Suga

Часть 2. BTS появляются в твоей жизни когда больше всего в них нуждаешься. Плотное расписание поглотило Юнги на всю долгую следующую неделю. Затем случился незапланированный выходной. Короткая передышка дала возможность выдохнуть и назначить долгожданную встречу с адвокатом. Из-за которой он нервничал больше, чем из-за каждого выхода на сцену. Или из-за успешности очередного написанного им трека. Да бля, он не помнит, когда вообще так в последний раз нервничал. И из-за чего? Обычного разговора? До выхода оставалось меньше часа, который он коротал в своей студии. На этот раз компанию ему составлял Хосок, просто потому что скучал, или потому, что надеялся найти здесь Чимина. - Миленько, - смеялся Хоби, рассматривая каждую вещь на полках по третьему разу. Он обожал такие штуки, собиратель ещё тот. Шуга мысленно чертыхнулся, заметив, что за предмет оказался в его руке. Надо было подальше его убрать, но чёртов стаканчик, украденный из аэропорта, мозолил взгляд и всё время попадался на глаза, путался среди вещей и под руками, словно нарочно. В итоге Шуга выставил его на полке, на уровне роста. И теперь глазел на приснопамятный предмет совершенно легально и беспалевно. Стаканчик отвечал ему взаимностью, оказываясь в поле зрения всё чаще с каждым разом. Всё ещё хранящий отголоски того фисташкового ароматизатора. До первого посетителя, пока не попался на глаза ещё одному... Хоби как всегда наблюдательней других, и иногда напоминал ему Бама: такой же любопытный и временами чрезмерно дружелюбный или отчуждённый. И всегда ему таким нравился. Иногда у них была одна тоска на двоих. В такие моменты Джей-Хоуп единственный мог понять, когда его накрывало. Когда не брало ни виски как Чимина, ни девчонки как Намджуна и Тэ, ни комп как Джина. Когда отчаянье становилось невыносимым, Хоби был единственным кого он мог выносить рядом с собой. Хо посещал студию чаще остальных, на регулярной основе имея привилегированный статус, который Шуга сам ему выдал, и теперь приходилось это терпеть. - Не мацай руками, - одёрнул Шуга. Хоби и не пошевелился, он слишком хорошо знал Шугу, чтобы испугаться грозного тона. В своей семье мемберов Юнги действительно словно прирученный кот: шипит, но без дела не кусается. Все давно привыкли. Никто не реагирует. Даже младший макнэ весь страх растерял. - Оригинальная вещица. Где такие выпускают? Раньше не видел. Ты тоже? Ещё и подписан. Хочешь узнать, что написано? - Хоби заметил надпись. - Про нас же. Смог прочесть, что ли? - Ты знаешь? - Нет, но знаю откуда! Юнги заинтересованно приподнял бровь. Хоби хохотнул: - Это просто: помнишь мы летали в ту страну, но очень давно, сразу после дебюта ещё когда начинали, тебе там понравилось. RМ ещё чуть хотпот в ресторане не спалил, и такой: я просто её включил! Ну, ты ж его знаешь! А мы ему: просто поешь, когда дадут! Тебе пришлось чинить гриль и жарить всё самому. Прикольная, но сложная страна. Очень холодно, и солнце там ночью почти не заходит. Они называют это - белые ночи. Ты ещё остаться хотел, чтоб работать круглосуточно. Неужели здесь работы мало? Юнги помнил. Их лидер действительно чуть не поджёг ресторан тогда в чужой стране. Бог разрушений. А ещё паспорт просрал и смартфон. Всё по стандартной схеме всех их путешествий. В уме сложилось, как цифры на уроке арифметики, это же так просто! Те же самые странные буквы, что и в аэропорту они тогда видели. Хосок сразу догадался. Теперь понятно откуда она такая странная взялась. У них там все такие? Это особенности менталитета или её личная особенность? Юнги нетерпеливо протянул руку к стаканчику. Хоби не спешил отдавать, не выпускал стаканчик из рук: - Ща отсканирую, другу отправлю, он переведёт? Юнги благосклонно кивнул, продолжая ворчать по привычке: - Как тебе удаётся успевать, в каждой стране с кем-нибудь корешишься. - Мне просто интереснее жить чем тебе, в мире существуют не только диван и музыка, - спокойно ответил Хосок, включая слоу-мо, покрутил стаканчиком перед камерой и вернул на полку под напряженным взором хёна, отправляя сообщение. - Ща ответит, у них как раз вечер. О! Он говорит, тут что-то вроде: «BTS появляются в твоей жизни, когда