больше о людях

В библиотеке тихо и спокойно, словно книги постоянно дремлют. В воздухе витает приятный запах бумаги, который стал привычен. Вот этого не хватало раньше – спокойствия. Люциус опирается о стеллаж с книгами, недовольно хмурясь с руками на груди замком. В спину упираются уголки полок, но на это он не обращает внимания: с его-то опытом смешно, чтобы какой-то кусок дерева представлял дискомфорт. Лололошка попросил встретиться здесь, прямо у этих книг. Почему – так и не объяснил. Люциус бы потребовал причину, но тот слишком быстро убежал. Хорошо иметь быстрые ноги. – И чего я буду ждать человека? – спрашивает себя полубог и встаёт прямо, разворачиваясь лицом к полкам, смотря названия и авторов, замечая совершенно глупые. – Неживой предмет может быть автором?.. Дверь в комнату тихо приоткрывается с ненавязчивым скрипом петель. Слышны шаги одной пары обуви, медленно идущие в сторону. Шорох одежды, а затем словно один ее элемент глухо падает на пол. Люциус прислушивается, но не рискует оборачиваться. Шаги аккуратно приближаются к нему со спины и так же останавливаются. Тишина останется нетронутой. Молчание, прерываемое дыханием. Рука тепло касается правого плеча полубога, приятной тяжестью оседая на ткани. Люциус решает осторожно обернуться; рука скользит с плеча на шею, мягко поглаживая большим пальцем кожу под ухом. Он смотрит на карие глаза, которые явно что-то скрывают; хитрую ухмылку на красных, облизанных губах. Замечает отсутствие привычной светлой толстовки, взамен которой только шарф уголком вниз на голом торсе. Много мышц, обтянутых кожей, несколько шрамов, которые находятся на теле слишком долго, чтобы быть из этого мира. – Можно? – шёпотом спрашивает Ло и делает шаг вперед, что между ними остается тонкая стена воздуха. Люциус не понимает, но молчит, наблюдая за его действиями и облокачиваясь снова на стеллаж; почему-то нет ощущения опасности. Лошка прикрывает глаза и приближается, невесомо касается кончиком носа скулы полубога, прямо под мягкими ресницами. Люциус закрывает глаза и решает довериться. Чертит неровную линию до щеки, опаляя чуть рваным дыханием. Правая рука Лололошки опускается с шеи, зарываясь под воротник мантии, аккуратно снимая ее с одного плеча, а позже и со второго, заводя руку за шею. Полубог позволяет плавно снять ее с себя, слыша глухой звук приземления ткани на пол, которая явно обретёт неровные и раздражающие складки. Ло прикасается губами к линии челюсти, оставляя лёгкий след на нежной коже, что постепенно начала поднимать температуру. Люциус поднимает голову, рвано громко выдыхая, от чего парень улыбается ему в шею. Он левой рукой опускается к ремню, вытаскивая из найденных в замке черных джинс такую же футболку, и прикасается с прессу прохладной рукой, – из-за чего Люц сначала напрягается, – проводит до линий ребер, разводя пальцы в стороны; правая зарывается в волосы снизу, пока шеи впервые легко коснулись зубы. Люциус задыхается: он чувствует его везде, эти мягкие, воздушные прикосновения, словно к дорогой и хрупкой вещи. Лошка медленно задирает футболку, поднимая руку выше; касаясь ключиц, ткань уже складками лежит у него на кисти. Парень опускает правую руку к левой и тянет футболку вверх, взяв за края; полубог понятливо поднимает руки вверх. Еще одна вещь летит в сторону на пол. От лёгкого холода, Люциус ежится; он кладет руки Лололошке на лопатки и притягивает к себе, ощущая своим телом его тепло. Это непривычно – чувствовать кого-либо так близко, будучи таким незащищённым; даже мыслей в голове нет никаких. Ло от неожиданности инициативы слегка прикусывает шею сбоку, оставляя зубы подольше на этой коже. Люц выдыхает с лёгким стоном, чуть впиваясь ногтями в его спину от чувств. Лошка зализывает след и медленно поднимает голову выше, проходясь губами до уголка губ, немного задерживаясь на них. Полубог поднимает правую руку, не прекращая касаться, опирается на плечо. Полка у спины уже не кажется такой дискомфортной, она даже чуть-чуть охлаждает. Ло снова переходит на шею, целуя, рядом с загривком. Лололошка левой рукой опирается тому на плечо, плавно ведет вниз, с давлением заставляя опустить ту вдоль тела, люц не сопротивляется, и раскрытой ладонью проводит по венам, доходя до кисти, зарываясь и перекрещивая пальцы вместе. Правой уходя в волосы до самой макушки, рядом с маленькими рогами. Люциус тихо рычит и резко наклоняется к его шее, не опасно кусая рядом с артерией. Ло поднимает голову вверх и не сильно давит на макушку, проводя пальцами по коже головы. Сладкий стон разносится по комнате. Лошка чувствует его левую руку у себя на спине и слегка прогибается, чтобы быть ближе. Ему кажется, что он сгорит от этого, но сейчас так сладко, что абсолютно не жалеет об этих действиях; Люциус так разогрелся, что он кажется горячее воды в душе. Лололошка выдыхает и сжимает пальцы на макушке, отрывая от своей шеи, впечатывая назад, принимая удар об угол полки своей рукой. Смотрит на полубога: поплывший взгляд, покрасневшее лицо и припухлые губы, счастливая улыбка. Лошка касается носом виска, сильно дыша, он хочет немного отдохнуть – перед дальнейшем. Медленно ведет кончиком вниз, целуя линию челюсти; полубог