может решить задание самостоятельно. Ну серьёзно, кем надо быть, чтобы не суметь написать такую простую программу? Стоило юноше прочитать условие задачи, в его голове возникли два различных варианта решения. Начертив блок-схему в тетради, лежавшей на столе перед клавиатурой, Слава на минуту задумался. А по истечении времени вздохнул, поняв, что один из вариантов можно откидывать. Все было до жути просто: придуманная Вячеславом программа не будет работать, ибо в ней не предусматривались все возможные комбинации чисел. Голова противно раскалывалась. Говоря откровенно, за сегодняшний день Слава очень устал и хотел скорее уйти домой. Да и думать не было особого желания, мозги после физики и химии превратились в кашу. Все-таки расписание девятому классу явно составлял посланник ада, напрочь не переносящий учеников. Вячеслав незаметно вытащил из кармана телефон, постоянно оборачиваясь на Константина Дмитриевича из справедливого опасения, что учитель заметить его действия. Быть пойманным Слава уж точно не хотел. И дело было даже не в том, что тогда у парня заберут телефон и заставят делать задание самостоятельно, или даже выпорют. Вячеслав не хотел разочаровать верившего в него учителя информатики. Все шло гладко. Немного сдвинувшись на стуле в сторону, чтобы появилось место для телефона, Слава включил его и зашёл в браузер, начиная набирать условие. Собственное сердце оглушающе стучало в ушах, в груди появилось неприятное тревожное чувство, словно старающееся отговорить парня от такого глупого поступка. Но Вячеслав не стал слушать внутренний голос, продолжая тыкать пальцем по клавиатуре телефона. – Вячеслав! – услышал парень грозный голос Константина Дмитриевича, отчего вздрогнул, тут же резко поворачивая голову в сторону учителя и едва не роняя телефон на пол. – Если ты сейчас же не уберешь телефон и не начнешь думать своей головой, то вылетишь за дверь. Слава виновато посмотрел на мужчину, послушно убрал телефон и опустил взгляд в тетрадь. Резкие слова Константина Дмитриевича словно помогли ему одуматься, понять, что, руководимый своей ленью, он едва не стал обманщиком. Ощущая на себе чужие любопытные взгляды, Вячеслав зачеркнул старую блок-схему и принялся за новую. Выходило все слишком сложно, для решения необходимо было два раза использовать конструкцию с "if". Это не было плохо, но Слава старался подобного избегать. Парень не был уверен, что эта программа будет работать, но, несмотря на усилия придумать другое решение, в голову ничего не шло. Вячеслав вывел ручкой на листе "program if22", ввёл переменные, которых всего оказалось три, и принялся за дело. Программа получилась объёмной. Слава и не ожидал, что для такого короткого и лёгкого, на первый взгляд, условия может понадобиться такая махина. Ещё раз перепроверив, чтобы нигде не было использовано ни того знака, парень стал переписывать текст с листа в компьютер. О червячке вины, поселившемся в его голове, Слава старался не думать. Если учитель посчитает его достаточно провинившимся, то накажет. А если нет, то это уже не забота самого Славы. Так ведь? Вместо размышлений Вячеслав полностью отдал себя попыткам побыстрее переписать программу, ведь до конца урока оставалось двадцать минут. Примерно в это время Константин начинал ходить и смотреть, кто и что сделал. И хотя Слава не признавался в этом себе, ему очень хотелось получить одобрительный взгляд Константин Дмитриевича. Для переписывания программы девятикласснику понадобилось около пяти минут. Закончив, Слава испробовал все возможные порядки чисел, чтобы убедиться, что все сделал правильно. Программа работала, и Вячеслав почувствовал лёгкую радость и удовлетворение. Он справился. Обернувшись на своих одноклассников, большинство из которых тыкали что-то на клавиатуре с пресными лицами, юноша вновь открыл файл с заданиями и стал листать его, ища что-то интересное. – Ты закончил? – спросил Константин, непонятно когда успевший оказаться позади стула Славы. Юноша, испугавшись, одними губами ругнулся. – Показывай. Кинув короткий взгляд на учителя информатики, Вячеслав повернулся обратно к монитору и открыл программу, замирая в ожидании вердикта. – Это какое задание? Двадцать второе? – Да. Даны три числа. Необходимо вывести большее из них. Некоторое время Константин Дмитриевич молчал, внимательно вглядываясь в начале в тетрадные записи, а потом и в монитор компьютера. – М-м, интересно. Это ты сначала сравниваешь число "a" с двумя другими, и