больше всего в них нуждаешься». Воу! Я слышал подобное у иноАрми! Круто, бро. Это памятный подарок? Похоже на признание, и почерк красивый. У тебя появилась "особенная" Арми? - Хоуп многозначительно поиграл бровями. - Возможно, - расплывчато пробормотал Юнги нахмурившись, у него не было настроения раскрывать эту тему. Раз уж они с лидером решили оставить всё в секрете пока что... Хотя, именно Хосоку почему-то хотелось выложить всё начистоту и спросить совета. Независимого мнения. Юнги и сам не знал, чем эта вся хрень его цепляла. Не знал, нафиг вообще нужно было лезть в это дело. Не знал, к чему это всё приведёт. Но он уже начал, и отступать не собирался. Он всю неделю советовался с независимыми юристами, прочитал множество статей на интересующую тему, чтобы знать с чего начинать "деликатный подход". Тема психологии была второй его любимой темой после музыки. Наверное, всё же он ещё очень хотел осуществить этот новый проект, потому, что в последнее время их творчество немного застоялось, они словно шли по кругу, всё лилось по накатаной, этот перерыв сломал многое: проекты стали индивидуальными и однообразными с упором на коммерцию и запад, а её голос и интерпретация – как поток свежего воздуха из распахнувшегося окна. Ни на что не похоже и безумно красиво. Это несомненно принесёт доход, если они смогут её убедить сотрудничать. Будет сложно. Одно он знал твёрдо: нужно разобраться в этом деле. Без этого его проект не сдвинется. *** Позже Юнги порадовался, что поехал на встречу с адвокатом в одиночку, если бы кто-то был рядом он не смог бы вытянуть нужные сведения. Его начали одолевать сомнения ещё по дороге. Что если он услышит то, что ему совсем не понравится? Сперва он сам должен понять, что там у них произошло три месяца назад, и он действительно не хотел бы распространяться об этом другим мемберам. По крайней мере пока. Хотя бы пока не поговорит с Ю Ин. Не хотелось бы подставлять девчонку, она явно боялась огласки, что кто-то узнает. Её хотелось защитить, уберечь, даже от собственных желаний. Странно, чего ей бояться, если невиновна, посадила бы этих ублюдков с концами. Шуга всё ещё не понимал, почему она ничего не сделала. И компенсация… сколько же надо было заплатить, чтобы она всё подписала... Непохоже, чтобы Ю Ин нажилась на этом. Если и получила дохрена бабла за молчание, то почему она ещё в стране? Где эти деньги? С адвокатом у Юнги возникло недопонимание, после первой же минуты общения стало ясно: тот привык получать немалые суммы от таких как он и стал немного сговорчивее только после упитанного "конверта". Хорошо, что Юнги послушал совета бывалых юристов и захватил с собой наличность. - XGROUP забрали девушку из караоке-бара, расскажите мне, что там у них произошло? - Юнги задал наиболее волнующий вопрос первым, как только мужчина устроился напротив за столиком. - Этого я не могу знать, - адвокат понизил голос - слишком тихо тут, они выбрали это кафе для встречи только потому, что оно открылось на неделе и не успело набрать посетителей, следовательно и свидетелей их разговора, - в протоколе дела указано, что их знакомство завязалось именно там, а затем госпожа Ю Ин добровольно согласилась уехать с мемберами XGROUP. Когда они садились в машину, камеры не зафиксировали сопротивления. Адвокат умышленно сделал акцент на слове "добровольно". Юнги поморщился, он не выносил таких скользких типов. Выходило, что этот субъект сразу решил скинуть вину с мемберов защищаемой им группы. Только он не знал, что Юнги тоже знаком с материалами дела. - Исходя из того же протокола, который я ТОЖЕ читал - камеры ещё зафиксировали, как ваш подзащитный "господин" X One лидер этой группы - выбросил её из этой же машины тремя часами позже на том же месте. - Именно исходя из протокола, - уклончиво заметил адвокат. - Записи с камер вы не могли видеть, и вам никто их для просмотра не предоставит. Закон – есть закон, господин Мин. Вы не судья. Юнги качнул головой, стряхивая его слова словно сорную шелуху. Значит так будем играть, да? В тёмную? Ладно, Юнги в любом случае решил, что не выйдет отсюда пока не докопается до правды. - Нам обоим известно, что X One