Suga

Часть 7. Ощутить снова твой вкус, почувствовать твой запах на себе – больше не получится. Получив первые положенные увольнительные через сто дней, Хосок отложил их на неделю. Первым делом он желал переночевать в родительском доме и отведать домашнего завтрака у мамы. Затем, он планировал встретиться с ребятами, Ю Ин, подбить кое-что из графика, и попасть на финальный концерт сольного тура Шуги, который подходил к своему успешному завершению. За время что Хоуп проходил первичную учебную подготовку в тренировочном лагере – Шуга облетел полмира, вернувшись для финальных аккордов в Сеул, где планировались последние три выступления. Для чего, собственно, Хоуп и отодвинул выходные именно на эти дни. Они вдвоём с Джином писали заявления в военчасти конкретно для этой цели. Поддержать хёна в финале тура. Ну, и набухаться всем вместе, после последнего концерта Шуги перед армией – это святое. Хоуп уже знал, что Шуга отозвал свою отсрочку и активировал призывные процедуры раньше, чем планировалось, вопреки воли компании. Хён следующий в очереди на службу. А Ю Ин знает? *** «Новичок» - как её прозвали Арми – набирала популярность. Разумеется, огромную роль сыграло имя BTS, как и говорил Шуга с самого начала. И это здорово усложняло её положение сейчас. Раскрыть её личность в обозримом будущем становилось всё труднее и труднее. Рано или поздно это придётся сделать, если конечно она не собирается прекращать карьеру у самого истока. Но чем дальше - тем запутанней. - Похоже, мы допустили ошибку, - мрачно проговорил Хоуп лидеру однажды. - Ты тоже понял? – покачал головой Намджун. - Придётся менять стратегию - сказал он и отправился на переговоры. Пиар-отдел предположил два варианта развития событий. Первый – конечно же скандал, волна хейта в её сторону и скорое завершение её музыкальной деятельности. Большие проблемы и у них – как следствие. Второй, наиболее вероятный – Арми разделятся на два лагеря. Кто-то возмутится, но кто-то восхитится её талантами, кто-то скажет, что давно догадался и продолжит поддерживать. В итоге посоветовали плавный переход-подготовку. Порекомендовали сперва выпустить её первый сольник вместо коллабов, пусть покажет себя и все возможности, чтобы фанбазе стал лучше понятен её вайб. Отрепетировать стиль. Также посоветовали ей дать вокал в дорамы, против, что от участия в многочисленных шоу Ю Ин отказалась ещё до подписания контракта, и Шуга поддержал. Треки в дорамах должны были укрепить её рейтинг. Подготавливать следовало постепенно, чтобы не было для фанбазы спонтанным шоком. И когда всё будет готово – показать её на лайве с ребятами. Обернуть «сюрприз» фейерверком. Насладиться заслуженными лаврами и заняться её сольной программой. Если всё пройдёт как запланировано и в своё время, то её ждёт дорога успешная карьера. Шуга планировал этот последний этап, когда вернётся со службы. Как раз к тому времени, когда они все отслужат и возобновят концертную деятельность как группа. Тогда Ю Ин уже давно должна выступать самостоятельно, иметь свою репутацию и фан-базу, которая заступится за Новичка. Но подготовку нужно было начинать уже сейчас. Слишком масштабно. В этом весь Шуга, он никогда не мыслил мелко. Все его проекты грандиозны, на чём они и выезжали до сих пор. Потому, что как продюсер он всегда добивался своего в конце концов. После зачисления Хосок не получал от него ни одного сообщения. Что неудивительно в принципе, Хоуп бы и не переживал. Но ребята жаловались, в компании его совсем потеряли. С той самой ссоры с Ю Ин, хён там не появлялся, мотивируя тем, что дома работает. Однако и Намджун и Чимин говорили, что это не так. Никаких важных новых наработок, даже демки новые не давал им послушать и сказать мнение как раньше. Тишина. Словно он избегал их всех, прикрываясь туром и предстоящей армией. Хоуп сомневался, что тур помешал бы ему писать музыку, Шуга во всех поездках таскает с собой всю аппаратуру, даже в туалет всегда брал с собой телефон и блокнот. Почему же сейчас хён затих? *** Хоуп выполнил свою увольнительную программу на восемьдесят процентов и теперь возвращался в Сеул после семейного завтрака в самом лучшем настроении, он собирался навестить Ю Ин в её новых апартаментах. Ю Ин теперь живёт в собственной квартире в довольно престижном районе, но не с ними. В Каннаме жильё Юнги ей брать не разрешил. Словно специально выбрал на другом конце города. Подальше от себя. Видимо, между ними всё ещё разногласия. Зато Хоуп собирался заглядывать к ней почаще, ему так даже проще. *** Из той квартиры Хосок выходил в полнейшем шоке и ужасе, не имея больше возможности сражаться с тем, что увидел. Он лихорадочно размышлял, что же всё таки можно сделать. У него не так много дней увольнительных, чтобы придумать хоть что-то серьёзное и оказать полноценную помощь. Но Ю Ин не дала ему ни малейшей возможности. Хоуп не может прогнать её образ, застрявший под глазами. Её измождённый вид и затравленный взгляд в котором нет ни капли жизни. Неужели она в таком виде с той самой ночи? Стало же только хуже. Это же больше трёх месяцев. И она ещё жива? Хо не мог поверить, что человек может так убиваться из-за другого человека. Он почему-то был уверен, что Ю Ина помирилась с Шугой, но похоже это не так. Что ж, Шуга умел высипвлять границы так, что не подберёшься и не пробьёшься. Похоже, даже он, Хоуп добавил сегодня ещё один камень её колодец отчаянья. Да, Хосок признавал, что сорвался едва её увидев. Не выдержал, когда она отказалась от врача, от еды, от разговора, от всего. Что могло хоть как-то помочь. И он позорно сорвался. Ему стыдно вспоминать то, что он там у неё только что устроил. Его трясло от нервного перенапряжения, даже после концертов такого не