Детский дом "Нанба"

Очередной день в новом доме для Ляна стал уже привычным. Мама ласково будит его, гладя по голове, папа готовит завтрак на кухне и улыбается, когда сонный и лохматый мальчик входит на кухню. Хотя, честно говоря, Лян до сих пор не мог привыкнуть именно ко второму. Во всех фильмах что он видел, во всех книжках что ему читали, всегда мама занималась завтраком и сбором ребенка в садик и дальше. А тут папа так вовлечён. Но это было даже здорово. Лян до сих пор помнил как рассказал об этом ребятам, в прошлый свой визит в дом. Как же они удивлялись. Мальчик так смеялся от этого. — Марк, дорогой, аккуратнее. Ты посмотри, даже нос в варенье - Элла, мама Ляна хихикала, стирая с носа мужа варенье. Это мальчику тоже нравилось. Эти люди так нежно любили друг друга, что это вызывало восхищение. Они казались всё теми же подростками, которые смотрят друг на друга влюблёнными глазами, хотя им и было почти по сорок, но любовь была всё той же. Этот дом вообще ощущался как сладкая вата. Всё такое нежное и сладкое, Лян теперь полностью понимал, о чем говорил Самон, когда говорил, что им, воспитателям такого не дать. Нет, конечно в доме не было плохо, просто... Будем честны, всё равно сложно уделить столько же внимания каждому ребенку, сколько способны дать два любящих человека одному. — А знаете, мы в садике сегодня делали не только поделки - за ужином Лян как всегда весело болтал, под умиленными взглядами родителей. Сегодня он уже принес домой поделку из бумаги, которую подарил маме и вот теперь указывал на свою папку, где таскал карандаши и альбом для рисования - Я сегодня вас с папой нарисовал. Воспитательница сказала что вышло очень красиво. Марк достал из папки рисунок, и они с Эллой наперебой стали хвалить ребенка. Они так хвалили его чуть не ли не за каждый чих, но оно и понятно. Они так давно хотели ребенка, что теперь не могли нарадоваться на сына. Вот только продлилось это совсем не так долго, как хотелось. Буквально через пару месяцев Элла неожиданно забеременела. Они с Марком было так рады, рассказывали Ляну что у него будет братик или сестричка, вот только... С течением беременности поведение Ляна не менялось, он был только всё больше рад, зато Элла неожиданно стала опасаться мальчика. Начитавшись историй в интернете она стала отдаляться от ребенка. А Марк ничего не мог сделать. Он так волновался за жену, ведь беременность проходила нелегко, что времени на Ляна почти не оставалось. ... — Да что вы такое говорите? - Момоко пораженно смотрела на мужчину, который сейчас мялся перед ней, как пристыженный школьник - Как это "вернуть"? Он же вам не собачка, не вещь с барахолки. Это ребенок. Вы взяли за него ответственность, разве так можно? — Ой, ну вы тоже не читайте мне морали. Вы женщина, должны понять опасения моей жены. Дети из детдомов они же... Мало ли что Лян натворит когда родится ребенок. Да и трат на него уж больно много. В преддверии малыша мы не потянем. Нет. Элла сейчас ещё в декрет ушла... Вы можете меня осуждать, но сразу скажу, мне это не важно. Благополучием двоих детей мы пожертвовать не можем. Тем более что у нас сейчас свой ребенок появится, а Лян, он... — Хватит. Я всё поняла. Дайте нам день, подготовьте Ляна, соберите его вещи, Я предупрежу воспитателя - Момоко хотела бы вступить в спор, сказать что абсолютно не понимает логику Эллы и Марка, но знала что это бессмысленно и потому решила просто промолчать, сказав лишь самое важное. ... — Но как так можно?! - Самон ходил по воспитательской, не находя себе места от возмущения - Начальница, это же... Это же не по людски! Как они могут!? Как ... Как собачку его! У меня слов нет! — Я прекрасно тебя понимаю, Самон - Момоко сидела в кресле, закинув ногу на ногу и сложив руки на коленях - Но что мы, откажем? В таком случае они его просто у ворот оставят да уйдут. Поэтому предупреди ребят своих, чтобы поменьше у Ляна спрашивали. Не хочется давить на больное. — Да, начальница. Я понял - Самон сник. А с Упой и Ци действительно решил поговорить сразу как закончит этот разговор. Всё таки дети они и есть дети. Не хотелось бы чтобы они спрашивали у Ляна лишнее, когда тот вернётся. Мало ли как на него подействует происходящее. ... И вот, в вечер когда Ляна вернули в дом, в группе царила тишина. Дети утомленные днём спали, а Самон собирал игрушки по коробкам, когда неожиданно услышал сзади тихие шаги. Лян вышел к нему, сжимая в руках игрушечного зайца. Один из подарков приемных родителей. — Ты чего не спишь? Что-то не так? - Самон смотрел на ребенка с сочувствием. По глазам он уже всё понял. Лян был умным ребенком, тихим. Из тех что всегда и всё понимают и не обижаются. Но мужчина знал, что Лян совсем не понимает. Видел что обижается, просто сказать не может - Чаю хочешь? Лян пока кивнул лишь на последний вопрос, молча принимаясь помогать воспитателю собрать все игрушки. И Самон всё понял. Разговор этой ночью предстоит совсем не из простых. ... — Я что, что-то сделал не так? - уже сидя с чашкой теплого какао в руках спрашивал Лян, весь как-то сжавшись - Я же старался изо всех сил показать, что я только рад был бы братику. Мы недавно узнали что у ма... Тети Эллы сын родится. А меня всё равно вернули. Мне знаете, на самом деле очень обидно. Они меня так быстро собирали... Даже закинули с моими вещами что-то из одежды братика. Я разбирал сумку и увидел. Лян почти плакал, быстро моргая и шмыгая носом, пытаясь одновременно не смотреть на Самона. А тот в свою очередь тихо поднялся со стула, опускаясь перед ребенком на колени. — Твоей вины тут совсем нет. Ты очень хороший и добрый ребенок. Такой, о котором многие родители только мечтают. Просто... Понимаешь, взрослые, они странные люди. Ты никогда не можешь знать что в голове у казалось бы интеллигентнейших людей. Здесь дело вовсе не в тебе - воспитатель мягко погладил ребенка по голове, вздыхая - Ты ни разу не сделал им ничего плохого. Такие вот они ненадёжные люди. Это лишь их вина, не твоя. Лян расплакался от таких слов. Кружка выпала из его рук, облив одежду Самона какао, но тот сделал вид что не заметил этого, крепко обняв Ляна в ответ. Одежда не была так важна как то, что мальчик наконец смог выговориться. Уснул ребенок прямо в объятиях воспитателя. Кое-как Самон его переодел в сухую чистую пижаму, прежде чем уложить спать. Сам мужчина не спал до конца смены. Когда коллеги пришли, чтобы сменить его, он стоял у окна, думая над чем-то. И кажется это что-то не было мрачным. Может немного печальным, но явно таким, что можно решить. Самон казалось просто принимал решение и не более. Мужчина знал, что этот случай оставит след на душе его воспитанника, но был уверен, что сможет сделать его не таким болезненным. И был готов приложить к этому все свои силы. Потому что Лян был ему как сын. Родной, хоть и не по крови человек