причастен к этой ситуации в первую очередь, - тараном попёр он. - Я читал протокол медосвидетельствования. Как вам удалось закрыть это дело? Даже не смотря на все подтверждающие его причастность факты и особенно - анализы? Вы же их сами заказали, в тот же вечер после того, как вам позвонили из больницы и сообщили о Ю Ин. Быстро же вы среагировали. Ещё и X One заставили сдать те же анализы. Значит и для вас и для мемберов XGROUP это не впервые. Вас хорошо натренировали. - Это моя работа – не дать разгореться пожару, пока он не набрал силу, - хладнокровно отвечал адвокат. Вот сволочь. Просто так не возьмёшь его. Юнги сглотнул раздражение, сдерживаясь, пытаясь продолжить вежливо, но неуклонно добираясь до своей цели: - В ночь инцидента, куда они поехали из бара, куда увозили девушку? Кто был зачинщиком? - Насколько мне известно, у них не было конечной точки, они собирались провести девушке свободную экскурсию по городу. Больше я вам ничего не могу сказать о той ночи, меня с ними не было, - сухо ответил адвокат, оглядываясь по сторонам, делая вид, что ужасно спешит. Кулак Шуги дёрнулся на столе. Экскурсия! Да, блять, нихуёво так покатались. Не хило отделали девчонку. Адвокат едва заметно дрогнул, заметив движение. - Про экскурсию вам сказал X One? Вы поверили ему? Вы точно адвокат? - ехидно ухмыльнулся Юнги, заметив замешательство на его лице, почти поймал этого слизняка. Адвокат сменился в лице, сделав его непроницаемой маской, с какой очевидно присутствовал на своих заседаниях. - Я не государственный защитник и тем более не прокурор, чтобы кого-то обвинять. Я частный адвокат, господин Мин, ваши обвинения не имеют юридической силы, я всего лишь выполняю свою работу, это я уже говорил. Господин X One являлся главным подозреваемым в этом инциденте, и не мог свидетельствовать против себя. Он говорил лишь то, что я ему советовал говорить. Мы сделали всё, чтобы не довести дело до судебного заседания. Что бы там у них ни произошло в ту ночь - это больше не наше дело. Ну, наконец-то, раскрыл истинное лицо, - мрачно обрадовался Юнги. Теперь нет сомнений, кто из парней был главным. В голове у Юнги уже склеился примерный сценарий того вечера. Нужны лишь уточнения по поводу денег и их бумаг. - Почему Ю Ин согласилась на ваши условия, какие методы применял ответчик? Вы ей угрожали? - Юнги был совершенно уверен, если бы Ю Ин сама потребовала денег или сама напросилась на "это дело" да ещё и за деньги - адвокат бы заявил об этом сразу. Такой гавнюк в первую очередь козырнул бы этим фактом. Но козёл лишь защищался. Стало быть, правда не на его стороне. - Почему вы думаете, что наша сторона виновна? - продолжал парировать адвокат с каменным "рабочим" лицом. Потому, идиот, что если бы это была её вина, мы бы столько здесь не говорили, ты бы сразу отмазался. Шуга не отпускал его цепким взглядом, под которым тот сдался и ещё тише проговорил: - Мы предложили более чем щедрую компенсацию, но госпожа Ю Ин сама от неё отказалась, поставив лишь одно условие. Мой клиент выполнил его в полном объёме. Условие? А вот это уже интересно. - Какое условие? - Мы должны были пожертвовать предложенный ей миллиард вон на лечение детских болезней и восстановление больниц для детей. Юнги поражённо замолк. Он ожидал услышать многое, но не это. Теперь он начал понимать всю безысходность ситуации для бедной девчонки. Намджуни прав - сильно её запугали. - Она сама вас об этом попросила? - тихо спросил он. - И вы оставили это как есть? Вы вообще человек? Адвокат кашлянул, скрывая неловкость, окончательно растеряв весь свой кураж и спокойствие, видно слова задели его: - Дословно она сказала, что ей не нужны наши деньги и если мы переведём их на пожертвования для лечения детских болезней - она подпишет документы, - пряча взгляд, выдающий сожаление, похоже, поступок девушки не оставил равнодушным даже его. На этих словах Юнги с трудом сдержался, чтоб стол не опрокинуть. Он вспомнил те давнишние заголовки в сетях, где СМИ восхваляли XGroup за благотворительность. Никто не знал, какая грязь за этим кроется. Нормально, блять, да? И с девушкой развлеклись, и рейтинги себе за благотворительность