было. Холодея от бессилия Хоуп достаёт телефон. Руки мелко подрагивали. Ему всё ещё страшно от её взгляда, такого измученного, словно её пытали. Он сдался именно из-за этого взгляда, не хотел быть её палачом. И он оказался безоружен перед реальностью. И подумать не мог, что всё настолько серьёзно. Думал - она потоскует, привыкнет, придёт в себя и продолжит жить дальше, пока Шуга не остынет и соизволит поговорить. Как было в прошлый раз. Но что бы у них там ни произошло той ночью - они так и не помирились. А она... слишком глубоко упала в это. Слишком глубоко в Шуге. Ю Ин не только отказалась от всей помощи, она в принципе отказывалась понимать свою проблему. Хоуп боялся уходить оттуда и оставлять её одну в таком состоянии. Но находиться там тоже больше не мог. В этом не было смысла, он только хуже сделал. Его присутствие могло причинить ещё больший вред. Ю Ин не подпускала его к себе больше. Словно эти пять недель в тренировочном лагере и сто дней службы стёрли все его старания. Ничего не помогло - ни уговоры, ни угрозы. Ни даже то, что он насильно только что пытался сделать и ненавидел себя за это… всё без толку, всё - лишь хуже. Хоуп открывает приватный чат в мессенджере. Последний аргумент, у него есть последний железобетонный аргумент, если не подействует… *** "Ты видел Ю Ин?" Сообщение от Хоупа приходит в личку Шуге, когда тот занимается мониторингом мерча и проверкой подарков для арми к следующему выступлению. "Нет, занят", - нервно набирает Юнги, бросая смартфон на ближайший стол. Что конкретно на языке Шуги означало: отвали. Потому, что это неприятно кольнуло в груди то, что было давно запрятано. То, чего он пытался избегать всеми силами и то, что Хоуп сейчас затронул. Это же первые увольнительные Хоупа, и что - это первый вопрос, который Хо смог ему задать? Ни "как дела", ни "как твой тур". А про НЕЁ. Их дружба уже начинала и вправду раздражать. Юнги не собирался отвечать на это. Он пока ещё был уверен, что Хо лишнего себе не позволит. Но Хоуп не успокаивался: "Она разве не была на твоих концертах? Ты их почти тридцать штук дал! Ни на одном не была? Вы не помирились?" Юнги нахмурился. А Хоуп, выходит, знает больше, чем он думал. Они НАСТОЛЬКО близкие друзья с Ю Ин? Не позволяя мыслям заходить дальше, он набирает раздражённое: "Я не заказывал дополнительные билеты". И надеется, что на этом допрос закончится. Но и это не останавливает Хоупа: "Ты знаешь, что вообще вокруг тебя происходит?" Странный вопрос, Юнги не понимает внезапного интереса. Опять глупые попытки его «лечить»? Сначала Намджуни со своими лекциями, потом Чимини со своми братскими алкогольно-душевными посиделками, теперь ты? Отвалите уже, у него всё в порядке. Ему не нужна помощь. Ему тихо. Он занят, в конце концов. Не трогайте. "Всё нормально. У меня тур. У Ю Ин успешное промо, в агентстве её хвалили. В моей студии она больше не живёт, если ты об этом", - нехотя отвечает он. Набирает и откидывает телефон ещё дальше. Если Хоуп опять про Ю Ин, то Юнги не идиот. Он следил за её деятельностью в компании. Следил за выплатами. У него были контакты её менеджеров, контакты службы безопасности её жилого комплекса. Если бы её кто-то обидел - Юнги узнал бы в первую очередь. Квартиру для неё Юнги подбирал сам, основываясь на улучшенной системе безопасности. Он лично проверил, чтобы тревожные кнопки вызова службы охраны работали в каждой комнате, даже в ванной. Оформлением сделки занимался Намджун со своим юристом, чтобы избежать ошибок в документах. Оплачивала она самостоятельно, своей собственной наличкой. Юнги контролировал ситуацию. Но видеться с ней он больше не мог. Просто… Его девочка «выросла». И вообще - она не его девочка. От Ю Ин остался только тот самый расписанный стаканчик над его кроватью, на который он смотрел теперь каждый раз перед сном и просыпаясь. И стерильная чистота в его студии, откуда она съехала сразу же по первой же его просьбе. Ни одного напоминания о том, что она жила там почти пять месяцев. Даже запаха не было. Было пусто. Стерильная пустота везде, куда бы он не обернул свой взор. Юнги нравилось ощущение вакуумного пузыря, в котором он сейчас находился. Он не давал боли разрастаться. Ну, и что, что он не написал ни одного текста, ни одного бита до сих пор. Ничего, с той самой ночи, когда его выписали из больницы. Ни разу в голове не «зазвучало» музыки. Любого, кто попытался бы его сейчас тронуть, вытащить из спасительной тишины – он не пожалел бы. Хоуп слишком близко подошёл к этой границе. "Заглавный трек к новой дораме она записала с Ким Чолем. Выйдет в следующем году – когда служить уже буду", - набирает в догонку, чтоб дать понять, что он держит всё под контролем. И тем самым закончить переписку. Но Хоуп почему-то не унимался, спустя пару секунд пришло следующее сообщение: "Я слушал его. Это было месяц назад. После моего зачисления ты её видел?" Да тебе-то какая разница? Вопрос больно двинул по совести. Её виноватый, и ни в чём не повинный взгляд той ночи из окна такси преследует его по сию пору. Шуга снова мысленно надавал себе пощёчин. Успокойся. Ты в коем-то веке совершил правильный поступок. Так лучше и для неё и для тебя. Пусть живёт. Ей не нужен такой как он, ей нужен тот, кто не будет пользоваться её добротой. А ему не нужна ничья благодарность, он сыт ею по горло. И не стал отвечать на сообщение. "Сходи к ней", - упорствовал Хоуп новым сообщением в их приватном чате. Успокоится он наконец? Юнги и не собирается больше отвечать. "Сходи и посмотри, что ты сделал", - добивает Джей-Хоуп. *** Юнги уже минут пятнадцать мнётся у дверей её квартиры, нажимая на вызов. Никто не открывал ему. Даже если бы она спала, то наверняка проснулась бы. Ю Ин ещё в компании? Около