Незаметные перемены

Андрей и Катя ехали в машине. Жданову неимоверными усилиями и заверениями удалось убедить Валерия Сергеевича, отпустить Катю на базу отдыха на выходные. Правда, без помощи и одобрения Елены Александровны ничего бы не вышло, можно было не сомневаться. Андрей нервничал и совсем не знал, о чем говорить. Поэтому пока они ехали в машине царила тишина. Катя с тревогой смотрела на любимого. Она понимала, что Андрея что-то тревожит, волнение передавалось ей. Когда они подъехали к красивому загородному дому, Катя немного удивилась. — Как же база отдыха? — С усмешкой спросила она. — Ну, сосновый лес имеется, внутри есть джакузи и массажный стол. Даже могу найти лыжи, если хочешь покататься. Так что можем считать дом моих родителей нашей личной базой отдыха. — Пошутил Андрей. Он широко зевнул. Сказывалась бессонная ночь. — Давай занесем внутрь продукты и вещи. — Тут прохладно. — Проговорила Катя, после того как сняла верхнюю одежду и прошла в дом. — Сейчас включим отопление. Когда дом пустует, родители оставляют все на минимуме. А еще разожжем камин. Садись на диван и укутывайся. — Андрей достал из шкафа плед и подал его Кате. Возле камина лежала небольшая стопка сухих дров, поэтому огонь разожгли быстро. А еще через пятнадцать минут Андрей принес какао и устроился рядом на диване. — Давай включим фильм. — Предложила Катя. В гостиной был огромный телевизор и целый набор дисков. — Выбирай, что будем смотреть. — Андрей подал коробку. Катя подала диск с романтической комедией. 50 первых поцелуев прочел Андрей на коробке. Он включил фильм, ему было решительно все равно, что смотреть, главное, чтобы Катя была рядом. Он приглушил свет и пара уютно устроилась на диванчике. Сюжет киноленты был довольно простым, но забавным. Катю беспокоили больше тревожные взгляды Андрея. Он был в каком-то странном напряжении. Через полчаса он задремал. Но даже сквозь сон тревожно сжимал ладонь Кати, всякий раз, стоило девушке немного пошевелиться. К концу картины Андрей крепко спал. Катя тихонько встала, чтобы не разбудить Андрея. Она открыла холодильник, намереваясь придумать, что приготовить на обед. Лампочка не горела. Посмотрев на провод, она поняла, что Андрей забыл включить его в розетку. — Катя! — Послышался тревожный голос с гостиной. — Я на кухне. — Ответила девушка. — Кать. — Андрей подошел и крепко обнял любимую. — Я хотела приготовить нам поесть. Все хорошо, ты чего так переживаешь? Андрей молчал. Он не знал, что ответить, и ломал голову над тем, как начать разговор. — О чем вы вчера говорили с Кирой? — Спросила Катя, ее мучал этот вопрос с самого утра. Когда она только увидела Андрея. Но задать она его не решалась, боясь испортить обстановку. Сейчас ей стало очевидно: пока они не поговорят, градус напряжения будет только расти. — Давай сядем. — Предложил Андрей. Они снова устроились на диване в гостиной. Перед догорающим камином. — Ты мне доверяешь? — Неожиданно спросил Андрей. — Конечно. Больше, чем кому-либо. — Есть ли что-то, что причиняет тебе боль и что я должен знать? — Смотря прямо в глаза спросил Андрей. Катя закрыла глаза. У нее была только одна тайна. Одна запретная тема. С тех самых пор, как врач рассказал ей о выкидыше. Она не поделилась этой болью ни с кем. И сама старалась загнать все это как можно глубже. Не вспоминать, забыть, выбросить из головы. Сожаления все равно ничего не изменят. Можно впасть в депрессию, рыдать и биться головой о стену. Только это бесполезно. Нужно жить дальше, примириться с этой болью. Катя вполне успешно справлялась. Только от ночных кошмаров не всегда удавалось избавиться. Во снах она качала на руках младенца, потом он вдруг исчезал из ее рук. Она бродила и пыталась найти его, напевая колыбельную. Просыпалась в холодном поту и слезах. Умывалась и старалась думать о другом. Чаще всего это удавалось. Утром начинался новый день. Думать о другом, в суете было совершенно не трудно. Родители, Андрей, Зималетто, открытие ресторана. Новые и новые заботы, только бы отгородиться от боли. Не раскисать, держаться, быть сильной. Она надеялась на то, что время что-то сделает с этой болью. Все пройдет, сгладится, как всегда, бывает. Андрей ждал, он не хотел торопить Катю. Он чувствовал, что Катя должна рассказать ему сама. Это было важно для них двоих. — У нас мог быть ребенок. — Прошептала Катя. И слезы потоком полились из ее глаз. Боль, которая все эти недели сидела внутри, вдруг выплеснулась наружу. То, от чего она пряталась все же настигло. Остановить рыдания она уже не могла. Андрей держал ее. Гладил по голове. — Тише, тише, тише. — Успокаивающе шептал он. — Сейчас станет легче. Через какое-то время боль действительно стала стихать. Словно кто-то вынул из незаживающей раны занозу. Постепенно крик и рыдания становились все тише. Наконец, Катя взяла себя в руки и смогла посмотреть на Андрея. У него на лице тоже блестели слезы. — Нужно было рассказать сразу. Никогда, слышишь никогда больше не скрывай, что тебе плохо. — Ты ведь уже все знал? Откуда, ведь никому не говорила? — Спросила Катя. Нарушив долгое молчание. В комнате уже воцарился полумрак. — Можешь мне верить или нет, но в ту ночь, когда тебя увезли в больницу, мне снился очень странный сон. — Андрей рассказал о своем сне. — Вчера Кира отдала мне твою медицинскую карту. — Катя вздрогнула, и напряглась. — Не переживай. Она больше тебя не побеспокоит, обещаю. Но здесь, она оказала мне услугу. Кто знает, сколько ты держала все в себе. — Покрывая поцелуями лицо, плечи, губы Андрей клялся, что сделает все, что в его силах, Но Катя больше никогда не будет так плакать.