повысили, суки. Нагрелись как смогли на этом деле. У них вообще существует предел наглости? - Вы хоть понимаете, что сотворили с девушкой? - Шуга всё-таки вскочил со стула наклоняясь ближе. Адвокат снова сменив лицо встал из-за стола, красноречиво посмотрел на свои брендовые часы последней модели, чётко давая Юнги понять, что беседу продолжать не намерен: - Господин Мин. Это дело в прошлом. Все условия с обеих сторон исполнены, претензий нет и не может быть. Тем не менее в качестве бонуса за благополучное закрытие дела госпоже Ю Ин предоставлено жильё, бессрочно арендованное для проживания в стране. Также согласованы документы о неразглашении с обеих сторон. Госпожа Ю Ин была также любезна подписать и их. Дело не пустили в производство. Мы сделали всё возможное, чтобы избежать неприятных последствий для всех сторон. Госпожа Ю Ин с этим согласилась. Я... действительно пытался помочь ей, по мере своих возможностей. Мы оплатили медицинские услуги, помогли ей остаться в стране, на время которое ей потребуется. Больше нам говорить не о чем. Вы же понимаете, что повторное открытие дела принесёт больше вреда, чем удовлетворения для вас и для госпожи Ю Ин. Вопрос закрыт. *** Ю Ин сидела на продуваемом всеми ветрами пятачке. Сидела, уткнувшись лицом в колени. Юнги долго смотрел, пытаясь оправдать в своей голове причину, по которой он сюда пришёл. Пришёл за ней. Снова. Он старался не думать о том, что провёл эту ночь как долбанный сталкер, и наблюдал за ней весь день, за её работой в скромном круглосуточном магазинчике. Как она мыла полы, как делала кофе, принимала и сортировала товар, а потом расставляла по полкам. Как раздавала мороженое и сладости разыгравшимся детям, чтобы успокоились. Смотрел исподтишка как сталкер, но не мог просто подойти и начать разговор. Утешая себя тем, что нужно подождать подходящего момента. А утром наступил конец её смены. Ю Ин налила себе кофе, плотно закрыла стаканчик, засунула в рюкзак какую-то дешёвую еду и отправилась на этот пустырь. Самое тихое место, чтоб побыть одной, теперь он понял. Юнги определённо собирался разрушить её одиночество сейчас. Шуга всё ещё переваривал разговор с адвокатом. Смотрел на неё и думал: как же ты, дурочка, повелась на их уговоры?.. Они, конечно, акулы шоубиза опытные. И тебя, глупышка, даже их фанбаза в случае суда могла затоптать. Но можно же было и побороться... Теперь уже почти ничего нельзя сделать. Эти твари обезопасили себя юридически, со стороны закона XGROUP теперь не достать. Раздувать же скандал теперь - для Ю Ин гораздо опаснее, чем то положение в котором она сейчас находится. В этом адвокат был прав. Если Юнги собирается сделать то, что собирался, то придётся послать все правила и забыть про какие-либо приличия. Он же не в первый раз идёт против общественных установок, но почему-то в первый раз это немного страшно. В любом случае Юнги сделал звонок лидеру сразу же после встречи с адвокатом, передав все подробности разговора и посвятил в свои планы, получив стопроцентное одобрение и поддержку. Оставалось только собраться с духом. Что он и делал, наблюдая за ней полдня. Здесь было тихо. И слишком пустынно... Так непохоже на ту мечтательную ауру, которой он вдохновился в аэропорту. Что она вообще там делала, если работает в дальнем районе? Её скромный силуэт терялся на огромном сером фоне пустыря. Сейчас её поза говорит об отчаянье. Вся такая маленькая, кажется стала ещё меньше. Место на самом деле спокойное, хорошее - как много таких умиротворённых мест в этом огромном городе, о которых он не знает. Где можно стоять вот так, без надоевшего намордника на лице. Где можно спокойно разговаривать. Юнги набирает в грудь побольше воздуха. Он столько готовился, нужно просто начать. Это будет нелёгкий путь. - Здесь холодно. Ю Ин медленно подняла голову на голос, оглядывая сначала его ботинки, ноги, затем дошла до лица. Встретившись с ним глазами не выдержала и отвела взгляд. Ну, хоть не дала дёру, уже намечается прогресс. - Вы снова меня нашли, - её голос опять слишком тихий. Сложных поисков ему и не требовалось: адвокат рассказал, где она зарабатывает на жизнь со своей нерабочей визой. Он не