полуночи, заработались, наверное. Поэтому и не ответила на звонок Шуги. Ну, вот. А он занервничал после последнего сообщения Хоупа. Паникёр ещё тот, блин. Юнги набирает пароль на двери перед тем как уйти, хотел заглянуть на всякий случай. Он не собирался поглядывать, как сталкер, он вообще не появлялся здесь после оформления всех документов, просто решил удостовериться на правах сонбэннима, что живёт она нормально. Что устроилась хорошо. Прикинуть, не нужно ли ей чего. Ну, и может, в глубине души, он хотел узнать, какая она, настоящая? Что изменила тут по своему вкусу? Что-нибудь коллекционирует? Ю Ина же такая скрытная... похуже него будет. Не включая освещения, Юнги бесшумно проходит внутрь. Городской ночной иллюминации никогда не спящего Сеула из панорамных окон достаточно, чтобы глаза быстро привыкли. Ни одного лишнего предмета, всё в точности как при покупке, он помнил. Странно. Не такое он ожидал увидеть. Везде стерильность. Хоть это в ней не поменялось. Стерильность и пустота. Словно, её самой сейчас и не было. Словно, пока она жила в его студии - питалась его музыкой. А сейчас нет ничего. Словно, ей нужен был кто-то, кто наполнял бы её. Его посетило нехорошее предчувствие. Как-то особенно сильно сдавило в груди. Юнги снова берёт телефон и пытается ей дозвониться. В квартире темно, но он замечает включившийся тусклый свет из ванной. Решает осторожно заглянуть. Но разглядел далеко не сразу. Свет мерцал от экрана смартфона, который лежал на кафельном полу. В душевой кабинке что-то слабо шевельнулось. Юнги замер в проходе, приглядывась. Это что за нахрен??? Он эту хуйню не заказывал! - Почему ты сидишь здесь? – говорит охрипшим от шока голосом. - Грелась. Холодно было… - Ю Ина смотрит так странно, будто не верит своим глазам. - Почему не открыла? - Я… думала – это Хоби. Шуга делает три быстрых шага вперёд и не раздумывая обхватывает её плечи руками рванув к себе. Вода почти остыла, совсем же замёрзнет. Прижимая к груди вздрогнувшее тело, ныряет носом в светлую макушку. Не думая о том, насколько сильно она испугается. Похрен. Всё равно не отпустит, пока эта дурочка не придёт в себя. Ю Ин не сопротивляется, безвольный манекен в его руках. И это его нихрена не устраивает. Лучше бы кричала. Хоть какую-то эмоцию. Пусть уже побьёт, наконец. Потому, что сам себя он наказать не сможет, не может придумать хоть что-то достаточное. Он бесстыдно разглядывает её хрупкое тело в спортивном белье, оценивая масштабы бедствия. Килограммов тридцать пять, не больше. Он видел много айдолов доводивших себя до истощения, валяющихся под капельницами, сам таким был, но все они выглядели во много раз лучше чем Ю Ина сейчас. - Что это такое? - требовательно спрашивает он. Она молчит. - Ты когда в последний раз ела? - Вчера. - Что? - Кофе… Ясно. Не обращая внимания на её безучастное состояние, вытаскивает в основную комнату, усаживает на диван, приносит из спальни самую тёплую огромную толстовку, окуная её в это по колено. Ю Ин опускает голову, обняв острые коленки. Почему никто в компании не озаботился, они что, ничему не удивились? Наверное, принимали её за одну из трейни. Скорее всего она просто делала что скажут, не привлекая внимания. Делала всё, чтоб её не трогали. Как всегда. Только теперь он начинал понимать слова Хоупа. Юнги знал, что они сдружились. Видел, что у Хоби на уме давно не только дружба, но был уверен, что тот не пойдёт дальше. Раздражался, но помалкивал. И только сейчас осознал, как охеренно повезло, что Хо вовремя забил тревогу. Сколько бы времени прошло, прежде чем её организм дошёл до точки невозврата? Шуга знал это, сам не раз оказывался под капельницами, когда перегибал с тренировками. Хреновый из него сонбэ получился, облажался по всем направлениям. Думал, что всё под контролем... Юнги смотрит и не знает с чего начать. Тащить её в больницу? Звонить доктору Кану в первом часу ночи? Что он ему скажет, сам же больше так и не позвонил. Смотрит в её глаза и понимает, что бесполезно. Что бы он ни сделал - будет временной мерой. Пока она сама не захочет исправить - всё будет без толку. Он оборачивается к окну. Глядит в панорамные стёкла на блеск ночных баннеров и зданий города. Слова сами находят выход. - Когда я в первый раз услышал твой голос… там в аэропорту. Забыл обо всём, и как дурак полез к тебе с предложениями. Ты представляешь насколько это было опасно для нас? Я предоставил свой личный номер постороннему человеку. И даже не задумался – а вдруг ты сасэнка, сталкерша, или подставная от конкурентов. Забыл, сколько раз был обманут. Вообще не подумал. А могло случиться что угодно. Намджун мне чуть мозг не вытряхнул – до хрена лекций прочитал. Он успокоился, только когда Ён Сы выдал полную сводку на тебя. Я очень рисковал тогда. Ты видишь, что у нас в компании творится, должна понимать о чём я. Вот настолько ты меня впечатлила. Юнги воззрился на неё в ожидании. Молчит, опустив голову ещё ниже. Хорошо, что не сказал, как они следили за её мессенджерами несколько месяцев. Но у Ю Ин в смартфоне практически не было их фотографий, она не вела съёмок, не записывала аудио, которые можно было куда-либо отправлять. И почти ни с кем не общалась. Он не знал, хорошо это или плохо. - Теперь понимаешь насколько меня поразил твой голос? - продолжил он. - Почему мы все за тебя поручились? Понимаешь, почему у тебя такие рейтинги? Все хотят знать, кто такой Новичок. Всё очень сложно. Наш фандом - теперь и твой фандом тоже. Ты знаешь, сколько это миллионов? Знаешь, что мы все под прицелом? Один неправильный шаг – и всем конец. Так что же ты, блять, творишь?! Почему решила всё похерить? Я же просил не подводить! Шуга впервые позволил себе по-настоящему повысить на неё голос. Сейчас