Листик с нарисованными человечками

Сегодня Серëжа вернулся домой позже обычного. Совсем скоро экзамены, и репетиторы стали отнимать куда больше времени. Парень зашëл в квартиру, оставляя одежду на вешалке, заглянув на кухню, он увидел маму, что сидела и смотрела что-то по телевизору. — Привет, Серëж, как занятия? А то ты сегодня так долго. Будешь кушать? — сказала женщина, услышав со стороны коридора шорох и обернувшись к сыну. — Привет, да, мы сегодня дольше занимались, кушать не хочу. Пойду спать, я за сегодня сильно устал, — зевает, как бы подтверждая свои слова, и направляется в свою комнату. — Спокойной ночи, там Кир сегодня заходил, тетрадку тебе передать хотел, он еë в комнате где-то положил, — в ответ парень лишь угукнул, не особо понимая, что же за тетрадку ему могли принести. И Курсед же знает, что Акумова дома нет днëм, тогда почему решил именно занести. Ладно, сейчас было не столь важно, завтра утром сам у Кира и спросит. Кир Куредов – лучший друг Серëжи с начальной школы. Учëбой тот никогда особо и не интересовался, его родители первое время пытались ему что-то в голову вдолбить, но всë было без толку, и они просто устали бегать за ним и отстали от него. Недавно у него родилась младшая сестра – Катя, и все надежды стали возлагать на неë. Надежды, что изначально были на Кире, но он не смог их оправдать, и родители завели ещë одного ребëнка, создавая себе удобного робота, совершенно забив на Курседа. Акума знал, что кроме него сплитовый не общается ни с кем, и поэтому он старался уделять парню всë своë свободное время. Сам он уже давно осознал, что его чувства к младшему были не просто дружескими, но ему ничего об этом не говорил. Да и не собирался. Он верил, что взаимности нет, или заставлял себя верить. В последнее время они стали общаться значительно меньше, пускай оба понимали, что Серëжа устаëт, что он старается хорошо подготовиться к экзаменам, чтобы суметь поступить в столицу в хороший институт, и просто не может успевать быть рядом столько же, сколько было до этого. И обоим, даже с пониманием, слишком не хватало друг друга. Нет, они точно не отдалились, когда у них всë же получалось встретиться, парни замечательно проводили время. Но будучи на расстоянии было тяжелее, особенно Курседу, будучи в полном одиночестве, но постоянно в полном доме людей, заебавших его однотипными вопросами, в голову начинали лезть странные мысли. Ну это по-началу они казались странными, сейчас они воспринимаются как единственный выход. Определëнно в поединке маленьких чудиков на плечах победил демон. Темноволосый заходит в комнату, на столе, что стоял слева возле окна, была включённая лампа, коя являлась единственным светом в комнате. Чëрные шторы были задëрнуты, и лучи, что отражались от луны, не попадали в помещение. Парень подходит к столу, дабы выключить лампу, думая, что забыл это сделать, когда уходил. Но подойдя видит, что свет направлен прямо на бумажку, которой раньше тут точно не было. Листочек был вырван из тетради в клетку. На лицевой стороне были нарисованы два человечка, которые держаться за руки, а над ними розовое сердечко. Этими двумя человечками и были Кир и Серëжа. По сторонам наклеены наклейки с аниме девочками, а в нижнем правом углу аккуратная надпись переверни. Разглядывая листочек, заостряя своë внимание на рисунке, улыбка сама лезет на лицо, а в голову забираются мысли о признании. О том, что всë это может быть взаимным. Дрожащими пальцами он переворачивает лист бумаги, всматриваясь в буквы, что уже были не такими аккуратными. Привет, Серëжа. Я абсолютно не понимаю, что мне тут написать, но я постараюсь рассказать всë, что со мной происходило за последний месяц или два. И возможно под конец будет появляться вода. Солëная. Но для начала нужно прояснить ещë один факт. Может после него ты и читать не захочешь всю мою писанину эту. Извини, что настолько пишу не по делу, но это правда очень сложно. В общем я тебя люблю. И эти чувства абсолютно не дружеские. Когда точно они появились, я не знаю, но я понял месяц назад. Тогда же и мой сон ушëл. У меня появилось больше свободного времени, и мысли о разном совершенно не покидали мою голову. Всегда ведя к одному исходу. За это время я определëнно полюбил дождь. Он стал идти гораздо чаще, чем до этого. Но я надеюсь, что этой ночью его не будет. Я часто гулял по улицам под дождëм, в тех кедах, что ты мне подарил. Возможно, именно глядя на них я и осознал свои чувства. Да, я помню, что ты говорил мне, что их уже стоит заменить. Но я просто не мог. Ну и раз я так в них опустился, логично, что и подниматься в них. Ну я так думал. А падать то совершенно всë равно в каких. Я смотрел в лужи, где мир отражался чëтче, чем он есть. Более серым. Тогда я даже решил сходить к психологу, как ты когда-то и советовал. Это абсолютно ни к чему не привело. Они тоже не понимают. Меня понимал только ты. Все те люди лишь давили мыслями о суициде, не знаю, повлияло ли это, но посадить меня в лечебницу они точно пытались. Нет, они точно лишь это и пытались сделать. Чтобы им была прибавка. Говоря о самоубийстве, будто предлагая мне такой выход, они сразу же начинали говорить, что это очень плохо, что я странный, рассматривая такой вариант. Что это неправильно. Я запутался. Даже сейчас, всë решив, но вспоминая разговоры с ними, я путаюсь. Ты не виноват. Просто, я почему-то подумал, что зря написал о том, что советовал идти к психологу ты. Надо зачеркнуть ту часть. Я верю, что ты не хотел именно такого исхода. Что ты просто хотел помочь. Это я со своей ненавистью ко всему. Кроме тебя, естественно. И с особенной ненавистью к себе. Снова насчëт кед, я не формулировал этот текст, так что буду прыгать с темы на тему. Стабильность – залог успеха, так ведь? Моë состояние стабильное. Стабильно хуëвое. А успех значит, что я поднимусь в твоих кедах. Ну ты понял, это шутка типа была... Ладно, извини. Ты уже, наверное, понял к чему этот текст, полный лишь моей боли- ведëт. Прошу, не вини себя. Ты совершенно не тот, кто виноват. Ты вытаскивал меня, а я лишь плëлся за тобой. Сейчас, осознав всë сам, я принял определëнно верное решение. И ты это поймëшь однажды. Ещë прошу, не забывай меня. Помни хорошие моменты. Помни, но не считай, что ты мог что-либо изменить в этом. Такая судьба. Я всë же рад, что родился, лишь из-за того, что познакомился с тобой. У тебя большое будущее, а я тянул тебя за собой в пропасть. Поэтому мне стоит упасть туда самому. Как можно раньше. У тебя будет хорошая жизнь. И позволь мне остаться с тобой в твоëм сердце. Ведь только там мне и место. И не совершай ошибку, не иди за мной. Твоë время однажды придëт. И тогда прошу, напиши мне с рая письмо. Я уверен, что ты попадëшь именно туда. Хоть слово, букву, что угодно, чтобы я убедился, что с тобой всë хорошо. На часах десять вечера, а я уже лëг спать. Или я ещë не вставал. Моему режиму совсем пизда. Я целыми днями лежу на своей кровати, отгоняя страшнные мысли. Не знаю, почему я всë же не принимал их сразу. Комнату освещает лишь старая лампа, иногда мигая светом. Меня не мог отвлечь даже мобильник. Звук на нëм был включён, всë равно мне никто не писал. Но даже спам-рассылка с какого-нибудь пинтереста не пришла. Своих родных я вижу лишь на кухне. Куда я тоже спускаюсь гораздо реже. Аппетит пропал. Это я осознал лишь сейчас. Это сложно. Эти люди всегда находятся рядом. Буквально за стеной. Но ты, что на другом конце города, мне определëнно ближе. Они близко, но далеко. Да и совершенно похуй на них. Но ты тоже их не вини. Забей на них. Не думай, что что-то можно было изменить. Я себя не смог изменить. Уж тем более я не принесу пользы обществу. Сегодня я поеду к дому, где ты жил раньше. Я не знаю, когда ты это прочитаешь, но надеюсь, что ты не успеешь. Помни про письмо. А я покончу с собой в двенадцать ноль-ноль.

