План, который я составлял двенадцать лет

- Значит, говоришь, что нашли нам новое жильё? – поднимая одну бровь, произносит Чифую. - Ага, а теперь нужно связаться с Наото, пусть помогает, - фыркает Такемичи. Ханагаки набирал телефон бывшего коллеги. Три долгих гудка, Тачибана снимает трубку, раздражённо отвечая Ханагаки. Такемичи ставит звонок на громкую связь, чтобы Манджиро и Мацуно тоже слышали разговор. - Что тебе нужно Ханагаки?! – кричит Тачибана. - Хило такой нервный, я тебя два месяца не трогал, наоборот должен был спокойнее стать, - ухмыляется парень. - Хватит своей гаденькой ухмылочкой ухмыляться, ближе к делу, - нетерпеливо произносит Наото. - Мне нужна помощь, Чифа заказала Свастика, - произносит Ханагаки, ожидая реакцию мужчины. Около минуты комната погружена в молчание. Тачибана видимо пытался переварить информацию и смирится с фактом, что парни вляпались в очередной пиздец. - Когда вы успели перейти им дорогу? – недоумевал полицейский. - Ты же слышал последние новости? – интересуется Такемичи. - Какие? Я лишь замечал странное поведение некоторых из верхушки, однако всё быстро стало на свои места, - задумчиво произносит Тачибано. Парни мысленно выдыхают, а Чифую и Манджиро даже отходят подальше, чтобы судорожно выдохнуть. Они думали, что Наото такой злой только из-за новости о похищении Сано. - Вот и я это заметил, не знаю, что у них произошло, но нужно спасать Чифа, узнай они что он мой напарник, плакали наши с тобой планы по уничтожению Свастики, так что давай помогай, - фыркает Ханагаки. - Ладно, что нужно делать? – интересуется парень. Понедельник, холодная ночь заставляет тело покрываться мурашками от порывов холодного ветра. Ханагаки стоит в доках со связанным Чифую, которому ещё и рот закрыл. Парень сидит со скучающим взглядом, точнее даже не сидит, а лежит на холодной земле, думая о том, как же будет бесится Сано, когда Мацуно будет мешать ему спать своим кашлем и чихами. А Такемичи, словно мамочка, будет бегать и выхаживать его. Возможно, Манджиро расщедрится на приготовление самого примитивного куриного бульона. А если повезёт то и целый суп приготовит, ведь Такемичи рукажоп, сможет запороть даже такое простое блюдо. Мацуно, заприметив тихие шаги, вмиг начинает ерзать и возмущенно мычать оскорбления, словно даже не знает о личности человека, который его «похитил». - Ты вовремя выполняешь задания, - проговаривает появившийся человек. На тыльных сторонах ладоней нарисованы татуировки, что делает этого человека более чем узнаваемым. - Я никогда не срываю сроки, Шуджи, - холодно произносит Такемичи, словно не своим голосом. Через пару мгновений к ним подплывает катер. Все трое перемещаются на борт. Они уплывают далеко от порта, чтобы посторонние взгляды не застали убийство. Они отплывают на довольно приличное расстояние и снимают мешок с головы Чифую. Рот парня заклеен изолентой, он связан по рукам и ногам, не имея возможности сбежать или позвать на помощь. Он прожигает похитителей разъяренным взглядом и бросает точно такой же на Ханагаки, удивляясь тому, насколько хорошо порой друг вливается в роль киллера. Холодные голубые глаза смотрят на Мацуно беспристрастно, словно он действительно просто выполнил работу, получив за неё щедрое вознаграждение. Такемичи словно машина для убийств, находит свою жертву и бесчувственно убивает её способом, который пожелает заказчик. Когда голубоглазый в таком состоянии, Чифую старался держаться от него подальше, ибо смотреть на такого друга было до дрожи в коленях страшно. - Мацуно Чифую, - с ухмылкой протянул имя парня Ханма, - Не будь ты таким любопытным, не совал бы нос в чужие дела, ты бы прожил немного дольше, - с улыбкой произносит он, привязывая к телу молодого хакера несколько тяжелых кирпичей. Чифую принялся сопротивляться, но так, чтобы по итогу Шуджи его не вырубил. - Пока-пока, рад был повидаться, - произносит он и с легкостью бросает парня за борт. Такемичи смотрит на это с абсолютным безразличием, даже не думая торопится уходить, ждет, пока Шуджи сам соизволит вернуться в доки. Ханма выжидает буквально десять минут, после чего приказывает возвращаться. Деньги Ханагаки отдаются ему по прибытию на сушу, поле чего парень кивает в знак благодарности и забирает