Эдельвейс
23 июня 2023 г., 03:04
Шум от музыки и выкриков посторонних людей начал заглушаться противным писком в ушах. Илья боялся отводить взгляд, будто это могло на что-то повлиять, но всё равно начал искать глазами Даню и Руслана. Что вообще нужно делать в таких ситуациях? Сперва, наверное, не оказываться в них, не разъежать на тачке, набитой огнестрелами и не уповать на чужую помощь. Прямо как сейчас.
— Он сюда не один пришёл, — предупредил Слава, поднося к губам напиток того же цвета, что и украшения на нём. — И если вы, идиоты, не заметили, я всё ещё здесь, — эту фразу могли разгадать только постояльцы бара, знающие политику Гнойного, а Илье только и оставалось молча наблюдать за ними, чувствуя себя бесполезным. Ему это отнюдь не льстило и вызывало захлёстывающую волну ненависти к себе. Задетое эго решило отыграться в самый не подходящий момент.
— Тебя никто не…
— Пошли, — резко сказал Илья, перебивая незнакомца на полуслове и поднимаясь с дивана. Писк тем временем нарастал.
Усмешка Славы говорила о многом. «Не в его принципах мешать кому-то учиться на своих ошибках» — обязательно вставил бы кто-то за барной стойкой.
Коряков не удивился тому, что предстоящий разговор должен состояться именно на улице. Это пугало до тошноты в горле, но он знал, во что ввязывается — ещё тогда, в доисторической квартире на краю Москвы. Знал, что не сможет стоять в стороне и играть роль чирлидера с нелепыми помпонами. И вот теперь, отходя всё дальше от столика, он вонзил покусанные ногти в кожу и отбросил подальше свои никчёмные мысли.
Ветер пробрался под рукава, вызывая мурашки по коже. Снаружи довольно многолюдно, но вряд ли кто-то обратит должное внимание на драку, не впервой всё-таки. Илья цепанул взглядом тёмную арку сбоку, за которой виднелся мерс.
Да нормально всё будет.
Перед ним трое: совсем разных, но одинаково не вызывающих положительных эмоций. Первый, начавший всё это, — короткостриженный брюнет, которому лучше лишний раз не открывать рот с запахом гнили. Он сразу обозначил себя главным, стоя к Илье ближе остальных, но второй, как подхалим из сказок, не упускал возможности отвлечь товарища, говоря тому чуть ли не на ухо «да забей, идём отсюда». Похоже, за сомнения ему уже доставалось, если судить по отсутствию передних зубов. Третий наоборот держал дистанцию и из примет имел только скучную лысую голову.
В итоге, когда Коряков стоял с ними уже пару минут и не знал, куда себя деть, главный заговорил:
— Какого хуя ты здесь кантуешься? Сдохнуть хочешь от их разборок? — голос язвительный, а лицо такое, будто сам не уверен, кому это говорит.
Подобного диалога Илья и ожидал, поэтому успел придумать ответ. Хотя он поразился, что слухи разлетелись так быстро, они же буквально недавно пришли.
— Захотел, блять, а вы вообще кто такие? Своих дел мало? — он наступал, почти слыша хруст поломанного внутри Илюши, давно забывшего, что такое стычки с гопниками после школы. Эти же ребята были на уровень выше по статусу и ниже по моральным ценностям. Их принципы не соразмерны району, скорее шмали и набитым карманам — такой вывод он сделал ещё в баре.
— На вопрос отвечай, уебок продажный, — кипятился второй, выпячивая расширенные зрачки.
— Да пошли вы нахуй, — и почти отвернулся, не готовый к последствиям.
Стоило ли подумать дважды? Определенно, да.
— За базаром следи, — после этих слов в солнечное сплетение вонзился кулак с весьма острыми казанками. Дыхание перехватило, мир перед глазами накренился, а в ушах забилось собственное сердце. Коряков согнулся пополам, проклиная себя за то, что даже не напряг пресс, а ещё больше — за свою физическую подготовку. Брюнет наклонился и тоном ниже спросил:
— Че шатаешься? Скажи спасибо, что не по ебалу, — он поровнялся, избавив рецепторы Ильи от мерзкой вони. — Теперь руки в ноги и пиздуй из города. Ты не сможешь ему помешать, сколько бы тебе не отвалили за это.