солгал, в самом деле пытался помочь девочке, и с жильём и с работой для неё подсуетился, неофициально, конечно. Нет, Шуга не зашёл бы в тот магазинчик, где всё затыкано камерами, даже в маске не зашёл бы - не дурак. Он действительно ждал, когда она сама выйдет. Рядом с ней на бетонном бордюре стаканчик из-под кофе и фольгированная обёртка от кимбапа. И это раздражает больше, чем предстоящий разговор. Будешь так есть - станешь ещё меньше, глупая. После встречи с адвокатом у Юнги вырисовывался чёткий порядок действий, которые он собирался выполнять постепенно и методично одно за другим. С ней будет непросто, и хер знает, зачем ему всё это надо, ради эксклюзивного проекта или захотелось побыть раз в жизни долбанным спасителем героем-суперменом - уже не важно. Если он решил, то пойдёт до конца. Что ж, поехали: - Ты прячешься, но не сильно, значит хочешь, чтобы тебя нашли. Она повернулась. Голубые глаза расширились. - Что? - не смутившись продолжил он наступление. - Слушаешь наши песни, поёшь их, но разговаривать с нами не желаешь. Поехала со мной, но сбежала. Как это объяснить? Слишком крута? Что это за игра? Хочешь, чтобы мы за тобой побегали? Первым делом обезоружить и не дать убежать от проблемы снова. Лучшая начальная тактика - нападение сходу. Её лицо вытянулось от испуга. - Что? Нет! - в светлых глазах промелькнул страх, смешиваясь со стыдом. - Всё не так. Так. Нужно сбавить обороты. Юнги пнул носком ботинка камешек, и уже спокойнее продолжил: - В том магазине, где ты работаешь, ты приближаешься к другим людям. Прикасаешься к детям. Не боишься их? А меня боишься? Это серьёзно, ты понимаешь? Само не пройдёт, не думала, что проблему нужно решать? Она раскрыла рот, но не смогла ответить. Съела, детка? Ладно, он поможет: - Я всё знаю. Говорил с адвокатом, который вёл ваше дело, то, что три месяца назад. - и снова игнорируя шокированный взгляд, добивая, - так, что? Других людей не боишься? Только нас? Мы чем не угодили? Ю Ин молчала долгих несколько секунд, видно, прикидывала не слинять ли снова. Только попробуй. - Всё в порядке, тебе нечего стыдиться, - заверил он. - Бояться людей, кто причиняет боль - нормально. Но разве меня нужно бояться? Разве мы сделали тебе плохо? Неверяший взгляд с её стороны. Он сделал осторожный шаг ближе: - Разве все люди так плохи? Он ждал. Готовясь ко всему. - Нет, не совсем люди, только... айдолы, - совсем тихий ответ, она зябко поёжилась, то ли от ветра, то ли от своих же слов. Боишься обидеть? Ну, ты глупая... Как сложно разбираться на слух в её английском и самому подбирать правильные слова. Юнги тяжко вздохнул: ещё не начал, а уже сам устал до чертей. Он снял куртку, оставаясь в плотной, подбитой искусственным мехом толстовке, подвинулся и накинул её на чуть вздрогнувшие девичьи плечи, садясь рядом: - Не нервничай, правда ветер. Совсем замёрзнешь, - говорит медленно, успокаивающе, надо чуть разрядить напряжение сковавшее сейчас её словно статую от его близости, прежде чем он сделает свой следующий шаг. - Тебе правда нравится работать в том магазине? Вопрос нейтральный, выбранный, чтобы усыпить её настороженность. Не дать ей снова уйти. Искренний взгляд этих светлых непривычных глаз: - Там самообслуживание, нужно только следить, и просрочку можно забирать домой после смены, - говорит, немного расслабляясь. Так вот чем она питается? Юнги с трудом сдержался, чтоб не выдернуть рюкзак и не выбросить всё, что она так тщательно отобрала среди товара. Он бы это сделал вполне уверенно, но заметил как взгляд её успокоился. Беседы на привычные темы расслабляют. Отлично. Своего он добился. Юнги не медля, чтоб не потерять контакт кладёт руку на куртку, и преодолевая сопротивление слабого тела, резко тянет девушку на себя, заставив уткнуться лицом в свою толстовку. Держит крепко, но у неё и нет сил, чтоб полноценно вырываться. Как она вообще ещё ходит? Пальцы вцепившиеся в кофту ледяные, даже через ткань чувствуется. Холод его не беспокоил. Его тревожила нервная дрожь её хрупкого тела, сопротивляющегося его руке изо всех своих жалких сил. Но парень лишь крепче сжал её тонкие плечи через толстый слой дорогой кожаной куртки, натягивая