он был взбешён. Он просто не представлял как человек добровольно может довести себя до такого состояния. Он не понимал. В его жизни было немало моментов о которых страшно вспоминать. Но как бы хуёво не было – Юнги знал, что нужно ползти дальше. Выползать из под грёбанных колес и двигаться. Но Ю Ин… Просто так вот сдалась? Как так-то, блять? Ещё никогда он не видел в человеческих глазах столько обречённости. Так оно и происходит, наверное: если раньше его музыка мотивировала, то сейчас он сам стал причиной её состояния. И он догадывался почему. - Это моя вина. Мой поступок тогда, после вечеринки в боулинге. Я сам виноват. Прости, - говорит в самой вежливой форме, потому что давно должен был попросить прощения, вообще-то сразу, в первую очередь. - Я не должен был у тебя такое просить. Это был подлый поступок. В итоге - я был не лучше тех придурков из караоке. Отворачивается и встаёт, а Ю Ин вскакивает, опасаясь, что он снова исчезнет. Но нет, он всего лишь хочет взять воды из холодильника. - Как ты можешь сравнивать? - она идёт за ним. - Почему ты так думаешь? Юнги замирает у открытого холодильника, - заговорила наконец, хорошо. Хоть что-то у него получилось. Дальше будет легче. - Ты сама тогда сказала, - ответил он через плечо, доставая бутылку. - Правильно сделала. - Что? - она хлопает своими чёрными ресницами. - Что я обычный мужчина. Как все, - ставит бутылку обратно на полку, возвращается, бухаясь на диван. Сил нет ни на что. Мыслями он сейчас там, в студии, на том диване. И кажется, его начало отпускать впервые за три месяца. Вот. Он смог. Вытащил это из себя. Ноющую занозу из груди, что всё ещё не давала нормально засыпать по ночам. Почему с НЕЙ опять всё получается? Ю Ина опять раскрывает его. Слой за слоем… и он чувствует себя рядом с ней обнажённо, но не неловко. Более свободно, что ли. Выражение Ю Ин меняется в недоумении, на лице непонимание и задумчивость, вспоминает то проклятое утро. - Что? Нет! Я не это хотела, - опускается рядом на пол прямо у его ног. - Я хотела сказать, что нормальный мужчина никогда не обидит женщину. Вы все заботились обо мне слишком усердно. Я хотела сказать… как это… наверное, - переходит на английский, - «хороший или добрый», такой как вы все. Я неправильно это сказала на корейском? - Тогда надо было сказать это в другой форме. Другое слово, - по привычке поправляет он, но через секунду осознаёт - гребанные трудности перевода. И хочется стукнуть себя по лицу как следует. Идиот. Столько месяцев думал. Почему сразу не уточнил? Тем утром... Возникло банальное недопонимание. Он такой дурак... - Это как «острый» и «горячий», можно сказать «меон рамён (*острый рамён/соус) и «меон намчжа» (*острый/горячий мужчина) - и это совершенно другой смысл, - размышляет она. - Да, почти, - кивает он и резко поворачивается. - Кто ж тебя такому научил? - Хоби. Юнги с полуулыбкой качнул головой. Конечно. Кто ж ещё. Он делает тяжёлый выдох. Потом ещё один. И с каждым выдохом становится всё легче дышать. Потому, что ОНА рядом. Айгу*/Боже, столько месяцев мучений... Давно надо было поговорить об этом. Чего он боялся?.. - В ту ночь. Я сделала это, потому что хотела, - признаётся Ю Ин серьёзно, глядя прямо в глаза. - Мне самой понравилось. Ты... мне понравился. А после больницы... Юнги-щи, ты правда очень мне нравишься! Считай это признание. - Стоп, хватит, - обрывает он. Так вот о ЧЁМ она думает. Внутри сладко и больно дрогнуло. Кольнуло надеждой. А вот этого больше не надо. Сразу стоп. Не нужно себя обманывать, девочка. То, что она так себе решила – не отменяет его вины. Ю Ина сейчас обманывает себя иллюзией. Юнги просто оказался рядом в нужный момент. Всего лишь помог. А она уже надумала себе небеса в алмазах. Не разделяет благодарность и чувства. Она даже не знает какой он на самом деле. Юнги признавал, что не любит показывать чувства, эмоции. Со стороны это может казаться холодностью. Но внутри могло закипеть и когда прорывало, лучше не оказываться поблизости. Знал, что когда больно и обидно - он замыкался в себе, всех отгонял. А когда становилось невыносимо - ехал к родителям выплакиваться. Он признавал, что бывал груб, и его шутки не всегда корректны и добры, но он старался всегда быть честным с самим собой и перед другими не притворялся. Он тяжело шёл на компромиссы, и зачастую пёр против течения, даже если понимал глупость упрямства. Это сейчас он стал мягче, но раньше для него существовало либо "да", либо "нет" и никак иначе. Юнги далеко не самый удобный материал для отношений, даже если на камеру говорил обратное даже если приходилось поддерживать образ, созданный для него агентством. В нём самом полно недостатков. Разве она знает обо всём этом? Разве он мог ей понравиться таким? Ей нравится лишь образ спасителя. Нет. Это определённо так не подходит. Шуга отрицательно качает головой: - Нет, ты ошибаешься. Об этом больше говорить не будем. Ю Ин не спорит, тяжело вздыхает, положив подбородок на его бедро, замирает. Что ещё за новости? Что за поведение? Собака что ли? Хотел сдвинуться, но словил её взгляд… ну, и вот что с ней делать?.. Юнги возложил ладонь на светлую макушку, запустил пальцы в мягкие волосы, утешая, устало наблюдая как она, кажется, успокоившись задремала, обняв его колено. Это пиздец Юнги, как ты до этого докатился? Как ты до этого дошёл, блять? *** В больницу Юнги всё-таки её затащил на следующее же утро. Безропотная Ю Ин пообещала выполнять все рекомендации врачей. Он сфоткал и сохранил копии назначений на телефон, чтобы контролировать. Сам будет всё мониторить. Шуга и правда не заказывал дополнительных билетов, это оказалось без надобности. У него оставался лишь последний концерт и он посадил Ю Ин вместе со стаффом