Непомерная злость на самого себя быстро нашла другую жертву и заставила вытащить нож с тихим щелчком. Глаза незнакомцев заметили точёное остриё, но в них не было намёка на страх. Крепко держа рукоять и не позволяя себе опустить голову даже на миллиметр, Илья произнёс вкрадчиво и будто не своим голосом:
— Я не знаю, о чём вы говорите. Отъебитесь от меня.
Кто-то из курильщиков обернулся, предвкушая привычное, но всё ещё интересное зрелище. Коряков тем временем искренне боялся увидеть громилу с битой, или любого, кто мог бы покрывать этих парней. Но истина в том, что главная проблема сейчас прямо перед ним. Его размажут как масло по хлебу, а ведь только это Илья и умеет делать ножом.
— Дохуя борзый? — вклинился беззубый, дёргая конечностями, как фигурка на панели авто. Стоило ему прижать лапой чужой кроссовок, пачкая питерской грязью, — совсем рядом послышался свист.
Все тут же метнули взгляды на источник звука и увидели Даню, толкающего дверь бара и стремительно шагающего к ним. За его спиной волочился Руслан, пробормотавший под нос «да вашу ж мать».
— Это че за гоп-стоп? Проблемы какие-то? — с вызовом бросил Кашин, обращаясь непосредственно к компании. А те будто злее стали, подсобрались все, включая лысого. Слава, облокатившись на стену возле входа, щёлкнул своей газовой зажигалкой и на секунду отвлёк, поэтому Илья не заметил, как на плечо надавила чья-то рука.
— Идём, — выдохнул Тушенцов, поворачивая его к парковке. — Это надолго.
Повинуясь чисто по инерции и начиная отдаляться, Коряков задавался вопросом, почему они уже второй раз оставляют Даню наедине с ублюдками: это походит на какой-то ритуал или проверенный годами выход из ситуации, но даже так он не мог не обернуться несколько раз, пока его настойчиво вели в сторону арки. Ладонь, всё ещё держащая ножик, подрагивала.
— Мне так похуй, не обижайся, — последнее, что они услышали от Дани, пока не ушли достаточно далеко.
Илье безумно хотелось прилечь, чтобы перестать испытывать эту удушающую боль под рёбрами. Он устроился сзади, ложась на спину и свесив ноги в неудобном положении. Пальцы спрятали лезвие в рукояти и заползли в карман худи.
— Ты зачем с ними пошёл? — спереди зазвенели ключи.
— Хотел разобраться, — голос хриплый, без былой уверенности.
Руслан усмехнулся.
— Я заметил.
Через несколько минут, когда машина завелась, справа громко хлопнула дверь и в салон ввалилась запыхавшаяся туша Дани. Со своего угла Илья рассмотрел только чуть покрасневшую щёку, на которой в будущем расцветёт синяк, и взъерошенную чёлку.
— Нормально всё? — поинтересовался Тушенцов.
Кашин быстро протёр лицо руками и глянул в окно.
— Да, поехали отсюда.
На момент, как сбоку пронеслась очередная старинная постройка, часы показывали девять вечера. Время в семнашке пролетело назаметно, но вовсе не из-за хороших впечатлений. Илья так и не понял, что от него хотели те нарики и про какие деньги говорили, все мысли были заняты рефлексией на тему: «Что со мной не так?» Он всерьёз решил, что за пару дней смог стать таким же бесстрашным, как эти двое?
Смешно.
— Илюх, мы завтра к Рэнделлу поедем, — обернулся Даня. Вид у него вымотанный и буквально побитый. — Сказали, что он видел Макса.
Коряков прокрутил в голове все имена, которые успел запомнить, но конкретно это слышал впервые. Он не удивлён.
— А Рэнделл это…?
— Даня Корнилов, оружие поставляет. Всё, что ты видел в багажнике, его рук дело, — на последней фразе Руслан многозначильно покосился на Кашина: он не знал про безуспешный поиск телефона. — К тому же, он…
— Тихо, — повысил голос Тушенцов, одарив товарища красноречивым взглядом и тормозя на светофоре. — Ты щас договоришься.
— Я хотел сказать про его лицемерие, параноик, — и цокнул, явно недовольный.
Илья так и лежал на креслах, водя пальцами по мягкой обивке.