глубоко дышит, поднимает голову вверх и в сторону для удобства. Ло переходит на ключицы, немного отдаляясь, выгибая спину, кусает и зализывает, словно извиняясь. Неровные блеклые следы от зубов красуются на светлой коже. Люц сдержанно стонет сквозь зубы, пытаясь делать вид по-прежнему могучего, хотя не в его положении это думать сейчас. Лололошка спускается ниже, губами касаясь груди, переходя на солнышко у ребер. Правая рука свободно скользит с макушки также вниз, плавно проходя по шее. Он встаёт на колени, чувствуя тёплую руку Люца у себя на плече, целуя у ремня кожу. Ло разрывает замок рук и начинает расстегивать ремень, но Люциус резко хватает его за руку, смотря прямо в глаза. Полбог выглядит строгим, но это так кажется, Лололошка уже научился видеть его настоящим и сейчас он больше переживает и боится. – Все в порядке, – тихо и хрипло отвечает Лошка, смотря прямо в глаза. Люциус еще некоторое время сомневается, но всё же кивает и откидывает голову на полки, закрывая глаза, расслабляет и приподнимает руку, чтобы ло мог ее положить, куда захочет. Лололошка сначала целует костяшки пальцев, а позже опускает руку себе на макушку. Полубог сразу зарывается в волосы, начиная массировать пальцами кожу головы. Лошка тает и, расстегнув ремень, упирается лбом в пуговицу штанов, потому что просто плавится от ощущений. Его накрыло, хоть и надо снять уже эти джинсы. – Ло..? – Люциус спрашивает шепотом, не опуская головы, но чуть менее активно двигая рукой. Парень вздыхает, отрывает голову и вытаскивает быстро ремень, с характерным звуком откидывая его в сторону. Железо бьёт по тишине и умолкает. Лошка расстегивает пуговицу, ширинку и снимает джинсы. Люц ежится от снятой одежды, но чувствует позже мягкие губы на внутренней стороне бедра и задыхается воздухом, легким стоном выдыхая. Лололошка улыбается такой реакции и слегка прикусывает кожу, одной рукой проводя по второму бедру и другой опуская медленно резинку. Он поднимается, целуя и проводя языком выше. Ненужная ткань опускается вниз. Ло видит стоящий член и то, как же он красив; лижет до головки и чувствует, как волосы на макушке сильней сжимают. Он касается губами, на пробу пытаясь взять, но не спешит. Люциус задыхается: он никогда такого раньше не чувствовал; он получал удовольствие от уничтожения миров, но такого… Лошка аккуратно гладит его ноги и талию, постепенно берет глубже. Все же опыта нет, но есть старание. Он смотрит из-под ресниц, видит напряжение полубога и стонет от такого вида: могущественное создание млеет от его движений. От вибрации, Люц громко выдыхает, чуть рыча, и сжимает пряди волос. Лололошка пытается не царапать зубами и помогает себе рукой, надрачивая. Полубог открывает глаза и решается посмотреть вниз. Рука на растрёпанных прядях, чуть съехавший шарф, прикрытые глаза и потрясающие губы на его члене. Люц от такой красоты выдыхает сквозь зубы и не может оторвать взгляд. Лололошка слышит его дыхание, и немного довольно послушав с лёгкой улыбкой, он тоже открывает глаза и смотрит; специально, дразня, оставляет головку члена на длином языке, блядски закатывая глаза, и потом берет так глубоко, как может, немного давая вибрации. – Ло… – Люциус сильнее вжимается в стеллаж, громко выдыхая имя. Лошка понимает: скоро. Он начинает двигаться быстрее, крутя языком и пытаясь не подавиться. – Я… – парень оставляет член на кончике языка и быстро надрачивает. Полубог кончает с громким стоном. Ло берет не все – в мировой библиотеке есть книжки, благодаря которым он ознакомился. Лололошка опускается на пол и чувствует, как течёт с лица, только сейчас понял, как устали ноги стоять в таком положении. Он слышит шелест и чувствует ладони на обеих щеках, смотрит на все еще возбуждённый взгляд полубога, хоть немного и уставший, что находится очень близко к лицу; буквально дышит в унисон, одним дыханием на двоих. – Можно?.. – Люциус приближается, касается своим носом его. – Я сгорю… – также шёпотом отвечает Лошка, сглатывая. – На тебе защита от огня, – Люц не слышит отрицания. Закрывает глаза и впечатывается губами в его. Держит руками лицо и целует; кусает то верхнюю, то нижнюю губу, пошло чувствуя вкус; на момент улыбается от этого и проникает языком, проходясь по зубам. Лололошке жарко от этого, он стонет прямо в поцелуй, податливо наклоняя вслед рукам голову. Люциус опускает руку в оставшиеся на нем штаны. К счастью, Ло не носит ремень. – Не… стоит… – пытается сказать парень, прерываясь от поцелуя. Люц перебарывает желание послать его и отвечает: – Я хочу, – и целует глубже, вырывая тихий стон. Полубог берет его член и сначала медленно проходится по всей длине; лошка открывает рот и выдыхает, они соприкасаются лбами и тяжело дышут. Люциус начинает двигать быстрее, но парень шипит и останавливает его. Люц не понимая смотрит на него; Лололошка просто поднимает его руку и берет пальцы в рот, смотря в глаза. Полубог сначала не понимает, но когда парень опускает руку, блядски чмокнув, до него дошло. Люциус додрачивает, кладя голову ему на плечо. И когда Лошка кончает, кусает, явно больно, потому что тишину разрывает громкий стон. Они оба тяжело дышат, оба грязные, оба на полу. И оба счастливы.