второй рукой конец до самой макушки. Укрывая целиком. Поместилась же, мелочь. Кажется даже её сердце замирает от ужаса, не слышно и дыхания, словно мышонок, загнаный в угол. Боится пошевелиться. Такие жертвы ищут в первую очередь ощущение безопасности и защищённости, хоть иногда, хоть где-нибудь. То, что он и собирается сделать. - Не бойся, я ничего тебе не сделаю. Ты сейчас под моей одеждой, никто тебя не видит, даже я, - ровным тоном сказал он куртке где-то в район выбивающихся из под края светлых, сладко пахнущих шампунем волос. - Прямо сейчас это моя ответственность, я сам её принял. И ты прими без слов сейчас то, что я тебе дам. Ветер больше не достанет. Никто тебя не достанет - ты в безопасности, под моей защитой. Грейся. Постарайся успокоиться. Когда согреешься – расскажи мне что тогда с тобой было в том баре. Слушать я умею лучше, чем говорить. Дыши глубоко, я подожду. Ю Ин лишь тихонько всхлипнула. И он только сейчас понял абсурдность своей идеи. Да, он собирался помочь, но способ для этого выбрал странный. А если бы она вдруг закричала? Какой скандал... Но она не кричала и вообще ничего не говорила. Она тихо переживала свой ужас. Просто терпела. Да что ж такое... Он же не монстр, в самом деле - то... - Хочешь реветь – реви, не страшно, - совершенно спокойно, чтоб она поняла, что это тоже нормально. Боль - это нормально. Плакать - нормально. - Нет, я больше не плачу, бесполезно, - так обречённо проговорила, что у него кадык поджался – доберётся он до этих сволочей, дайте время. Ему не нравится как звучит английский в его исполнении, но корейский они позже подобьют - не проблема. Он должен заставить её говорить сейчас, заставить выпустить это из себя, чтобы появилась возможность восстанавливаться дальше. Потому, что сама она скорее всего не сможет. Вместо этого: - Если тебе будет легче, могу рассказать сначала что-нибудь неприличное про себя. Например, я - би, мне без разницы: мальчик - девочка. Вернее – одинаково похер. Так что можешь перестать меня бояться. Вот так. Надо показать ей, что не страшно говорить о себе. Не нужно стыдиться своего страха и боли. Она слабо выдохнула: - Я не тебя сейчас боюсь. Не хочу, чтобы трогали. Мне больно от прикосновений. Но Шуга непреклонен. - Придётся потерпеть. Пока не расскажешь – не отпущу. Потом не трону, обещаю. Что случилось в тот вечер? И снова ждать. Терпение, Юнги, долбанное терпение. Другого шанса может и не быть. Эту боль, этот яд, нужно вырвать сейчас с корнем. Куртка молчала ещё несколько секунд, затем, вымученным голосом заговорила: - Мы с подругой договорились пойти в караоке. Она фанатка XGROUP, любит постэнить, работает в вашей сфере и как-то смогла забронировать кабинку в том баре, где бывают её кумиры. Но в тот вечер она надолго задержалась на работе. Чтобы бронь не пропала, она попросила меня подождать её там. Она обычно одна по таким местам ходит, я не любитель подобных развлечений. Стало скучно, я выбрала песню пока ждала её и попробовала. Ещё одна небольшая пауза. Как вдох перед нырянием. Он помогает: - Тебе что, никто не говорил, что у тебя хороший голос? Ю Ин промолчала. Похоже, ещё одна больная тема, ладно, замяли. - Ладно, продолжай, - сказал он вслух. - Этот их лидер - X One, заглянул в нашу кабинку с друзьями. Я узнала его только из-за подруги, он у неё везде: на телефоне, в кошельке, дома, на рабочем столе… Они были такими милыми. Предложили выпить вместе. Но я не часто пью алкоголь, и поэтому вежливо отказалась. Сказала, что подруга обидится, попросила разрешения позвонить ей. Они были немного пьяны, предложили съездить за подругой, и поужинать вместе. Я представила, как она будет падать в обморок от счастья когда увидит своего любимчика и согласилась. Странные вещи начались когда мы садились в машину. Я думала, что сяду с краю у окна, но X One просто залез следом, а в другую дверь сел его друг и меня зажали посередине. Я хотела указать дорогу, но те, что сидели впереди резко погнали машину вперёд и начали громко смеяться. Она замолчала ненадолго. Хорошо, что говорила она медленно и с перерывами, разбирать сбивчивую иностранную речь сложновато. Юнги ждал