за сценой. Джин и Хоуп расположатся на зрительских местах для прессы, он знал, что они тоже хотели бы за кулисы, укрыться от камер. Но компания «посоветовала» им занять места прямо посреди арми, таким образом продолжая их скрытый промоушен. Всё выступление последнего дня D-Day он сам не свой. Его крыло с самого начала. Сказывалась накапливающаяся усталость от тура, и ощущение того, что на этом сейчас всё и закончится. Будет ли он выступать вот так ещё раз соло – неизвестно. Даже когда пройдут года и их групповая деятельность действительно завершится, пойдёт ли он своим путём? Сможет ли? Поэтому сегодня он поёт на пределе севших связок, как последний раз в жизни. Зрители отзываются благодарностью на это. Никогда он не слышал таких громких аплодисментов и оваций. Ю Ин тоже это слышит? Юнги знает, что она где-то за его спиной. Вместе со стаффом смотрит в огромный стадионный монитор. Чувствует этот взгляд спиной. Гриф гитары подрагивает в пальцах. Он знает, что среди этой толпы - его братья. И его сонбэннимы. Все кто смог прийти. Знает, что в Тэгу брат обещал смотреть трансляцию, возможно даже с родителями, и семьёй. Все эти тринадцать лет с момента переезда в Сеул пролетают в его голове за одну минуту. Все трудности, через которые они прошли. Все предательства и вся нежданная помощь, которую они получили за эти годы. Вся боль от бесконечных тренировок, и счастье от голосов арми, подпевающих им под шум музыки. Все победы и провалы. Сколько раз им хотелось всё бросить? Один раз, кажется, было серьёзно, им даже жить негде было. Но они всё ещё здесь. И арми своими криками заглушают наушники так, что никакой громкости не хватает. Это то, о чём он и не мечтал когда начинал, мог ли подумать, что окажется здесь? Что все старания и мучения увенчаются таким оглушительным успехом? Он старался придерживаться одной неоспоримой истины: если что-то болит - молчи, иначе ударят именно туда. И каждый раз терпел неудачу. Вся его боль в этих песнях. И вся радость тоже. На строчке: «Когда рука, раньше пожимавшая, теперь указывает на тебя», - Юнги чувствует как горячие дорожки сбегают по щекам. Он просто отдаёт себя на милость зрителя. Они отвечают, проливая эти незваные слёзы вместе с ним. Их криков и аплодисментов больше не слышно - Шуге кажется что пол под сценой просто провалится от поднявшегося сумасшедшего гула и тряски. Земля под ним буквально дрожит от реакции Арми. И опять не сдерживает слёзы. Улыбается всем зрителям сквозь них. Он чувствует освобождение пополам с неловкостью. Или дело ещё и в том, что они с группой достаточно накатили «традиционного» вискаря перед концертом. Сегодня он отдал на сцене всего себя. Когда все немного успокаиваются, Юнги мягко пытается обернуть всё в шутку. Смягчить свой неожиданный эмоциональный порыв. Загладить, замять чем-то другим. И так до конца концерта. «Семёрка»(*тату дружбы) на плече значительно помогает ему всех рассмешить. Он и итак планировал раскрыть её местонахождение. Юнги хотел завершить выступление на оптимистичной ноте. Он был рад, что получилось. *** После выступления Шуга поддаёт с танцорами ещё немного вискаря и проводит запланированный агентством официальный лайв в своей студии в XHit. Приходится снова показывать «семёрку» на плече для Армии прямо в камеру, но ему это уже даже забавно. По окончании эфира, он покидает компанию, спускаясь вниз, и в первую очередь находит глазами Ю Ин. Вон она, сидит между Чимином и Хоупом, но не слишком близко, о чём-то тихо переговариваются. Замечает его и широко улыбается. Понравилось, детка? Да, такая она, наша жизнь. Ради этого мы столько и впахиваем. Ради этого яркого мига, о котором потом все легко могут забыть, но только не мы. Все вместе они отправляются в бар. Шуга дозванивается остальным, чтобы все подогнались. Отметить завершение тура – дело святое. Неизвестно когда придёт направление с датой зачисления, официально XHit объявит об окончании отсрочки завтра утром. А дальше – куда определят. Начнётся процедура призыва. Дату зачисления на службу объявят дополнительно, об этом он ещё и сам не знал. Надо бы сказать Ю Ин... Он так и не решился до сих пор. Юнги всё ещё слегка кроет после пережитых на концерте эмоций. Ребята бурно обсуждают последнее выступление. Восхищению мемберов нет предела: - Я боялся там сидеть. Земля реально дрожала, - говорит Хоуп, действительно находящийся под впечатлением. Будто сам забыл свою Хобипалузу. Юнги знает, что похвала именно от него дорогого стоит. Хосок точно знает, что оценивать. Хо прошёл через это, и имеет опыт. Только Хоуп отыграл один концерт, а Шуга уже двадцать восьмой. Хотя, то что агентство собирало для него трек лист - уже говорило о многом. Начали заранее, значит всё серьёзно. Значит, возможно Хоуп следующий поедет в тур после демобилизации. Только ребята ещё не знают. - Это было невероятно. Сколько всего было зрителей? - не перестаёт восторгаться Ю Ин, её глаза горят. Погоди, еще плотно подсядешь на это, детка. У тебя всё ещё впереди. - Вместимость стадиона – двенадцать тысяч, но по факту билетов продали около восемнадцати, - отвечает лидер. - Тысяч? - неверяще спрашивает Ю Ин. - Ну, точно не миллионов, - смеётся Джин, - но об этом молчи, неофициальная инфа. Как будто она что-то самостоятельно выкладывает в соцсети. Все её посты организовывают наши пиарщики, потому, что её промоушен сейчас - ходьба по минному полю. Каждый шаг должен быть просчитан и спланирован до мелочей, это огромный риск для группы. - В НьюАрке* вообще почти тридцать было, при вместимости восемнадцать, - кивает Чимин который помнит первые концерты Шуги. - Ай, ну, не гони! - смеётся макнэ. - Серьёзно! Я там был, - не уступает Чимин, - там люди друг на друге стояли. Шуга