Войдя в квартиру, Даня первым делом швырнул ветровку на полку углового шкафа и без помощи рук избавился от обуви. Только когда он скрылся в одной из комнат, Илья осознал себя в пространстве и почувствовал тепло у щиколоток.
— Соскучился, приятель? — когда сел на корточки, Балу вытащил язык, пытаясь достать им до острого носа. Руслан всё испортил, прервав их приветствие.
— Пошли на кухню, — он почесал щёку и перевёл взгляд от закрытой двери, за которой исчез Даня, на Илью. Не то чтобы лицо Тушенцова часто менялось за эти дни, но сейчас оно казалось по-настоящему расслабленным. Ещё немного и будет похоже на дружелюбие — это странно.
Очутившись в окружении массивного холодильника, местами порезанного стола и двух стаканов с виски, Коряков только теперь оценил, как же прилично живёт Коля. В его квартире нет свисающих по углам обоев и дырок в напольном покрытии. В первый день было совсем не до того, но сейчас Илья действительно проникся уважением.
— А где сейчас Коля?
— В туре гоняет, — Руслан закинул в рот сухарик и пояснил. — Он у нас музыкант, — и развёл руки, показывая этим всю значимость своих слов. Сразу вспомнилась та неоновая вывеска в спальне.
— Серьёзно? — у Ильи даже спина выпрямилась от удивления, он-то давно о подобном мечтает: о толпе, что синхронно напевает придуманные им строки, о благодарностях и признании, о больших деньгах, в конце концов. — Включи его песни, мне интересно.
Тушенцов вытер пальцы о штаны и пошел в комнату за ноутбуком. Когда вернулся, Коряков вопросительно взглянул на него, заметив улыбку. Они поняли друг друга.
— Он там с ножом балуется. Я его подарил хуй знает когда, всё никак не выбросит.
Руслан открыл сайт с музыкой и набрал в строке поиска «Lida», включая самый популярный трек. Парни не могли слушать молча, периодически смеясь в свои стаканы и подпевая ближе к концу. Так они прошлись ещё по нескольким, уже с трудом держа себя в сидячем положении: алкоголь требовал танцев. Илья не сразу сообразил, что видит улыбку Руслана дольше одного мгновения.
— Разъёб, — протянул Коряков, когда кухня погрузилась в тишину. — Надо будет сходить на его концерт.
— Ты после первого слэма сляжешь, там полные психи.
То ли виски так подействовал, то ли напряжённый день, но Илья не преминул излить душу конкретно сейчас, когда разговор вдруг закончился на шутках о рэп-индустрии и не имел отношения к чему-то личному.
— Знаешь, я тут понял, что вообще не хочу умирать, — язык заплетался, но он был уверен, что смысл фразы дойдёт.
Собеседник молчал, заразившись меланхоличным настроением. Сложно догадаться, о чем он сейчас думает. Карие радужки упёрлись в наклейку с утёнком на вебке, а большой палец поглаживал стакан.
— Мало кто хочет, на самом деле, — Руслан отвернулся в сторону холодильника, не желая смотреть в глаза. Коряков же решил сконцентрироваться на окне, за которым стало намного темнее.
— Но это всё равно случится. Просто успей сделать то, что планировал, — дополнил спустя минуту.
В тот момент, когда хозяйская бутылка опустошилась, а из ноутбука доносилась депрессивная музыка, в проёме возник Даня, на которого даже смотреть не хотелось, ведь тогда придётся делать лишние телодвижения.
— Валите спать, алкаши, нам утром выезжать.
Тоска и алкоголь разом прибили тело к матрасу, руки так долго не двигались, что Илья начал чувствовать, как они немеют. Череда ужасных мыслей не давала покоя, пока среди этой пурги не родилась идея написать хоть кому-то. Новый телефон нашёлся довольно быстро, как и та бумажка, которую отдал Коля. Сейчас уже было плевать на тактичность и время, ему необходимо отвлечься.