необходимую сумму и молча уходит. Для демонстрации ещё и зевает, будто убийство лучшего друга для него плевое дело. Ханагаки ловит такси, говорит адрес и уезжает, какое-то время нужно перекантоваться в одиночестве. Такемичи ничуть не сомневается, что в ближайшее время лучше залечь на дно, пока свастика не успокоится и перестанет подозревать. Он заходит в пустую квартиру, с минимальным количеством мебели, здесь только всё самое необходимое, идеальное место для временного жилья такого преступника как он. Голубоглазый, не разуваясь заваливается на диван. Квартира ему досталась за смехотворную сумму и всё благодаря Па, который был только рад посодействовать им в спасении Сано. Такемичи отворачивается к спинке дивана, но заснуть не удается, сколько бы он не ворочался, сколько бы раз не закрывал глаза, сон никак не шел, что-то его беспокоило. - Чёрт, ну почему я не могу привыкнуть к этому? – бормочет он и направляется в ванную. В гостиной он накрывает несколько подушек пледом, имитируя, что здесь кто-то спит, на самом же деле Такемичи уходит в ванную и засыпает в обнимку с пистолетом. Фарфоровая поверхность жесткая и неудобная, но на удивление парень быстро закрывает глаза и проваливается в чуткий сон. С того момента, как Ханагаки стал наёмником, его не единожды пытались убить, отсюда привычка спать в самых неожиданных для противника местах, оставляя для них ловушку в спальне. Сон стал беспокойным и чутким, парень спал в пол ухо, просыпаясь от каждого шороха, возможно только из-за его паранойи он до сих пор жив. Он до сих пор переживал за друзей, честно говоря, хотел просто оборвать все связи, чтобы стать просто бесчувственной машиной для убийств, но он не мог себе этого позволить, не такой он человек, без должной поддержки Такемичи бы загнулся ещё на самых первых заданиях. Да и к тому же Чифую не один раз спасал его зад, что только поспособствовало укреплению уз, Наото тоже старался не отставать первое время и прикрывал парней перед полицией, так у них образовалась крепкая и дружная компания. Такемичи резко приоткрывает глаза, взгляд его остается холодным и бездушным, словно у куклы. Он внимательно вслушивается в тишину квартиры. Дверь в спальную комнату тихо скрипит, свидетельствует о присутствии в квартире постороннего человека. После этого тихие мягкие шаги, не свойственный убийцам из Свастики, проходят по всей квартире. Ханагаки бесшумно покидает своё место и подходит к двери в ванную, прячась за ней и снимая пистолет с предохранителя. Слышится шуршание пледа, видимо взломщик уже наткнулся на ловушку. Шаги продолжаются, они становятся всё громче по мере приближения к ванной. Ручка двери опускается и дверь с жалобным скрипом медленно приоткрывается. Внутрь заходит невысокий мужчина, в темноте более подробно разглядеть незваного гостя не удается, поэтому Такемичи быстро заламывает ему руку и валит на пол, приставляя дуло пистолета к голове. - Имя, - холодным голосом произносит парень. Но ответа не последовало, поэтому Ханагаки просто стреляет без малейших колебаний. Такемичи включает свет и смотрит на незнакомого для него человека. Он решает, быстро уходить, желательно переулками, за ним явно следят и хотят устранить как можно скорее. Возможно, Тосва посчитала, что в любом случае он несет угрозы для организации, уж слишком часто он стал сотрудничать с ними. Скорее всего, главную роль ещё сыграл тот факт, что в прошлом Ханагаки всегда мешал Кисаки и Ханме, старался всеми силами их остановить, и теперь они просто сомневаются в том, что он будет держать язык за зубами. - Бояться, твари, - шипит Такемичи, проходя по темным переулкам. Куда идти было не понятно, можно было бы провести эту ночь в каком-нибудь клубе или баре, но под воздействием алкоголя Ханагаки будет ещё уязвимее, поэтому этот вариант отпадает сразу. По сути ему некуда идти и остается просто остаться на улице и трястись от каждого шороха. Такемичи решает больше не слоняться по улицам и садится у стены в самом темном углу. Он снова засыпает в пол уха, дергаясь даже от мельчайшего дуновения ветерка. Так проходит вся ночь. А утром он слышит шаги, который останавливаются практически впритык к нему. Такемичи реагирует быстро и направляет пистолет на незнакомца. В