подтверждает серьёзным кивком. - Хён, ты реально крут! - уважительно опускает перед ним голову Чонгук, уже без шуток. Юнги снова смеётся. Каким бы безбашенным и бесячим не был Чонгук, но парень он в самом деле замечательный. Хоби правду сказал: они хорошо его воспитали. Всеобщий любимец группы. - У тебя больше будет, - уверенно заявляет Юнги, - вот увидишь, ты самый перспективный из младшей тройки. Вы все. Чимини и Тэ. Ребят, ваше следующее промо забьёт все первые строчки, никому и места просто не останется, «старики» вас уже не догонят, - добродушно смеётся Шуга. Джин хихикает, Хоуп и Намджуни серьёзно поддакивают. Вискарик исправно делает своё дело: все расслабились, временно пытаются оставить проблемы и трудовые будни снаружи. - Ю Ина, ты пить не будешь? – осторожно спрашивает Чимини, он тоже напуган её видом, но никто из парней не подал вида. Все вежливо не обращали внимания, и общались как обычно. И это была их дань уважения к ней. Они её уважали, они её приняли, как члена команды, как друга. - Нет, ей врач запретил. Пусть лучше поест побольше, - сразу отсекает Шуга. - А-а, так вот кому ты калькуксу заказал. Ешь побольше, - донсен пододвигает ей боксы с зелёным бульоном, отварной курицей и лапшой, которую подали отдельно, чтоб не размякла. Ю Ина послушно заливает бульоном лапшу, а Юнги насыпает сверху больше зелени и подкладывает палочками мясо. Ресторан-бар не из самых дорогих, скорее из средней бюджетной категории, но они для того и заказали его на вечер, чтоб избежать публичности. Лучше закрыть на несколько часов недорогой и небольшой ресторанчик, спокойно посидеть и поесть из одноразовой посуды вполне себе неплохую, приготовленную с душой еду, чем толочься среди толпы снобов и селебрити в элитном клубе. Они немного обсуждают службу Джина и Хоупа, но у тех всё стабильно. Затем плавно всё же переходят к расписанию - работа никогда не отпускает, даже когда думаешь, что всё на время закончилось. Фактически, отпуска у них не бывает. - Я поднял свой проект, начнём заниматься им, - сообщает Шуга для Ю Ин. - То, что с самого начала планировал, но не получилось. Ага. Или «кое-кто» на всё забил большой болт, бултыхаясь в своих надуманных обидах. - Готовься, в общем, - обещает он. Ю Ина роняет кусочек курицы с палочек, удивлённо смотрит, потом улыбается так светло и искренне, что во всём помещении становится теплее. - Ешь, - строго говорит Шуга скрывая свою смущённую улыбку. Мемберы снова делают вид, что ничего не заметили, но лицах явственно читаются хитрые ухмылки. Кроме одного. - Проснулся, блять, - едва слышно выругался Хоуп. Шуга на него внимания не обратил, обращаясь к девушке: - Сразу предупреждаю: пиздец как сложно будет. Ю Ина лишь согласно кивает. И снова едва слыхать, как Хоуп хмыкнул*. Как будто она будет против, ага. По счастливым глазам видит: она выложится на полную. Потому, что снова с ним будет работать. Но Юнги должен донести до её восторженного взора – это будет не прогулка по парку. Если он успеет подать документы на утверждение проекта до своего зачисления, то сроки сожмут до невозможности, ведь во время службы ничего регистрировать нельзя. - А как же служба? Ты же отозвал отсрочку, – вставляет Хо. Наступает звенящая тишина. - Айщ, этот парень, что с ним не так? - притворно возмущается Джин, пытаясь вывести всё в шутку. Намджун поддерживает его укоризненным взглядом на Хоби - "вот не вовремя ты сейчас, бро". По шокированному взгляду Ю Ин, Хоуп и сам понимает, что сболтнул лишнего, но слова назад не заткнёшь. Ребята переглядываются, Ю Ин перестаёт есть, в её глазах застыл страх за Шугу и вопрос. - Альтернативная служба, - спокойно поясняет конкретно для неё Юнги. - Плечо. В казармы меня не запустят, - смотрит на испуганную Ю Ин и продолжает: - ничего со мной не будет, успокойся. Буду ходить на работу как обычный человек. В выходные будем работать, и по ночам тоже, сразу предупреждаю, спать будет некогда. Бери палочки и ешь спокойно. *** Своё обещание он выполнил в том объёме, каком и хотел и даже больше. Они въёбывают как проклятые. Ю Ина опять практически поселилась в его старой студии. И Юнги снова ощущает как вакуумное пространство вокруг него заполняется воздухом. Её живительным запахом. Которым хочется дышать. Как и музыкой, которая снова звучит везде. Мир снова полон звуков и мелодий. Для него. Для них. Он оправдывает себя тем, что когда она рядом, ему легче следить за тем, чтобы она ела вовремя, спала не менее шести часов в сутки. Теперь он контролирует её посещения реабилитации по графику, только не сидит возле, пока она лежит под капельницей с растворами, чтоб не нервировать. За эти месяцы тишины он уже столько раз говорил себе "больше никогда", что просто смешно. Он просто сдался. Больше не избегал, и не приближался на опасное расстояние. Держал дистанцию. Все выходные Шуга всё же проводит в Тэгу с родителями. Но возвращаться ему всегда приятно. Приятно видеть, как его здесь ждали. - Ты опять что-то сделала? Говорил же - не нужно, не трать время. Еду можно заказать. У нас сроки. Ворчал как старик. Но Юнги нравилось открывать дверь и встречать по вечерам домашние запахи здесь. Ю Ин этим пользовалась. Они съедали полностью все её причудливые блюда, в которых всегда не хватало специй. Так он и никогда особо острое и не любил. Несколько раз «воровал» особенно интересные её штучки из холодильника перед отъездами к родителям, чаще всего выпечку - специально, чтобы в Тэгу показать брату, для новых идей в его ресторане. *** Мемберы вплотную занялись персональными промо, представляя свои альбомы по очереди. Расписание было настроено так, чтобы не перебивать друг друга, а дополнять. Они встречались периодически маленькими группками, чтобы