3 июля, 2:11
Вы: Привет это Илья который у тебя сейчас живет мне понравилась твоя музыка ниче такая Проведя глазами по строкам, Коряков вдруг осознал, что не сможет их удалить — не то приложение. Подушка незаслуженно получила удар кулаком, а после поймала упавшую на неё голову. Я идиот. Этой ночью к Илье вернулись кошмары. Он просыпался не единожды, улавливая краем уха стук балконной двери. Похоже, кто-то из парней тоже не смог отдохнуть. Хотелось составить компанию, забыться в разговоре, но веки вновь закрывались, окуная в мир, где летучие мыши разбиваются о стёкла, а из расколотого черепа выползает гробовая змея…⊹──⊱✠⊰──⊹
Двор, в который они заехали, не был примечательным — таких полным-полно в Питере: от стен давно начала отходить поблëкшая краска, открывая вид на кирпичную кладку, а трубы, как вены и артерии, опоясывали дома, переплетаясь друг с другом. Единственное, что спасало от унылости — множество татуировок-граффити. Они гармонично вписывались в общую картину, притягивая взгляды. Некоторые имели глубочайший смысл и являлись тем самым уличным искусством, а другие бесстрашно посылали всех прочитавших на три буквы и не стеснялись в выражениях. Илья засмотрелся и даже не заметил как машина затормозила и пришло время выходить. Его аккуратно подтолкнул Кашин, кивнув в сторону двери. На свежем воздухе было хорошо, но из-за похмелья и недосыпа даже лёгкий ветер морозил кожу. Парни прошагали к парадной и без особого труда открыли железную дверь, лишь чуть потянув за неë. — С нашего последнего визита тут ни черта не изменилось, — весело отметил Кашин. — Ага. Дай бог, чтоб на нас стена не рухнула, — слова Руслана, шедшего впереди, звучали с долей некоего сочувствия. Последняя фраза показалась и комичной, и предостерегающей. Штукатурка так и сыпалась со всех поверхностей — где-то целыми кусками, — и никто из жильцов даже не попытался убрать еë. Илья сталкивался с этим, когда скитался по квартирам с Максом. Они делили обеды с тараканами, бились головой о свисающую лампу и липучку от комаров, точно так же проходили мимо грязи на лестнице и с каждым днём становились ближе к земле. Он начал забывать, из какой дыры вылез. И благодаря кому. — Чего завис? Опять боишься? — тихо поинтересовался Даня, в его взгляде плескалось спокойствие, смешанное с любопытством. — Нет, — даже страх требует сил, но они иссякли на задних сидениях мерса. — Поразительно, — и похлопал по спине, то ли хваля, то ли высмеивая. Коряков уж было хотел возмутиться, но услышал три внушительных стука прямо перед собой. Тушенцов выжидающе встал у двери. Пару секунд царила абсолютная тишина, прерывание которой, кажется, каралось смертной казнью, но вскоре донеслись шаги и протяжный скрип. В проëме показался молодой парень. Его тёмно-русые волосы небрежно падали на лицо, тëплая улыбка смягчала симпатичные черты, а круги под глазами были даже больше, чем у Дани. Он отступил назад, пропуская гостей внутрь, и одним взглядом оценил присутствующих. Из-за этого Илье почудилось, что он прошёл через металлодетектор, а не обычный дверной проём. — Привет, — Рэнделл пожал руку своим знакомым и обратил внимание на Корякова, стоящего позади. — О тебе я наслышан, и ты, думаю, обо мне в курсе, так что будем знакомы. Ладонь Ильи так и осталась висеть в воздухе. Чем дальше они проходили, тем лучше открывался вид на всю квартиру. Она не шибко отличалась от остальных: высокие потолки, потëртая мебель и большие окна на солнечную сторону. Создавалась атмосфера уюта с нотками тоски — обычное явление для питерских жилищ. Единственное, что можно было отметить — дорожные сумки, аккуратно расположившиеся в коридоре. — В отпуск собрались? — спросил Кашин, улыбаясь и по-хозяйски усаживаясь на диван. — Могли бы мне звякнуть, я тоже на море хочу. — Ты только и можешь издеваться, — со стороны другой комнаты раздался чрезмерно раздражëнный голос. — Сам знаешь, в какой мы ситуации, кретин. Илья с опаской обернулся и чуть не пошатнулся на месте. Глаза расширились от удивления и неожиданности, а рот распахнулся в немом вопросе. Почему именно