если условие выполняется, то выводишь его.. – Угум. А если "a" не больше "b" и "c", значит, оно автоматически самое маленькое. И во второй блоке мы по той же схеме сравниваем "b" и "c" и выводим большее из них. – И работает? – спросил учитель с интересом в голосе, вновь опуская взгляд к нарисованной блок-схеме. – Работает. – Очень хорошо, – похвалил Славу Константин Дмитриевич, довольный проделанной работой ученика. – Попробуй сделать задачу с определением високосного года. Она тридцать пятая что ли. Учитель пошел проверять, что сделали другие, в то время как Вячеслав послушно стал вчитываться в условие нового задания, с которым и провозился до самого звонка. Вздохнув, юноша сохранил оба задания в своей папке и встал из-за стола, прихватив тетрадь и ручку. Оказавшись возле своей парты, Слава снял с крючка рюкзак и стал неторопливо убирать туда свои вещи. Почему-то он чувствовал, что как минимум на разговор Константин Дмитриевич его оставит... Одноклассники Вячеслав стремительно покидали класс один за другим. Слава, уже собравшись, неловко замер возле стола и то и дело ловил на себе сочувствующие, а иногда и ехидные взгляды. Стоило последнему человеку покинуть кабинет информатики, оставив юношу наедине с учителем, Константин сказал: – Иди сюда, Слав, – и парень, секунду поколебавшись, подошёл, мысленно успокаивая себя тем, что Константин Дмитриевич не сделает ему ничего плохого. – Объяснись. Требование застало Славу врасплох. Он не думал, что именно так начнётся этот разговор, но тем не менее умудрился взять себя в руки. – Мне было не охота думать... И поэтому решил посмотреть, как это задание сделано в решебнике. – Опять ленишься? – хмуро спросил учитель информатики. – У нас уже был с тобой разговор на эту тему. В прошлом году, что ли?.. Но если ты не достаточно запомнил, то я повторю. Слава, набравшись смелости, посмотрел прямо в серьёзные глаза Константина Дмитриевича и медленно кивнул, понимая, что смысла оправдываться нет. – У тебя есть мозг. При чем работающий мозг. И не пользоваться им, лениться тренировать его – непозволительно. Ты можешь сделать задание сам, но отлыниваешь, пытаясь меня обмануть. Может, мне стоит вновь добавить тебе немного мотивации? Продолжая нервно перебирать пальцами лямку рюкзака, Слава умоляюще посмотрел на Константина Дмитриевича. День был очень насыщенным и тяжёлым, и получить в завершении падлом или линейкой, которую преимущественно использовал информатик, не хотелось совсем, ведь это означало появившуюся от слез головную боль и ноющий зад. – Я больше так не буду. – Верю. Но все-таки проведу беседу. Профилактическую. Оставь рюкзак, – приказал учитель твёрдым голосом. Слава, грустно вздохнув, положил своё сумку на пол. Страшно уже не было, но небольшое волнение присутствовало. Замешкавшись, не зная, куда ему лечь, Вячеслав удивлённо ойкнул, оказавшись уложенным на колено мужчины. Принятая позиция тут же вызвала волну флешбеков у юноши, находившегося в такой позе всего какой-то год назад. – Больше никаких телефонов и заранее написанных программ. Думай своей головой, Слава, она у тебя не только для ношения шапки присутствует. Вячеслав не успел ничего сказать, ведь, как только Константин закончил говорить, на его зад посыпался град шлепков. От первого удара парень негромко зашипел. Рука учителя информатики была все такой же жёсткой, но Константин явно бил не в полную силу. Не было желания вырываться и кричать. Ладонь равномерно опускалась на обе ягодицы и частично на бёдра, разжигая на них неприятное тепло, но не более. Слава, ожидавший, что Константин Дмитриевич использует какой-нибудь предмет, первый десяток не мог расслабиться, ожидая подвоха. Это ведь было просто несерьёзно! К концу третьего десятка, когда попа ощутимо горела под тканью брюк, учитель поставил Славу обратно на пол. – Хватит с тебя, – произнёс Константин в ответ на непонимающий взгляд. – Я думаю, ты усвоил урок. А будешь ещё пытаться хитрить – отравишься за дверь. – Вы не злитесь больше? – спросил Вячеслав, так и продолжая неловко стоять перед учительским столом. – Не злюсь. Иди сюда, Слав, я не кусаюсь, – с усмешкой подозвал его Константин Дмитриевич. Юноша подошёл на пару шагов поближе, вставая рядом с информатиком. – Раз уж для профилактики ты у меня получил, это будет в качестве мотивации, – обратился к Славе учитель, щелкая мышью и тыкая куда-то на клавиатуре. Вячеслав перевёл взгляд на монитор. Напротив его фамилии красовались две пятёрки.