выпить и пообщаться, но всей группой больше не собрались. Не получалось. Сам Юнги заступил на службу в положенный срок. Но для него лично ничего особо не поменялось, только место работы. Наоборот - появилось больше времени на их этот проект, который стал для него слишком личным. Появились выходные по расписанию, а не когда назначено компанией. Их производительность бьёт рекорды. Проект горит и это ему нравится. Как раньше, в дебютные времена. «Пара композиций» растянулись в полноценный альбом. Большинство из этого выйдет уже далеко после их службы. И у него будет достаточно времени, чтобы отшлифовать всё до идеала. Главное – сейчас записать гайды и демки на все треки. И здесь он не пощадил её голоса, надо показать весь потенциал. Шуга разошёлся на весь свой максимум. Некоторые треки просто запредельные по своей сложности. Так на то и ставка идёт. Ю Ин должны оценить по достоинству. Он также выкладывается на всю катушку когда читает речитатив. - Знаю, дышать там негде, поэтому ставлю наши партии по очереди. Мы должны друг друга подменять без пробелов. Если тяжело будет - скажи, фрагменты можно и потом склеить. Но чем меньше этом месте монтажа - тем лучше потом получится звучание, да и вживую исполнять придётся, сама понимаешь уже, - Юнги отрывается от клавиатуры, откидывается назад, потягивается. - Спина. Да. Отталкивается от стола, отъезжая на кресле к дивану. - Сегодня день взвешивания, - вспоминает, видит её поникшие плечи. - Ещё не измеряла? Светлая макушка отрицательно и грустно покачивается. Это то, что она действительно не любит, каждые две недели - как наказание, просто терпит. Как наказание. Юнги не хочет видеть такое её лицо, но тут ничего не поделаешь, надо. - Тогда раздевайся, - строго кивает подбородком на «умные» весы у холодильника. Ю Ин молча скидывает толстовку и штаны на подлокотник дивана, встаёт на платформу. Он подходит, стараясь не смотреть куда не положено, заглядывает только на цифры. Убеждается, что всё идёт по плану, сразу отходит. Юнги понимал, что его она не стесняется и больше не боится приближаться к нему, она боится лишь цифр на весах. Он знал, что Ю Ин ему всецело доверяет, но не пользовался этим больше, чем необходимо. Он изо всех сил старался держать расстояние между ними, так и не давая ни себе ни ей по-настоящему приблизиться. Как сейчас: вовремя успел отвернуться, давая ей возможность спокойно одеться. Юнги думал, что это помогает ей успокоиться. - Я тебя обидела? - внезапно звучит голос Ю Ин ему в спину. Он резко оборачивается: - Чего? - Я что-то сделала? - говорит она с тоской в голосе. Шуга проворачивает в голове события последних дней, не находит ничего. - Не говори ерунды, - сухо отвечает. Что она опять там себе надумала, дурёха? Уже не в первый раз пытается заговорить, видимо ещё одна попытка поговорит о личном. Он всегда обрывает такие разговоры на корню. Всё, что нужно он уже сказал у неё в квартире. Тот разговор остался там, в ванной. Больше не надо. Никому из них. Дело ведь не в ней, он СЕБЕ не всегда доверял… Она делает шаг к нему, неизвестно зачем, то ли сказать что-то, или прикоснуться, но выяснять он не хочет. Шуга выставляет ладонь вперёд, как ограничитель: - Не надо. Ю Ин замирает на месте: - Прости… - синие глаза заблестели, словно её ударили. Да что ж ты в самом деле… я ж тебя защищаю, глупая. - ЧТО опять стряслось? - Нет, ничего… Ну, конечно… - Так, пошли, прогуляемся, - хватает куртку с вешалки, подаёт ей. *** Вечерняя прохлада освежает и бодрит. Они далеко не уходят потому, что этот район относительно безопасен. Если хорошо закрыться маской – больше шансов быть неузнанными. Они обходят добрых пять кварталов кругом. Юнги думает, как начать. Нужно объяснить один раз и навсегда доступно. Так, чтобы она поняла: ловить рядом с ним ей нечего. Чтобы обезопасить её, от фанбазы, от компании. Нужно. Тогда почему так больно сжимает, когда он об этом думает? Когда приходит мысль - "а что если..." Нет. Ничего из этого не выйдет. Даже если он полностью перестроит линию поведения, себя, что в принципе невозможно. Даже если ещё раз поговорит с доктором Каном. Юнги вынимает руки из карманов: - Пойми, это всё несерьёзно. Ю Ина поднимает свои голубые глаза: - Я серьёзно. Наивная простота. - Ты ничего обо мне не знаешь. - Это ты не знаешь, почему я тогда это сделала… Нет, только не про ту ночь снова. Он снова пытается её остановить: - Стоп. Не знаю, как объяснить, я не силён в этом. Что конкретно тебя привлекает? - Всё. Такой простой ответ. В этом вся Ю Ин. Как она в этом похожа на него десять лет назад. Как это прекрасно и как плохо, что в ней нет полумер, деления на оттенки. Либо всё, либо ничего. Он хорошо её понимал, сам таким был. Сколько намучился. Пока не столкнулся со всеми реалиями этой жизни. У неё всё ещё впереди. - Ничего особенного я не делаю. Есть много кто лучше меня во всём, - отвечает он. - Совсем не во всём,- тихо возражает она и покраснев, отворачивается и вдруг добавляет, - ты же сам знаешь. Юнги сдвигает брови, догадываясь о чём она, похоже, этого разговора ему не избежать: - Ты опять про тот блядский вечер? Забей. Забудь уже. Это был всего лишь поцелуй. Она невероятным образом оказывается совсем рядом, некоторое время молчит, затем выдаёт: - Знаешь, как хорошо было от твоего поцелуя? - придвинулась к его уху и кое-что прошептала. То, чего он не ожидал услышать. Его бровь взлетела, взглядом уставился – она же не будет ему врать. Всё как-то вмиг переменилось. Улица. Воздух. Запахи. Свет откуда-то появился. Словно кто-то зажёг внутри. Охуеть. - Серьёзно? Ю Ина смущённо улыбается и прячет лицо на его плече. Мужская самооценка взлетает куда-то за стратосферу. Просто фантастика. Только что ему ничего