продолжения. Вот, значит, что видит на своей работе каждый день Ён Сы-щи. Кажется, Юнги и сам уже привыкает к этому. По ходу сейчас будет самое неприятное. И не ошибся. - Потом машина остановилась, я не видела где. Ничего не видела, моя голова в то время была внизу, лицом в сиденье. Я... не знаю сколько их было… дверь открывалась и закрывалась… они очень громко смеялись и пили. X One сказал, что мне не причинят вреда, если не буду сопротивляться, но всё равно было очень больно. Потом меня просто вытолкнули из машины на асфальт. Он сказал: если буду молчать, то проблем в этом городе у меня не возникнет. Я ничего не ответила... не знала где нахожусь. - Ты была у того же бара, - сказал Юнги куртке. - Да, мне сказали позже. Кто-то вызвал медиков. Сначала я не понимала, не осознавала что произошло, но когда начали брать анализы, везде… это был ужас. Врачи пытались со мной разговаривать, а я плохо знаю язык. Страх заставляет людей делать глупости и я наговорила много лишнего. Всё рассказала их психологу, даже имя назвала. Врач молчал ушёл. Подруга приехала как смогла, и я снова сглупила: всё ей выложила про её кумира. Но она не поверила. Она была в гневе. Сказала, что я всё это специально говорю и что ничего у меня доказать не получится. Она ушла, очень сильно ругалась. Больше мы не общались и не виделись. На следующее утро пришёл полицейский вместе с их адвокатом. У них были результаты моих анализов. Мне повезло, что в крови не нашли ни алкоголя, никаких запрещённых веществ. Мне было так страшно. Господи, никогда так страшно не было. Конечно, я не стала лгать, и подтвердила свои слова. Полицейский всё зафиксировал и ушёл. А адвокат стал говорить, что не нужно говорить сгоряча, что мы должны вести переговоры… Из больницы меня выпустили в тот же день, мне действительно повезло, ничего серьёзного у меня не нашли. Ничего не было, кроме моего позора. Я забрала свои вещи от подруги, когда она была на работе, она даже не ответила на вызов, больше не хотела меня знать. Она настоящая фанатка. Неприятности не приходят в одиночку – в тот день в моей стране начался политический конфликт, всех кто в это время находился за границей или покидал страну могли признать нежелательными. В посольстве, вместо того, чтобы помочь мне вернуться, посоветовали временно не покидать Корею пока на родине ситуация не исправится. Продлили визу до конца года. Я не знала куда идти, как раз в это время позвонил адвокат и пригласил меня на встречу с ним и с X One. Из разговора я узнала, что мои слова подтвердили результаты анализа, взятого из… Она замялась. Произнести такое нелегко, и он не хотел её заставлять говорить это. - Да, - глухо сказал Юнги, показывая, что без слов всё понял. - Да, - едва слышно выдохнула она. - Адвокат был очень убедителен. Он сказал, если дело дойдёт до суда – они будут настаивать на обоюдном согласии положения, и только мне будет хуже в суде. Сказал, что парни просто выпили немного, а вот мне не отмыться за всю жизнь. А ещё есть их фанаты. Я хорошо понимала, в каком положении нахожусь в чужой стране по срочной визе, которую могут в любой момент аннулировать. Я не брала у них денег. Но мне всё равно арендовали квартиру на всё время пребывания в Корее. Куртка слегка вздрогнула и замерла. Ясно. Больше из неё ничего не выдавить сегодня. А о пожертвовании умолчала. Постеснялась. В итоге выиграли только они. А что получила она, кроме временного жилья? Ни компенсации, ни извинений. Ни нормальной терапии. - Он перед тобой извинился? - приглушённым от ярости голосом спросил Шуга. Ю Ин ответила не сразу, когда поняла о ком он говорит: - Что? Зачем ему? - Нет? - кулак на куртке сжался до белых косточек. - Я подписала их бумаги, какая теперь разница. Так… вы мне верите? Вот глупая, её только это волнует? Верит ли он? О себе хоть подумала? - Верю, я же говорил с адвокатом, - ограничился этим объяснением. Незачем ей знать подробности разговора. Нет, это так не останется. С каждым её словом, камнем падающим в его сознание, в голове у него формировалась система. Он не станет давить на неё упрёками, но и слабости не потерпит. Если она вынесла столько всего до сих пор, то подняться на ноги