твой Кир ♡

На глазах Акумы выступают слëзы, он ещë не успевает переварить всë то, что прочитал сейчас, но хватает телефон и бежит к двери. Обувает первые попавшиеся под ноги кроссовки, накидывает куртку и кричит маме, что что-то забыл. Спускаясь в подъезде смотрит на время 23:58, он точно не успеет, но шаг лишь ускоряет. Ноги сами ведут в сторону старого дома, на глазах пелена, видно плохо. Совсем не смотря по сторонам переходит дороги, спотыкаясь почти обо всë. Добегает до дома и видит скопление людей. Смахивает с глаз остатки влаги и всматривается в крышу. На ней нет никого, да и головы опущены вниз. Сбоку доносится визжание машины скорой помощи, часть народу разошлась, поэтому видимость издалека стала лучше. Подходить было страшно. Надежда, что это всë сон или что это не Кир возрастает, но капли, что лишь сейчас полились с неба опровергли это. «А он же не хотел дождя»– проносится в мыслях старшего, и влага в уголках глаз вновь выступает. Вглядывается в тело, что несут под тканью. Из-под неë выглядывает рука. На которой была татуировка в виде шва. Ноги подкашиваются, голова кружится, а на глазах выступает новая порция слëз. Парень опирается рукой на дерево, другой в свои волосы зарывается. Как он всë-таки добрался до дома – не помнит. Сколько просидел там, под деревом. Сколько вообще сейчас времени. Похуй. На всë. Акума лежит у себя на кровати весь в слезах, иногда содрогаясь от понимания. Набирается сил и поворачивает голову. На полу около стола лежит тот самый листочек. А на нëм их рисунок.