этот человек? — Миш, хватит, — спокойно, но твëрдо предупредил Рэнделл, — не сейчас. Миша только возмущенно фыркнул и прислонился спиной к стене, стараясь усмирить свой пыл. По всей видимости, перечить другу он не хотел, поэтому притих и перестал обращать внимание на окружающих. — По виду не скажешь, но он чуть не устроил здесь резню пару дней назад. Коряков до сих пор не мог отойти от шока, ведь этой же ночью обещал себе никогда не пересекаться с данным человеком. Он сделал пару коротких шагов в сторону дивана, становясь ближе к Дане. Рыжий, вероятно уловив его волнение, невзначай для всех потянул за край худи, заставляя сесть рядом. — Может приступим к делу? — кашлянул в кулак Руслан. — Нам передали, что ты видел Макса. Это так? — Да, видел, — он зевнул, прикрывая рот рукой. — Пару дней назад. Илья с этого момента старался полностью переключиться на нового знакомого, игнорируя периферию. Корнилов намеревался продолжить, но сразу передумал и скептически покосился в сторону третьего лишнего, будто обдумывая, можно ли рассказывать при нём. На его неуверенность Данила лишь ухмыльнулся и утвердительно кивнул, давая зелëный свет. — Я был тогда у клиента, время где-то четыре утра, — сообщил Рэнделл. — Случайно заметил как к отелю напротив подъехала дорогая тачка. Я уже начал товар прятать, но из неё вышел этот ваш Макс и ещё какой-то парень в кепке. — Не разглядел номера или лицо второго? — уточнил Тушенцов. — Нет, у меня не настолько шикарное зрение, да и времени вглядываться не было. Ненадолго возникло молчание, которое давало всем паузу на раздумья и анализ ситуации. Всем, кроме Ильи, ведь единственное, что с трепетом отзывалось в его груди — Макс и правда приехал сюда. Он жив. Это на первом месте, осталось лишь найти его таким же живым и здоровым. — Это всë? — поинтересовался сидящий до этого молча Кашин. — Когда нам сказали, что ты хочешь встретиться, я ожидал услышать больше конкретики. Рэнделл отвёл взгляд, покусывая щёку изнутри и, видимо, соглашаясь с его упрёком. Однако не согласен был Миша, от злости сжавший кулаки. — Мы лишь получили подтверждение, что он в Питере и был в отеле, из которого давным-давно мог съебаться, — продолжил критиковать Даня, пока парень рядом с ним сидел как на иголках. — Он хотя бы что-то узнал, в отличие от вас, — не выдержал Миша. — Тебе напомнить, кому это больше всего надо? — едко бросил Кашин. — Лучше объясни, какого хуя он здесь делает, — горящие глаза, скрытые за чёлкой, указали прямо на Илью. Напряжение в комнате неумолимо росло и уже ничего не смогло бы его исправить. Коряков напрягся всем телом, когда почувствовал, что татуированная рука рядом потянулась в карман и крепко сжала пистолет. — Заткнитесь оба, — упрекнул их Руслан и повернулся к Рэнделлу. — Пока всё не уладим, держите с нами связь и оставайтесь в городе. — А ещё чё сделать? — не унимался Миша, подойдя почти вплотную. Желваки не делали его лицо добрее, а вздутые вены не располагали к душевному разговору. — Тебе? Лечь в психушку, — Даня встал с дивана и толкнул его в грудь. Всё это время Корнилов никак не реагировал на их причуды и молча искал адрес в приложении карт. Он подозвал к себе понурого Илью и показал место, где находится тот самый отель. Коряков кивнул и принялся печатать на крошечном подобии телефона всё, что успел запомнить. Парни одарили друг друга понимающими взглядами и начали вместе с Русланом предотвращать чуть не начавшуюся драку. — Мы останемся здесь и сообщим, если что-то узнаем, — сказал Рэнделл спустя пару минут, держа открытую дверь. За его спиной послышался глухой удар — Миша отрывался на собранных вещах. — Только попробуйте свалить, — прорычал Даня, за что получил тычок от друга. Дверь захлопнулась перед их лицами.⊹──⊱✠⊰──⊹