сможет. Если помочь. И он знал как. - Если хочешь всё изменить - мы поможем. Шанс есть. Но и ты сама должна кое-что сделать. - Что? - куртка приподнялась, из под грубой кожи показался полный изумления взгляд голубых глаз. Он убрал руки, отпустил, не отпуская глазами - как бы снова не сорвалась бежать, дурочка. Нет, сначала она его выслушает: - У тебя всё уже есть, нужно лишь тщательно поработать. Мы можем только открыть дверь. Я о твоём таланте. Нужно работать с нами. Мы уже говорили. Она поняла. - Я не могу… Ну, блять... - Хочешь продолжать жить в ЕГО квартире? Работать за гроши, за еду? Как долго? Поверь, я знаю, что это такое. Из этого очень трудно выбраться самостоятельно. И он знал, о чём говорит. Они с ребятами прошли через многое, чтобы добиться того, что имеют сейчас. - Но… Никаких «но», нытьё закончилось. Вот теперь пришло время применить давление. Юнги скрестил руки на груди, воззрился строгим взглядом: - Доверься нам. В первую очередь, собери свои вещи, выйди из той квартиры, и больше никогда не заходи. У меня в студии большой диван, мы с парнями втроём на нём ночевали, тебе одной спать места хватит. Я живу отдельно, можешь не переживать. И на самом деле это ненадолго – к концу года у тебя будет достаточно денег, чтобы самой найти жильё. Если справимся. У нас есть время до апреля. Придётся поменять концепцию. Сыграем на тайне личности. То есть: ни лица ни имени твоего не раскроем. Концепция-сюрприз. Фанбаза обожает загадки. Я уже понял, что ты далека от медийности. Но мы – личности медийные и это поможет тебе взлететь на своём таланте за очень короткий срок. У нас годы ушли, а тебе очень повезло – проведём по готовой лестнице. Хорошенько постарайся, я за свои слова отвечаю перед лидером и компанией. Если я взял ответственность, не отступлю. Ю Ин всё ещё не верила: - Но так нельзя начинать, если ничего не получится, вы окажетесь в сложной ситуации. Юнги усмехнулся про себя. Да что ты в этом понимаешь, мелкая. Этого недостаточно для отмазок. Именно сейчас он испытал такую уверенность в себе, что хватило бы до небес. Но... главное, чтобы хватило на то, чтобы осуществить задуманное в полном объёме. - Когда я говорю, что проект выстрелит – он выстрелит. Мы с RM не первый год в этой индустрии. Всегда верь МОЕМУ чутью. Ю Ин аккуратно сняла с себя его куртку и робко протянула, делая шаг назад. Это что, отказ? Он такое не примет. Или она снова его боится? Ему это уже порядком поднадоело: - Скажу один раз, и хочу чтобы ты запомнила: никто из наших ребят к тебе и пальцем не прикоснётся. Я тоже больше не буду, обещал же. Больше не бойся. Никто про тебя не узнает. Если сама не расскажешь. Не нужно дёргаться и сбегать как в прошлый раз - ты их сама пугаешь. Понятно? Она медленно согласно кивает. === * Факт, подтвержденный видео материалами: Намджун действительно чуть не спалил корейский ресторан в России. Ребята потом долго его отчитывали. * Уверена, что настоящий Юнги не прошёл бы мимо чужой беды, если его ткнули в неё носом таким образом. Также было высказывание с его стороны на счёт отношения к гендерности полов в одном из интервью. Я НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ПРЕТЕНДУЮ НА ПОДОБНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ. Но в японском интервью подобная фраза прозвучала. Так что извините, на том и буду основываться дальше. * Больше всего вопросов тут было на тему "Зачем ей его извинения? Накажите уже мерзавца!" Объяснение: всё дело корейском менталитете. Что бы ни произошло - извинения приносятся в первую очередь. А потом уже карательная процедура. Извинения - важнейшая часть азиатской культуры. Реальный случай: набедокурила дочь главы авиакомпании в самолёте из-за орешков, отец прилюдно принёс глубочайшие извинения, а затем уже дочь на год в тюрьму. Вот почему Юнги спросил про извинения. Если бы компенсация и извинения были приняты девушкой, его реакция была бы совершенно другой. Но Ю Ин не приняла компенсацию, единственное что можно было засчитать как способ прощения. Извинений ей не принесли. Извинения у азиатов обязательны, а принимать их пострадавшей стороне или нет - личное дело пострадавшей стороны.