тот же миг его глаза распахиваются от удивления и смотрят уже с живым блеском на человека перед собой. Бледное лицо исказилось в недоумении, а после тонкие черные брови нахмурились. Такемичи видит своё отражение в аметистовых глазах, видит, насколько он выглядит зашуганным. - Такемучи, скажи, тебе страшно? – негромко, но холодно произносит Манджиро. Такемичи дышит часто и глубоко, пытается успокоить бешено стучащее сердце, руки слегка дрожат по неизвестной причине, парень хватается за грудь, сжимает футболку, не понимая собственных чувств. Его трясёт как ненормально, но по какой-то причине в голове пустота. Сано улыбается уголками губ и садится на корточки перед парнем, осторожно забирая из его рук пистолет. Он тянется рукой к парню, его ладонь оказывается на щеке голубоглазого. Такемичи замирает и поднимает на него широко раскрытые глаза. - Такемучи, ты всегда защищал Тосву, пытался спаси всех, но кто защитит и спасет тебя, м? – ласково произносит Сано, продолжая смотреть на парня с улыбкой. - А? – Ханагаки чувствует, как сердце пропускает удар, руки продолжают дрожать, но на этот раз по щекам скатываются первые за последние десять лет слезы. Забавно, Такемичи думал, что давно утратил возможность плакать. Какой бы ужасной ни была ситуация, он никогда не позволял себе плакать с того момента как стал киллером. Создал образ бесчувственного и беспристрастного наёмника, сделал всё, чтобы о его слабых местах ник то не узнал. Он жил в страхе, в ожидании, что рано или поздно его убьют, он утратил всякую надежду на то, что когда-нибудь сможет просто заснуть, не боясь за свою жизнь и жизни близких ему людей. Само вытирает слезы, но те продолжают литься из голубых, словно чистое небо глаз. Манджиро выдыхает, улыбка сползает с его лица, понимая, как же всё это время страдал его друг и самый дорогой человек. Он притягивает Такемичи в свои медвежьи объятия и обнимает так сильно, что казалось ещё чуть-чуть и он переломает кости парню. Ханагаки отвечает на объятия не сразу, но позже не сдерживает душевный крик и рыдает в плечо Манджиро. Казалось он решил выплакать всё, что накопи лось за последние десять с лишним лет. Неожиданно стало больно буквально от каждого момента, он плакал от воспоминания каждой смерти, он забирал жизни детей, женщин, стариков, смотрел на них холодно и безжалостно выполнял свою работу, мучал, издевался, слушал мольбы о пощаде и детские крики. - Майки, я чудовище, моральный ублюдок! – выкрикивает сквозь слезы Ханагаки. Сано молча слушает, зарываясь рукой в черные волосы парня. - По началу, я клялся себе, что буду убивать только тех мразей, но у них была семья, мне приходилось убивать их всех, понимаешь? – дрожащим голосом произносит Такемичи. Сано едва сдерживает ухмылку, слушая жалобный лепет парня. - Я монстр…. – произносит он. Сано сжимает парня в объятиях сильнее. - Такемичи…. Я знаю обо всём…. Ведь это я приказывал убивать их, - с улыбкой произносит Манджиро. Такемичи замирает, пытается отстраниться, но хватка Сано сильнее. - Я так долго ждал, когда же ты станешь достаточно сильным, чтобы выживать в этом грязном мире и боялся, что ты станешь бездушной куклой, но ты остался прежним,- Сано с восхищением смотрел куда-то в небо. - Что ты имеешь ввиду?! Отпусти меня! – кричит Такемичи, но Майки отстраняется лишь на мгновение. Манджиро притягивает парня за затылок, впиваясь в мягкие губы парня жадным настойчивым поцелуем. Он кусает губы парня, придавая поцелую металлический привкус, он насильно проникает в рот Такемичи своим языком, исследуя каждый миллиметр, щекотя кончиком своего языка нёбо, заставляя чувствительного Ханагаки, прогнутся в спине и даже нехотя ответить. Их языки сплелись в жарком танце. Мокрый поцелуй сильно возбуждал Манджиро. Он отстраняется от парня и между их ртами образуется тонкая ниточка слюны, которая обрывается моментально. Но на этом Сано не останавливается. Он припадает губами к шее парня, слыша тихие ругательства и явное сопротивление. Такемичи отбивался как только мог, но Манджиро всегда был сильнее, поэтому в следующее мгновение он прижимает Ханагаки к стене и оставляет желанный засос, тем самым помечая свою собственность. - Ты мой, Такемучи, - шепчет он, прежде чем вырубить парня.