не хотелось. Но она... И как ей снова это удаётся? Почему он снова становится другим? Внутри него снова очухался этот счастливый придурок, чтоб его. Он хихикает как школьник, смущается ещё больше, неловко пытается сменить тему. Вспоминает, что с утра толком не ел: - Пойдём поедим. Ю Ин также улыбается и качает головой: - Не получится, Юнги-щи везде узнают. - Есть одно место. Тебе тоже пора поесть. Ловить такси на улице – опасно, поэтому он вызывает люкс. Машина подъезжает очень быстро. Шуга открывает дверь, и по отработанной с охраной привычке, автоматически забирается первым. Затем соображает, что сглупил, пытается отодвинуться назад, чтобы впустить её. Далеко не с первого раза обращая внимание на такой же прижившийся в ушах за годы карьеры айдола - привычный женский писк. Слишком поздно понимает. А Ю Ин замечает вовремя, она к такому не приучена. Она, стоя у двери машины, пугается, оборачивается назад и резко вскидывает руки, прикрывая его торчащую в проёме голову. Юнги ничего не успевает. Хвалёная спортивная реакция не срабатывает. Он видит сквозь её локти стайку фанатов, пытающуюся сдержать кого-то. Кажется, кто-то направляется к ним. С разных сторон появляются ещё люди. Возникает потасовка. Юнги чувствует прикосновение чего-то жалящего к голове… всё это вместе происходит настолько моментально, что мозг не успевает обработать летящую с разных сторон информацию. Треск и звон. Об дверь машины что-то разбивается. Женские крики к которым присоединяются мужские - выбегающих из кафе напротив. Когда до него доходит, что он до сих пор с краю, Шуга наконец осознает всю опасность и делает отчаянное движение назад бёдрами, перемещаясь в глубь салона, сгребает всё ещё прикрывающую его голову Ю Ину в охапку затаскивая за собой внутрь. Водитель сам перегибается рукой через переднее сиденье и захлопывает дверь. Отрезая их от разрастающейся толпы и усиливающихся криков. - Трогай! - говорит Шуга водителю, вынимая телефон из куртки. Не дожидается приветствий: - Намджуни, будь готов к «волне» в интернете, мы засветились, - говорит он, чувствуя, как по его голове порхают пальцы, Юнги поворачивает лицо к Ю Ин, замирает, - мы будем в больнице, позже скажу где, - и отключает телефон. Смотрит на её руки, тяжело сглатывает и просит: - В ближайший госпиталь, пожалуйста. Водитель только кивает. А да, блять, Юнги же нажал опцию «молчать» когда оформлял заказ. Водила с ним говорить не будет. Блять. Блять! Ю Ина снимает с его шапки осколки стекла, кажется бутылки, которую кто-то в них бросил, откуда и был звон. С тонких пальцев каплями сползают алые дорожки её собственной крови. - Ты что делаешь? - Твоя бровь… - она всё ещё очищает его шапку. На свои руки посмотри, дура! Он хватает ее за запястья, останавливая. Смотрит в её глаза, полные страха. Страха за него… У госпиталя они были уже через пять минут. Оценивший всю трагедию ситуации водитель постарался. Юнги не отпускает её руки, даже в кабинете неотложной помощи. Его трясёт, а Ю Ина наоборот успокоилась. Успокоилась, когда Шугу, как наименее пострадавшего, врач осмотрел в первую очередь, обработав ссадину на его виске - принялся штопать её руки. По ходу у него шок. У Юнги, блять, - пережившего аварию, две собственные операции, операцию матери, рак отца, - у него, блять, шок. Он не знает, что сказать. Пялится, как ей накладывают швы и молчит. Не находит слов оправданий. *** Факты подтверждённые видеоматериалами: / *Третий концерт сольного тура Шуги, который посетил с поддержкой Чимин, проходил 29 апреля 2023 года, в НьюАрке (штат Нью-Джерси, США) Prudential Center The Rock arena, максимальной вместимостью 19500 (есть неподтверждённые данные о том, что билетов на концерт Шуги было продано больше тридцати тысяч). /Все мы помним эти неожиданные слезы нашего сурового рэпера Шуги на финальном концерте Сеула. Думаю, тут комментарии излишни. Никто не ожидал такого накала эмоций. То, что Мин Юнги открыл нам всем свою душу – бесценно. Весь многотысячный стадион плакал вместе с ним от переизбытка чувств, 6 августа 2023 года навсегда вошло в историю и в наши сердца вместе с ним. /* Когда Хосок морщится или хмыкает, мы же знаем, что у него "лицо с субтитрами". Как сказал Чонгука))) /* Альтернативная служба в Корее, допускается для лиц с определёнными ограничениями. Сюда относятся и ограничения по состоянию здоровья. Мин Юнги заступил на альтернативную службу 22 сентября 2023 года с ограничениями по состоянию здоровья (операция на плече 2020г), группа здоровья официально не оглашалась. При альтернативной службе гражданин проходит военную подготовку в тренировочном лагере в течение трех недель (а не пяти, как для всех служащих) и не в начале, а в любое время всей службы. Данная форма службы отличается от обычной более длительным (до 36 месяцев) сроком. Служащие живут гражданской, а не казарменной жизнью, ходят на работу и спят у себя дома, имеют законные выходные, в свободное время могут заниматься своими делами и хобби. Должность подбирается государством, это может быть госслужащий или соцработник, были случаи когда айдолы даже служили в полиции и проводили обучающие уроки в игровой форме для школ и детсадов по технике безопасности. Есть ряд ограничений: во время службы гражданин считается официально работником государства, и не имеет права на коммерческую деятельность как артиста, не имеет права появляться на лайвах, на камерах в качестве айдола (кроме согласованного госинфо и личных съёмок), презентовать и регистрировать свои продукты (за исключением тех проектов, что зарегистрированы до службы) и вести прочую общественную деятельность, кроме той, что регламентирована госструктурами в рамках службы. Дорогие мои! Я всё ещё жду ваших откликов!