В машине было совсем тихо. Илья отчётливо ощущал гнетущую атмосферу вокруг Кашина, который всю дорогу не переставал прожигать дыру в кресле напротив. Его губы искривлены, ноздри расширены, да и в целом он выглядел как лев на охоте. Даже Руслан изредка поглядывал через зеркало, но никак это не комментировал. Миша явно выбил их из колеи. Причëм очень некстати. — Я схожу на ресепшен, — оповестил Тушенцов, оборачиваясь. — Позову вас, если будет нужно. Постарайтесь не убить друг друга, — но смотрит только на Даню, пропускающего всё мимо ушей. Единственный здравомыслящий человек покинул их, скрываясь за карусельной дверью, и салон вновь погрузился в тишину. Очень хотелось прервать её, но слишком просто ненароком поджечь этот коктейль Молотова на соседнем сиденьи. Глаза Ильи бегали где-то снизу, цепляя только колени Кашина, а пальцы крутили сложенный нож — никто не просил его вернуть. — Что стало с теми парнями из семнашки? — всё же рискнул поинтересоваться. — Ничего, мы просто поболтали, — почти не агрессивно. Коряков, не смущаясь, принялся рассматривать веснушчатое лицо, которое даже не удосужилось повернуться в его сторону, светя синяком на левой щеке. Теперь оставалось выбрать: либо он прикусит язык, либо пойдëт на поводу у своего любопытства. Второй вариант редко приводил к чему-то хорошему. — И что узнал? Лично я их вообще не понял. — Ничего нового, — было неясно, на какое предложение он ответил. — Они просто обдолбались и нашли себе жертву, забей. Илья убрал нож и устроил свою руку на чужом плече, пытаясь поймать взгляд. Он самовольно открыл клетку со львом и даже не пытался себя остановить, полагаясь на интуицию и удачу. — А что насчёт Миши? Ты реально хотел застрелить его? — Ещё как, — усмехаясь, Кашин наконец повернулся. — Но я не идиот. Эти… — он быстро облизнул губы, подбирая подходящее слово, — …крысы очень важны сейчас, поэтому их придётся потерпеть. Илья прослушал, так как был занят изучением зелёных глаз, отдающих синеватым на солнце. Ему пора остановить поток фантазий, иначе начнёт сомневаться и в своей адекватности. Неожиданно раздался звук уведомления. Даня потянулся к карману, разрывая зрительный контакт. Коряков пришёл в себя и, проморгавшись, убрал вспотевшую руку. — Иди в отель, Рус всё уладил. — А ты? — Останусь здесь на всякий. Илья кивнул и немедля вышел из машины. Только у дверей он заметил размах пафоса: тут и греческие боги, вдобленные в стены, и люстра размером с его комнату. Страшно представить количество нулей в цене за номер, благо ему это и не понадобится. — Живее, — Руслан потащил застывшего парня за собой. В руке у него уже была ключ-карта. — У нас мало времени. — Как ты еë достал? — В этом мире всё решают деньги, — Тушенцов нажал на все возможные кнопки вызова лифтов, но как назло оба были заняты. — Пошли по лестнице, нам на пятый. Илья не понимал, к чему такая спешка, но отставать не стал. Они резво перескакивали с одной ступеньки на другую, поднимаясь всë выше. Последний пролëт, длинный коридор с парой развилок — и вот нужная дверь. Благодаря карте они прошли внутрь и первое, что откровенно бросилось в глаза — незаправленные кровати и едкий запах чьего-то одеколона. Руслан понял всё сразу. За секунду он оказался у окна и ударил по стене ладонью, матерясь себе под нос. Коряков и слова сказать не успел, как тот пронёсся мимо, выбегая в коридор. Пока в голове крутились вопросы, ноги сами потянули Илью вперёд. Он уткнулся лбом в стекло и посмотрел вниз. Там всего лишь их мерс, прохожие и… — Макс? Потянув за ручку и встречаясь с потоком воздуха из окна, он крикнул имя во всё горло, напугав голубей и самого себя. Но зато Шабанов его услышал. Он уже сидел в неизвестной машине, с открытым ртом смотря вверх, прямо в глаза своего друга — такие же шокированные и большие. Время замедлилось, позволяя им запечатлеть этот момент. Он жив! Не будь это пятый этаж, Илья бы так и выпрыгнул, чтобы обнять, удостовериться и вмазать со всей дури. Прошло всего несколько дней, но тянулись они целую вечность, потому и сердце бьётся на кончиках пальцев, и улыбка становится всё шире. До тех пор, пока чья-то рука не захлопнула дверь перед Максом. Пока машина, в которой он был, не начала уезжать. Даня ринулся следом, Руслан пытался отдышаться, стоя на улице, а Илья просто смотрел, как его зародившаяся надежда разбивается об этих грёбаных греческих богов. Кто-то увёз Макса.
